Я отдам тебе всё, даже себя.

Пристрастия Тадаши Ямагучи — цветы, спускающиеся лианами по стенам его комнаты, и наклейки с розовыми понями. Он мил и невинен. Ямагучи — маленькое солнышко, которое, всеми силами, старается угодить каждому, попутно отмахиваясь от собственных проблем, оставаясь, лишь изредко, с ними наедине. В любой компании парень становится тем самым «спасательным жилетом». Им не брезгают пользоваться, он отдаётся людям без остатка, забывая о том, насколько сильно, сам, нуждается в чужом слове и поддержке. Жизнь беспощадно играет с ним в футбол, где мячом является сам Ямагучи. Его бросает от одних людей к другим. Он — гость на этом празднике жизни и кажется его нахождение на нем слегка затянулось.               Цукишима Кей — заядлый игрок в компьютерные игры и любитель провести тихие вечера у приоткрытого окна, попутно слушая размеренный гул шумных улиц. Ото всех он отличается спокойствием и сдержанностью. Цукишима хладнокровен и решителен. Он осмысленно доводит дело до конца. Именно этим парень и полюбился не только своим одноклассникам, но и простым людям, которые знают о нем лишь по чужим рассказам. Это тот человек, который действительно говорит то, о чем думает. Он не любитель лжи, однако, живя в таком мире, даже самый невинный ангелочек в милых розовых подтяжках решит продать свой нимб за три «божьих камня».               Старшая школа началась и потянулась довольно размеренно, неспеша. Цукишима усердно погрузился в учёбу. Тренировки в волейбольной секции еще не начались, поэтому после школы подросток частенько, вечерами, гуляет в парке возле дома. На дворе стоит довольно теплый, для этих краев, апрель. Лепестки сакуры, из-за порывов ветра, неспеша опадают на тропинки. Прохлада и сладострастный запах вишни окутывают Цукишиму, погружая того в пленительные мысли. Ему нравится такая пора его жизни. Он хочет застрять на этом этапе своего существования как можно дольше. В домах загораются ламы. Людей страшит наступающая тьма, поэтому они стараются как можно скорее освободиться от собственных навязчивых мыслей, разрушая пелену бурного воображения ярким светом. Люди этого города довольно суеверные. Здесь до сих пор продолжают верить в существование духов и чего-то мистического. Легенды оживленно перетекают из уст в уста. Цукишима всегда был скептиком до мозга костей. От любых диалогов такого рода он всегда дергано отмахивается. Единственное, о чем так переживает молодой человек — собственное состояние. И причины для волнения, действительно, есть.               Холод забирается под легкую куртку Цукишимы, заставляя того ёжиться и втягивать голову в плечи. Парень давным-давно уже озяб, однако желания идти домой как не было, так и нет. В пустой квартире его ждет лишь давящая тишина и болезненное одиночество. В последнее время ему и в правду нехорошо. Его старший брат не так давно попал в больницу. Врачи огласили диагноз «пневмония», но в бегающих глазах, уже не молодого эскулапа, явно читалась недосказанность. Ходить к брату так часто, как хотелось бы, не выходит, да и тот не горит желанием видеть свою молодую копию. Между ними всегда было невидимое напряжение, которое с возрастом так стремительно растет.               Следующий день не принес ничего хорошего. На середине урока, когда учитель с энтузиазмом объяснял строение организма человека, Цукишиме стало плохо. В глазах зарябило, а внутри черепной коробки, по ощущениям, разорвалась бомба. Парень, не сдержав рвущийся крик, сдавленно промычал. Под руку его увели в лечебное крыло. В глазах двоилось, мерещились совершенно незнакомые люди, хотелось пить. В чувства его привели благодаря нашатырю. Кривым, мало-разборчивым почерком, парню было написано освобождение от занятий на текущий день. Цукишима, на дрожащих ногах, вышел из медкабинета. Приподняв глаза, в конце коридора, он увидел парня. Его зацепил необычный цвет волос ученика. Оливково-зелёные, слегка вьющиеся локоны спадали на лицо парню. Одет он был в слегка мешковатую одежду, за которой явно пряталось довольно щуплое тело. Цукишима отвёл взгляд от парня, буквально на несколько секунд, оглядываясь назад и, чуть смяв, запихивая в карман школьных брюк записку. Когда же заинтересованный взгляд уже было вернулся на то место, где стоял юный незнакомец, мальчишки с оливковыми волосами уже не было. Безмолвно пожевав губу, Цукишима подумал, что этот робкий мальчик вполне может оказаться новым студентом, который заблудился в широких, всегда оживленных коридорах школы, а болезненный вид Цукишимы его просто спугнул.               Рой мыслей вытолкал и без того раздавленного парня из сна. Жадно глотая воду Цукишима плакал. Плакал из-за того, что морально не выдерживает, что переживает за брата и безумно боится его потерять. Мысли крутили подсознание, подталкивая на абсурдные решения. Не долго думая Цуки схватил куртку и выбежал из квартиры. Ветер трепал его и без того взъерошенные волосы, смахивая с разгоряченных щёк остатки слезинок. Парень бежал, бежал до больницы, где лежал его старший брат. Ненависть, в перемешку с отчаянием и безысходством, сдавливало сердце парня, заставляя его трепыхать и учащенно биться. В скоре усталость взяла свое и Цукишима был вынужден замереть. Жадно глотая воздух, он вытирал слёзы тыльной стороной руки. Чувство тревоги засело где-то в печёнках.               На входе в палату Цукишиму перехватил врач. Всё те же глаза, которые не могли долго смотреть в лицо парню, чей брат лежит в больничной палате и беспокойно спит, следили за тем, как меняется выражение лица взбалмошного и совершенно бесцеремонного мальчишки. «Я понимаю, что Вами руководит лишь забота о члене своей семьи, однако не думаю, что Вам стоит нарушать покой и без того болеющего молодого человека.», — промолвил мужчина. «Почему Вы так упорно не пускаете меня к нему? Не думаю, что наличие меня рядом с ним, на какое-то время, так отразится на его самочувствии.», — холодно ответил Цукишима, делая шаг к дверям. «У Вашего брата туберкулёз.» — сглотнув, почти шепча, произнёс лечащий врач. Парень замер, казалось, что он перестал дышать. Глаза расширились, сердце замерло, а перед глазами кто-то ловко задёрнул занавес. «Надеюсь это — шутка. Просто скажите, что Вы шутите. Глупый розыгрыш, это не может быть правдой.», — дрожа всем телом, уставившись в сморщенное, из-за стольких прожитых лет, лицо мужчины, одними губами проговорил Цукишима. «Мне жаль…», — единственное, что произнёс эскулап, а после чего виновато потупил взгляд в пол. В груди Цуки вспыхнула жгучая боль. Слёзы бесшумно брызнули из глаз, голос сорвался и парень, падая на пол, закричал. Истошный вопль скорби, боли и сожаления не мог оставить без внимания никого. Этот день ещё долго будет обсуждаться медперсоналом. Даже, после скоропостижной кончины Актикеру Цукишимы, старшего брата, Цукишимы Кея.               Дни стали тянуться всё однообразнее и однообразнее. Цуки ходил на занятия, иногда появлялся на тренировках, однако играя совершенно без охоты. Скорее, чтобы отвлечься от назойливых терзаний самого себя. Оставаться наедине со своими мыслями было всё сложнее. Казалось, что в скором времени этот кокон поглотит его, не оставив и следа от, некогда, довольно заводного парня. Он стал чаще плакать. Рана, образовавшаяся в груди, пожирала его изнутри. Он чувствовал, как его ломает, он понимал, что долго не протянет. С нахлынувшими проблемами в жизни Цукишимы Кея появилась и жалость со стороны других людей. Как же он ненавидит всё, что связывает его с эти всеобще принятым чувством.               Единственное, что молодой человек не мог объяснить сам для себя, так это его эмоции, при виде того самого парня с оливковыми волосами. Цукишима часто видит его среди друг людей, однако кажется, что того совсем не замечают, делая вид, будто его и нет. И лишь Цукишима, порой, засматривается на него, выжидая, когда же это невинное, с виду, создание покажет своё лицо. Параллельно с образом милого незнакомца, Цуки стал слышать лёгкий запах сигарет. Они ненавязчивые, приятные и почему-то такие родные, что каждый раз заставляют оглядываться, тем самым выискивая полюбившегося, со временем, обладателя этого подросткового шлейфа.               Постепенно Цукишима Кей стал всё больше замкнутым, одержимым каждой переменой, чтобы вновь насладиться недолгим взором на лучик, который вытаскивает его из собственных червивых мыслей. В этот день он так и не увидел избранного, собой же, юного ребёнка. На следующее утро, даже через неделю присутствие парнишки с причудливыми волосами не ощущалось. В душе вновь зародилось то омерзительное ощущение. Ощущение тревоги и небезопасности. Некогда утонченные руки стали походить на свежую нарезку. В попытках убежать от моральных терзаний, Цукишима самолично уничтожал себя физически. Перочинный нож стал его основным спутником. Ночами измученный парень рыдает в подушку, жалобно прося встречи с невинным созданием. Он одержим им и его чувства схожи с карой небес.               Прошёл месяц. Близились каникулы. Цукишима потерял все надежды на то, чтобы вновь встретиться с тем пареньком, который так беспрестанно влез в его жизнь и не захотел уходить. На повороте к школе парень остановился, запах сигарет с вишней окутал его разум, глаза стали выискивать ту самую родную, вихрастую макушку. Мальчишка в мешковатой одежде стоял недалеко от угла школы. Времени на раздумье не было. Взволнованно подбегая к предмету своего обожания, парень налетает на мальчугана и… Проходит сквозь него. Ошарашенный, совершенно недоумевающий Цукишима вопрошающего смотрит на того, кто стоит перед ним. Дым от сигареты витает рядом с молчаливым ребёнком, окурок падает на пол, а юный прелестник начинает говорить:«Умный блокирующий Тсуки, пять лет прошло, а ты всё никак забыть меня не можешь» . Бледной рукой паренёк убирает волосы с глаз и Цукишима выпадает из реальности. Перед ним стоит его некогда обожаемый, ещё при жизни, Ямагучи. То самое солнышко, которое оплакивала вся школа. Люди всегда любили самоутверждаться при помощи тех, кто слабее них. Тадаши Ямагучи не стал исключением из этого скверного списка. Над ним издевались, кричали в след, что он никогда не приживётся среди «нормальных» людей, что он — изгой, никому ненужный платок для слёз. И это, каждый раз, било под дых парня. Для того, чтобы влиться в компанию, Тадаши стал курить, начал сквернословить, в попытках избавиться от прицепившегося прозвища «платок для слёзок». Он не хотел признавать, что люди бывают жестокие, что не всем стоит помогать, что мир — игра, чьи правила диктуют люди, на ранг выше остальных.               В конечном итоге Ямагучи покончил жизнь самоубийством. Лужа алой крови и приторный запах тела надолго въелись в память многим. После случившегося Цукишима ещё долго проходил реабилитационный курс. Он пил психостимуляторы на протяжении двух лет, после чего было принято решение снизить дозу. Парень стал загибаться. Он не ел и не пил, потерял счёт времени и морально выгорел. Больше некому было поменять в нём перегоревшую лампочку. Свет, в его душе, угас на долгие пять лет. Именно в тот момент все и стали его «жалеть». Именно после этого он так ненавидит жалость к самому себе.               Прохладное движение в сторону Цукишимы, заставило того вынырнуть из своих мыслей о давно минувших днях. На глазах были слёзы. Он обречённо смотрел на Ямагучи, боясь что-то сказать. Прохладные губы Тадаши коснулись лба Цукишимы. Сконцентрировавшись, он запустил свои пальцы в волосы парня, попутно, ели слышно, говоря:"Я понимаю, что ты чувствуешь, я знаю, каково это лишиться всего. Прошу тебя, просто пойми, что больше я не смогу быть рядом с тобой. Даже у таких как я есть отведённое время.» Всхлипывания раздавались всё отчётливее. «Мне нужно идти, но я обещаю, что никогда тебя не оставлю. Ты, действительно, стал мне дороже кого-либо. Мне жаль, что всё так произошло.», — спокойно проговорил Ямагучи. Чей-то вскрик сзади, невольно, заставил Цукишиму обернуться, однако он всё так же держал в своих руках парня. Ощущение, что ему стало легко, незаметно появилось перед ним. Обернувшись, он несколько минут стоял и смотрел на свои пустые, дрожащие руки. Последнюю фразу, которую запомнил Цукишима Кей и уже, видимо, никогда не забудет, он ещё долго будет прокручивать в мыслях. До тех пор, пока измученный организм не заставит его предпринять хоть что-то. Цукишима вновь пойдёт к психиатру, запишется на приём и сам для себя откроет заболевание, которое станет разрушать его день за днём. Ему поставят «шизоидное расстройство личности» и жизнь, некогда перспективного парня, разделится на «до» и «после». Он в миг потеряет всё. Единственное, что будет так настойчиво проясняться в его памяти, что когда-то, действительно, произошло с ним, так это — последние слова Тадаши Ямагучи: «Я — гость на этом празднике жизни и кажется моё нахождение на нем слегка затянулось.»