Хроноворот Поттера в природе

Слэш
NC-17
В процессе
337
автор
Размер:
планируется Макси, написано 303 страницы, 30 частей
Описание:
Ох уж этот Гарри Поттер. Особенный среди особенных. Магия и Смерть имеют его в любимчиках, хотя и относятся к нему с жестоким любопытством.

Например, истерзав его у Дурслей, испытаниями с Риддлом, смертями и болью, обе мистические сущности решают, что результат их не устраивает. Что делать? Начать с начала!

"Прости, Поттер, но это никуда не годится. Переделывай"
Посвящение:
TsissiBlack. Лучший снарри-автор по моей скромной субъективной оценке.
Если когда-нибудь Вы прочтёте этот фик и не ужаснётесь, знайте, он вдохновлён Вами :D <3
Примечания автора:
Я ОБОЖАЮ хронофантастику. Исправление известного будущего. И ничего не могу с собой поделать.
Молюсь только, чтобы не скопипастить случайно все те шикарные работы, которых я начиталась и какими вдохновилась. Вроде бы всё сказано на эту тему, но - вдруг удастся удивить? :)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
337 Нравится 298 Отзывы 178 В сборник Скачать

Испытание души. Часть 2

Настройки текста
План, составленный Поттером, был форменным безумием. Умереть, воскреснуть и сразиться в дуэли с Волдемортом — и обо всём этом несносный мальчишка заявлял так самоуверенно и просто, будто это было делом нескольких взмахов палочки. Пускай и Бузинной. Конечно, Северус понимал, что всё это говорилось таким тоном, чтобы его успокоить и обнадёжить, но от этого легче не становилось. Он остервенело гонял Гарри по заклятиям, борьбе и видел, насколько мало́ то, чему он успел его научить. Но ведь упёрлось ему — сделаем это сейчас, и точка. Северус подозревал, что Гарри не хотел отпускать его к Пожирателям. Они оба не решались озвучить одно и то же опасение: сколько известно Лорду? Снейп погиб, не раскрыв своего шпионажа, но мог ли Волдеморт как-то иначе узнать о том, кому на самом деле был верен зельевар? В этом случае возвращение Северуса к нему являлось гарантированным самоубийством. Было бы лучше, если бы во всё это не вмешались чувства. Дамблдору хватило хладнокровия пожертвовать людьми на этой войне, и сам Снейп был готов её не пережить, но Гарри теперь не мог этого позволить. Поддавшись своей слабости, Северус увлёк за собой и Гарри, и так подверженного необдуманным эмоциональным поступкам. Ослеплённый миражом пленительного будущего, Северус привязал к себе парня, столь уязвимого в бесконечной гонке за выживание. Он не был способен теперь убедить Гарри, что его жизнь не стоит и кната по сравнению с жизнью кого угодно другого, тем более, самого Гарри. Грёбанный цугцванг. С добычей кольца всё стало только хуже. Нет, всё в итоге сложилось, как надо, Северус снял наложенное на него проклятие и уничтожил крестраж, сделав его безопасным для ношения. Однако осколок души и здесь сопротивлялся, чему в немалой мере способствовало защитное заклятие. Волдеморт любил играть с мыслями магов, подчиняя себе все тайны, которые от него не могли утаить. Это был его стиль: таким являлось зелье, защищавшее медальон и вызывавшее наружу самые жуткие страхи у того, кто его пил, и таковой была защита этого кольца. Едва подойдя к нему, Северус ощутил мягкий зов, вдохнул сладкий дым соблазна, и перед глазами пронеслись картины его прошлого, смешанные с наколдованной фантазией. Вот Лили, смеющаяся и светящаяся, бежит впереди, увлекает за собой. Вот она превращается в Гарри, обещающего счастливое будущее. Лицо Гарри трансформируется в лицо Джеймса, ему немного надо для этого, и Джеймс осыпает его проклятиями за то, что Северус посмел осквернить его сына. Самое ужасное, что Снейп согласен с каждым словом, он готов склонить голову в поражении, отказаться от всего, к чему стремился. Снова появилась Лили, теперь уже злая, она обвиняет его в том, что Северус так легко отказался от неё, от их любви, и ей пришлось быть с Джеймсом — из-за него, из-за Северуса. Рядом стоит Лорд и крепко держит Снейпа за плечо, тихим шёпотом объясняет, что всё к лучшему: Поттеры должны были умереть, чтобы освободить Северуса, и Гарри должен умереть, чтобы Северус больше не страдал. — Тебе нужно надеть его… надеть кольцо… Если бы Северус не был искусным легиллиментом, он преодолел бы последние дюймы, отделявшие его от артефакта, без всяких колебаний. Но всё же в нём поднялось сомнение, затем несогласие — и, наконец, возмущение. — Грязный предатель! — шипел воображаемый Риддл и убивал его, снова и снова. — Вот, что тебя ждёт, если ты вернёшься ко мне! Чувствуя, как рот наполняется кровью, голова раскалывается от невыносимой боли, а руки дрожат от усилий контролировать мышцы собственного тела, Северус поднял палочку с трудом, будто она весила не меньше тонны, и забормотал контрзаклятия, методично взламывая чёрные плетения. Через час на негнущихся ногах Снейп покинул дом Мраксов. Ещё через полчаса он покинул Литтл-Хэнглтон.

***

Не было никаких шансов, что Дамблдор не заметит пропажу палочки, и Северус так прямо и заявил Гарри. На что тот не менее прямо ответил, что важно здесь — суметь её украсть, а не обмануть Дамблдора в том, что тот всё ещё владеет ею. Пожав плечами, Северус согласился сварить усиленное Сонное зелье параллельно с Оборотным. Альбус заметил. Тихим шёпотом за завтраком в день третьего испытания обсуждал это с Грюмом, советовался о способах проникновения и наверняка просил расследовать это дело. Снейп с сарказмом размышлял, что вряд ли Грозный Глаз в этом преуспеет больше, чем в расследовании, кто же бросил имя Поттера в Кубок Огня. Северус едва ли мог запихнуть в себя какую-нибудь еду, поэтому со всех трапез уходил буквально спустя десять минут. В этот раз он отказался патрулировать лабиринт, сославшись на преподавательскую работу. Северус не видел, как Гарри вошёл в лабиринт — он направлялся туда, куда тот должен будет в скором времени выйти, если всё пойдёт по плану.

***

— М-мой… Лорд… вы уверены, что… м-мальчишка придёт? — как всегда, с придыханием и подобострастным всхлипыванием спрашивал Хвост, любовно поглаживая новенькую серебряную руку, дарованную взамен той, что он пожертвовал для воскрешения Волдеморта. — Подождём, — протянул высоким, ледяным голосом Том, не глядя ни на кого. На кладбище их было трое, не считая Нагайны: Волдеморт, Хвост — Питер Петтигрю — и Барти Крауч-младший. Последний совершенно наглым образом уселся на какое-то из надгробий, выбрав пошире и поустойчивей, и беззаботно болтал ногами. Его работа была по достоинству оценена, Лорд приблизил его к себе, поделился своими планами. В отличие от Хвоста, Барти был полезен, изобретателен и сообразителен. В отсутствие остальных Пожирателей он был неоценим. — Этот парень постоянно ускользал из всех ловушек, — заметил Барти, рассматривая Лорда почти с детским любопытством. — Будто бы такова его судьба, встретиться с вами, мой Лорд… Волдеморт резко развернулся, заставив мантию обвиться вокруг его ног, и вперил разъярённый взгляд на своего слугу. Крауч же нисколько не впечатлился, склонил голову набок и ждал ответа. — Я докажу сегодня, что не существует для него иной судьбы кроме той, что уготовил ему я, — прошипел Том. — Да, мой Лорд, — легко согласился Барти. Посверлив его какое-то время пристальным взглядом, Волдеморт отвернулся опять. Отстранённое спокойствие Крауча-младшего хоть и раздражало, но в то же время странным образом помогало усмирить собственное безумие, нет-нет да и прорывавшееся. Ещё бы: столько лет прожить бестелесным духом, разумом, претерпевая неудачи в возрождении раз за разом! Этого он в своих расчётах не учёл, когда прятал крестражи — того, что ему понадобится помощь мага. А довериться он никому не мог. Тупиковая ситуация требовала пристального внимания, но не сейчас, когда мальчишка светит своим шрамом на всю Британию и с непринуждённой лёгкостью обводит его вокруг пальца. Сегодня всё закончится. День клонился к закату. Испытание должно быть в самом разгаре. Всё это время они провели в ожидании, только Волдеморт вёл беседы с Нагайной. Наблюдавшие за ним задавались вопросом, о чём содержательном можно вести беседы со змеёй, но озвучивать это вслух, конечно, не стали. — Скоро, — вдруг сказал Том. Тишина сгущалась, напряжённое ожидание пронизывало воздух, уже летний, но ставший вдруг неприятно холодным. Хвост нервно переминался с ноги на ногу, шмыгал носом, но даже этот шум не мог разогнать густоту молчания. Барти так вообще замер на своём камне подобно горгулье, и не отрываясь и почти не мигая смотрел туда же, куда смотрел Тёмный Лорд. Темнота прорезалась ярким бело-синим светом портала, и на землю мешком повалился потрёпанный, грязный и измождённый Поттер. Он упрямо боролся с собой, поднимаясь на ноги, и Волдеморт бы восхитился этой стойкостью, если бы так не желал прикончить надоедливого мальчишку. Их глаза встретились, Том не сдержал победной усмешки — но всё сделать нужно было быстро. Он приказал Нагайне: — Убей! — потому что с его любимицей у Поттера не возникнет конфликта палочек. С его змеёй Поттер не сможет вступить в дуэль и получить хотя бы призрачный шанс на победу. Кровь врага, вернувшая Волдеморта к жизни, хлынула живописно, почти красиво. Том с отвратительной жаждой на бледном лице наблюдал за тем, как несопротивляющийся, но хрипло стонущий от боли враг раскидывается на земле, как пытается прикрыться руками, но поздно — клыки Нагайны впрыснули яд, и теперь она больше развлекалась, разрывая горло сильнее, пробуя на вкус плоть и кровь. — Умрёш-ш-шь… Гарри Поттер… ты умрёш-ш-шь… — шипела она. — Достаточно, — негромко сказал Том, и змея тотчас прекратила, мягким шуршанием отползая в сторону. Поттер ещё дышал — скорее, булькал разорванными связками — и в нём пока ещё теплилась стремительно уходящая жизнь. Риддл наклонился над ним, не в силах удержаться от последних слов: — Вот и пришёл твой бесславный конец, Гарри Поттер, обеспеченный моим фамильяром. Неизвестно, слышал ли что-то Поттер после слова «конец», потому что в этот момент его глаза остекленели, а грудь перестала шевелиться. Брезгливо улыбнувшись, Том всё же договорил всё, что хотел, и выпрямился. Он глянул на Хвоста и небрежным жестом указал на труп: — Приберись. Вздрогнув, Петтигрю поспешно кивнул и почти подбежал к мёртвому Гарри. Зачем-то проверил пульс, суетясь, как всегда, и прикрыл глаза. Риддл уже не обращал внимания на возню слуги, он обратился к Краучу-младшему, к которому у него были гораздо более важные поручения. — Теперь я без помех могу призвать своих слуг. Когда я проверю, кто из них всё ещё верен — или хотя бы достаточно умён, чтобы вернуться ко мне — мы немедленно освободим из Азкабана тех, кто пал жертвой своей службы. Белла, Антонин, Август… кто-то из них меня приютит, я надеюсь. Ледяная снисходительная усмешка гуляла по лицу. Казалось бы, внимательно слушавший его Барти вдруг вскинулся и рванул вперёд, всем своим весом падая на Риддла, заставляя его потерять равновесие и упасть на землю. Над ними сверкнул луч заклятия. — Какого… — прорычал Том, откидывая от себя Крауча-младшего и осматриваясь. Хвост держал в руке палочку и с искривлённым в ненавидящей гримасе лицом уже творил новое проклятие. Волдеморт тут же отразил следующее, и следующее, и прорвался из обороны в атаку. По его воле закрутился ветер в сильный смерч и обрушился на Петтигрю, но тот повернулся на каблуках и трансгрессировал. Он появился за спиной Лорда и тут же швырнул в него трудноопределимым заклятием, но спину Волдеморту прикрыл Барти, успешно отразив его своим. Завязалась страшная в своей молчаливости битва одного против двоих, летели искры, дрожала земля от выпускаемой магии. Хвост, вопреки своей природе, был ловким и увёртливым, грациозно (насколько это было возможно для его комплекции низенького и толстого мага) уворачивался от некоторых атак, разумно растрачивая силы. — Это… не… Хвост, — шипел Том, приходя в бешенство, что он никак не может победить врага. Петтигрю мерзко ухмыльнулся и вновь трансгрессировал, хотя режущее Крауча-младшего всё-таки попало в него, и в следующем месте он появился, капая кровью на землю. — Экскуро! — быстро сказал лже-Питер, вновь вскидывая палочку в обороне. — Не хочет, чтобы его личность определили по крови, — догадался Барти, на его лице расползалась почти счастливая улыбка. — Хорош! Дуэль оборвалась так же быстро, как и началась, потому что все вдруг отвлеклись на вмешательство с третьей стороны. Хриплое свистящее дыхание вряд ли можно назвать криком, и всё же оно достигло ушей каждого: — Протего! Блаженную секунду Поттер всерьёз ожидал, что его фирменные Щитовые чары чудесным образом прибьют Лорда. — ТЫ! — взвыл Том, и ярость его вдруг схлестнулась со страхом. Глаза мальчишки покрылись непроглядной тьмой, он выглядел жутко даже для повидавшего многое Риддла: разодранное горло, из которого всё ещё сочилась кровь, бледное от кровопотери лицо и чёрные провалы вместо глаз. Поттер вернулся из-за грани. Вмешательство Госпожи… Соображал Волдеморт быстро. Схватив за локоть Барти Крауча-младшего и каким-то невербальным заклятием заставив исчезнуть Нагайну, он трансгрессировал, Поттер не успел и рта раскрыть для нового заклинания.

***

Это место манило Гарри. Так хотелось остаться в этом небытие, спокойствии и гармонии с самим собой. Неважно, насколько болезненным случился его уход, оно того стоило. Вся его жизнь стоила того, чтобы получить в награду тихое счастье безмятежности, расслабленности и покоя. Разве есть что-то лучше? — Гарри Поттер, — тихий вкрадчивый шёпот показался голосом потерянного друга. Гарри хотел улыбнуться, но обнаружил, что не может этого сделать — у него нет тела. Зато он почувствовал мысленно ответную улыбку Госпожи — значит, каким-то образом он сумел донести свои эмоции. — И снова здравствуй. — Немного запоздалое пожелание, — забавляясь, ответил Гарри. Он с таким опасением и страхом думал о могущественных сущностях при жизни, но теперь, в посмертии, он словно находился среди равных. — Вовсе нет, — таким же тоном ответили ему. — О, я погляжу, ты собрал всё? — Ваши Дары, Госпожа моя, — Гарри вдруг замешкался. Зачем они ему? Наверное, чтобы сделать ей приятное. — Не только её, — послышался второй шёпот, почти такой же, как первый, и всё же Гарри отчётливо понял, что это говорит кто-то другой. — Или ты решила присвоить всё себе, любовь моя? Эти слова явно не предназначались Поттеру, но он с интересом прислушивался. — Избранный вернул Дары каждой из нас, — зазвучал третий шёпот, и обстановка неуловимо изменилась. Заигрывающий тон испарился, нахлынула вся серьёзность ситуации. Морок спал, и Гарри понял, что он вовсе не хочет оставаться здесь. Как он мог забыть? Как он мог решить, что ему не к кому возвращаться? Отчаянно захотелось открыть глаза, по-настоящему, вдохнуть воздух, страдать от боли в шее, драться с Риддлом — всё, что доказало бы, что он жив и вернулся к Северусу. К Рону и Гермионе. К своей семье. — Госпожи… — тихо и снова робко позвал Гарри. — Что ты хочешь в обмен на наши Дары? — подсказала ему Госпожа Судьба, её голос был словно тяжелее остальных, и не звучал больше шёпотом. Грудной женский голос обволакивал, но прочищал мысли. Вопрос даже не сформировался, проскочил на грани сознания, и всё же ему решили ответить. Гарри понял, что в этот раз заговорила Госпожа Смерть: — Людская память до смешного коротка, а их страхи скучны и одинаковы. Они решили, что Дары принадлежат мне, и что я дарую жизнь в обмен на них. На самом деле мне принадлежит лишь Мантия. Бузинная палочка — Дар Магии. — Воскрешающий Камень — мой, — сказала за себя Судьба. — И как я вижу, ты уже им распорядился. Сложно было понять, осуждали его или поощряли, но вспышку вины Гарри спрятать был не в силах. Облегчать ему совесть никто не собирался, и Гарри безнадёжно произнёс: — Могу я… вернуться в мир живых? — У тебя есть незаконченные дела, Гарри Поттер? — спросила Судьба. Вопрос звучал откровенной насмешкой, но Гарри искренне сомневался, что потешались над ним. Послышался неразборчивый шёпот, будто кто-то говорил слишком тихо на незнакомом ему языке, и вновь властный голос: — Возвращайся и исполни мою волю. И так зыбкий мир качнулся, размылся перед глазами, и Гарри уже почти выплыл из небытия, когда безошибочно узнаваемый чутьём Гарри шёпот Госпожи Магии заговорщически проговорил, казалось, прямо ему в мозг, минуя ухо: — Передавай привет моему Принцу…

***

Гарри полностью осознал реальность, только когда с добрых полчаса попялился на потолок Больничного крыла. События последних нескольких часов смазались и поистрепались в памяти: Хвост — нет, это же Северус — кинулся к нему после побега Риддла, звеня склянками. Лихорадочный шёпот Вулнера санентур, стягивающие ощущения в области шеи, обжигающие глотки бесконечных зелий, которые ему вливали в горло почти насильно. Торопливая договорённость вернуться в Хогвартс, рассказать всё Дамблдору и потом увидеться ночью в Больничном крыле. Украденный поцелуй в уголок губ, смазанный кровью — то, что Гарри помнит отчётливо… И снова: Кубок-портал выкидывает его посреди лабиринта, Гарри почти ожидает увидеть оставшегося в живых огромного арахнида, но падает почти в объятия Макгонаггал. Оказывается, когда Кубок оказался смещён, все поняли, что Гарри до него добрался, но поскольку тот исчез вместе с Чемпионом, всё это время преподаватели прочёсывали лабиринт в поисках победителя. Как странно, прошло даже меньше часа… — Гарри, я должен знать, что произошло после того, как ты прикоснулся к порталу в лабиринте, — сказал Дам­блдор. Как они оказались в кабинете директора, Поттер тоже помнил смутно. Он даже и не спорил, хотя Сириус и пытался оградить его от травмирующего пересказа. Следуя плану, он поведал, что его поджидал Волдеморт. Завязалась дуэль, но палочки оказались связаны, а Гарри, разорвав нить Приори Инкантатем, сумел ускользнуть, хотя и попал под неудачную атаку Нагайны. Она лишь успела царапнуть его горло… Альбус сделал почти незаметное движение рукой, и Фоукс, тихо курлыкнув, подлетел к плечу Гарри. Тёплые слёзы потекли по его шее, и, хоть это лечение уже не было нужно, Гарри благодарно потёрся щекой о маленькую мордочку волшебной птицы. Он указал на Барти Крауча-младшего, сказал, что видел его и Хвоста подле возродившегося Тёмного Лорда. — Это он пробрался в Хогвартс? — глухим голосом спросил Сириус за спиной сидевшего в кресле Гарри. Дамблдор хмуро кивнул. — Мы решили, что подозрения Гарри не были лишены смысла, и, сопоставив случай нападения на него перед Рождеством, проверили преподавателей. Минерва, Филиус и Сивилла оказались подвержены Обливиэйту, не по одному разу. Преступник менял обличья, как перчатки, оказываясь в нужном месте в нужное время. Гарри бы оказался потрясён, но он был слишком вымотан испытанием и путешествием туда-обратно за грань. Тёплая тяжесть руки Сириуса на плече приятно грела. Дамблдор заговорил, и каждое его слово копилось кисловатой горечью во рту Гарри: — Ты проявил сегодня чудеса отваги, Гарри. Я не ожидал от тебя подобного. Ты проявил храбрость, когда тебе досталась ноша взрослого волшебника, и ты оказался достоин нести её. Сейчас ты отдал всё, что мы были вправе ожидать от тебя… — Вправе? — тихо переспросил Гарри, и этот момент тоже чётко запечатлелся в его памяти. — Я невообразимо счастлив это услышать. Сириус сжал руку, но шестым чувством Гарри понимал, что это не осуждение за резкие слова — это согласие с ними. — Гарри нуждается в отдыхе, — отрывисто сказал крёстный. — Ему нужно в Больничное крыло. — Разумеется, — помолчав, ответил Дамблдор, и он поднялся на ноги. События снова набирают обороты в воспалённом от усталости мозгу: Молли Уизли почти кидается на Гарри в истеричном объятии, но Дамблдор встаёт между ними, ограждая юношу от чрезмерных эмоций друзей. Все внимательно выслушивают сжатый пересказ событий, Гарри с помощью заботливой мадам Помфри переодевается в больничную пижаму и укутывается в одеяло. Она диагностирует состояние Гарри, удивлённо поджимает губы, когда осматривает шею, но, к счастью, молчит. И вот сейчас, проспав под первой порцией Сонного зелья, Гарри проснулся и полностью осознал себя в настоящем моменте. В ногах расположился Сириус в образе пса, и было прекрасно ощущать его рядом с собой молчаливой поддержкой. Рядом с ним по-прежнему сидела миссис Уизли, будто ей приказали охранять его сон, возле неё стоял Билл. — Что за шум? — озабоченно спросил он. — Они разбудят его, если не прекратят немедленно, — взволнованно прошептала Молли. В палату влетел сияющий Бэгмен, сердитый Фадж, за ними шёл Северус с непроницаемым лицом и, конечно, спокойный Дамблдор. — Что вы здесь делаете? — возмущённо спросила миссис Уизли. — Я должен отдать приз победителю, — сверкнул зубами Людо. — Кто бы мог подумать, самый юный Чемпион… — Он подстроил это! — воскликнул Фадж. — Три Чемпиона выведены из строя! И не говорите мне, что они не справились с испытаниями, а четырнадцатилетний подросток вот так просто дошёл до Кубка! Гарри не выдержал и рассмеялся. Сначала он тихонько хихикал в рукав, потом это вылилось в несколько истерический хохот. Молли и Билл вздрогнули и обернулись, они не знали, что Гарри уже не спал. — Что за веселье? — раздулся от возмущения министр, он сжимал руки в кулаки. — Да ничего. Думаю вот, кому из них хотелось бы такой победы в Турнире, которую одержал я, — выдавил Поттер, всё ещё подхихикивая. Миссис Уизли с некоторым страхом смотрела на него, потом неуверенно схватила кубок с оставшимся Сонным зельем. — Глупость какая. Ерунда. Кубок — портал? — раздражённо спросил Корнелиус. — Я уже говорил раньше, и повторяю сейчас: Волдеморт вернулся, — с нажимом произнёс Дамблдор. — Гарри видел его и чудом избежал смерти. Мы немедленно должны принять меры, чтобы защититься… — Это невозможно! Тот-Кого-Нельзя-Называть — мёртв! — рявкнул Фадж, непонятно, кого убеждая. — Оставьте, профессор, — махнул рукой Гарри, он всё ещё скалился. — Наш министр слишком трусит, чтобы признать очевидное, не так ли? — Вы себя слышите, Поттер? — прошипел Снейп, прожигая того взглядом. Гарри упрямо сжал губы, но продолжать оскорбления не стал. Действительно, и так уже ляпнул достаточно. — Берта Джоркинс, Барти Крауч-старший — это, по-вашему, совпадение? — ровным тоном спросил Дамблдор. — Несчастные случаи! Недоказанные смерти! — взъярился Фадж. Дамблдор повторил всё то, что предлагал и раньше в качестве необходимых мер: удаление дементоров из Азкабана, как сторонников Волдеморта, отправление послов к великанам. Гарри наблюдал, как Фадж поддался тем же страхам и той же слепой неуверенности, что и раньше — о, Мерлин, да он точно так же нервно мял в руке свою шляпу-котелок. Конечно, сейчас министру нечего было предъявить Поттеру в отношении его ментального здоровья, поскольку Скитер слово сдержала и ничего лишнего о Гарри не писала, но Дамблдор и без этого каждым своим словом закапывал себя в глазах Фаджа. — Вы ослеплены любовью к своему посту, Корнелиус! — прогремел Альбус, магический фон его загустел, подавляя присутствующих. Министр неосознанно отступил на шаг. — Я говорю вам: сделайте то, что я сейчас предложил — и независимо от того, будете вы занимать эту должность дальше или нет, вас запомнят как величайшего и самого смелого мини­стра магии в нашей истории. Не сделаете — и останетесь в истории как человек, который отошел в сторону и тем самым позволил Волдеморту попытаться во второй раз уничтожить мир, который мы старались восстано­вить! Разговор закончился тем, что Фадж почувствовал нешуточную угрозу своему положению. Он хмуро кивнул Бэгмену, позволяя тому оставить наградные деньги Поттеру, и поспешил убраться из Хогвартса. Гарри смотрел на это с отвращением, Северус — с брезгливостью. — Что же, нам остаётся лишь не отступать от наших планов, — подытожил с тяжёлым вздохом Дамблдор. Он посмотрел на пса. — Сириус, ты ещё останешься? Пёс оглянулся на Гарри. Тот успокаивающе кивнул: — Иди, Сири. Я в порядке. Навещу тебя в ближайшее время. Тот поднялся на лапы, смешно потянулся, лизнул Гарри в щёку и деловито спрыгнул на пол. — Я тебя провожу камином, — сказал ему директор. Они уже повернулись, чтобы выходить, как Северус вдруг крупно вздрогнул и безотчётно попытался схватиться за левое предплечье, но сдержался. От Альбуса это движение не ускользнуло. — Северус?.. — Началось, — сквозь зубы процедил Снейп, за мгновение побледнев. Гарри резко сел в кровати, и миссис Уизли тут же мягко, но настойчиво вернула его в обратное положение. — Всё хорошо, солнышко… — Ты знаешь, что я должен попросить, — негромко выговорил Дамблдор. — Если… если ты готов это сделать… — Да. — Нет! Все уставились на Гарри, но ему было плевать. Он переводил взгляд с директора на Северуса, снова попытался сесть, отпихивая тянущиеся к нему руки Молли в её неуклюжей заботе. — Не надо! Это… это… — Гарри, ты не понимаешь… — начал было директор, и оставалось лишь гадать, какую ложь он сказал бы сейчас. — Мистер Поттер, всё в порядке, — с расстановкой выговорил Северус, глядя ему в глаза. — Се… сэр, — выдавил умоляюще Гарри, не обращая внимания на изумление всех вокруг, кто увидел заблестевшие зелёные глаза. — Гарри, дорогой, ты очень устал, тебе надо отдохнуть, — бормотала миссис Уизли, размахивая кубком с зельем у самого его носа, но юноша почти не замечал этого. Они ничего не могли сказать друг другу, кроме бессмысленных слов. Узнал ли Волдеморт в Хвосте Северуса под Оборотным зельем? Знал ли о его предательстве в прошлой жизни? И вот теперь Снейпу предстоит это выяснить трудным путём, потому что лёгкого не существовало. Пользуясь моментом, когда все присутствующие в очередной раз посмотрели на Гарри, Северус чуть улыбнулся ему одними губами, не подозревая, что этот жест не ободрил Гарри, а окончательно оборвал ему истрепавшуюся душу. — Может, от экзаменов вы и свободны, но заключительное эссе по последней теме я всё ещё жду от вас, — на прощание сказал Северус, и его голос почти не дрогнул. Он стремительным шагом, какой был только у него, покинул помещение, а Гарри, обессилев, упал на подушки, терзаясь от страха. Если раньше у него были сомнения, сейчас он знал точно, что чувствует к Северусу Снейпу, и это чувство принялось безостановочно вспарывать ему грудную клетку, выламывать кости и драть сердце на части. «Вернись ко мне», — беззвучно умолял Гарри, закрывая глаза и пряча в них бесполезную влагу.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты