Tender carcass

Слэш
NC-17
Завершён
105
автор
Размер:
83 страницы, 14 частей
Описание:
Вот они какие, кролики. Пахнет как свежие весенние цветы диких груш, — он знает запах только диких, — нежной кожей новорожденного, ещё совсем беззащитного и слепого зайца, пушком и вчерашним ливнем, а теперь ещё и яблоком...
Посвящение:
По традиции всем читающим, особенно автору заявки. Я нарастил очень много сюжета, но вдохновила меня именно она. Надеюсь, вам понравится. Enjoy.
Примечания автора:
¹Tender carcass — нежная тушка.

Меток наставил от души, ребятня, потом буду менять/убирать/добавлять соответственно ходу событий тропа, потому что редко получается соблюдать то, что я уже задумал.
Attention: буду любить и няшить во всех местах за пб и комментарии.
ATTENTION: если добавляете работу в сборник, потому что вам понравилось, пожалуйста, оставьте и лайк. Спасибо за внимание.
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
105 Нравится 15 Отзывы 42 В сборник Скачать

14.

Настройки текста
Храфн подергивал ногой под столом, из-под лба глядя на Олли, сидящего напротив. Саван, сидящий с ним рядом, обнимал колени. Бледнее мела, из-за чего его веснушки казались темными и ненастоящими. Как им удалось договориться — неизвестно, Хакан старался не влезать в дела сердечные других волков, у него со своим сердцем были явные проблемы. После прозвучавшего обличительного заявления Эйса повисла густая тишина, которую можно было резать ножом. Хакан пытался не выпустить наружу все свое отвращение к Арктику и ожидающе смотрел на гостей и их реакцию. Но шок лишил их дара речи, они переглядывались меж собой и многозначительно молчали. — Это правда. — Решил подтвердить вожак, подпирая лицо ладонью. — Я написан на оборотыше-кролике. — Враньё, любую свою ошибку будешь оправдывать гравировкой? Как волк может быть связан с добычей? — Ещё раз так его назовешь, и я тебе пасть напополам разорву. — Рыкнул Хакан, чувствуя, как внутри все бурлит. — Я повторюсь, но не я решаю, с кем связываться от рождения. Может, в моем случае это и страшная ошибка природы, но это не отменяет факта. — Я тоже могу сказать, что повязан на вашем Рыжем, доказательства же нет. — Ударив руками по столу, Эйс привстал, скалясь на вожака. Олли схватил его за запястье, сведя брови к переносице. Он явно поверил и хотел разобраться во всем до конца, в отличие от сквернохарактерного братца. Храфн же повернулся к Савану и накрыл его коленку своей ладонью, утешающе поглаживая. Кто вообще не заслужил этих разбирательств стай Лирых, так это маленький альфа. Он сильно напуган и ощущает сильное давление со всех сторон. — Что насчёт этого? — Хакан поднялся и задрал свободную рубашку на животе, демонстрируя ожог. Кожа все время зудела, что свидетельсивовало о том, что он помогает Хейму затянуть его раны своими силами, разделяет не только его боль, но и здоровье. — Наша связь становится все сильнее, и я не могу с этим ничего поделать. Мы трижды связаны, так вышло даже не по моей прямой воле, это было волчьим инстинктом. Эйс скрипнул зубами, вырывая свою руку и, обратившись волком, бросился на вожака. Хакан же спокойно сделал шаг назад, чтобы его не сбила с ног массивная туша, покрытая белоснежным мехом. Заскользив лапами по каменному полу, Эйс развернулся и снова бросился на Лирого, но тот считал даже ниже своего достоинства обращаться, чтобы усмирить его. Схватив Арктика за лапу, он заломил ее, заваливая тело на пол, седлая его брюхо и прижимая локоть к горлу. Ему и в человеческой ипостаси хватит силы ему шею сломать. Если он думал, что молодой вожак — слабак, то он явно глупее, чем Хакан решил сначала. Хитрый — да, но отнюдь не настолько уж умный. Ещё и несдержанный. — Эйс... — Олли вздохнул, присаживаясь на корточки с ним рядом, но не стал даже пытаться уговорить Хакана отпустить его. — Ты снова за своё? — Он знал, что я пометил другого, однако настаивал на том, чтобы пометить и тебя, в таком случае мы оба погибли бы. — Объяснил Хакан, медленно убирая руку и следя, чтобы Арктик не совершал лишних движений. — Он хотел стать во главу, убрав нас и Храфна. — Прости. — Олли поник, глядя в черные злобные глаза. — Нас изгнали из одной из Элсмирских стай, где меня хотели выдать за сводного брата вожака, за Лирого, конечно, он там был единственным и очень уважаемым. Но Эйс... Он слишком жаждет власти, он и там все испортил. Мне так стыдно. — Он прижал уши к волосам и склонил голову. — Почему вы не изгоните его? — Как у тебя все просто! — Обратившись, оскалился Арктик, упираясь руками в его бедра, поди сбросить его попытался, но быстро сдался. — Он же мой брат, я люблю его. — Жёлтые влажные глаза омеги поднялись на него и он шмыгнул носом, морща его, прямо как Храфн. — Пожалуйста, пусти его, и мы уйдем. — Ты истинный моего брата. — Решил напомнить Хакан. — К сожалению, я не могу тебя отпустить. Даже если он не сможет тебя полюбить, далеко находиться друг от друга вам уже будет трудно. Если ты останешься, вы можете просто обручиться, чтобы ни у кого не возникало вопросов. — Встав, вожак свысока взглянул на Эйса и вернулся на свое место, оставив его лежать. — Храфн, ты можешь быть с Саваном, как я говорил, ваша кровь не смешается. Это старая традиция и я чту ее, но времена меняются и если Лирый альфа любит инокровного альфу — я позволю этому быть. — Не тебе об этом рассуждать, когда вяжешь кроля. — Чего ты теперь добиваешься? — Бросив взгляд за плечо на Эйса, вздохнул Хакан. — Я пытаюсь все разрешить, чтобы твоему брату было легче, чтобы он мог примкнуть к стае, в которой его истинный, ты хочешь и сейчас все довести до отказа? — То есть я должен обручиться с Олли, но могу быть с Саваном? — Решил уточнить младший и Хакан кивнул. — Это возможно вообще? — Иного выбора я не вижу. Если Олли согласен, конечно. Храфн взглянул на Савана и притянул его ближе к себе, прижимая лицо к груди. Саван сжал его плечо пальцами, сдавлено всхлипывая. Хакан не ощущал его, но ему было тревожно смотреть на это, он даже не понимал, что он может испытывать, как это тяжело и непосильно. Ему не хотелось взваливать такую тяжёлую ношу на узкие плечи Рыжего, но и по-другому не мог все решить. — Конечно. — Олли улыбнулся, присаживаясь рядом с Рыжим и поглаживая его по волосам, стараясь утешить. — Не плачь, пожалуйста, я думаю, какой бы глубокой не была гравировка, любовь, что возникает по своей воле, куда сильнее и крепче крови. — Омега ласково взглянул на Храфна, поглаживая рыжее ухо. Храфн прикусил губу, крепче прижимая к себе Рыжего и пряча в его волосах лицо. Олли прижал уши, убрал руки и виновато опустил голову, но младший наследник, взяв его за шею ладонью, обнял их обоих. Ему страшно, он в смятении, но одновременно с этим рад, что у него есть истинный и маленький Рыжий одновременно. Ему не приходится выбирать, но необходимо теперь знать как правильно вести себя с ними обоими. Хакан спокойной выдохнул. Теперь надо было придумать, что делать с Эйсом, поскольку остальные волки не были похожи на тех, кто станет распространяться о том, что в этой стае происходит черт те что. А вот этот болезненно амбициозный альфа — та ещё заноза в лапе. Повернувшись к сводному брату Олли, он тяжело посмотрел на него разноцветными глазами, пытаясь подавить своей силой. Но тот раздражённо скрипел зубами, так, что желваки под белой кожей очень явно перекатывались, выступая на красивом лице всей внутренней злобой. — Ты можешь остаться тут, если не станешь строить новые козни. — Хакан постучал пальцем по столу. — Олли любит тебя, с тобой ему будет проще, но если ты снова вздумаешь что-то наделать — мне придется тебя наказать, по мере твоего преступления. Лирый улыбнулся, но совсем не весело. Никакого желания решать ещё больше возникших проблем у него не было. И без того больно много трудностей выпало на его время, а он же только стал вожаком. Ему хотелось бы верить, что следующие лет шестьдесят больше ничего такого не произойдет и просто все случилось за раз, а дальше будет спокойно. — Ладно. — Сквозь зубы процедил Эйс и, махнув хвостом, вышел. Хакан закатил глаза и решил наконец приступить к празднованию. До глубокой ночи волки отмечали помолвку, странную и непривычную, но они быстро приняли это и смирились. В отличие от Храфна, что сидел с омегой и Рыжим в сторонке, поглядывая на них по очереди, пока Саван вцепился в его руку, угрюмо глядя в пол, а Олли что-то весело им рассказывал. До чего же мягким он мальчиком оказался, покладистый и неприхотливый, Хакан имел надежду, что у них все будет нормально, нужно лишь немного времени попривыкнуть друг к другу. Не хотелось бы потом корить себя за то, что испортил жизнь родного брата. Но тот, видимо, тоже понимал, что это самое оптимальное разрешение их ситуации. Хакан оставил гостей, чтобы проведать своего омегу, что уже спал, свернувшись маленьким калачиком на его половине кровати. Лирый лег за его спиной, прижимая к себе и выдохнул. — Все хорошо? — Сонно промямлил кролик, обнимая его руку. — Да, спи. — Прошептал Хакан, целуя метку и прикрыл глаза, слушая его сопение. Утром он проснулся позже обычного, его слишком утомили проблемы, так что он отсыпался вдоволь. Но даже во сне ощущал, как болит голова от всего происходящего, казалось, он забыл что-то уладить, но как только он открыл глаза, это смутное ощущение сразу прошло. Хейм уже проснулся, вероятно, давно, но продолжал обнимать его и оглаживать шрам на лопатке пальцами, закинув на него тонкую ногу. Ему так сильно нравится близость. Хотя не удивительно, ведь он привык спать в стайке зайцев, что жмутся друг к другу ночью, чтобы не замёрзнуть. — Мышь. — Улыбнулся Хакан, утыкаясь носом в его волосы. — Давно проснулся? — Ты рычишь во сне. — Сообщил омега. — Думал, съешь меня. — Извини. — Вздохнул парень, тиская его щеку и целуя в лоб. — Могу съесть сейчас, откуда начать? Отсюда? — Он обхватил его ухо губами, легонько покусывая и встал над ним на колени, надавливая бедром на пах. — Или отсюда? — Он пробежался пальцами по его рёбрам и вздрогнул, услышав смех. Опустившись на пятки, он удивлённо раскрыл глаза и заморгал, пытаясь понять, что произошло. Он ведь никогда не слышал, как его нежная тушка смеётся. — Что? — Хейм смущённо отвернул лицо и прижал ладонь к губам, сведя брови к переносице, будто это не он совсем. — Какой ты красивый. — Искренне произнес Хакан. — Я... — Я тоже тебя люблю. — Перебил мальчишка и поднял руки, будто сдается и Хакан радостно завилял хвостом, дрожа от чувств и желания. Да уж, эта нежная тушка однозначно его истинный омега.

Эпилог

Хакан упал на брюхо в зелёной высокой траве и прикрыл глаза, стараясь не выдавать своего присутствия. Он четко слышал, как резвятся щенки, их запахи смешиваются и он улавливает каждый их оттенок. Они играются, лают друг на друга, почти что грозно, по-взрослому, и ему от этого смешно, он качает хвостом, двигая ушами и ложится на бок, ощутив запах груш. — Вот ты где! — Хейм садится на его брюхо, безжалостно крепко тиская мех на шее. — Увиливаешь от своих обязанностей, вожак. — Состроив строгое лицо, он взял его за уши. — Я же сказал детей позвать на обед, ты чего тут разлегся? Хакан хныкнул и облизал нос, жмурясь от удовольствия ощущать в меху его тонкие пальцы. Спустя восемь месяцев Хейм разродился, впервые в их стае кто-то рожал в человеческом облике, но иначе нельзя было, ведь у него, как оказалось, в утробе было двое волчат, мальчики омега и альфа, голубоглазые, черноволосые, полностью похожие на своего отца. И мальчик-кролик омега, как две капли воды похожий на Хейма, только с желтыми глазами и белыми ушками. Они с рождения могли обращаться, хотя делали это сначала неосознанно. К несчастью, Хакан не мог находиться рядом с ним во время родов, поскольку был далеко. Он был вынужден подавить вражескую стаю, поскольку Эйс таки удумал отомстить ему за разрушение своего плана, присоединившись к Степным и людям. Конечно, он убил вожака и взял их под свою опеку, а Арктика изгнал вместе с людьми, так что уже шесть лет все было спокойно и никто не пытался соваться к «Дикому» — а таким он прослыл из-за своего беспощадного нрава относительно врагов — вожаку Лирых. К счастью, он остался жив, крошка справился. Джонас решил, что это, наверное, потому что они истинные, ведь Хакан разделил его боль и помог быстрее оправиться. Если бы не их связь, он бы, скорее всего, не выжил. Фрейр, что с первого взгляда наудивление полюбил Хейма, души в нем не чает. Теперь все подарки, что он ранее приносил племянникам, он дарил омеге. Он самым первым одобрил его выбор, за первые же секунды, когда Хейм с ревнивым лицом встрял в их разговор со своим женихом, ведь ещё не видел этого красивого Лирого и не знал, что это дядя Хакана. Просто наглый кролик-омега растолкал двух волков-альф, потому что ему не понравилось что Хакан, видите ли, лизнул щеку этого «чужака». Хейма все приняли, хотя и выбора не было, всё-таки избранник вожака. А после его и вовсе все стали обожать, потому что он красивый и добрый, хотя и заставляет шерсть дыбом вставать, если что не так. После пережитого он решил стать травником, чтобы помогать Елю, который после смерти старика стал знахарем. Он ведь кролик, лучше разбирается во всех этих травках да кустах, хотя сначала Ель говорил, что он ему приносит не то. Но Хейм, конечно, убедил его, с криками о своей правоте, как он умеет. — Ну они же играют. — Попытался оправдаться Хакан, сменив облик. Он сунул руки под его тонкую рубашку, поглаживая шрамы на мягком животе. — Проголодаются и сами придут. — Это называется отсутствием дисциплины. — Скрестив руки на груди, сурово нахмурился оборотыш. — Они ещё маленькие, не будь так строг. — Хакан улыбнулся, чувствуя, как он смягчается. Ушастый вздохнул, упершись ладонями в траву по бокам от его головы и склонился, так что его длинные серебристые волосы скрыли их лица, сохраняя в тайне поцелуй. Хакан прикрыл глаза, обхватывая пальцами его ухо и покручивая в нем колечки, от которых Фрейр был в восторге, хотя Хейм сначала оценивал их скептически. Лирый обожает их, хотя это мелочь. Он безумно любит всего своего омегу, с мягкими щеками, бедрами и хвостиком, что дрожит, когда он рад или смущён. И когда разозлен до белого каления тоже. — Давай, Дикий, пора их покормить, они так до самого вечера будут резвиться. — Ну мышь. — Простонал Хакан, меняя их местами и осыпая поцелуями его шею и щекоча тонкую белую кожу языком. — Тут вообще-то дети, ребята, отошли бы подальше. — Саван насмешливо сморщил нос, неся в охапке шестерых рослых Лирых щенков и крошечного кролика, сидящего в его коротких волосах. — Мы идём кушать, присоединяйтесь после. — Он захохотал, опуская детей, ведь нести их трудно. Олли тоже ощенился несколько месяцев спустя, троими омегами — а такого ни одна стая Лирых ещё не видала уже лет триста — и одним альфой. Саван быстро смирился с тем, что его альфа не только лишь его. Быстрее, чем сам Храфн. Но спустя время он стал проявлять к ним одинаковую любовь, не без помощи уз, а Саван помогал воспитывать их щенков, хотя, конечно, делал это так мягко, как и Олли, они сразу сошлись характерами и даже совершили волчий поцелуй раньше, чем это сделал Птенчик с Олли. Слух об их семействе распространился далеко за пределы их стаи, так что теперь такие отношения альфы с инокровным альфой не порицались. Всем стало проще дышать. Щенки нырнули в высокую траву, разбредаясь кто куда, только Тейт остался на месте, лениво дожевывая травинку, торчащую из маленького рта зелёным язычком. Тейт — это самая большая радость Хакана, как единственный крольчонок, он рос медленно и болезненно. Поскольку он маленький ушастый, у него нет таких однозначных уз с другими детьми и он чувствовал себя одиноко, стал очень тянуться к своему отцу. Хейм из-за этого жутко ревновал, пускай активные волчата Тони и Томми наоборот более тянулись к нему самому. Хакан же залюбливал маленького Тейта, ведь щенки не нуждались в столь нежном обращении. Но любимчиков, конечно, ни у кого не было. — Ну вот... — Якобы недовольно Выдохнул Хейм, хватая его за хвост у самого корня, тем самым заставляя альфу вздрогнуть и выпрямить спину. — Давай, собака, пошевеливайся, чего застыл? — Больно, Хейм. — Зажмурившись, альфа выдохнул, когда пальцы скользнули на сам кончик и тоже его крепко сжали. — Сломаешь же. — Да как же. — Буркнул омега, но все же поглаживать стал мягче и улыбнулся. — Кто из нас тут нежная тушка? — Ты. — Однозначно ответил альфа, приподнимая его бедра и пальцами спуская штаны. — Давай заведем ещё детей? — Давай. — Хейм притянул его лицо к своему, снежно-белому, с розовым носиком и красными губами. — Только рожать будешь ты. Хакан засмеялся, целуя его и закидывая на свою спину ноги, что сразу его обняли. Если бы мог, то действительно родил бы. Но пока он просто готов ещё раз вынести сумасшедшие прихоти своего омеги во время беременности. И на этот раз быть с ним рядом.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты