Чёрная плеть в его руках

Гет
NC-17
Завершён
218
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
7 страниц, 1 часть
Описание:
Его комната. Он. И чёрная плеть в его руках
Посвящение:
Любимой WayletSkeylz, которая выслушивала мою истерику. Любовь навсегда
Примечания автора:
ОБНОВАААААААААААА
Нужно было просто видеть, как я рыдала крокодильими слезами. Совсем расквасило
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
218 Нравится 10 Отзывы 38 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
      Его комната, покрытая чёрными обоями, казалось чем-то запредельным, невероятным. Первый день, первая ночь, как она находилась в плену его мягких объятий. И хотя пару минут назад он выносил её из гостиной на руках, пока она роняла иррациональные слёзы, сейчас она с интересом рассматривала каждую деталь, связанную с ним, с его увлечениями и жизнью. Она потрогала, кажется, всё. От огромного чёрного рояля до больших оленьих рогов на стене, всё удивляясь и удивляясь с каждым разом всё больше предыдущего. Внимательно слушала каждый его рассказ, пока он так неожиданно для самого себя открывался ей с новых сторон, заставляя чуть ли не прыгать до потолка от огромной радости, что теперь они не просто друзья, но родственные души, нашедшие друг друга, находясь даже за сотни километров ранее.       Она любила его, безумно любила, и он отвечал ей безоговорочной взаимностью, хотя и не любил говорить красивых громких слов, а проявлял чувства через действия. Его забота, проявляющаяся чуть не в каждом слове и движении, буквально сводила с ума и одновременно умиляла. Агата даже не знала, что такое вообще возможно, относиться к своему партнёру с таким трепетом. До него она будто не жила вовсе, а все те ухажёры, пытающиеся склеить её дешёвыми подкатами, — казались безнадёжными глупцами, совершенно ничего не смыслящими в любви. Они надеялись лишь на секс, когда Александр никогда не приставал сам, выжидая момент, когда девушке будет удобно говорить об их сексуальных отношениях. Они махали рукой на её проблемы, когда Александр всегда заботился о её благополучии физическом и моральном. Они были не им. А он был особенным в её жизни.       С ним рядом было так спокойно, что Агата забывала обо всём на свете, а день явно стоил того, чтобы под конец нырнуть под одеяло в его утешающие любящие объятия. Казалось безумным думать о том, какой путь вместе им предстоит пройти, чтобы оказаться в этом месте и в это время.       Рука девушки скользнула по черной рукояти плети, которая лежала рядом с остальными атрибутами. Внутри зажглось приятное тепло, когда она представила, как кожаные хвостики флоггера щекочут её кожу несильными ударами, как обвиваются вокруг изгибов, словно змеи, и оставляют красные следы, наливающиеся кровью. Она сглотнула, чтобы подавить тихий стон, а щёки немного покраснели от смущения. Алекс бесстрастно смотрел на её реакцию, и даже не пытался что-то спрятать или хотя бы подать виду, что он как-то стесняется своих «увлечений». Приятная кожа легла ей на ладонь, а пальцы другой руки ласково пробежались по хвостам, выдавая заинтересованность.       Александр поднялся и подошёл к своей девушке, намереваясь положить плётку и уложить Агату спать, но её улыбка и хитрый взгляд не предвещала ничего хорошего. Он оказался сзади и прислонился грудью к её спине, а затем ласково скользнул касанием по тыльной стороне ладони, как бы прося положить ненужную игрушку. Но вот она так не думала. Прикусив губу, девушка чуть взмахнула ей, будто играясь, но швед с лёгкой улыбкой на лице накрыл её руку своей и показал, как правильно это делать. Кожаные хвостики с неожиданно хлёстким звуком приземлились на подушку, а с губ Агаты сорвался тихий скулящий стон, который она сначала не узнала. Александр заметно напрягся. Дыхание участилось, стало тяжёлым. Толика спасительного воздуха еле влезла в лёгкие, она повернулась и, хитро улыбнувшись, разжала пальцы, вкладывая игрушку в его ладонь.       — Лилла каттен хочет попробовать порку? — сладкий шёпот обволок её ушки, на что она крепко зажмурилась и быстро закивала головой, не решаясь поднять на него глаз. — Тогда раздевайся.       Он сразу показал, что сейчас вся ситуация принадлежит именно ему, что этой ночью он побудет главным. Александр отошёл назад на некоторое расстояние и сцепил руки с плетью сзади, создавая этим властную позу, на которую тело Агаты отреагировало мелкой дрожью, а в горле собрался ком, который отказывался идти дальше. Дыхание застряло где-то в груди. Сглотнув, она схватилась за край свитера и потянула, оголяя верх. Раздеваться перед ним было несколько стеснительно, но одновременно это так заводило их обоих, что хотелось сделать всё, лишь бы ещё раз ощутить это чувство. За свитером оказались стянуты и до боли тесные джинсы, оказавшиеся абсолютно лишними. Красивое чёрное кружево обтягивало все её изгибы, заставляя Александра на секунду прикусить губу от желания.       — Бельё тоже?.. — тихо спросила Агата, поднимая на него взгляд с нотками игривости и провела ладонью по своей груди, как бы показывая.       Он подошёл совсем близко, почти вплотную, так, что Агата ощутила тепло его тела и одурманивающий запах одеколона. Его запах вскружил голову, она даже чуть прикрыла глаза, с наслаждением втягивая его, стараясь запомнить, что так чувствуется только настоящая любовь.       — Нет. Хорошая девочка, — мягко протянул он. — Не двигайся.       Он принялся обходить её, пуская по спине стайки мелких мурашек. Агата почти всхлипывала от предвкушения его следующий действий. Он всеми силами старался сохранять выражение лица, но чувства то и дело рвались наружу, преграждая все пути к отступлению. Хотелось наброситься на неё, словно дикий зверь, но он твёрдо повторял себе сдерживаться. Слишком сильно было желание поиграться с ней.       — Красивая девочка. Нежная, хрупкая, ласковая, как котёнок… — шептал он, вдыхая аромат её волос, а девушке было всё труднее не двигаться.       Он не прекращал обходить её. Дышать становилось всё труднее с каждым разом, воздух будто не хотел выходишь из лёгких. Она прислушалась к его хрипловатому от желания тону, к его вкрадчивым движениям и лёгкому шелесту игрушки. Кожа горела желанием почувствовать его прикосновения, сильные пальцы, впивающиеся в каждый сантиметр желаемого тела, хлёсткие шлепки и рычащий шёпот на ушко, обжигающий их каждым своим словом.       — Уверена, что хочешь этого? — спросил он, легко касаясь губами обнажённого плеча.       — Да, — сказал тонкий, почти скулящий голос, который она поначалу даже не узнала.       Мужчина прикусил нежную кожу на её шее, оставляя после себя небольшое красное пятнышко. Сердце глухо билось о рёбра, его стук был слышен в тишине его элегантной комнаты, которая теперь казалась такой родной и любимой.       — На первый раз я буду нежен. Если будет слишком — просто скажи «стоп». Не бойся сказать это тихо. Я услышу, даже если ты прошепчешь, — подытожил он, проведя носом по её шее. — И ты должна будешь отвечать вслух.       — Д-да, Александр, — её по-настоящему трясло от переизбытка желания, внутри стягивался болезненный узел, который мучила срочная надобность разбить его.       Рукоять плётки опустилась вниз, к животику, хвосты флоггера слегка погладили его, вырывая негромкий стон от долгожданного контакта. Невесомыми движениями Алекс продолжал обводить желанное тело вниз вдоль бока, затем вверх по плечу. Резкое движение руки, и кожаные полосы легли на шею, а затем по его велению сползли вниз, поглаживая горячую кожу. Он отошёл чуть вбок, оставляя спину Агаты без мягкого тепла. Каждое его движение вызывало поток невыносимо колючих мурашек.       Первый удар, — совсем мягкое касание, — пришёлся на лопатки, но никакой боли не было, лишь удовольствие, на что она удивилась и повернула голову, но увидела укор в глазах Александра и лёгкий рык «Я не разрешал менять позу». В наказание второй удар, пришедший чуть ниже, оказался немного сильнее предыдущего, а за ним последовала череда ритмичных шлепков, спускающихся вниз.       — Сними их, — приказал (именно приказал) мужчина, и девушка, не раздумывая, потянула мягкое чёрное кружево вниз, вызывая этим одобрительный хмык.       Флоггер огладил ягодицы девушки и тут же неожиданно ударил, делая ощущения на порядок острее. Агата взвизгнула, но боли не было, лишь нарочито мягкие, ласкающие касания оставались призраком на коже. Это было слишком приятно, чтобы быть правдой. Ранее девушка думала, что такие «игры» приносят только боль и желанный дискомфорт, но никак не такие нежные ощущения, которые она испытывала сейчас. Опершись руками на рояль, девушка слегка нагнулась, будто бы призывая продолжить начатое, и Александр, даже особо не задумываясь, молчаливо согласился. Его удары обжигали ягодицы, были такими ритмичными, а внутри по венам разливался настоящий мёд, приятно скользя по стеночкам. Агата уже не напрягалась, а полностью расслабилась, отдавшись приятным ощущениям. Она полностью доверила ему своё тело, одновременно не боясь и ничем не рискуя, точно знала, что Алекс никогда не причинит ей нежеланной боли.       — Мы можем остановиться, — послышался его голос сквозь пелену в голове. — Боюсь, если мы сейчас этого не сделаем, я не смогу остановиться, котёнок.       — Продолжим, — прошептала она, упрямо повиляв ягодицами, на которые тут же легла жёсткая холодная ладонь.       — И тебе не страшно? — настойчиво протянул он, чуть склонив голову набок.       — Я верю тебе… — ответила она, поднимая на него полный удовольствия взгляд.       Ждать долго не пришлось. Он уместил свои руки ей на талию и заставил выпрямиться, прижимая любимую к своему горячему телу. Он дышал тяжело, всё его состояние выдавала мелкая дрожь, а сердце стучало так сильно, что он слегка пошатывался. Горячая кровь пульсировала в жилах вместе с чувствами, а в голове будто образовался молочно-белый туман. Он коснулся пальцем её подбородка, приподнял его и провёл лёгкую дорожку мягких поцелуев по линии челюсти, после этого прикусив кожу на шее, украшая её своими метками.       — Мне приятно твоё доверие, каттен, — протянул он, проводя губами по недавно оставленным пятнам. — Считай удары. Я сделаю десять.       Всё произошло в одно мгновение. Она снова опиралась руками в инструмент, а на ягодицы с хлёстким ударом припечатались хвостики плётки, оставив после себя лёгкий разряд тока. Девушка громко ахнула, но больше от внезапности, чем от боли. Она заёрзала на месте, но он старался держать её неподвижно, запрещая менять позу.       Один.       Всего лишь пара секунд «передышки», и на кожу обрушился ещё один удар, но только более сильнее, чем первый. Будто бы постепенно подготавливал девушку к самому сладкому. Вскрик стал только громче, а после шлепка игрушки осталось несколько розоватых полос, ярко горевших на фоне светлой кожи.       Два.       Её стоны были для него лучшей музыкой. Дыхание сбилось, стон получился прерывистым, когда флоггер следующие несколько раз с громким шлепком касался её разгорячённой кожи. Она не сдержалась — громко выругалась вместо счёта, за что Алекс до боли сжал раскрасневшуюся ягодицу, наказывая. Их хриплое от дикого желания дыхание заполнило комнату, прогоняя накатывающую гробовую тишину.       Три. Четыре. Пять.       Она не слышала себя, не понимала. Её телом завладели ощущения от порки, которую она, кажется, не забудет никогда. Боли, которую он обещал, не было даже в следующие несколько звонких ударов, нанесённых с размаху, было лишь удовлетворение, которое полностью охватило их разум. Ноги предательски дрожали, отказываясь слушать свою хозяйку.       Шесть. Семь. Восемь…       В одну секунду его ловкие пальцы дотронулись до мокрого лона и потонули в нём, срывая с губ Агаты громкий протяжный стон и дрожь во всём теле. Не сдержалась, когда его пальцы начали двигаться, слегка раскрываясь внутри. Выкрикнув несколько нечленораздельных слов, она кончила, даже не успев дождаться последних ударов, вызвав недовольство Александра, который уже занёс руку с флоггером.       — Я не разрешал кончать, — со сталью в голосе отчеканил он, когда девушка повернула на него слегка затуманенный взгляд.       — Прости, я… Не выдержала, — тихо произнесла она и уже было потянулась за своими трусиками, но внезапно твёрдая рука Алекса остановила её.       — На колени, каттен. Сейчас же, — строго произнёс он и присел на край кровати, внутренне гадая, предпочтёт ли она остановиться или закончит начатое.       Не теряя ни секунды, девушка, даже не поднимая трусиков, подошла к кровати и присела перед ним на колени, пытаясь угадать, что же он задумал. Кончик рукояти флоггера коснулся её подбородка и чуть приподнял, заставляя Харрис обнажить шею, показать узор из нескольких укусов и пятен, которые он оставил. Она выглядела чертовски сексуально в таком виде: слегка растрёпанные волосы, раскрасневшиеся щёки, шея и ягодицы. Пышная грудь тяжело поднималась от недостатка воздуха, который в секунду стал тяжелее, жарче. А ему было тяжело скрывать, что он хочет её больше, чем когда-либо. Она показала свою страсть, раскрыла для него всю себя, становясь для него ещё более желанной, вопреки всему его первоначальному представлению о ней. Они были знакомы всего несколько месяцев, но между ними разожгла настоящий пожар маленькая искра.       Он похлопал по своим бёдрам, предлагая ей сесть сверху, и она не могла отказаться. Широкие ладони моментально накрыли ягодицы, а ширинка, натянутая уже до сумасшедшего предела, упиралась ей в промежность. Агата неровно выдохнула от такой близости и тут же неожиданно послышался звонкий шлепок, оставивший кожу саднить. Он поймал громкий всхлип губами и незамедлительно проник языком внутрь, заново изучая каждый уголок. Они целовались так жадно, что забыли о всяком смущении. Он только её, а она только его. Иначе быть не могло.       Одним жёстким движением он рванул ремень на брюках и приспустил их, открывая вид на брендовые боксеры чёрного цвета, отчего Агата про себя усмехнулась, подмечая, что именно этот цвет, кажется, его любимый. На лбу появилась испарина от духоты и жара тел, но они упрямо не отвлекались от своей страсти, желая поскорее доставить друг другу большее удовольствие. Резинка оказалась спущена и девушка еле слышно простонала, когда головка его эрекции коснулась влажного местечка, с которого чуть ли не текла естественная смазка. Неожиданно для себя, она оказалась грубо перевёрнута на кровать. Покрасневшая кожа зада, на которой остались следы от порки и мужских ладоней, призывно торчала вверх, а изящные пальцы смяли покрывало, стоило ему приблизиться достаточно близко. Александра не устроила подобная поза.       — Руки за спину, — скомандовал он, но та не подчинилась, будто совершенно его не слушая. Раздался громкий шлепок, — Агата!       — Но ведь… — вытянула из себя она, плохо представляя, на что она будет опираться.       — Никаких «но», — тихо сказал он, почти насильно скрещивая её запястья на поянице и удерживая их свободной рукой, задавая лёгкий укол боли. — Плохая девочка.       Новое положение оказалось до бабочек в животе приятным. Она чувствовала, как полностью принадлежит ему одному и как он упивается её покорностью. Властный мелодичный голос проникал в сознание, гипнотизировал.       Он скользнул в неё так быстро, что перехватило дыхание, а горячая пульсация всего тела только усилилась, не принося никакого расслабления. Она громко простонала, закатив глаза и заёрзала, пытаясь насадиться сильнее и глубже, но Александр мимолётно шлёпнул её по бедру, призывая не двигаться. Каждый его сантиметр идеально заполнял её, что только от одного этого осознания хотелось завалить его на кровать и довести их обоих до нескольких пиков удовольствия. Но он только стоял, даже не задумываясь о том, чтобы прервать этот волшебный момент его безоговорочного доминирования над маленькой непослушной кошечкой. Но когда он сделал первый толчок, это сорвало в них все возможные и невозможные тормоза, растягивая удовольствие, а все ощущения вмиг обострились, заставляя все органы чувств впитать в себя эту немыслимую атмосферу.       Несколько слабых толчков оставили чувство приятной закуски перед самым сладким, когда ствол двигался в ней, выходя почти до конца и медленно входя до самого основания. Но с каждым новым движением эта широкая амплитуда только уменьшалась, всё набирая и набирая скорость покачивания. Агата постанывала, закатывала зелёные глаза от немыслимого удовольствия, кусала губы, слизывая набухавшие на них капельки крови, но больше двинуться на посмела. Разве что когда Александр чуть приподнял её и заставил немного поработать, потом снова опрокинув её на кровать. Руки всё ещё были зажаты в крепкой хватке, не отпускающей её ни на секунду, отчего они слегка затекли, но это только придавало особого перца ощущениям, постоянно колеблющимся между удовольствием и лёгкой болью. Толчки становились только резче.       — Господи-и-и-и, — громко выстанывала она, рвано дыша, пока его бёдра с громким шлепком соприкасались с её. — Я не выдержу, сейчас кончу, Алекс!       — Нельзя, каттен, — сдерживая рвущиеся наружу постанывания, ответил он. — Будь хорошей девочкой, терпи.       — Прошу, пожалуйста, — всхлипывала она.       Харрис старалась концентрироваться на чём-то неприятном, но это удовольствие нельзя было перебить ничем, как бы сильно она не хотела. Неожиданно вырвавшись, он перевернул её на спину, прижал её бёдра к её животику и широко развёл их в стороны, наклонившись максимально близко. Освободившимися руками она схватилась за покрывало и подняла на него умоляющий взгляд, пока внутри всё жгло неприятное чувство пустоты. Волосы девушки были растрёпаны и прилипали к коже, покрывшейся испариной, а на глазах блестели слезинки от того напора, с которым он брал её.       Она сглотнула и нетерпеливо поёрзала, когда её взгляд встретился с его испепеляющими всё её нутро глазами, и он впился в сладкие губы грубым, развязным поцелуем, одновременно заглушая стоны при новом толчке. Она чувствовала, как широко растягиваются нежные стеночки и как глубоко она готова принимать его. Это сводило с ума и её, и его. Аккуратный тёмный маникюр девушки ухватился за его плечи, оставляя следы-полумесяцы, а рот переместился на его открытую шею, найдя там его слабое место. Она кусала, зализывала, целовала нежную кожу, пока Александр лишь тихо рычал от удовольствия, вторгаясь в её податливое тело с каждым разом всё сильнее и сильнее.       — Прошу тебя, — хныкала Агата. — Прошу, сильнее!       В этот раз Александр решил не лишать её удовольствия, промолчав, начал только быстрее и быстрее насаживать её бёдра на себя, ощущая, какая же она внутри горячая и готовая к фееричному окончанию. Обилие смазки только подстегало их желание, ударяя своими пошлыми хлюпаниями по слуху, как и хриплые стоны, смешавшиеся в одну музыку чувств и страсти. Поняв, что пора, Александр совершил несколько частых проникновений подряд и опустил пальцы на влажный клитор, так и просящий внимания его заботливых пальцев. Девушка забилась, пытаясь убрать его руку, но он упрямо продолжал ласкать чувствительную точку круговыми движениями, доводя её до дрожи всем телом.       Внутри что-то взорвалось, разнося по всему её существу приятный жар, смешанный с психологическим удовлетворением. Она вцепилась в его спину и, не осознавая, оставила на ней несколько краснеющих полос. Внутри всё так сладко сжималось, что он, даже не выходя из неё, закончил следом, оставляя глубоко внутри горячую белую струю удовлетворения. Он упал недалеко от неё, тяжело дыша, словно бы он только что пробежал целый марафон, пока она пыталась прийти в себя и сфокусировать зрение хоть на чём-нибудь. Сердце застучало в два раза быстрее, когда она увидела его: растрёпанного, искусанного и краснеющего шведа, который только недавно бесил её своими двусмысленными шуточками. Несколько прядей его причёски выбились из общей картины и теперь лезли ему на глаза, пока на его губах красовалась по-настоящему счастливая улыбка. Они не могли сказать ни слова, лишь прильнули друг к другу, а затем просто смотрели в глаза, не в силах унять стук бьющихся в одном ритме сердец.       Открыв глаза, Агата заметила себя посреди заснеженных фигур разных форм и мастей. Бегали дети, разговаривали взрослые, а её мужчина смотрел на неё, словно бы увидев то, что она видела сейчас. Покраснев от ухмылки, которая точно означала продолжение шикарной ночи в их номере, она улыбнулась и смущённо отвела взгляд, чувствуя бабочек в животе, которые щекотали желудок своими крылышками только тогда, когда рядом находился Александр.       — Я знаю, что ты сейчас вспоминаешь. Плохая девочка, — мурлыкнул он, зная, как Агата любит слышать это, рассматривая чёрную плеть в его руках.
Примечания:
ОБНОВА ПРОСТО ОТВАЛ ОЧКА. ЯНИМАГУ😭
Честно, родила десятерых детей от Александра, Лео, Улля, Дино и Диего. НЕКУДА ИХ УЖЕ ПИХАТЬ, ПОНИМАЕТЕ???🥴
А чтобы увидеть мои истерики вживую, посмотрите мой инст, я туда иногда заливаю смешнявочные видосики в сториз и, конечно же, эстетики к фанфикам: https://Instagram.com/secret.auteur🍒

Не забываем оставлять отзывы, для меня это очень важно❤️

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Клуб Романтики: Я охочусь на тебя"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты