Песья колыбельная

Джен
R
Закончен
0
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Описание:
"Нет врагам пощады. Нет, вам говорю!
Зря не поклонились новому царю.
Навострите копья, мой приказ такой:
Отловить неверных, шкуры с них долой!"
Примечания автора:
События моего сеттинга очень удачно легли на слова песни "Гибель волколаков"
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
0 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать
Настройки текста
      Как же холодно было в этот вечер! Несмотря на конец первого месяца весны, бушевал ветер, бросал в лица суетящихся людей ошметки мокрого снега. Белая мельтешащая пелена стояла перед глазами, не давала возможности вдохнуть, заглушала все звуки. Жители Арконского княжества отчаянно пытались загнать взбесившийся скот на территорию своего участка. Вместе со свистом ветра воздух разрывали гулкое, похожее на древний горн, мычание коров, визг лошадей и завывания дворовых псов. В общей суматохе мало кто замечал снующих под ногами кур, и только маленькая сгорбленная старушка проворно сновала среди толпы, торопясь собрать и спрятать за пазухой убежавших несушек.       Близилась ночь, названия которой никто не произносил. Все вообще старались забыть об этом страшном ежегодном событии.       — Как двадцать первый день позимника минует, межа пройдет меж миром нашим и миром нежити. Не погуби, служивый! — валялся в ногах старого воеводы юродивый Гришка. Збигнев неторопливо, чтобы не порвать местами прохудившуюся ткань, поднял его с земли за ворот рубашки, презрительно скривившись. В нос ударил терпкий запах навоза и прелого сена. Блаженный парень явно не одну ночь провел в коровнике.       — Иди вон туда и помалкивай, — воевода неопределенно махнул рукой в сторону дома прислуги, — скажешь, что я послал. Только в сенях сиди, даже в подклеть соваться не смей. И хорошо было бы в баню тебя отправить. Несет, что от старого козла.       Глаза блаженного широко распахнулись, а рот растянулся мерзкой лягушачьей пастью, заняв почти половину лица.       — Не губи, служивенький! — плаксиво завыл Гришка и принялся трясти перед носом замызганным рукавом, — Меня там банник задушит, всю душеньку мою вынет! Я лучше в сенцах пережду, да, там никому не помешаю.       Збигнев отпустил парня и прислонился к шершавым доскам старого дома, провожая мотылявшийся из стороны в сторону силуэт уставшим взглядом.       Вот уже две ночи княжеская дружина не смыкала глаз. Новый правитель немедленно повелел разобраться со всей "нежитью арконской и с дочерьми Анчуровыми". Три дня слезились глаза народа от вездесущего темного дыма: вспыхивали, занимались жарким пламенем и простые полуземлянки и богатые дома из чистого сруба. Ни выходившие на север печи, ни закопанные под крыльцом лошадиные черепа не смогли спасти верных погибшему князю горожан. Все несогласные с новым правителем были немедленно брошены в темницу. Временами они с мольбой просовывали руки сквозь узкие оконца у самой земли, прося у проходивших мимо дружинников если не краюху хлеба, то ковшик воды. У бравых воинов сжималось сердце, но страх за собственных жен и детей подстегивал, заставлял проходить мимо, крепко стискивая зубы.       Особенно впечатлительные юнцы, только недавно взявшие в руки клинки, и вовсе отшатывались от протянутых в немой просьбе о милости ладонях. Некогда ясные глаза ранее преданных князю ребят были подернуты болезненной пеленой. Перед их взором навечно застыла казнь того, о ком они каждую ночь просили рассказывать перед сном.       Все горожане, присутствующие на площади в те мгновения, запомнили Ставра. Псоглавец не был похож на выродков, запечатленных на старинных гравюрах. Ослабленный неравной схваткой, едва стоявший на подгибающихся ногах, он смотрел на предавших его и его веру дружинников с дерзким презрением. Казалось, что не ему грубо заломили за спину обе руки, взрезав пеньковой веревкой покрытые тонкой шерстью запястья, а Ставр сам скрестил их в уверенном жесте, открывающем грудь и шею.       Подошедший к нему юноша, один из названых братьев княжеского сына, вознамерился было с издевкой пнуть киноцефала под колени, но стыдливо замер и опустил голову, натолкнувшись на сочувствующий взгляд янтарных глаз.       — Князь, вам бы... Палач уже подходит, — раздался наконец даже не шепот, а шелест.       Ставр понимающе улыбнулся и опустился на колени перед только что принесенной чуркой. Ни одним дрогнувшим мускулом он не выдал сильнейшей боли, терзавшей не столько изувеченное тело, сколько душу. Отрезвляющая, глухая пустота сжала сердце в тиски, когда до чуткого слуха псоглавца долетели тихие всхлипывания жены. Заколебавшись всего на мгновение, он повернул голову на звук и встретился глазами с женщиной, которая постарела не на одно десятилетие за несколько ночей.       — Прощай, Мирочка, лада моя, — выдохнул Ставр и устремил взор в небо. — Принимай, отец! Твой блудный сын наконец возвращается домой!       Палач взмахнул топором так стремительно, словно боялся, что у него не хватит духа. Жестокая смерть в уважении склонилась перед Арконским князем, оставив на его лице торжествующее выражение. Даже оскаленные в секундной агонии губы, казалось, были поджаты в невероятном презрении.       Под варварское улюлюканье одних и горестные стоны других, голову псоглавца подняли на шесте и водрузили напротив реющего на ветру нового знамени. Лик светловолосого святого, вышитый умелыми мастерицами, робко взирал на отрубленную черную голову, с насмешливой брезгливостью скалившуюся окровавленными клыками.       Вылетевшая из княжеского дома девушка врезалась в одного из бесцельно слонявшихся дружинников, развеяла стоявшие пеленой воспоминания и привлекла к себе внимание остальных. Простоволосая, в одной исподней рубахе, она забилась в его руках, царапая искаженное плачем лицо о звенья плетеной кольчуги.       — Вот ведь ирод. Востягнуться ни дня не может, несчастный. Уже и до наших девок добрался, — пробасил кто-то. Девушка не проронила ни слова, однако ее бледные дрожащие губы и порванная рубаха не оставляли сомнений.       Подошедший Збигнев молча привлек несчастную к себе, укрыл алым плащом и, бережно подняв на руки, понес в неприметную с виду землянку. Оттуда немедленно выскочила старушка и засуетилась возле воеводы, перебирая сухими пальцами по его плечу.       — Выдыбай! Выдыбай, боже! — истошный крик прорвался сквозь общую суматоху.       Поскальзываясь, падая в грязь и вновь поднимаясь, тучная женщина бежала вслед за брошенным в реку идолом. Деревянная продолговатая фигура неуклюже подпрыгивала на волнах, глухо билась о кромки еще не исчезнувших льдинок. Намеченное аккуратной рукой бородатое лицо уже полностью скрылось под водой, а женщина продолжала топтаться на берегу, лелея надежду, что уже в следующий миг ее защитник покинет затонувшее вместилище и вознесется над водами Кабардинки, карая всех провинившихся.       — Еще одна помешанная, —бросил один из дружинников своему сослуживцу. Не сговариваясь, молчаливыми тенями они подошли к дрожащей возле реки фигурке, грубо заломили за спину нежные руки.       — Родные, одумайтесь! Разве можно в такую ночь богов из княжества изгонять? — казалось, женщина не замечала тугих пут на побелевших запястьях.       — Вот ведь баба-ветрогонка, своими завываниями только беду накличешь...       Договорить дружинник не успел. Черное нечто медленно выползало из-за холмов, сопровождаемое нечеловеческим воем. Уже в следующее мгновение к посвисту, раздававшемуся словно бы из самой Нави, добавились полные ужаса людские крики. Уже как три дня отрубленная голова Арконского князя щелкнула искаженными в оскале челюстями, разбрызгивая горячую темную кровь.
Примечания:
1) позимник — старорусское название октября;
2) сени — помещение между жилой частью дома и крыльцом в деревенских избах и домах древних городов;
3) подклеть — устаревшее славянское название нежилого нижнего этажа под верхним жилым помещением;
4) Анчур — выдуманное мною языческое божество;
5) востягнуться — воздержаться от сексуальной связи;
6) выдыбай — в данном контексте "выныривай, выплывай из воды"
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты