Будь осторожнее

Гет
PG-13
В процессе
1
автор
Размер:
8 страниц, 2 части
Описание:
О дружбе вампира, учителя истории, и Аннушке, которая разгадала его сущность.
Примечания автора:
Буду рада конструктивной критике ✨
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1 Нравится 1 Отзывы 1 В сборник Скачать

Часть I

Настройки текста
— Да, много народу полегло в той войне, — учитель истории подпирает кулаком подбородок, отворачивается от класса и смотрит в окно, будто вспоминая то самое сражение, но спустя считанные секунды поднимается и под стук падающих ручек на стол спрашивает, — записали? Продолжаем, — показывает основные места битв на карте, подвешенной к доске с помощью больших магнитов, рассказывает о тактиках двух командиров, а после, когда все опускают головы и делают записи в тетрадях, добавляет, — этого вам учебник не расскажет, — встречается с моим взглядом и улыбается, сжав губы в полоску. С тех пор у меня появились подозрения насчет сущности этого мужчины.

***

— У него стиль, несвойственный учителям, — задумчиво отметила я на перемене, в ожидании урока Михаила Алексеевича. — С чего бы вдруг? — отозвалась Настя, подкрашивая ресницы, смотрясь в маленькое зеркальце, что держала на уровне глаз. — Он всё время в чёрном, — мы сидели за последней партой, но учителя можно было рассмотреть за головами одноклассников, подтягивающихся на занятие. Подруга отвлеклась от туши и пару секунд глядела на него, словно хотела удостовериться, что я не вру, и убедившись, с равнодушием раскрыла палетку теней. — Сама же сказала, что у него особенный стиль, — передразнивая шепнула девушка, выбрав серебристый оттенок. — Вот ни разу не видела его в светлом! — Чего же ты прицепилась? — с долей раздражение наконец убирает косметику, — подойди и узнай! — И попросить прийти в белом?

***

Учительница физкультуры в очередной раз простила отсутствие моей формы, посылая за журналом. — Он у Михаила Алексеевича. Тишина пустого кабинета оглушает после топота, смеха и ударов мяча о пол. А еще холод: за приоткрытым окном носились первоклассники, на бегу натягивая на голову шапку, чтобы мама не ругала. — Журнал, — выпалила я на вопросительный взгляд, обескураженная, иначе и не выразишься, белой рубашкой учителя. — Присаживайся, — кивком указывает на место перед собой, опускает глаза и продолжает выводить на разлинованных листах темы прошедших уроков. Мну пальцы рук, не смея взглянуть на него. Успокойся, это всего ли совпадение. Он не мог слышать вчерашнего рассказа об «уникальном стиле»: было шумно, да и в разных частях класса сидели. Какой человек мог услышать этот разговор? Да и зачем учителю таким заниматься? — Вот и всё, — мы одновременно встали друг напротив друга, — надеюсь не задержал тебя слишком сильно и не создал проблем, — протягивает журнал. — Спасибо. — И знаешь, лучше пользоваться точилкой, — доли секунд, которые мы держали этот несчастный документ на весу с двух сторон, кажутся вечными, отпечатываются в памяти на долгое время. — Да, конечно, — Михаил Алексеевич опускает руку, журнал провисает, но я тут же прижимаю его к себе, выхожу из класса не попрощавшись. Учительница отправляет меня в своей кабинет, заполнять списки спортсменов. Мысленно её благодарю за возможность побыть одной и понять, как историк увидел момент пореза канцелярским ножом во время заточки карандаша, если стоял спиной к классу, переговариваясь с зашедшим учителем?

***

— Не слишком долго пропадала Аннушка? Наш гуманитарный десятый класс собрался после занятий в кабинете в ожидании какого-то важного объявления от завуча. У парней оказалась колода карт, поэтому класс разделился на две группы: первая наблюдает за игрой, вторая — Виктория, девушка, что задала вопрос довольно громко, чтобы все услышали, и она получила нужную долю внимания, и её свита, разместилась в другой части класса, считая ужасным находится рядом с нами. — Что ты имеешь ввиду? — не отходя от смеющихся и уже ожидающих перепалку парней я смотрю в её сторону. — Может ты так долго отрабатывала свои пятёрки? Я видела тебя с историком, ох уж эти взгляды между вами! — А может ты завидуешь? — кто-то одобрительно закивал, — Все мы помним твой недавний провал теста и устного ответа. Ох уж этот выговор от Михаила Алексеевича! — моя «победа» закрепилась смехом играющих и девушек, что стояли рядом. — Ты пожалеешь о своих словах, — и Виктория с подружками ушла из класса, стуча каблуками о плитку коридора. — Как ты её уделала! — Так ей и надо!

***

Конец осени давал о себе знать тонким слоем снега, частично подтаявшего днём и замёрзшего на тротуарах, превратив их в каток. — Эй, — раздалось справа, в переулке, — малая, — не смотря в ту сторону я зашагала быстрее, насколько это было возможно. Больше квартала пыталась затеряться среди и без того скудной вечерней толпы, но ощущение преследования не пропадало. Если бы не забыла деньги на проезд, то на автобусе уже доехала бы прямиком до дома! Из-за такой оплошности приходится скользить от одного островка света к другому. Кто-то хватает за капюшон куртки, тянет назад, закрывает большой ладонью рот. — Оп, попалась, — тот же голос, что и раньше, — куда же бежишь? — все попытки вырваться безуспешны: ботинки скользят, а не упираются в землю. Меня протащили таким образом несколько метров в широкий проулок, пространство, созданное гаражами с исписанными стенами. Наконец парень меня отпускает, но держится близко ко мне; рядом оказывается ещё один паренёк. — Детка, — в руках у первого блестит ножик, — не стоило смеяться над нашей подружкой. — Виктория не может сама решить своих проблем? — Аня, вот с огнём играешь. — Попросила поговорить с тобой, — второй парень прежде стоял поодаль, прислушиваясь ко всем звукам, но теперь окликнул друга, чье имя оказалось Олегом. Тот отошёл, но продолжал наблюдать за мной, перешептываясь и перекидывая нож из руки в руку. Я рванула вперёд, не желая так легко сдаваться. Тупик. Смех. Страх. — Детка, — холодная сталь касается горла, уж слишком близко у сонной артерии, чувствую запах алкоголя, — мы знаем этот район как свои пять пальцев, — Олег рывком разворачивает к себе, резким движением дергает бегунок замка куртки вниз и пытается свободной рукой обхватить меня, лишь улыбаясь на мои всхлипы и жалкие удары ладонями о его спину. — И не только вы, — Олег вздрагивает от мужского голоса и, не отпуская меня, поворачивается. Михаил Алексеевич в своём элегантном чёрном пальто скрутил второго парня, — отпусти девушку, — надавливает на какую-то мышцу «заложника», отчего тот заскулил от боли. — Эй, — отталкивает меня с такой силой, что я падаю в снег, уверенно шагает в сторону моего учителя. Начинается нелепая драка, в которой мужчина явный победитель, хотя уворачиваться от двух пьяных подростков для него не затруднительно, скорее скучно. В конце концов хватает их за расстегнутые куртки, притягивает к лицу. — Извинитесь перед ней. — Вот ещё, — Олег пытается отыскать нож, который выбил у него из рук мой спаситель, но оружие лежит в сугробе. Михаил Алексеевич вглядывается в глаза парней пару секунд, а после отпускает их. — В таком случае до встречи завтра в вашем университете, — смех, пугающий и гулкий. И клыки. Старые вопросы будто ветром сдувает, позволяя появиться новым и капельке страха.

***

— Знаете, я бы смогла спокойно дойти до дома. — Я уже это понял, — ключ проворачивается в замке, и дверь раскрывается перед нами, — заходи, — учитель учтиво пропускает вперёд, — я обязан сообщить о произошедшем в университет, в котором обучаются эти парни. Михаил Алексеевич сидит в кресле и изъясняется по телефону с моей мамой, ибо я не смогла связать и двух слов, поэтому не скрывая интереса осматриваю комнату. Напротив двери окно, перед ним диванчик, по обе стороны которого по креслу, тут же столик с раскрытой книгой, листом и перьевой ручкой; вблизи стоят два торшера на высоких ножках. Справа, за креслом, в котором сидит мужчина, камин с пылающими углями; винтовая лестница у окна ведёт на второй этаж, есть приоткрытая дверь рядом с очагом тепла и красных огоньков. Слева проем, ведущий неизвестно куда; по обе стороны проема стоят два шкафа, наполненные книгами, а в одном при неярком я свете торшеров я рассмотрела коллекцию бабочек. Всё: мебель из дорогого дерева, канделябры на каминах и потускневшие картины — создавало атмосферу богатства, но вместе с тем уюта. — Завтра будет разбирательство, — Михаил Алексеевич передаёт телефон и откидывается на спинку кресла, устало потирает глаза, — через пять минут за нами приедет такси, — по-доброму смеется над моим непониманием, — я обещал твоей маме, что сопровожу тебя до самой квартиры. Ты совсем не слушала? —Лишь конец, — не знаю, куда себя деть. Шок от произошедшего уступил место любопытству и стеснению задать вопросы. — Мне следовало бы стереть тебе часть воспоминаний. Ты поняла о чём я, — поворачивает голову в мою сторону, — нет смысла отпираться. Я давно заметил твои изучающие и подозрительные взгляды, а сегодня только подтвердил твои мысли. Верно? — Да, — не вижу причины врать ему, перестаю изучать однотонный ковёр и поднимаю голову. Получаю в ответ удовлетворённую улыбку, — значит вы всё же… — слово, которое так много раз приходило в голову во время размышлений и попыток понять «странности» педагога теперь застревает в горле. — Вампир, верно, — выжидающе смотрит на меня, а после поднимается, — как я и предполагал, ты не испугалась. — А мне есть чего бояться? — Конечно же нет, — протягивает правую руку, левую прячет за спиной, помогая мне подняться, — если твоё знание не будет мешать жить, то пусть будет так, как есть. — Что это значит? — Это значит, что я доверяю тебе свою тайну, — мы вышли из дома, двухэтажного здания с маленьким дворик с одинокой яблоней.

***

Нескоро я рассказала о следующей бессонной ночи, вызванной кошмаром: курсивные буквы, начертанные Михаилом Алексеевичем, обвивают меня, сжимают, и, обрастая шипами, подобными шипам роз, разрываю меня на множество частей, а где-то над ухом тот гулкий и зловещий смех учителя.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты