Маленькая свечка

Гет
G
Завершён
28
автор
Размер:
2 страницы, 1 часть
Описание:
Когда Варвара видит его впервые – высокого, с взъерошенными темными-темными, словно ночь, власами да жмущегося от холода, в два тулупа закутанного, – понимает, что всё на свете белом сделает, все слухи стерпит, все беды переживет – да мужа сбережёт.
Примечания автора:
федя только кузнецовский.
долго думала над тем, чего за шесть лет мне не хватало в опричном фандоме, и поняла, что именно этого.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Награды от читателей:
28 Нравится 3 Отзывы 6 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
      Когда Варвара видит его впервые – высокого, с взъерошенными темными-темными, словно ночь, власами да жмущегося от холода, в два тулупа закутанного, – понимает, что всё на свете белом сделает, все слухи стерпит, все беды переживет – да мужа сбережёт.       Иван лукаво щурит глаз, когда она, с красными от стыда щеками да растрепавшимися цвета ржи косами, глядит в оба на Федьку: такого близкого и далекого одновременно. В церкви не так много людей – кто ж захочет поглязеть, как царский полюбовничек княжну Сицкую в жёны берет? А Варе всё равно. Всё равно, что люди скажут, как смотрят ей вслед, стоит из дому выйти. Она теперь – Басманова. Басмановой до конца дней своих будет, крест возложенный на хрупкие девичьи плечи стойко вынесет.       Федькины уста такие же, как в её глупых стыдных мечтаниях – сладкие, манящие, и чудится ей в этом полумраке догорающей маленькой свечки у красного уголка, будто тот тоже впервые целуется, и будто не пляшут бесовские огоньки в его темных омутах глаз.       Варвара преданно ждёт его из каждого похода, а опосля кропотливо каждую царапину обрабатывает. С ней Фёдор – не стойкий опричник, с ней он может сбросить чёрную свою рабскую рубаху, самим собой быть может. Сначала чурался этого, от мягких женских рук как от дьявольского огня бегал. А потом смирился, сам первым подходить начал, как дикий чёрный кот к доброй хозяйке ластиться. Опосля и вовсе ловить себя на мысли начал, что в каждой разлуке невольно глаз васильковых ласковый взор ищет.       Так и сжились вместе.       А вместе ведь всяким легче. Бывает, сядут рядом на лавке у всё той же догорающей свечки – Петенька маленький в люльке уж пятый сон видит, – Варя трепетно новые царапины от царской выволочки мажет, а Федя своим мелодичным, но дрожащим гласом рассказывает что-то: о том, как с отцом Рязань защищал, или же о том, как подросшего сына на охоту с собой брать будет. Варвара слушает вполуха – а сама до конца поверить не может, что чудо такое и ей принадлежит.       Может, потому что оба знают, что никогда в жизни чужою первыми не станут: ни Фёдор ни в жизни из царевых дум Анастасию не уберёт, ни Варвара думы о царе из мыслей его не вытащит, и сдружились так славно. А уж дружбе доброй недолго и любовью обратиться.       А через три зимы Фёдор действительно берет Петра в лес, а вместе и Варю с малышом-Иваном на руках. Тот, в два тулупчика закутанный, как в давний зимний день его отец, преданно жмётся к материной груди да светлые локоны сжимает, когда мороз крепко треплет его красные толстые щёки, а длинные – как у батюшки – реснички путаются от тысячи снежинок. Фёдор их на своём смоляном коне катает, на санях затем; смех их на весь лес стоит, и в тот момент кажется ей, нет, им обоим кажется, будто они – обычная семья, и будто счастью этому одной вечности будет мало.       И думается Варе снова в тот самый момент, когда Федя с Петенькой шутливо снежками обстреливают токмо стоять научившегося Ванютку, что всё сделает она на свете, все невзгоды уберёт, сама уберёт, да счастье это, с каждым годом из той маленькой свечки в кострище разгорающееся, обязательно сбережёт.       Чрез год Федя говорит ей, что хочет дочку – такую же белокурую малышку, как её мать; уверена Варвара, что слаще слов в жизни не слышала.       – И не раз ещё услышишь, краса моя, – поправляет её Фёдор, и трепещет с новой силой в клетку златую посаженное женское сердце.       Да вот темнеют тучи над домом их; не жалует нынче Государь мужа её при дворе. Тёмным зимним вечером, когда, тысячу раз прочитавший царево письмо Басманов надевает тулуп, она со слезами на глазах не уходить его просит.       В соседней комнате от их маленькой ссоры пытаясь брата спасти, Петя сжимает в своих крохотных, но уже окрепших ручках Ваню, пока Фёдор также жену к сердцу прижимает, уверяя, что счастье наконец-то наступило – что не в опале он более, и что, вернувшись от Царя, обязательно купит ей новые с голубыми камнями серьги, а детям – по огромным сладким петушкам.       И, смотря в преисполненные уверенностью очи мужа, что уже не тёмными омутами – как раньше, – а звёздным небом ей кажутся, Варвара верит в это тоже.       Крестит и отпускает.       Она не плачет, когда узнаёт о его смерти (потому что всегда знала, что так случится), только сжимает в ладонях второй тулупчик и зябко кутается в него, когда её всю трясёт от новости полученной.       Не сберегла.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Исторические личности"

Ещё по фэндому "Иван Грозный"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты