Теплые фильмы

Слэш
R
В процессе
0
автор
Kycmuk соавтор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 4 страницы, 1 часть
Описание:
Я хочу только с тобой
Посвящение:
Всему прекрасному, что было у меня с тобой...
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
0 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Прохлада

Настройки текста
Примечания:
Я не очень внимательный человек и могла пропустить какие-то ошибки, простите.
      Понедельник — день тяжелый. А если точнее, то: «пиздец невыносимый» — подумал про себя молодой человек, устало выстанывая в зажатую пальцами подушку все возможные ругательства. Его давно не настигало «проклятье понедельника», и пережить такое утро было тяжело.       Если будильник посмеет снова пробубнить свою тревожно-радостную утреннюю трель, то он точно запустит телефон в стену. — Заебал звонить! — парень с усилием потер слипшиеся ото сна отекшие веки. Он потянулся, чтобы отключить назойливый гаджет. В голову словно налили и оставили остывать осмий, который с каждой секундой все больше и больше вдавливал черепную коробку в мягкость хлопковой наволочки.       Собрав тонкие, как паутинки, ниточки воли, парень с усилием дернул за них — отстранился от им же нагретой теплой постели, упираясь локтями и коленями в матрас, и задержался, стараясь уловить положение равновесия. Понадобилось несколько минут, чтобы молодой человек смог сконцентрироваться, а после подняться, выбираясь из одеяльной крепости. Почесывая затекшую шею, Олежа, пошатываясь, выбрался из комнаты и, преодолев узкий холодный коридор небольшой однокомнатной квартирки, добрался до такой же маленькой ванной. Кафель блевотного цвета неприятно обжег своим холодом босые ноги, вызывая рой противных мурашек вдоль позвоночника.       Ледяная вода из горячего крана — любимое развлечение парня. Сколько кубометров воды он в прямом смысле сольет в никуда? «Проще помыть голову в реке, чем дождаться хотя бы напоминающую об оплачиваемом ЖКХ теплую воду». — Черт с тобой, — раздраженно вздохнул молодой человек, смачивая ладони ледяной, как и весь этот мир, водой, наскоро умываясь.       Что такое «одежда по погоде», казалось, парень не знал. Порой он выходил в минус двадцать в тонкой курточке, а порой ходил в теплой кофте в плюс тридцать. Друзья же оправдывали эту особенность тем, что Олежа — «придурок, который не бережет единственное, что у него и есть — разваливающееся здоровье».       Наскоро запихав все необходимые вещи в старый, несколько раз чиненный, обсыпанный мелкими значками, рисунками рюкзак, Олежа, так же торопясь, натянул на себя вещи, аккуратно сложенные вчерашним вечером на старом, но все еще хорошем крепком стуле, и вылетел за дверь, наскоро закрывая ее на ключ.       Парень уже достаточно давно жил в одиночку. Сам нес ответственность за свою жизнь. Года три по съемным комнатушкам, под кроватью у друзей, иногда и на улице, если в очередной раз начинались недовольства со стороны родни или вторых половинок друзей, или неожиданно хозяйка комнаты приходила с заявлением, что приезжают ее внуки и ее абсолютно не волнует, что по договору она не имеет права выставлять парня на сырую, пахнущую холодом осени улицу. В последней квартире он жил уже около полугода. Маленькая однушка где-то на черте города, добраться в центр из которой можно только на полуразваленном трамвайчике, носившем ласковое имя «семерка». Высокие потолки, характерные домам старых времен, большие деревянные, но все еще не убитые временем окна, которые так и не случилось заменить хозяйке, немного скрипучие, но крепкие крашеные полы, и не новая, но все еще в прекрасном состоянии советская мебель. Квартирка была единственным местом, куда мог в тот тяжелый год съехать Олег, но со временем она ему даже приглянулась. Маленькая, худощавая старушка много денег не брала, периодически заходила проверять состояние своего состояния, ласково касаясь старых плотных обоев, обращаясь к стенам и потолкам, словно квартира и вовсе была живой, как назойливая соседка или же паренек, поселившийся в ней.       Кряхтя и постукивая колесами к подобию остановки подбиралась такая родная «семерка», ласково гремя старыми дверями. Открыв свои металлические рты, впуская пару сонных человек, «семерка», потряхиваясь и не особо торопясь, увозила их к сердцу города. Немолодая на вид кондукторша, накрашенная жгуче зелеными тенями, ждала, когда к ней подойдут вошедшие, чтобы оплатить проезд. Еще несколько остановок никто точно не будет гостем длинного вагончика, ползущего через еще заснеженные улицы окраины города.       Олег быстро расплатился проездной картой, так же быстро запихивая ее в кармашек рюкзака, хорошо закрывая его, чтобы не потерять вечно пропадающую непонятно где пластиковую чертовку. Придерживаясь за холодные поручни, он прошел в конец транспорта, плюхнувшись на сиденье у грязного окна. Парень лицом ощущал желанную прохладу, исходящую от окна, за которым, сквозь множество пятен и пылинок виднелись медленно проплывающие березы и тополя, все еще заваленные снегом, проржавевшие гаражи и маленькие двух-, четырех- этажные дома. Мысли ускакивали, словно молодая лошадка: быстро, резво и далеко. Он впадал в некое счастливое отчаяния, едва касаясь тонкими пальцами запотевшего участка стекла, выводя на нем ногтем едва уловимый узор. Он чувствовал на кончике пальца слабую прохладу, от влаги, собиравшейся под его «кистью», и едва заметно улыбался. Порой ему хотелось собрать все свои средства и укатить подальше. Олеже казалось, что ему на всю жизнь будет достаточно лишь огромного, исписанного разными людьми, рюкзака и его родной гитары. Он бы спал на заднем сидении машины, ел сухой перекус, запивая энергетиком, а после встречал красочный рассвет, что своими холодными, как и у парня ладонями касался его макушки, щек и шеи, поглаживая слабым ветерком, приносящим запах леса, раскинувшегося у дороги, или провожал закатное солнце, нежно целовавшее своими алыми лучами людей перед наступлением ночи, оставляя тех наедине с яркой луной, которая, словно та самая одинокая крестная матушка, утащила юное очарование к себе домой, позволив впервые попробовать вино, посмотреть взрослый фильм, снять с себя маску невинного воробушка, сопровождая все это разговорами о вечном. И никто ему не был так нужен, как это головокружение от чувства свободы и непостоянства. Но реальность продолжала лишь оставлять сцарапываемый парнем влажный след на холодном окне, трясти его худое тело в трамвайчике «семерка», погружая каждый день в серую, холодную, как камни городских жилых домов, жизнь.       Так же жизнь просто нагло выталкивала парнишку на его остановке, где вдоль пятиэтажек мощный ледяной ветер подгонял или слегка сносил с ног даже крупных мужчин и женщин, заставляя уставших бороться с природным явлением пережидать некоторое время на ветхой остановке. Горожане просто дожидались весны, когда ветер менял свой вектор, а так же начала стройки маленького торгового центра в начале улицы, который смог бы перекрыть этот бешеный поток.       Одетого в тонкие, немного потертые джинсы, теплую черную водолазку, с высокой горловиной, плотно прилегавшей к… шее, и небесно-серую курточку парня охватил ледяной ветер, подгоняя его уже проснувшееся от бродящих по спине из-за холода мурашек тело к зданию университета. Пропуск, коридор, лестница, кабинет. Знакомый, едва удручающий маршрут. Аудитория и стол. Едва проснувшийся к первой паре преподаватель что-то незаинтересованно вещал, лениво поглядывая на своих студентов. Сегодня он явно был не в духе. Обычно оживленный, готовый поделиться информацией, давно не средних лет мужчина, сейчас просто едва ворочил неподатливым языком, периодически поглядывая на часы.       Скука затопила разум молодого человека, тщетно пытавшегося вслушаться в слова преподавателя. Олег медленно, но верно прощался с реальностью, едва махая ладонью на прощанье, погружаясь с головой в соленые холодные глубины собственных мыслей. Он достаточно давно не брал книг для души в свои руки, которые каждый раз, словно ритуал, оглаживали обложку, загибали уголок первой странички и вкладывали самодельные закладки из черновиков. Витман читал разное. Погружался в прекрасные миры или полную разруху, страдал и смеялся вместе с героем, подмечал колкие фразочки, влюблялся.       — Эй, сегодня традиционно на квартире у Маяка? — Вырвал Олега из потока мыслей молодой человек, слабо потянувшись на стуле, разминая зетёкшие после прошедшей кое-как лекции мышцы.       — Только если из-за вас снова не вызовут полицию. А еще я не трачусь на алкоголь. У меня лишних денег нет. — Олег раздраженно отбросил ручку, которую совсем недавно крепко сжимал в руках, черкая в уголке страницы блокнота какие-то цифры. Все счета были оплачены, деньги на еду отложены, даже имелась какая-никакая заначка на лекарства и принадлежности для гитары, но тратиться на тусу перед начинающимся образовательным адищем не хотелось.       — Нет проблем, проблем не притянем. Так придешь? — и не дождавшись ответа парень ушел. Просто знал, что Олег такого мероприятия не пропустит.

(ᓀ _ᓀ)

      Духота. Единственное слово, которое более точно может описать атмосферу сегодняшнего вечера. Где-то то громко, то едва слышимо играла какая-то музыкальная баланда из рока, поп-панка, попсы и прочего. Жанры смешивались между собой, как энергетики с кофе, водка с коллой, вино и пиво с дешевым приторным, как поросший плесенью подкат пожилого преподавателя к первокурснице, соком. Милая квартирка со слегка пошарпанными стенами и старым полом, прикрытым синтетическими коврами, прекрасно вместила в себя группу студентов, разбредшихся по разным комнатам «по интересам». Все были как бы вместе, но и в то же самое время одни. Олежа выбрасля на старый балкон, которому уже лет 10 как требовался капитальный ремонт. Слово «безопасность» это место знало последний раз где-то до момента рождения студента.       Отжав втихую у какого-то уже в хлам пьяного паренька гитару, Олежа ретировался на тот самый балкон. В его стакане была намешана какая-то алкогольная бурда, которая, кстати, почти не действовала на трезвость сознания молодого человека. Стаканчик с «зельем» отправился куда-то в дальний угол балкона вместе с плюхнувшимся на холодный пол парнем. Он ласково прижал к себе инструмент и провел по шести струнам, проверяя общее звучание. Пару струн были расстроены, и жалобно промычали об этом в другой тональности музыканту.       Настроив на слух красавицу, Олег сначала нежно, а после нещадно стал играть боем знакомую ему песню. Парень, закрыв глаза, достаточно громко начал петь, справляясь с соседним шумным помещением. Порой он переставал попадать в ритм, но после возвращался в рисунок, словно писатель, забывший о сюжете, что отдался ласкам своей музы, но опомнившись, резко согнал ее с нагретого дивана, продолжая четко вести рассказ.       Этот момент был только его. Холодная, едва согретая дневным солнцем улица, намешанное из не пойми чего пойло, гитара, слабо подпевающая вслед за едва разморенным алкоголем Олегом и неизвестный, притаившийся у выхода на балкон парнишка…       Стоило брюнету открыть глаза, возникло желание закрыть их обратно, и желательно больше никогда не открывать. Увлекшись своей игрой, он и не заметил как кто-то зашел на его «огонек». Олег слегка кашлянул, прочищая горло. Внутри все как будто бы провалилось в черную дыру, оставляя тело опустошенной оболочкой.       — Что это была за песня?       Мягкий тягучий, словно сосновая смола, голос вернул брюнета к реальности, заставляя мозг судорожно вспоминать такое простое название.       — Green Day-Rest, — все, на что хватило растерявшегося парнишку. Его щеки тронул слабый румянец, благо свет зала плохо проникал сквозь внутреннее балконное окно.       Олег затуманенным взглядом окинул парнишку, подпершего дверной косяк. Высокий, худой, одетый достаточно строго для такого мероприятия: лаковые туфли с закругленным носиками, светлые брюки и свободная белая футболка, прижатая к тонкому телу охровыми подтяжками. Он расслабленно склонил голову в бок, слегка скрывая свои светлые глаза за белой челкой, разглядывая музыканта, пытаясь вычислить у того отличительные черты.       — Ты здорово звучишь, — на лице молодого человека расцвела, словно лилия, яркая улыбка. — Но с ритма сбиваешься.       Олега как облили кипятком, а потом макнули в прорубь. Казалось еще немного и он задохнется от непонятных ему чувств. Он отвел взгляд от лица немного правее, все еще видя собеседника, но находясь в «безопасной» зоне.       — Август!!! — кто-то из комнаты окликнул парня. — Вот ты где! Пошли, пошли, ты в том году пропустил важную традицию, еще и в этом хочешь все просрать? — парня буквально вытянули за лямки подтяжек с балкона две чужие руки.       — Прости. Увидимся! — единственное, что успел бросить на прощание блондин, оставляя растерянного Олега на балконе в компании гитары и смутной смеси алкоголя.

(。•̀ᴗ-)✧

      Густое ночное небо поглощало крики и смех студентов, выбежавших на улицу в поиске перекрестка. Только Август замер в дверях подъезда.       — Солнышко мое, что случилось? Как ты сюда вообще добралась?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты