Будни репортёров: история большого преступления

Гет
R
В процессе
17
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 66 страниц, 15 частей
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
17 Нравится 1 Отзывы 2 В сборник Скачать

Глава 13

Настройки текста
      — Послушай, Соми, — Минджон старалась говорить максимально осторожно, маленькими шагами подходя всё ближе и ближе к школьнице, которая, судя по всему, уже всё для себя решила, в истерике запихивая все, попадавшиеся под руку вещи, в чемодан, купленный ею буквально только что, — Что происходит?       И девочка её совершенно не слышит. Либо пытается игнорировать, не замечать то, что и дураку, собственно говоря, понятно. На кухне спокойно попивает чай её младший брат, который только лишь присутствовал в этой квартире на фоне — ничего больше. И Ким это с каждой секундой всё больше и больше выбешивает, пусть она и старается дышать ровно — так, как Субин пытался учить — дабы не сорваться и просто не налететь на Соми, тряся её за помятый воротник школьной рубашки и пытаясь хоть немного привести в себя, лишь бы только наконец получить ответ хотя бы на один вопрос, озвученный ею ранее.       — Соми, чёрт возьми, — Минджон старается держать себя в руках, старается не врезать младшей и, пока что, получается. Но кто знает, что будет через пять минут, через минуту?       На глазах школьницы такая неприятная и непонятная влага. Влага, заставляющая Ким почувствовать себя виноватой — она-то сорвалась только что на неё, ведь не смогла справиться со своей яростью, вызванной поведением Чон. Она ухватила девочку за локоть, сильно разворачивая к себе и теперь кусая нервно губы, чувствуя какую-то свою (пусть и несуществующую) вину за её слёзы.       — Можешь, объяснить, пожалуйста? — собравшись с эмоциями спокойно спрашивает Минджон, слабо поглаживая младшую пальцем по совсем детской коже — мягкой и без единого изъяна. Как девушка это заметила — совершенно не понятно. Зачем ей эта информация — тем более.       Соми шмыгает носом, вытирая его же локтём второй руки и, вырвавшись из слабой хватки репортёра, падает на кровать за спиной, дождавшись, когда старшая сядет рядом, выжидающе глядя на школьницу, у которой на лице ни одной эмоции, ни одного малейшего намёка на то, о чём она сейчас думает, пустым взглядом уставившись в явно не интересный, но такой спасающий от кучи мыслей сейчас, пол.       — Могу я попросить тебя передать кое-что Субину? — девочка говорит хриплым голосом, сжав между коленками ладони и поворачиваясь лицом к Минджон, которая только вопросительно вскинула бровь в ответ, поджимая губы и уверенно кивая, — Но сначала посмотри сама. И сама сделай выводы.

***

      Ким сжимает в руках маленькую чёрную флэшку, стоя перед дверью собственного кабинета и никак не решаясь в него зайти. В голове творится полнейшая каша, от которой ей хочется поскорее избавиться, да вот только никак — ей нужны объяснения и ответы на все вопросы. А иначе девушка не сможет спокойно уснуть. Просто потому что это ни в коем случае не есть нормально.       Минджон неуверенно тянется свободной рукой к дверной ручке, всё ещё не сводя затуманенного взгляда с маленького предмета на ладони, облизывая пересохшие губы и всё также топчась на месте, словно маленькая девочка на своём первом свидании.       Такого не бывает. Такое невозможно.       Она говорила о том, что будет верить Субину до самого конца, но сейчас... Сейчас она сомневалась в собственных словах. Сейчас Минджон впервые сомневалась в своём выборе и это — самое ужасное. Девушка не может быть уверенна ни в ком и ни в чём — теперь даже в собственном напарнике, которому она доверяла и...       продолжает доверять.       Ты сегодня рано, — фраза, которая встречает её сразу после того, как Ким переступает порог собственного кабинета, смеряя Субина спокойным, пусть немного неуверенным взглядом.       Рядом с ним стоит картонный стаканчик с кофе, из которого исходит приятный запах ещё горячего напитка (явно пришёл сюда недавно), перед ним — папка с бумагами, к которой был прикован его внимательный взгляд до прихода девушки, а в руке им любимая автоматическая ручка с надписью на итальянском, которую они постоянно забывают перевести, пусть часто поднимают эту тему невзначай. Удивительной деталь было то, что у него волосы были уложены, рубашка выглажена ну очень внимательно и аккуратно, а в воздухе — вместо запаха минджоновых сигарет — тонкий древесный аромат ранее не замечаемого ею парфюма. Субин точно волновался, когда сегодня собирался на работу (после того разговора даже сама Ким немного переживала, поэтому даже надела сегодня любимый тёмно-синий костюм, вместо привычных джинс), но сейчас девушку это крайне мало трогало.       — Эй, Минджон, всё нормально? — не получив в ответ ничего привычно колкого, Чхве даже начал волноваться. Такое молчание было совершенно не присуще кому-то вроде его напарницы, поэтому парень даже с кресла поднялся, подходя ближе к младшей и едва касаясь её предплечья ладонью, сосредоточенно глядя на слишком пустые черты лица, — Если это шутка, то, знаешь, мне уже не смешно.       А особенно не смешно стало после того, как девушка, словно с цепи сорвавшись, ухватила эту самую руку, которая до этого пыталась хоть немного привести её в себя, рвано растёгивая пуговицу на запястье и задирая чуть ли не к локтю ткань, бешеными глазами вглядываясь в каждую клеточку кожи парня. Субин молча наблюдает. Стоит тихо и тогда, когда она повторяет тоже самое с второй рукой, следом облегчённо выдыхая и бросая сумочку на диван, а флэшку — на стол. Он, конечно, всегда готов мириться с этими её странными выходками, если на то есть необходимость, но пережить её следующие действия кажется гораздо сложнее, чем Субин мог себе предположить.       Минджон рвано выдыхает прямо в грудь парня, прижимаясь к ней же лбом и закрывая глаза, сжимает в ладонях тонкую ткань мужской рубашки рядом со своим лицом и не смело улыбается, прокурчивая в голове, словно мантру, только одно:       Это не он.       Махаон — это не он. Это не Чхве Субин. Это кто-то другой, чертовски сильно похожий на него. Кто-то другой и уже совершенно наплевать кто. Не важно, кем окажется этот сумасшедший, но Ким Минджон благодарна всем, кого можно отблагодарить за то, что она сделала правильный выбор. Она сделала правильно, когда доверилась собственной интуиции и одновременно винила себя за то, что посмела даже на секунду подозревать своего напарника в ужасном.       Она даже ничуть не обратила внимание на то, как осторожно Субин коснулся обеими руками её талии, изображая жалкие подобие объятий и мысленно ругая себя за покрасневшие уши, ведь сейчас даже это было не важно. Было важно только то, что она позволяет себя обнять человеку, в котором могла не сомневаться, и которому сумела бы доверять больше, чем сама себе.       — Что на флэшке? — и теперь Минджон благодарна не только за то, что он тот, за кого себя выдаёт с самого начала, так ещё и за то, что ей не приходится что-то ему объяснять — он всё понимает сам.       — Давай на минуту забудем о ней, — но, тем не менее, девушка позволяет себе сказать это. Сказать это, вызывая много-много мелких мурашек по спине Чхве, — и о работе в целом.

***

      Маленькие часы на столе, купленные не так давно после того, как Минджон жестоко уничтожила предыдущие (на нервной почве), отбивали привычный ритм, от которого в голове туда-сюда крутилось назойливое «тик-так», отвлекая парня от работы с каждой секундой всё больше и больше и заставляя его бросать короткие взгляды на валяющуюся на диване Ким, прокручивая в голове всё то, что происходило только что и пытаясь понять — не шутка ли это была. Девушка вертела в руках всё ту же флэшку, бесстрастно разглядывая её и порой недовольно цокая языком, словно разговаривая сама с собой на известные и интересные только ей самой темы.       Субина же, в свою очередь, сейчас просто распирает от интереса. Ему хочется узнать, что такого на том устройстве, что даже всегда пофигист Ким Минджон начала волноваться из-за содержания, ему хочется узнать, что именно она пыталась сказать своими не значительными действиями и пыталась ли вообще. Ведь, судя по дальнейшим её поступкам, этот всплеск эмоций был настолько краткосрочным, что парень даже не успел вовремя сообразить хоть что-то, вполне себе спокойно отпуская её тогда, когда у Минджон переболело.       На бумаги стало как-то совершенно наплевать — теперь перед глазами была только девушка, волосы которой впервые были перекрашены хотя бы в приближённо натуральный цвет — вообще не понятно то, когда она успела к чертям вывести свой розовый. Чхве в этом не разбирался и разбираться не планирует, поэтому забивает на размышления об этом, встряхивая головой и теперь разглядывая уж слишком безразличные черты лица репортёра.       Ей скучно и это слишком сильно бросается в глаза. Слишком сильно бросается в глаза, которые в следующий момент встречаются с её собственными. В них читается лёгкий вопрос и ровным счётом никакого непонимания. Ким явно была в курсе того, что всё это время за её действиями наблюдали и мысленно спрашивала у Субина причину даже не из интереса — исключительно вежливость.       — Говори уже, что хотел, — на выдохе говорит девушка, устало опуская свободную руку вниз и снова переводя взгляд на флэшку, вертя её в воздухе настолько быстро, что парень даже начал переживать, не уничтожит ли она её.       Со стороны Субина слышится совсем тихий тяжёлый вздох и он поднимается со своего кресла, смело направляясь в сторону Минджон, которая на это только закатила глаза, усмехнувшись сама себе и ожидая дальнейших его действий. Остановившись у самого дивана и серьёзно глядя на младшую сверху вниз, парень вытянул вперёд руку, слабо дёрнув пальцами.       — Отдай флэшку, — спокойным голосом просит он, пока в голове и в сердце крутится только одно «какого чёрта ты творишь?». Продолжает смотреть на Ким ровным, бесстрастным взглядом, наблюдая за тем, как на её лице снова появляется довольная, можно даже сказать издевательская усмешка, от которой по коже холодок пробирается, заставляя на выдохе добавить тихое, — пожалуйста.       Субин опускает голову вниз, поджимая губы и ожидая дальнейших действий Минджон. Последняя же, в свою очередь, с неким вызовом смотрит на него, выпрямляясь на диване, а затем и вовсе вставая с него совершенно босая прямиком на пол, заставляя парня рефлекторно сделать пару шагов назад, поднимая на неё взгляд и наблюдая за хитро сощуренным напротив.       Если Минджон так смотрит, значит Минджон что-то задумала. А это не очень хорошо. Очень не очень.       — Поцелуй меня, — и у Чхве внутри всё вверх тормашками переворачивается от того, как уверенно она об этом говорит. Так, словно нет в этой просьбе ничего такого, что заставляло бы её сердце трепетать так же сильно, как его собственное, — Поцелуй, если хочешь получить флэшку.       Субин смотрит на Ким затуманенным взглядом: сейчас внутри всё так сильно скручивает в тугой узел, что ему даже как-то не хочется сопротивляться её словам, поддаваясь им и слушаясь. Покорно, словно щенок, у которого только появился хозяин, которого он готов беспрекословно слушать. Но Чхве не щенок. Он, как-никак, человек. И он уж точно не из тех, кто позволит над собой так издеваться. Ведь Ким Минджон сейчас над ним издевается — не иначе.       Сглатывая подкативший к горлу неприятный комок, парень пересиливает себя и смело поднимает взгляд с босых ног девушки на её глаза. Глаза, в которых не читается никакой издёвки, которой в его голосе больше, чем у любого другого нормального человека. А ведь глаза не могут лгать, не так ли?       — Какого чёрта ты творишь? — шёпотом отвечает он вопросом, всё также пытаясь хоть немного прийти в себя после им услышанного, и неуверенно бегая по её лицу взволнованным взглядом, словно это могло хоть как-то помочь выйти из его не самого приятного положения влюблённого придурка.       — Ну не хочешь, значит не надо, — Минджон пожимает плечами, невзначай улыбаясь и тут же пряча флэшку в карман своего пиджака. Девушка слабо цокает языком, смеряя Субина едва заметно раздосадованным взглядом и сразу же поднимаясь обратно на диван, теперь находясь на уровне гораздо выше самого парня, у которого внутри почему-то просыпается некая уверенность в себе, от которой он хотел бы избавиться да поскорее, но...       Но не выходит.       Он знает, что может потом об этом пожалеть, но всё равно хватает девушку за локоть, делая смелый шаг вперёд и, развернув её к себе лицом, тянется ладонью к затылку напротив, немного наклоняя к себе и касаясь собственными губами суховатых и потрескавшихся губ напротив.       Её длинные волосы в его пальцах путаются, прервавшееся на секунду горячее дыхание на щеке чувствуется и на плече слабое касание чужой ладони, оставляющее по коже электрические разряды, вперемешку с быстро бьющимся сердцем и ещё туже затянувшимся узлом внутри. Глаза сами по себе закрываются, а губы неуверенно сминают чужие — более смелые и явно более опытные. Субин почему-то начинает чувствовать себя таким маленьким и зелёным, по сравнению с Минджон, что ему даже как-то стыдно за это становится и щёки румянцем наливаются, заставляя резко отстраниться, подхватывая такую же взволнованную Ким за талию как раз в тот момент, когда она чуть было не падает с дивана прямиком на пол, звонко засмеявшись на это и заставляя Чхве облегчённо выдохнуть, будучи уверенным в том, что не только у него крыша от этого поцелуя съехала на другую планету.       Они оба не дотерпели бы до своего первого свидания, как бы сильно не старались.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования