Скидки

Кагеяма не любит

Слэш
G
Завершён
68
Пэйринг и персонажи:
Размер:
6 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
68 Нравится 3 Отзывы 6 В сборник Скачать

.

Настройки текста
— Как единственный его близкий человек говорю, Кагеяма не любит долбоебов. Бьет под дых. Хината сразу поникает, опускает глаза. Он знает, что им не по пути. Конечно, он понимает, что это жестокое обзывательство адресовано ему, и в принципе согласен. Сколько раз в шутку его называли долбоебом. Потому что он эмоциональный и немного поверхностный, иногда непредсказуемый, он понимает. Даже мама так говорит. Зато Хината считает себя искренним, а искренность сейчас — неподъемный груз, который многие не хотят тащить за собой и оставляют где-то позади, идя по жизни с легкой и удобной ложью «во благо». Это тоже мама говорит. Кагеяма вечно такой весь высокий, собранный, слишком, вау, безэмоциональный на глазах других, не бьет в грязь лицом, но бомбически бьет по мячу. Очень точно, его движения всегда четкие, и сам он четкий, думает Хината. Это вполне даже небеспочвенно, что он весь такой крутой не любит неудачников вроде Хинаты. Ожидаемый вердикт, но по настроению с размаху и со всей силы. Оно как раз было в шаге от отметки «воодушевлен и готов завоевывать дурояму» и в полушаге от «жалобно скулить на кровати и пересматривать командные фотки со сборов, где они с Кагеямой рядом». Опускается даже ниже второй планки, бьет по камням на дне и всплывает обратно, потому что — дерьмовое. И сам он немного попахивает дерьмом, кажется. — Ясно. Наступает давящая неловкая тишина. — Эй, пацан, я пошутила. Тобио сам частенько ведет себя как совершенный мудак. Тоже, конечно, справедливое замечание. Но после первого разочарования розовые стекла трескаются и осыпаются на пол, корябая красные коленки. Хината чувствует фантомные царапины по всему телу, но в этом нет никакого смысла. Как-то он вычитал в учебнике и сразу же поставил себе диагноз «агностика», поэтому нет царапин — нет и боли, вспомни свое это самое… кредо. Дурацкое слово для умников. Так вот, зато есть четкое осознание, что Дурояма хоть и с приставкой «дуро-», но без «деби-». У него тоже есть чувства, которые он не часто выражает, но руководствуется, когда принимает решения. И если в его планах нет Хинаты, а в чувствах нет взаимной теплоты, то — конец. Финиш. Баста — говорят другие умники на еще каком-то языке. На другие языки перевести не получается, Хината это-то слово выучил только благодаря Хитоке-сан. — Как это может мне помочь? Я знаю, что он бывает странным. Но это не значит, что он когда-то сможет меня полюбить. Мы не в каком-то девчачьем аниме, где двое сходятся на схожести своих долбоебизмов. Кагеяма Мива улыбается, внимательно смотрит в глаза Хинаты, как будто пытается телепатически передать какую-то мысль. Но Хинату не кусал паук, и никто ничего ему не вкалывал, у него нет крутых способностей, кроме как съесть восемь с половиной бургеров за раз, не запивая колой. Школьный рекорд, кстати. Он обычный безответно влюбленный пацан со старшей школы в жопе Японии, который хочет упасть в объятия человека из своих страданий. — В смысле мы очень похожие сестра и брат, а теперь посмотри на меня. Я похожа на человека, который сможет полюбить кого-то умного и уравновешенного, противоположного тебе? Хината смотрит на нее и начинает улыбаться. Нет, совсем не похожа. Он проглатывает тупую шутку, что Кагеяма Мива влюбилась в него, потому что ему нужно спросить важное, пока они на этой волне. — Думаешь, у меня есть шанс? Кагеяма-сан опирается руками в пол, пододвигаясь ближе к Хинате. — Только если помоешься, малец. От вас всех после матчей знатно воняет. Мальчишки. Подмигивает ему и разворачивается, не прощаясь. Они и правда очень похожи с братом. Тот тоже кладет большой и толстый на манеры при общении с Хинатой. А Мива-сан не постеснялась говорить матерные слова при нем и ни слова в упрек не сказала! — Спасибо, Кагеяма-чан! — вскакивает Хината и кланяется ей вслед. — И спасибо, что пришла поболеть за нас! Ты лучшая! Настроение взлетает до отметки «воодушевлен». Со старшей сестрой Кагеямы была знакома Шимидзу-сан. Хинате не стали рассказывать подробности их знакомства, но он сразу понял, что Кагеяма Мива классная-потрясная и вообще своя. Она немного пугала, потому что умела копировать взгляд Кагеямы Тобио, и была немного выше среднестатистической девушки, а еще круто била по мячу, почти как ее брат. Хината хотел подумать, что лучше бы влюбился в нее, она казалась более дружелюбной, но потом он случайно увидел, как она высмеивает его семпаев за их безответную любовь к Шимидзу-сан и передумал. Все-таки к жестокости дуроямы он уже привык и мог отвечать, а это что-то новое и слишком малость беспринципное для него, плюс он не станет грубить девушкам — получит по шее от Танаки-семпая. Как после всего этого он решился подойти к ней и спросить совета по признанию дурояме, Хината сам не представлял. Возможно, это был самый глупый поступок в его жизни. Но она это восприняла почти что по-человечески и издевалась над ним совсем немного. Кагеяма пару недель назад сказал, что позвал на матч свою сестру, но как-то вскользь, Хината не стал развивать тему, потому что лицо у него было какое-то недовольное, слишком кагеямовское. Он тогда же сказал, чтобы Хината постарался не попадаться ей на глаза, потому что она начнет его чмырить за рост и слишком яркие волосы, потому что — дай только повод. А не дашь повод — это и будет поводом. Короче Хината не хотел с ней знакомиться. Хината застегивает замок на дорожной сумке и тянется вверх. Хочется хрустнуть спиной. Наконец-то домой. Приехать, растянуться и лежать до завтра, пока мышцы не восстановятся. А потом можно позвать Кагеяму и Нишиною-семпая поиграть на школьном дворе, если не будет дождя. А если будет — посмотреть только с Кагеямой фильм у Хинаты дома. И сесть тогда рядом с ним, может, если у Кагеямы будет хорошее настроение, он даже не будет кричать из-за головы Хинаты на его плече. — О чем ты с ней разговаривал? — А? — Хината разворачивается. В двери стоит собранный Кагеяма со злой маской на лице. — Да ни о чем. Он закидывает сумку на плечо, хочет протиснуться мимо — автобус их, конечно, подождет, но тренер Укай может отвесить оплеуху за опоздание. Или потянуть их уши. Или заставить бежать марафон под дождем на следующей неделе для проработки дисциплины. В общем, стоит поторопиться. Но Кагеяма стоит стеной. Стеной как в атаке титанов, которую может разрушить только колоссальный титан, но туда Хината не дотягивает на несколько метров. — Я тебе говорил не приближаться к ней. Забыл? Хината не понимает. Ну поговорил и поговорил. — В чем проблема? Чего пристал? Кагеяма будто боится выплюнуть мысль, сдерживает ее в себе. Сглатывает, вздыхает. Хината радуется, что помылся и воспользовался дезодорантом. Они стоят слишком близко, что Хината чувствует его гравитационное поле, держит себя в руках, чтобы не притянуться еще ближе. Но кладет руку ему на плечо, легко сжимает, чувствуя тепло кожи сквозь тонкую футболку. Думай что такое гравитационное поле. Не думай о Кагеяме. Который так близко. Сердце внутри бам-бам. Бери себя в руки. — Обсуждали тебя, — улыбается он. — Как хреново ты играешь и как тебе повезло, что твоим союзником оказался я. Говорят действия, а не слова. Хината пододвигается чуть ближе. Игра на выживание — Кагеяма в любой момент может отшвырнуть его подальше и для него это не будет значить ничего. Но он стоит, немного прикрывает глаза и Хината отстраненно концентрируется только на них и его глубоком громком дыхании. Плечо под рукой начинает жечь. Только он чувствует это?.. Рука сама сжимается чуть крепче. Кагеяма не двигается, но Хината понятия не имеет что это значит. Значит ли это хоть что-то? Хочется прижаться губами к его губам, чтобы быть еще ближе; хочется прижаться лбом к холодной дверце шкафчика рядом, чтобы освежить голову. Что нужно сделать в этой ситуации? Страшно. Сердце снова бешено бахает. Бум-бум. Бум. О, бум. — Черт! Черт! — кричит Нишиноя-семпай, в одном полотенце выбегая из душевой. Хината отскакивает от Кагеямы, разворачивается к нему спиной. Возвращается в цветной мир, где, оказывается, есть кто-то кроме них двоих. Никто больше не заметил этой странной атмосферы? И вообще, почему Нишиноя-сан?.. — Пожалуйста, прикройте меня перед тренером! Я слишком заболтался с местной девушкой. Она сказала, что я круто играю, и это был мой шанс! Если вам интересно, у меня есть ее номер! — тараторит он на одном дыхании, переодеваясь. Он толком не успевает вытереться, футболка липнет к мокрой спине. Что-то еще говорит про сенсея, что ему конец за опоздание, про Танаку-семпая, который теперь точно обзавидуется, потому что у него нет номера такой красотки, а потом, выбегая и на ходу застегивая пуговицу на шортах, благодарит Хинату и Кагеяму за то, что помогли задержать автобус. Хината, кажется, радуется резкой смене атмосферы между ними, временной отмене напряжения, которое точно вернется, но позже. Кагеяма в жизни не начнет спрашивать о чем-то эмоциональном для него при других людях. В автобусе они садятся вместе, Хината даже разрешает ему сесть у окна. Сам отворачивается к соседним креслам, где Нишиноя-сан хвастается номером и пытается вспомнить имя девушки, которую у себя в голове успел познакомить с родителями. Хината слушает, улыбается, пытается пропустить эту историю через себя и сосредоточиться на ней, но в мысли все равно вихрями врывается Кагеяма. Что имела ввиду его сестра? Она, разумеется, не выложила все, что думает. Есть ли у Хинаты шанс на самом деле? Что думает об этом Дурояма? Чувствовал ли он то же самое, когда они были так близко? Хината откидывает голову на спинку кресла и закрывает глаза. Кажется, сейчас самое время подумать о своем плане по выведыванию намерений Кагеямы. Сможет ли он когда-нибудь ответить Хинате на чувства? Неизвестно. Но нужно быть серьезнее, стать наконец взрослее, потому что Кагеяма, весь такой упрямый, с целями на жизнь, планами, которые, думается Хинате, прописаны аж до его похорон, мечтами об университетах и работах заграницами. Нужно ему соответствовать. Причины, почему Кагеяма не любит таких взрывных, инфантильных личностей, как Хината, очень даже понятны. Причины, почему Кагеяма сможет полюбить его в ответ — нет. Он поворачивает голову (если что можно отмазаться, что смотрел в окошко. Этот хитрый план Хината продумал заранее) и приоткрывает глаза, глядя на профиль Кагеямы. Вау. Четкая сильная линия челюсти, мощная форма носа, мягкие глаза. Хината выдергивает наушник Кагеямы и вставляет в свое ухо, быстро укладывая голову на его плечо. Играет дерьмо, но Хината, кажется, готов прослушать это дерьмо следующие полтора часа, просто чтобы быть так близко и осознавать, что вот сейчас, прямо в этот момент они едут в одном автобусе, вдвоем слушают одинаковую музыку с одного телефона и, главное, рядом. Кагеяма почему-то не ворчит, прохладно выдыхает и удобнее устраивается, немного поворачиваясь к Хинате корпусом, потом откидывает свою голову в стык между креслом и окном и шепчет: — Я провожу тебя до дома. Хината кивает и надумывает себе жар в месте прикосновения их ног, надеясь, что Кагеяма не заметит его руки, которая совершенно случайно ложится на голую кожу под чужими темными шортами. Или просто ничего не скажет. Он продолжает молчать, только переключает песню и увеличивает громкость. Ужасный плейлист. Хината засыпает. Когда они приезжают — на улице уже опустилась ночь, дорога освещается фонарями, по коже бегут прохладные мурашки. Такада-сенсей около ворот школы желает всем удачно добраться до дома и наказывает им обязательно отписаться в общем чате. Часть дороги они проходят вместе с семпаями, специально обходя стороной места с дежурными для младшеклассников, просто потому что ночью хочется чувствовать себя взрослыми. Где-то посередине пути они машут последним дошедшим с ними до поворота Цукишиме и Ямагуччи, и остаются вдвоем. Хината сразу напрягается, не понимает, что сейчас в голове Кагеямы. Тот молчит, идет с привычно засунутыми руками в карманы, хмурится тоже привычно. Все настолько как обычно, что Хинате кажется, что он все надумал. И что во всех словах Кагеямы не было смысла, и что тот не убрал его руку просто потому что не заметил, и что музыку он выбирал самую романтичную просто так. Что все в его голове — не правда. Ложь, вымысел, воображение. Хината немного сильно загоняется переживаниями, что в груди ощущается желание, нет, необходимость как-то изменить ситуацию в этот же самый момент, в эту же секунду. В конце концов, что он потеряет, если Кагеяма его отошьет?! — Кагеяма! — кричит он. — Чего тебе, придурок? Тише себя веди, ночь на улице. — Сам ты придурок. Он потеряет все. Потеряет веру в себя, веру в людей, в любовь, в пацанскую дружбу, в Кагеяму. Готов ли он рискнуть всем этим, ради… Ради чего? Ради ощущения руки Кагеямы в своей, ради возможности касаться его чаще, ради возможности проводить больше времени вместе и… что, даже целоваться? Прям как в его мыслях перед сном? И прям даже можно будет смотреть вместе фильмы, и он наконец перестанет обзываться? Хината чувствует, как полыхающий румянец сползает на щеки и шею (ох уже эта предательница-кожа у рыжих, грудь тоже небось покраснела). И кажется, да, кажется, он готов попробовать. Дружба с Кагеямой стоит отношений с Кагеямой. Нужно быть с ним мягким, наверное. Не спугнуть. — Ты хотел о чем-то поговорить? Ну, когда сказал, что проводишь меня. — Я передумал, — отрезает он. — Придурок, быстро говори, я из-за тебя велик оставил в школе! — Сам придурок. Мне нужно собраться с мыслями, — молчит. Утром вместе идем, значит? — Да, — слишком покорно соглашается Хината, ведь он вспомнил, что обещал себе быть мягче! Все как всегда рядом с этим Кагеямой. Слишком не по плану. Они шагают с одной скоростью и снова молчат неловкой тишиной, слушают стрекот сверчков, которые просыпаются очень вовремя, а Хината пытается угадать время, когда уместно будет спросить еще раз, ведь он уже видит свой дом, но Кагеяма заговаривает сам, загадочно глядя на беззвездное небо. Вот романтик-то, усраться! — Ты ведь тоже чувствуешь это? Он щурится, глаза блестят в темноте. Хината мгновенно вздрагивает — от холода, от неожиданности, от страха или предвкушения, пока непонятно. Но тело снова покрывается мурашками. Он рукой потирает кожу, успокаивает нервы, но не помогает. Говорить начистоту? Но где уверенность, что Кагеяма говорит о том самом напряжении между ними? Может он говорит о Юпитере за Марсом или о разочаровании, что в их вселенной не существует кентавров? Отстойно, кстати. Хината хотел бы быть наполовину лошадью. Волейбол кентавров, вот кайф. Смог бы прыгать еще выше. — Если мы говорим об одном и том же, то да. Кагеяма вздыхает как-то тяжело и останавливается. Дом слишком близко, нужно наконец разобраться. А тот в глаза не смотрит до сих пор, руки сначала сует в карманы спортивной куртки, вытаскивает, сует в карманы шорт, снова вытаскивает. — Ты чего нервничаешь? — Я не нервничаю, идиот! Просто хочу кое-что сказать, — но глаза так и не поднимает, вздыхает, но молчит. Откладывает разговор. — Так говори, надоел тянуть яйца за кота весь день! — Отвали. Я домой. Кагеяма резко кладет руки на лямки дорожного рюкзака и разворачивается. Начинает уходить от него шагом, который почти бег. — Нет, мы поговорим! А Хината злится. Уже который месяц он не может быть свободным в отношениях с Кагеямой. Он зависит от его настроения: не хочет его злить, а хочет утешить, когда тот расстроен. Но слишком часто он выбешивает настолько, что хочется дать ему пинка и убежать. Хотя нет, убегать не хочется. Потом хочется что-то любя с ним сделать, но за закрытыми дверями, как в своих мечтах. — А ну-ка стоять, Дурояма! — не раздумывая ни секунды Хината прыжком кидается ему на спину, тот поначалу ловит равновесие, но Хината захватывает рукой его горло, и они нелепо валятся назад. Хината не обращает внимание на боль в бедре, перегруппировывается, неразборчиво машет руками в ответ на кулаки, садится сверху. В ту же секунду Кагеяма поворачивает корпус в сторону, стряхивает с себя Хинату, который уже успел почувствовать себя победителем, наваливается телом сверху, сцепляет его руки над головой и тяжело тяжело дышит туда, куда дышать запрещено законом. Хината брыкается, пинает свободными ногами воздух, но Кагеяма не скидывается. — Свали с меня, урод, — пыхтит. — Нет. Теперь ты, придурок, выслушаешь, что я хочу сказать. Раз сам настаиваешь. — Я не настаиваю, мне плевать. Кагеяма игнорирует, руки не расслабляет, а у Хинаты мурашки по всему телу, это слишком для его организма. Он толкается ребрами в ребра, хоть и понимает, что это бессмысленно, что он готов пролежать вот так вот хоть всю ночь. В смысле, он даже перед сном не представлял Кагеяму на себе, и что он дышит ему в шею, и касается шеи носом… Он касается его шеи носом. — Что ты делаешь? — спрашивает шепотом. — Говорю. И, кажется, до Хинаты начинает доходить. Напряжение пульсирует двумя большими огненными сгустками на губах и в животе. Он говорит. Он сейчас говорит о своих чувствах. Его наушник в ухе Хинаты, прислоненная коленка, провожания до дома, зависания вместе на выходных, дыхание в шею — это все его чувства. Старшая сестра Кагеямы пыталась сказать это же. Просто кто-то слишком много боится и не слышит. Хината немного поворачивает голову в сторону, ловит лицом горячее дыхание. Глаза закрываются сами по себе, он весь как сахар — плавится в Кагеяме, в его руках, его запахе, его объятьях. Губы как-то находят его губы и целовать страшно, но важно. Он неловко толкается в чужой рот, с силой вжимается и пытается сказать о своих чувствах. И это вау. От первого мокрого прикосновения ток по всему телу, это уже не просто тереться сухим ртом, это по-взрослому. Язык с языком — слишком сильно для него, он, кажется, пока не готов, точнее, слишком готов, просто не тут. Не на улице посреди ночи на асфальте. Одновременно вибрируют телефоны. Кагеяма шумно выдыхает, но не отрывает губы от губ, просто лежит. Хината ловит это мгновение. Его рот прям тут. Кайф. Вау. — Ты мне сейчас пальцы сломаешь, — хрипит Кагеяма спустя… спустя слишком быстро. Хината ослабляет хватку, понимает, что их руки были в замке. Не выпускает. — Ты испортил момент. Поднимайся с меня. Телефоны вибрируют снова. Они встают, ловят секунды неловкого осознавания. Они поцеловались. Кагеяма смотрит, прочищает горло. — Пошли завтра ко мне? Фильм посмотрим. — Какой? — Неважно. — Пошли. Только лучше ко мне, твоя старшая сестра не даст нам спокойно… посмотреть фильм.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования