Нежность

Чонгук жмурился, хныкал и шумно набирал в грудь воздуха, его ужасно не хватало. Тело слегка потряхивало. Чимин поднялся на колени и наполз сверху, он обогнул ладонью щёку Чона, подождав, пока тот откроет глаза. Взгляды встретились. — Мне нравятся твои ресницы, — шепнул Чимин, — они такие красивые. Пак прикрыл глаза и медленно коснулся пышными губами век парня, так нежно и едва ощутимо, скользнул чуть ниже, по щеке, ещё ниже, затем настойчиво коснулся губ. Гук приподнял брови и вжался ладонями в плечи напротив. Пак зарывался пальчиками в густых чёрных волосах Чонгука, убирая чёлку назад. Чон от манипуляций со своими волосами весь покрывался мурашками, волоски на руках вставали дыбом. Чимин целовал с языком, он делал это умело и достаточно настойчиво, чтобы у парня под ним снова потянуло низ живота. Пак взялся за лицо Гука обеими ладонями и прикусил чужой язык, слегка потянув на себя. Пальцы Гука сильнее впились в плечи, парень тяжело выдохнул через нос и неосознанно свёл колени. — Ой, прости, — поджал губы Пак, — я перегнул палку, да? Тебе не нравится? — Нравится… — А что тебе ещё нравится? Чонгук молча смотрел в глаза напротив. — Когда в волосах копаются — приятно… Ещё… шея. Чимин молча спустился к шее и уткнулся кончиком носа, медленно втянув запах. Так приятно… Парень обхватил губами участок кожи, слегка тот оттянув. Послышался вздох. Пак сделал это настойчивее, уже в другом месте, и получил ещё более приятный стон. Чон прерывисто дышал, а парень над ним стягивал в пальцах густые волосы и активно исследовал чувствительную шею. — Что тебе ещё нравится? — томным голосом бормотал Чимин, его ладонь спускалась по груди, линии пресса, ниже. Чонгук шумно выдохнул и сглотнул. — Я люблю фастфуд, — выпалил парень. Чимин прыснул смехом и опал головой на чужую шею. — Мне тоже нравится вредная еда… Какое совпадение… Почему ты всё время на таких стрёмных работах работаешь? — Я студент, меня на другие не берут… но… — глаза Чонгука расширились, — ты следил за мной? Сталкер? — Не то чтобы… — замялся Чимин, отводя взгляд в сторону. — Ты ведь сам со мной пошёл… Если ты не против, то какая разница? Тем более, что мои деньги решат все твои проблемы, ты разве не должен быть благодарен, что на том переулке я увидел именно тебя? Почему в момент, когда Чон уже обо всём забыл, нужно было напоминать о том, с чего они начали? Неприятные слова, неприятные мысли, это невероятно сильно расстраивало. Чонгук снова смотрел с осуждением, он не тот, кто будет возюкаться с избалованными детьми, которые считают, что им всё дозволено. Гук крепко схватился за парня, обвив чужое тело руками и ногами, и перевернул того на спину, подмяв под себя. Чимин приоткрыл губы и шумно вздохнул. Такой сильный, что аж дух захватывает. Однако Чонгук вдруг с силой ударил ладонью рядом с головой парня, до ужаса того напугав. Глаза Пака расширились, он приоткрыл губы, будто бы хотел о чём-то спросить, но так и не решился. Чон выглядел злым. — Ты злишься? — тихо шепнул Чимин. — Нет, — шикнул Гук. — Да, ты злишься… — Рассуждаешь обо мне, будто о вещи какой-то… Я не продаюсь, люди не продаются, понимаешь? И я не должен быть благодарен тебе. За что? — Уймись… — шепнул Чимин. — За то, что ты хвастаешься тем, что можешь всё купить? — Уймись! — повысил голос Пак, заметно нахмурив брови. — Ты бедный, а я просто хочу тебе помочь. Это плохо? — Но мне не нужна такая помощь. — А что тебе нужно? — Чтобы меня любили, возможно?! Глупо было рассуждать о любви на одну ночь, но Чонгук практически плакал. Наивный, до ужаса романтичный, разве мог он смириться с тем, что пусть даже на одну ночь, но его покупают? Ему хотелось искренности, Чимин ему нравился, так почему хоть на одну ночь он не мог получить эту же искренность в ответ? — Если я скажу, что я твой сталкер уже почти месяц, ты перестанешь плакать? — шепнул Чимин. Чонгук в ужасе протёр одну из своих щёк, осознав, что те мокрые. Какой позор… — Извини, — бормотал Пак, схватившись ладонями за лицо парня, — просто это совсем не романтично… я думал это скрыть и прикрыться деньгами, но ты так расстроился… Пожалуйста, не надо. Я целую вечность следил за тобой, прежде чем решил подойти на этой сраной улице и сказать самое глупое, что пришло на ум. Чонгук зажмурился, его губы искривились, ему хотелось провалиться сквозь землю. Чимин подтянулся чуть вверх и коснулся губами кончика носа, он обхватил шею парня и крепко обнял. Тёплая широкая грудь мягко опала сверху, Гук прижался всем телом. — Как тебя зовут? — Чонгук… а тебя? — Я Чимин. Чонгук был сильным, но казался очень хрупким, Чимину не хотелось его разбить, он осторожно поглаживал по спине, чувствовал, как большие ладони подгребают его тело под талию… и ему не нужно было ничего больше, он о большем и мечтать не смел. Плакса в его руках был самым желанным. — Хочешь… расскажу правду? — шепнул Чимин. — Тебе может это не понравиться… Я… Я не просто следил за тобой на этой улице, но и провожал до дома, смотрел за тобой в окно и делал множество вещей, за которые стыдно… Если честно, я до этого уже знал, как тебя зовут, где ты учишься и даже то, что ты сделал, Чонгук. Чон медленно поднял голову и в ужасе заглянул в глаза напротив. В голове роем пронеслась целая туча мыслей и все они вели к одному… Чонгук ничегошеньки не знал о Чимине. Но тот, кажется, знал больше положенного, и это пугало. — Что именно ты знаешь обо мне? — голос Чонгука изменился, как и выражение лица. От испуганного мальчишки не осталось и следа. — И что, убьёшь меня? — усмехнулся Чимин.