Жена Седьмого Хокаге

Naruto, Boruto: Naruto Next Generations (кроссовер)
Гет
NC-17
Завершён
77
автор
Размер:
85 страниц, 9 частей
Описание:
Со времен Четвертой Мировой войны шиноби минуло больше десяти лет. Хината Узумаки коротает будни в заботе о своей семье. Привычные хлопоты кажутся ей приятными, пока однажды она не осознает, что больше себе не принадлежит. Кто она теперь? Смиренная жена Седьмого хокаге, который прозябает на работе, внимательная мать своим детям? Хината решает доказать себе и мужу, что еще способна защитить своих близких. Даже если придется поставить на кон собственную жизнь.

Посвящение:
Человеку, что открыл мне неповторимый мир «Наруто», который перевернул мой собственный. Веста, спасибо.
Примечания автора:
Вместо того, чтобы выпилиться после просмотра этого шикарного аниме, решила написать фанфик. Не претендую на суперканоничность. Персонажи хоть и в характере (как мне кажется), но такие, какими их вижу я. Нотки депрессии, конечно, присутствуют. Иначе мы бы ошиблись фандомом. Так ведь?
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
77 Нравится 68 Отзывы 13 В сборник Скачать

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Настройки текста
Один из троицы Легендарных Саннинов Скрытого Листа пристально следил за процентной строкой на мониторе компьютера, что как-то подозрительно замерла на отметке девяносто девять. Постукивая по столу изящными длинными пальцами и щуря золотистые глаза, Орочимару по-змеиному прошипел: – Давай же... Как назло, цифры не изменились. Операция не была успешно завершена. – Проклятье, – сквозь зубы процедил Орочимару и поднялся со стула, на котором сидел. – Суйгецу! – Не спится? От неожиданности Орочимару даже на месте подпрыгнул и, круто развернувшись, лицом к лицу столкнулся с Учихой Саске. Он не ощущал рядом ничьей чакры, не слышал и ползвука, отчего такое внезапное появление Саске испугало его до чертиков. – Не нужно так пугаться, сенсей, – насмешливо проговорил Учиха, поглядывая на Змеиного Саннина сверху вниз. – Это все лишь я. – Саске-кун... – прохрипел он и кривовато улыбнулся. – Разве можно вот так подкрадываться к своему учителю? Где твои манеры? – Манеры? – задев Орочимару плечом, Саске ухмыльнулся и принялся расхаживать по лаборатории бывшего учителя, без интереса разглядывая различное оборудование. – Несмотря на свою моложавую внешность, внутри ты уже дряхлый старик и, очевидно, успел заиметь проблемы с рассудком. Приходи в себя. Есть разговор. Орочимару наблюдал за вальяжным поведением Саске и растягивал губы в хитрой улыбке. Его ничуть не задевало привычное пренебрежение Учихи. – Интере-е-есно, – протянул он, склонив голову на бок. – Что тебе понадобилось здесь в такой час, Саске-кун? – Седьмому нужна помощь, – коротко ответил Саске, лишний раз не удостоив Саннина взглядом. – Наруто? – теперь Орочимару хмурился. – Если быть точнее, то помощь нужна его жене, – пояснил Учиха, остановившись у огромного прозрачного инкубатора, к которому подсоединялись куча толстенных проводов и датчиков. – Хината Узумаки была сильно ранена. – Разве исцелять людей не прерогатива твоей жены? – хмыкнул Саннин, так медленно приближаясь к Саске, как будто боялся спугнуть. Учиха обернулся, тряхнув волосами и тем самым мелькнув риннеганом. – Считаешь, я бы стал приходить сюда без особой надобности? Просто поболтать с тобой и вспомнить старые времена, распивая саке? – Ну, не кипятись, Саске-кун, – миролюбиво заговорил Орочимару. – Лучше расскажи, что ты от меня хочешь. – Орочимару-сама! – прокричал Суйгецу Хозуки, появившись в поле зрения Саске и Змеиного Саннина. За ним лениво плелись Карин и Джуго. – Оу, – он присвистнул, – Учиха Саске! – Угу. – Вот так сюрприз, – обнажив острые зубы, разулыбался Суйгецу. – Ты что хотел, Суйгецу? – со вздохом спросил Орочимару своего подчиненного. Хозуки упер руки в бока. – Вы как бы меня сами вызывали, – фыркнул он. – Да уже и не важно. Ты какими судьбами здесь, Саске? – Рады видеть, – подала голос Карин. – Как там Сакура и Сарада? Новые очки пришлись ей впору? – Они в порядке, – отозвался Учиха. – Что-то стряслось? – следом спросил Джуго и остановился рядом с Карин и Суйгецу, заметно превосходя обоих в росте. – Надеюсь, ничего такого, – предположил помрачневший Хозуки, как бы невзначай по-собственнически обняв Карин за талию и при этом поглядывая на Учиху. Этот жест не остался незамеченным. Саске исподлобья посмотрел на Суйгецу и недоумевающую Карин, Джуго едва заметно улыбнулся, а Орочимару в неудовольствии закатил глаза. – Вы чего, Орочимару-сама? – прогундел Суйгецу. – От них нет никакого проку, – пожаловался Змеиный Саннин, как будто Учихе было это интересно. – Вместо того, чтобы работать, они только и делают, что по углам обжимаются, словно дети в период полового созревания. Хозуки в непонимании округлил рот. – Э? – Неожиданно, – безразлично ляпнул Саске. Джуго усмехнулся, покосившись на Карин и Суйгецу. – Да ладно. Карин тем временем густо покраснела и отпрянула от Суйгецу, как от прокаженного. Сердито скрестив руки на груди, она задрала подбородок. – Что не так? – обратился к ней Хозуки. – Ты чего прицепился, – разозлилась Карин. – Не видишь, у Саске-куна, судя по всему, неприятности? А ты тут со своими тупыми вопросами... – У Саске-куна, – намеренно завысив тон голоса, передразнил Суйгецу. – Теперь ясно, – обиженно фыркнул он. – Ты совсем уже, Карин? Не успел он тут замаячить, как ты опять за свое? Я вообще-то здесь стою, ау, имей совесть, блин! – Причем. Здесь. Это, – шикнула она, сцепив зубы. – Угомонись живо, а то щас быстренько отсюда вылетишь. Орочимару вымученно прикрыл глаза и зловеще отчеканил: – Хватит уже препираться и тем самым испытывать мое терпение. Молодые люди переглянулись. Суйгецу звучно цыкнул, а Карин задрала подбородок еще выше, показательно отвернувшись. – Я бы, может, и послушал вашу болтовню на досуге, но сейчас не время. Орочимару, – Учиха воззрился на Змеиного Саннина. – Когда Хината сражалась с врагом, тот поместил в нее свою чакру, которая мешает регенерации. Сакуре и другим медикам пока не удалось извлечь ее. И если этого не сделать в ближайшее время, Хината умрет. Орочимару сузил глаза, отбросив прядь волос у лица. – И чем же, по-твоему, я могу здесь помочь? Саске скривил губы и в пару размашистых шагов приблизился к сенсею. – Ты чем здесь занимаешься, м? – склонившись к лицу Орочимару, наигранно полюбопытствовал он. – Ты у Наруто в долгу. Тебя память подводит или у тебя попросту нет никакой совести? Я сюда пришел не для того, чтобы разжевывать очевидное или уговаривать тебя пойти со мной в Коноху. Ты сделаешь то, что я говорю и задавать вопросы также будешь только если я позволю. Однажды я уже уничтожил тебя, и если посчитаю нужным, могу запросто это повторить. – Именно поэтому ты так мне нравишься, мой дорогой Саске, – прошептал Орочимару. Угрозы на Змеиного Саннина, разумеется, не действовали, даже если и исходили от Саске Учихи. Он в действительности был в долгу у Седьмого Хокаге и прекрасно помнил это. – Ты мне – нет, – тоже шепотом сказал Саске. И не факт, что он не слукавил. Орочимару развернулся к отмалчивающейся троице подчиненных и с серьезным видом проговорил: – Разберитесь здесь со всем к моему возвращению. – Да, Орочимару-сама, – кивнул Суйгецу. – Я не могу обещать, что помогу супруге Хокаге, – снова обращаясь к Учихе, прямо заявил Саннин. – Ты ведь не глупый мальчик и понимаешь это? – Выбора нет. Иначе меня бы здесь не было. – Что ж... – Орочимару куда-то заторопился. – Подожди минутку. Мне нужно кое-что с собой взять. Учиха кивнул и столкнулся со взглядами бывших товарищей. – Надеюсь, помощь Орочимару-сама будет кстати, – сочувственно поджав губы, промолвила Карин. – Я тоже надеюсь, – прошелестев плащом, Саске отвернулся и тихо добавил: – Только это нам и остается.

***

Наруто плеснул себе в лицо холодной воды и шумно выдохнул. Закрутив вентиль крана, он уперся ладонями в края раковины и уставился в зеркало, что полностью отражало его внутреннее состояние: синева под глазами, всклокоченные волосы, покрасневшие глаза... Он так и не смог поспать. Остаток ночи Седьмой сперва пребывал в страшной агонии, а чуть подуспокоившись, тупо пялился в стену, подпирая спиной каркас кровати. Узумаки не мог дождаться утра, еще и стрелки часов предательски медленно приближали заветный рассвет. Но ночь в конце концов отступила, и тогда Наруто поднялся на ноги, готовый принять очередной возможный удар судьбы. – Меня тошнит от тебя такого, – широко зевнув, пробасил Курама внутри своего джинчуурики. Наруто ничего не отвечал лису. Промокнув лицо полотенцем, он вышел из ванной комнаты. – Тебе кажется, что ты сейчас спокоен, но я-то чувствую, как в тебе плещется страх, Наруто, – подливая масла в огонь, твердил Девятихвостый. – Оставь меня в покое, Курама, – пробормотал Седьмой. Лис оказался прав как никогда: спокойствие Наруто и вправду было лишь иллюзией. На деле его нутро мучительно сжималось от тревоги. Вытянув руку, Узумаки только сейчас заметил, как нервно подергиваются его пальцы, и спрятал их в кулаке. Седьмой обулся и привычным жестом стянул с крючка в прихожей свой плащ. Он уже было хотел набросить его себе на плечи, как вдруг остановился: бесстрастно взглянув на вышивку «Седьмой», Наруто выпустил плащ из пальцев, и тот с легким шорохом опустился на пол. Белоснежная лужица все же притянула к себе взор Узумаки, и, глядя на брошенный плащ, он на мгновение почувствовал себя легче и свободнее. Надев поверх вчерашней футболки только куртку, Наруто вышел из дома. – Наруто, – промолвил Шикамару Нара, окутанный сизым дымом от зажженной сигареты. К удивлению Седьмого, он караулил его у ворот. – Зачем ты здесь, даттебайо? – спросил Узумаки. – Думал, мне следует пойти вместе с тобой, – пояснил Шикамару и, сощурившись, затянулся. Кажется, этой ночью поспать ему тоже не удалось. Наруто кивнул. Ему не нужен был провожатый, но он бы и сам поступил подобно своему советнику, приключись с ним какая беда. – Как Боруто? – Спит еще. Долго просидел у окна в комнате Шикадая, и мы с Темари решили, что лучше бы оставить его и ни к чему не принуждать. Идем? Узумаки замешкался. – Да, эм-м... – он искоса глянул на сигарету, зажатую в пальцах Шикамару. – Это помогает тебе успокоиться, если сильно нервничаешь? Нара пожал плечами. – А черт его знает, – он протянул сигарету Седьмому. – Хочешь проверить? Узумаки принял никотиновую палочку из рук советника и неуверенно поднес к губам. – Только сильно не затягивайся. Пробовал хоть раз? Наруто отрицательно помотал головой и сунул сигарету в рот. – Салага, – беззлобно усмехнулся Нара, когда Седьмой зашелся свистящим кашлем, вопреки предостережению друга затянувшись крепче, чем было нужно. – Бесполезно, ттебайо, – прочищая горло, поморщился он, возвращая сигарету более опытному курильщику. – Вот и я так думаю, – согласился Шикамару. Наруто молча зашагал вперед по улице, и Нара так же безмолвно поравнялся с ним. Шли не спеша. Невзирая на то, что Седьмой как манны небесной ждал наступления утра, сейчас ему, напротив, хотелось как-нибудь оттянуть время. Однако ноги таки принесли его к госпиталю Конохи, и назад пути уже не было. Придется покориться воле судьбы. – Наруто? – Шикамару обернулся через плечо и заметил, что Узумаки больше не идет за ним следом. Он задрал голову вверх, как впервые оглядывая здание медицинского учреждения. Сейчас современная постройка казалась ему прямо-таки величественной, и Наруто невольно вспомнил, каким госпиталь был раньше. Ух, сколько дней и ночей в свое время приходилось там коротать... Уже и не упомнить всех ран, из-за которых Узумаки оказывался на больничной койке. Вот только он отчего-то стоял и силился выудить побольше из задворок памяти. Седьмой думал о чем угодно, лишь бы заглушить беспокойные мысли о Хинате. – Эй, – вернувшись к Наруто, позвал Шикамару. – Что такое? – Ничего, – гулко произнес Седьмой и преодолел невидимую черту, за которую так страшно было ступить. Нара украдкой поглядывал на друга, по лицу которого было сложно понять, о чем он думает. Наруто походил на мастерски собранную марионетку, которая идет только потому, что ее дергают за ниточки. Но так продолжалось недолго. Шикамару вдруг заметил, что у Седьмого как-то нездорово участилось дыхание, а ни с чего обезумевший взгляд яро заметался по полу. – Наруто, – советник осторожно задержал Седьмого за плечо, разворачивая его к себе. – Тебе нехорошо? Узумаки покачал головой, сглатывая постоянно скапливавшуюся слюну. Коротко отерев пальцами взмокший лоб, он прикрыл глаза, словно ему стал до боли неприятен свет люминесцентных ламп. – Нормально. – Черта с два, дружище, – обеспокоенно ругнулся Шикамару. – Ты сильно переволновался. Давай тебе водички поищем? – Нет, – категорично заявил Седьмой. – Идем. – Но... – Нара и сам не на шутку встревожился. И не только о Хинате, но и о самом Наруто. Стоит заметить, из-за мыслей о друге он и не смог сегодня поспать. – Может... – Помолчи уже, Шикамару, – злостно прошипел Узумаки, слегка оттолкнув его от себя, и продолжил продвигаться дальше по коридору. Вблизи палаты, где вчера находилась Хината, на лавчонке для пациентов и сопровождающих преспокойненько дремали Учихи. Заботливо укрытая мужниным черным плащом, Сакура прикорнула у Саске на плече, а он лишь слегка склонил к ней голову. – Какого х... – Наруто сердито зашагал к друзьям, постоянно смаргивая невесть откуда взявшуюся пелену перед глазами. Его дыхание по-прежнему оставалось нестабильным, и излишнее нервное перенапряжение не сулило Узумаки ничего хорошего. Саске распахнул глаза (точнее, из-за косой длинной челки видно было только один) и тут же с подозрением сощурился. – Мне нужно было оставаться здесь, – сбивчиво изрек Наруто, наблюдая за тем, как просыпается Сакура. При очередном вдохе он пытался набрать в легкие побольше воздуха, но получалось совсем наоборот. Шикамару опасливо переглянулся с Саске, а потом вновь посмотрел на Наруто. – Дело дрянь... Сакура протерла глаза и, тихонько ойкнув, спасла плащ Саске за мгновение до его падения на пол. – О, Наруто, прости, пожалуйста, – она вскочила на ноги, как ошпаренная, и приблизилась к Седьмому, внимательно вглядываясь в его глаза. – Вы что?! У него тут паническая атака, Саске! Живо вставай! Перед глазами все безбожно расплывалось, и Наруто казалось, что своих ног он совсем не чувствует. Моргнув, он не сразу вновь столкнулся со светом. Лишь спустя какое-то мгновение Узумаки поднял подрагивающие веки и увидел перед собой хмурое лицо Саске. – Ты меня напугал, – сердито пробурчал Учиха, закинув безвольную руку Наруто себе на шею. – Такими темпами ты сознание потеряешь, – возмущалась Сакура и обхватила лицо Седьмого обеими руками. – Успокойся. Взгляни на меня. Наруто, Хината жива. Она поправится. Слышишь? В широко раскрытых голубых глазах застыл сильно расширившийся зрачок, и Седьмой обессилено осел на пол, хотя Саске и придерживал его во избежание внезапного падения. Как ни странно, даже в таком состоянии до Наруто сразу дошел смысл сказанного Сакурой. И то облегчение, что он испытал, буквально сшибло его с ног. – Наруто! – спохватился Саске, следом опустившись рядом. – Ну зачем прямо на пол-то садиться? – О, слава Ками-сама, – сжав пальцами корни волос, пробормотал Шикамару. – Я уже был готов ко всему... – едва слышно поведал Наруто, обращаясь ко всем присутствующим, но при этом глядя только на Саске. – Вообще ко всему... – Ну-ну, вижу я, как ты был готов, уссуратонкачи, – Саске скривил губы в подобие улыбки и встал, протягивая руку Седьмому. Узумаки проигнорировал беззлобную издевку Учихи и, с его помощью поднявшись, взглянул на Сакуру. – Сакура-чан... – начал он, но вдруг замялся. Пытался сказать что-то большее, чем просто дежурное «спасибо», однако кроме этого на ум больше ничего не пришло. – Спасибо за все, что ты сделала для Хинаты. Знаю, что словами я не смогу выразить тебе свою благодарность и... – Остановись-ка, Узумаки, – выставив перед собой раскрытые ладони, Сакура затрясла волосами. – В том, что Хината выжила, нет моей заслуги. – Не нужно умалять свои способности, – вклинился Саске. – Ты сделала больше, чем кто-либо другой в этой больнице. – Но это все равно бы не спасло ей жизнь, – возразила Учиха. – И ты знаешь это лучше меня. – Почему-то мне кажется, что вам уже пора бы прекратить говорить загадками, – проворчал Шикамару, скрестив руки на груди. – Каким образом удалось извлечь из Хинаты вражескую чакру? – Все вопросы к Орочимару, – небрежно ответил Саске, украдкой обернувшись на двери в палату. – Оро... – Наруто в непонимании тряхнул головой и несколько раз удивленно моргнул. – Ты сказал «Орочимару»? – Да, я так сказал. Позже поговорим. – Разумеется, – Седьмой все еще ощущал слабость, но его дыхание почти нормализовалось, да и глаза могли нормально на чем-либо сфокусироваться. – Когда я могу увидеть Хинату? Сакура, пожалуйста, не заставляй меня поднимать здесь всех на уши для того, чтобы меня пустили к моей жене. Обойдемся без этого, хорошо? Я всю ночь с ума сходил, уже думал, что она... И тогда я... – Я-то тебя сдерживать не собираюсь, – с улыбкой сказала Учиха. – Вот только тут уже не я главная, – она закатила глаза, поджав губы. – Когда Орочимару закончит с Хинатой, тогда и даст нам знать. До тех пор даже я не должна туда входить. Саске добродушно усмехнулся: ревностное поведение Сакуры его забавляло. – Ничего не понимаю... – пробормотал Наруто, сканируя глазами пол. – Главное, теперь ты знаешь, что Хинате больше ничего не угрожает, – отметил Саске, слегка пихнув его в плечо. – Нужно сообщить Боруто, – подняв взгляд на Шикамару, распорядился Седьмой. – Пойду домой звякну, – сказал Нара и быстренько ретировался. – Боруто, наверное, так сильно сейчас напуган... – Наруто опустил голову и задвигал ею из стороны в сторону. – Мы должны были оставаться вместе, поддерживать друг друга. А из-за моего скотского поведения ему пришлось переживать это в одиночку. – Теперь, когда опасность миновала, ты сможешь поработать над отношениями с сыном, – мягко проговорила Сакура. – И не только с ним. Седьмой подошел к скамейке и присел. – Ты бы знала, как мне стыдно смотреть Хинате в глаза. – Жаль, что мы осознаем, как дороги нам наши близкие только тогда, когда с ними приключается беда... – Сакура опустилась на место рядом с Наруто. – Это неправильно. – Конечно. Но так бывает. О, гляди, вышел! Седьмой метнул взгляд к дверям палаты, где показался Змеиный Саннин. – Орочимару. – Узумаки Наруто, – с ухмылкой поприветствовал Орочимару. – Твоя жена пришла в себя. Наруто повернулся к Сакуре, поймав на себе ее взгляд. Она улыбалась. – Иди. Узумаки закивал и подорвался со скамьи, на ходу крепко сжав плечо Саске. Позже он еще скажет ему спасибо. Оказавшись в палате, Седьмой остановился, цепляясь пальцами за ручку двери. Хината лежала на больничной койке и смотрела в направлении окна, откуда пробивались теплые солнечные лучи и падали на ее бледное запястье с прикрепленным к нему катетером. Тело Узумаки прикрывала просторная тонкая рубашка для пациентов с завязками на груди, а поверх было наброшено легкое белоснежное одеяло. Спутанные волосы разметались по подушке. Тонкие пальцы другой руки слабенько теребили складки одеяла. У Хинаты был очень болезненный вид. Наруто так сильно хотел увидеть ее собственными глазами, что и не задумался, какие чувства у него может вызвать состояние жены. Ему было больно видеть ее такой. – Хината... – Седьмой вышел из ступора и приблизился к койке. Он пододвинул близстоящий стул и сел подле супруги. Она повернула голову и чуть слышно пролепетала: – Наруто-кун? Он несдержанно рассмеялся, позволяя глазам увлажниться. Наруто сжал пальцы Хинаты одной рукой, а второй нежно огладил ее щеку. – Родная... – он тихо всхлипнул, сжимая дрожащие губы. – Боруто... – Хината нахмурилась, растерянно оглядывая лицо мужа. – Ш-ш-ш, – Наруто заскользил большим пальцем руки по ее лицу. – Не волнуйся, с ним все хорошо. Он с Шикамару и Темари. – А... Хима? – Все еще у Хиаши. Она ничего не знает. Хината удовлетворенно кивнула. На сердце стало значительно легче. – Как ты себя чувствуешь? – осторожно спросил Седьмой, пробираясь рукой к ее волосам. – Тебе больно? Прикрыв глаза, она покачала головой. – Такое чувство, будто из меня вытянули все силы. Слабость в каждой мышце. Я даже не могу рукой пошевелить. – Все пройдет, даттебайо, – заверил Наруто, с упоением вглядываясь в лавандовые глаза. – А как ты, Наруто-кун? Он посуровел, сдвинув светлые брови к переносице. «Даже сейчас, в таком тяжелом состоянии она беспокоится обо мне... – мысленно терзался Наруто. – Я не стою ее. Не стою даже этого маленького совершенно ослабевшего ее мизинца, что держу в своей руке...» – Я думал, что потерял тебя, – признался Седьмой, склонившись к лицу Хинаты и дотронувшись холодными губами до ее лба. – Я сдался. Прости, Хината. Я правда сдался вчера, дав волю страху. Поддался эмоциям и почти не верил, что еще услышу твой голос. А ты... Ты вот не сдавалась, защищая нашего сына. – Я не сдавалась только потому, что ты всегда учил меня этому, – надтреснувшим голосом проговорила Хината. – Благодаря тебе я когда-то в прошлом приняла решение не сдаваться больше никогда. – Молчи, прошу тебя, – Наруто зажмурился, придерживая Хинату за затылок и прижимая щекой к своему лицу, по которому катились слезы. Ему было невыносимо слышать, как она говорит о нем. – Нару... – Ничего не говори и просто послушай меня, – Седьмой оторвался от жены, выпрямляясь на стуле. – Я очень виноват перед тобой, перед нашими детьми. Я ненавижу себя за то, что наговорил тебе вчера. За то, что делал тебя несчастной и... – Но я никогда не была несчастной рядом с тобой, – медленно протягивая руку к мокрому лицу мужа, возразила Хината. Ее пальцы ловили его слезинки, а родной взгляд согревал Наруто своей теплотой. – Перестань, – настаивал он. – Теперь я понимаю, как сильно тебя разочаровал и как намеренно продолжал это делать изо дня в день... В палате послышалось деликатное покашливание, и чета Узумаки одновременно посмотрела на двери. – Не хотелось бы вас прерывать, но, прежде чем вернуться домой, я должен кое-что пояснить, – сказал Орочимару. Наруто спешно избавился от слез, обратив внимание на Змеиного Саннина. – Я благодарен тебе за помощь, Орочимару, – сказал он, почтительно кивая головой. – Я был у тебя в долгу, Узумаки Наруто, – Саннин искоса глянул на Саске, что вместе с Сакурой стояли у дверей. – Все равно, – пробормотал Седьмой. – Спасибо, что сохранил моей жене жизнь. Орочимару загадочно усмехнулся. – В любом случае, сейчас она слишком слаба, поэтому придется задержаться тут на несколько дней под наблюдением Сакуры-сан. – Да, – с готовностью ответила Учиха. – Извлечь вражескую чакру не удалось даже мне, – взялся за объяснения Орочимару. – Тогда я решил, что от нее можно избавиться внедрив еще одну чакру, что выжгла бы эту, но при этом не повредила каналы. – Подробнее, – бросил Саске. – Я не распространяюсь обо всех своих особых техниках, мой дорогой Саске-кун, – заявил Змеиный Саннин. – Ты уверен, что чакра Хинаты полностью восстановится до своего первоначального состояния? – обеспокоенно поинтересовался Наруто. – Абсолютно, – подтвердил Орочимару. – Нужно лишь наблюдать за тем, как восстанавливается организм после всех серьезных ранений. – Я за всем прослежу, – пообещала Сакура и, больше не сдерживаясь, бросилась к подруге. – Хината! Я так счастлива, что ты цела! Хината вымученно улыбнулась. – Спасибо за то, что была рядом со мной, Сакура. Переплетая свои пальцы с пальцами Хинаты, Учиха коротко рассмеялась сквозь набежавшие слезы. – Конечно, я была рядом, как же иначе! Я волновалась за тебя, что все из рук валилось. Мне было так тяжело осознавать, что я не могу тебе по-по... помо-о-очь... – Сакура уронила голову Хинате на грудь и надрывно разрыдалась. Наруто встретился взглядом с заметно помрачневшим Саске. Хотя, казалось бы, куда уж мрачнее. – Сакура-чан... – легонько потеребив Сакуру за плечо, растерянно промолвил Седьмой. – Простите, я что-то... – Учиха втянула образовавшуюся в носу влагу и заплакала с новой силой, только и успевая смахивать слезы, падающие на их с Хинатой сцепленные руки. – Прелесть, – с улыбкой прохрипел Орочимару. – Если что-то понадобится, – он вперился глазами в Саске, – вы знаете, где меня искать. Кстати, Сакура. Она вздернула брови и подняла заплаканное лицо на Саннина. – М? – Не стоит так нервничать, – назидательно проговорил Орочимару. – В твоем-то положении. – Что? – в непонимании заморгала Сакура. – Что ты имеешь в виду? – требовательно вопрошал Саске. – В твоем чреве продолжение рода Учиха, – пояснил Змеиный Саннин, продолжая смотреть на Сакуру так, словно она являла собой Восьмое чудо света. Наруто от удивления разинул рот. – Ты беременна? – Я?! – вскрикнула Сакура, прижав ладонь к груди. – Ну не я же! – съязвил Седьмой. – Поздравляю, Сакура, – пискнула Хината. Учиха мельком посмотрела на мужа, чье лицо застыло безэмоциональной маской, и, заметив это, быстро отвела взгляд. – Спасибо, Хината. – Почему ты сказал, что в ней продолжение моего рода? – не унимался Саске. – Ты ведь так хотел возродить свой клан, Саске-кун, – напомнил Орочимару. – И этот мальчик станет сильнейшим твоим продолжением. – Мальчик? – переспросил Наруто, будто его больше всех волновала эта неожиданная новость. – Чакра этого ребенка такая мощная, что перекрывает чакру своей матери, – Орочимару осклабился. – Хотел бы я посмотреть, какая судьба ждет клан Учиха на этот раз, – с этими словами Змеиный Саннин окинул взглядом всех присутствующих и исчез. В палате образовалась тишина. Никто ничего не говорил, пока Наруто ошарашено не выдохнул. – У-ух. Ну... поздравляю, что ли, – он скосил глаза на притихшего Учиху. – Саске, ты там в кому не впал случайно? По лицу Учихи пробежала тень улыбки. – Надеюсь, ты не ошибся, сенсей. – Чего? – сощурившись, вякнул Седьмой. – Че ты там бормочешь? Саске посмотрел на раскрасневшуюся Сакуру, что тихо сидела возле Хинаты и думала о чем-то своем. – Ничего, – пробормотал Саске. А его рука под плащом накрыла бешено колотящееся сердце.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты