Сны

После этих троих парней из "Голубого пегаса" Похоти хотелось отдохнуть. Просто-напросто перевести дух, успокоившись и совершенно ничего не делая, тупо наблюдая за процессом. И, немного поколдырив и сообразив, поняла, какая пара идеально для этого подойдет. Тем более, не все духи использованы. А ведь их нужно всех до утра задействовать. Ну, или почти всех. Некоторых можно будет задержать на некоторое время. Она порылась среди ключей и вытянула один из них. Золотой, миленький ключик. А тот, кого им можно призвать, еще милее. Похоть поразмыслила еще чуть-чуть и подумала: "А что, если соединить духа и призрака?". Этот эксперимент показался ей весьма забавным. Так что всего через несколько взмахов на экране возникла определенная территория, а женщина смогла откинуться на спинку мягкого кресла, закинуть ногу на ногу и начать довольствоваться просмотром. С тем, о ком будет идти речь дальше, она уже договорилась ранее. Этот призрак ее не подведет. Да и духи знают, что нужно делать. - Но вот детали бы не помешали. Правда, та решила, что пусть о всем остальном жертвы заботятся сами. Ее дело сейчас - получать удовольствие от недолгого отдыха. Трудовая ночь была очень сложной, а ее ждет еще не один десяток снов впереди. Стоило подготовиться к тому, что остаток ночи будет длинным, очень длинным. И еще труднее, чем вначале. Долина озер. Странное место, где даже земля синяя. Странное. Милое. Интересное. Овен с интересом оглядывалась вокруг, пытаясь понять, куда конкретно попала. Но, не определив собственное местонахождение с тем, что видела в реальности, решила, что все это - просто выдумки тех, кто создают сны, и прошла дальше. Но остановилась, поняв, что случайно засунула одну ногу в озеро. - Оу... Из ее уст так и рвалось ее обыденное слово - "простите". Да вот извиняться пока не перед кем. Но вот оставаться ей одной долго не приходилось. По правде говоря, девушка до сих пор не знала, с кем ей придется быть. Она уже слышала голоса остальных духов, видела то, что происходило на экране, понимая, что и ей, скорее всего, придется не сладко. Она это понимала и была готова ко всему. Точнее говоря, это ей так казалось. Казалось до тех пор, пока она не увидела ее - Карен. Как только заметила заклинательницу, которая давно умерла, которая всегда издевалась над ней ранее, которая ставилась к ней и остальных духам, как к вещам, которая, уж тем более, приказывала ей развлекать мужчин в ее гильдии, сразу же побледнела и стала отступать назад, надеясь уберечь себя от чего-то. Хотя и понимала, что это сон и что все это будет длиться не долго. Скоро пройдет. Скоро. Назойливое "простите" больше не рвалось с ее уст. Хотелось крикнуть "берегитесь, а то я вас боюсь". - Овен... давненько же мы не виделись, - вкрадчиво проговорила Карен, подходя поближе. Она была не такой, как ранее. Вроде и работала на доброе дело, но ее суть была злой. Из-за этого она и попала в ад, а не в рай, как считала ранее. А адские круги сделали свое. Прогнали ту по своим котлам, огненным пещерам и прочим изящным местам, показав, что зло карается. Ее зеленые волосы недвижимо разлеглись на плечах. Глаза девушки впалые, лицо морщинистое, а тело уже далеко не столь красивое, каким было ранее. Кого-то Похоть отображала такими, какими те были до ада, а ее решила оставить такой, какой та стала, в кого превратилась в итоге, не послушавшись Льва. А ведь все могло быть намного лучше, если бы та вовремя смогла отпустить духов или если бы остановилась, одумалась и больше так не делала. Тогда бы все стало просто прекрасно, а она никогда бы не попала в ад. - Карен... - ей нечего было сказать. Овен продолжала молча поглядывать на свою бывшую хозяйку. Воспоминания, связывающие ее с ней, захлестывали с новой силой. Одно за другим те проявлялись в ее памяти. Одно за другим ранили. Сильно. Очень. - Не бойся меня. Я - не та Карен, которую ты знала. Уже... не та... - ее грустные глаза так и твердили о том, что ее слова - чистейшей воды правда. - Жалкая. Такая жалкая теперь. Лилика смотрела в собственное отражение, в озеро. Она ступила в озеро, пока вода не покрыла ее вплоть до коленей. - Даже столь райское творение, как вода, не смоет мои грехи. Ее лицо скривила злая усмешка, а из глаз полились слезы. - Жалкая... Жалкая. Жалкая! - с каждым повторением этого слова она произносила его все громче и громче. Овен смотрела на нее и не могла поверить своим глазам. И это та самая величественная и сильная заклинательница, которую она знала? Неужто? Сложно поверить, конечно, но возможно. Она сделала шаг в сторону бывшей хозяйки, зайдя почти до половины в озеро. Оказавшись примерно на середине, поняла, что оно неглубокое - вода дошла всего лишь до ее талии. Продолжив двигаться, чувствовала легкий холод, пробегающий в тех местах, откуда вода уходила. Теперь она рядом с Карен. И... обнимает ее. Понимает, что должна сделать нечто большее, но пока что все, что она чувствует к ней, так это всепоглощающую жалость. Более ничего. Неужели она в действительности стала ее рабыней? Да так, что даже сейчас не сможет ничего плохого ей сделать, а только лишь посочувствует, поддержит после всего того, что Лилика ей сделала?.. Наверное, это действительно будет так. Карен не могла понять того, что происходит. Пыталась оттолкнуть девушку, дать ей понять, что не любит жалость, что ее слезы - это маска. Но ничто не могло убедить Овен отступить. Она чувствовать то, что сейчас видит именно Карен Лилику. Настоящую. И то, что это далеко не маска. Собравшись с мыслями, решила сперва расправиться с главной задачей. "А то сейчас разжалоблюсь и Похоть потом меня не отпустит к хозяйке", - думала она, прекрасно осознавая всю суть и важность ситуации. И поняла то, почему именно Карен к ней женщина подослала. Для того, чтобы она простила. Простила за то, что та творила. И пусть при жизни Лилика была злой, то сейчас, как она выразилась, "жалкая", и, скорее всего, в глубине души добрая. Карен пыталась отстраниться, но после нескольких попыток, бесполезных попыток, прекратила это делать, отдавшись ее объятиям. Лично ей все дальнейшие действия Овен были предельно ясны. - Будешь меня целовать? Овен задумалась. - Не стоит, - продолжила Карен, не дожидаясь ответа. - Мои губы сухие и ядовитые. Будешь меня ласкать? Овен снова молчит. - Не стоит. Я и так уже ничего не чувствую. Брось все, о чем тебе говорили. Поверь, ты ничего не сможешь сделать. А Похоть... она тебя отпустит к твоей новой хозяйке. Не беспокойся. Девушка смотрела на Лилику и не понимала, действительно ли это так. Но не сделать ничего не могла, потому как нарушит условия уговора, хотя и уговора лишь с одной стороны выгодного... Она должна была сексуально удовлетворить Карен либо принести ей таким же методом боль. - Боль или ласка? С этим определиться не можешь? Не можешь отступить? - казалось, Лилика читает ее мысли. - Не стоит даже думать ничего. Просто выпори меня. Это засчитывается за сексуальное действие. Для достоверности можешь меня раздеть. Тогда все будет выполнено. Не сомневайся. Сама же Овен все еще боялась двинуть дальше, боялась отпустить Карен из объятий. Но все же, отстранившись, начинает медленно снимать с нее одежду, боясь сделать что-нибудь не так. - Не переживай. Даже боль я уже не смогу ощутить в отличии от других умерших и призраков. Для меня и этого чувства не существует. Поверь. Просто не сомневайся в собственных действиях. Ты все делаешь правильно. И... прости меня. За все, - Карен посмотрела на нее красными от слез глазами. Дух и не знал, что ответить, глядя на нее и раздевая одновременно. И вот Лилика стоит перед ней полностью обнаженная. Овен не решается сделать первый шаг, но Карен подтолкнула ее, взяв ее руку в свою ладонь и положив ее на свою ягодицу. - Бей! - приказывает. Но Овен не двинулась даже, все еще смотря ей в глаза. - Не сомневайся и не говори мне "простите"! Удар. Пока что легкий. Просто маленький шлепок, который, скорее всего, не то, что призрак, даже человек не почувствовал бы обычный. - Мало. Бей резче! И Овен бьет. Понимая, что иначе не освободиться. С одной стороны ей противно от собственных действий. Она четко ощущала то, что они неправильны, что так не должно быть, но никак не могла остановиться. Хотя бы потому, что с другой стороны чувствовала некое садистское удовольствие от собственных действий. Опять же вспоминала то, как Карен била ее хлыстом, как удары приходились по ее коже, рассекая ту, как потом ей приходилось долго восстанавливаться в мире духов после ее побоев, после того, как хозяйка защищалась ей, словно щитом. Было больно, точно так же, как и сейчас - больно и противно. Но теперь... неужели настал час мести? Но того ли она хотела? Хотелось ли ей отдать свой должок Карен? Хотелось ли ей принять плату Лилики? Овен приостановилась в тот момент, когда ее удары стали точными и резкими. - Почему остановилась? - спрашивает зеленоволосая, глядя в ее глаза. - Я... не могу так. И Овен отвернулась, повернулась к ней спиной, понимая, что с нее хватило. Не того она желала, совершенно не того. И мстить не собиралась, так как сама считала себя всегда во всем виноватой. Рука Карен легла на ее плече, заставив в удивлении обернуться. - Ты... не такая, как я. Будь я на твоем месте, выбила бы всю дурь из себя. Но ты - иная. Добрая. Хорошая. Милая, - на каждом слове Лилика останавливалась, переводя дух. - Не такая, как я, - вновь повторила она. - Будь такой и дальше. Не поддавайся чужому влиянию. Похоть именно этот урок и хотела вынести из всего этого действия. Не ровняйся никогда на меня и не опускайся до моего уровня. Я - ниже плинтуса, а ты - звездный дух, который покоится на небесах от собственной доброты. И ты... мне нравишься. Очень. Овен положила свою руку на руку Карен, сжав ее. - Спасибо, - наконец смогла выдавить из себя ответ. И вот уже плачет не Лилика, а ее дух - Овен. Один из двенадцати золотых ключей. Плачет от того, что понимает - ее хозяйка давно умерла. Истинная хозяйка. Хоть и злая, хоть и бьющая, но та, которую она действительно любила. - Тебе попался отличный заклинатель духов, который тебя будет любить, как и остальных, включая Льва. Оставайтесь с ней до конца. Берегите свою хозяйку. А я так и останусь в вашем прошлом. И образ Карен стал развеиваться в воздухе, так и не повалившись на землю. В комнате у Похоти. - Что произошло? - удивленно спрашивает Овен у женщины, которая загадочно улыбалась. - Я ведь ничего толком сделать не успела. Просто... - Не стоит ничего объяснять. Карен отправилась в рай. Дух удивленно приподнял глаза. - Она покаялась в том, что сделала. Попросила прощение, а ты ее с помощью своего "спасибо" простила и спасла. У Лилики больше не было сильных грехов. Ее душа избавилась от главного груза, который удерживал ее в аду - от плохого отношения к тебе и вины перед тобой. Розовласая непонимающе смотрела на Похоть. Та объяснила: - Условия уговора соблюдены. Ты сделала те минимальные требования, которые в нем были указаны. Не стоило беспокоиться о чем-то большем. Можешь отправляться обратно. Люси верну вам, духам, под утро. Успокой остальных. Пусть не беспокоятся. Она в порядке. Овен улыбнулась. Искренне. И молвила: - Спасибо вам. Огромное. Более ничего не стала говорить, но Похоть и без того поняла, что не лишь Карен избавилась от своего груза. И сама Овен лишилась собственной доли вины. Ведь из-за сил, которые Лилика потратила на ее призыв, та и умерла тогда. От части из-за этого. Овен исчезла. Женщина покрутила на пальце локон своих темных волос. - Кажется, не одним развратом в эту ночь я сыта буду, - проговорила вслух та, понимая, что он ей, собственно говоря, не столь и нужен был бы, если б не работа. Требуют - исполняет. Прикажут - сделает. И в этом нет ничего личного. Кроме одной детали...