Last smile

Словно невидимая сила разбросала нас по разным углам мерно трясущейся машины. Краем глаза наблюдаю за Сарухико. Упёршись локтем в дверцу, скучающе следит за меняющимися видами за окном. На фоне шума мегаполиса слышны отрывки незнакомой мне песни, льющейся из радио такси. Водитель внимательно следит за дорогой, в такт мелодии покачивая головой. Доехав до цели назначения, расплачиваюсь по счётчику и выхожу из машины. Обойдя её сзади, останавливаюсь возле уже открытой дверцы, из которой Фушими усердно пытается выйти. Но на ногу ступить-то не может. Ками, умоляю, всё, что угодно, только не перелом. Не ради него прошу. Ради себя. Помогаю ему выйти и тут же подставляю своё плечо. Не хочется в глазах окружающих выглядеть законченным эгоистом. Без своих очков он выглядит куда милее и проще. Да и его волосы, обычно торчащие в разные стороны, сейчас аккуратно расчесаны. Сейчас он чем-то похож на себя самого в начале нашего знакомства. Только вот взгляд другой. Совсем другой. Но, тем не менее, это не мешает ему выглядеть в этот момент смертельно-больным, положив свою руку на моё плечо и почти заваливаясь всем весом своего тела на меня. Сцепив зубы, молча тащу на себе его тушку внутрь больнички. Первым делом направляемся в кабинет рентгена. Высидев очередь, благополучно пропуская трясущихся бабулечек и тётенек с маленькими спиногрызами, наконец, заходим внутрь. На пороге мой путь отрезает миловидная тетёнька бальзаковского возраста, строго воспрещая заходить сопровождающим. Так что, Сару придётся справиться самому. Не ребёнок, всё-таки. Терпеливо жду его, облокотившись о стенку плечом. Подумать только, во что я добровольно вляпался? Но раз уже я начал, то и обязан довести до конца. Через некоторое время гупающими звуками ко мне приближается довольный Фушими. - Теперь надо подождать пять минут и в травматологический кабинет, - упирается рукой в стенку немного выше моего плеча, широко улыбаясь. - Чего лыбу давишь? – недовольно выхожу из кабинета, придерживая дверь и подавая руку. – Принцесса, епт, - принимает мою помощь и мы садимся на скамью для посетителей, стоящую под противоположной стенкой. Запахи смешавшихся с собой различных медицинских препаратов неприятно разносятся повсюду. Недовольно морщусь. С самого детства, с того самого момента, как только я стал себя осознавать как личность, ненавижу больницы. Эти тошнотворно бело-серые стены. Снующий медперсонал в строгих белых халатах. Выражения лиц угрюмые и строгие. Я бы сказал, даже сердитые и злые. Оттого, что поток новоприбывающих пациентов никак не уменьшается, а объём работы растёт с геометрической прогрессией. - Фушими Сарухико? – из кабинета выходит та самая женщина, держа в руках медицинскую карту этой обезьяны и готовый результат рентгена. Подрываюсь с места и забираю всё это добро, рассыпаясь в благодарностях. - Идём, - подхожу к нему обратно и протягиваю ладонь. - Идём, - повторяет за мной, поднимаясь на ноги и снова облокачиваясь на меня. Наглости у него, скажу вам, более, чем предостаточно. А вот тут пришлось тянуть талончик с номером очереди. Вытащив аж 258 номер, присвистываю вслух, заглядывая на табло, привешенное на стене у входа в травматологический кабинет. Сейчас на приёме 231 номер. Долговато придётся ждать. Но самое главное, нам нужно успеть сегодня. Иначе, на работе за два пропуска подряд меня точно по головке не погладят. Сморенный за целое утро, незаметно для себя закрываю глаза и засыпаю. И, как только состояние нирваны охватило мою тушку, тут же чувствую не самый нежный толчок в рёбра. - Твою же мать, - забывшись, где нахожусь, срываюсь на ор, глядя на Фушими, сидящего с видом «а чё, собственно, надо?». Тут же захлопываю варежку, ловя на себе немного возмущенные взгляды. – Простите, - ссутулившись, хмурюсь и бурчу под нос извинения. - Пошли, уже наш номер талончика, - указывает взглядом на табло, на котором зелёным светится наш номер. Подрываюсь как ошпаренный и тяну на себя довольного Сарухико, таща в кабинет. Строгий дядечка сидит за широким светлым столом. Рядом возле него сидит совсем молоденький парнишка. Интерн, судя по всему. Что-то бегло строчит шариковой ручкой в медицинских картах. - Добрый день, - в один голос здороваемся с Фушими и тут же замолкаем, переглядываюсь. Опомнившись, отдаю его карту и результаты врачу, который забирает их у меня, раскрывая всё и внимательно разглядывая. - Присаживайтесь, - мне указывает на стул. Сарухико – на светлую кушетку. Усаживаю его на неё, а сам тихонько сажусь на указанное мне место. Этот полудурок стаскивает носок и слегка задирает штанину. Зрелище жалкое. Нога ещё сильнее опухла и местами пошла синюшными пятнами. Хорошо его отделали, однако. Внимательно осмотрев его, врач снова берёт результат рентгена, заново изучая его. - А-ну, выпрями стопу, - командует мужчина, глядя на ногу Сару. Покряхтев, он лишь морщится, виновато глядя на врача. – Ладно. Тогда ложись на живот, - весьма непонятная просьба, но, как ни странно, Фушими послушно ложится. Мужчина задирает обе штанины на ногах Сарухико, обхватывая обнажённые голени руками. Поднимает и сгибает обе к коленях. Ничего не понимаю, но внимательно слежу за каждым уверенным действием врача. Фушими снова морщится от боли, но старается совладать со своими эмоциями, сильно закусив губу так, что она побелела на первые секунды. - Всё ясно, - аккуратно укладывает ноги обратно на кушетку. – Я вас пренеприятнейше огорчу. У вас разрыв ахиллесового сухожилия. Вы спортом занимаетесь? – обращается к лежащему Сару. - Вообще-то, нет, - вздыхает. – Просто немного подрался, - да уж, прямолинейности и искренности ему не занимать. - Надо быть осторожней. Не вижу смысла хирургического вмешательства. Но вам в обязательном порядке нужно наложить гипс. Или же могу предложить лонгету из полимерного гипса. Если обычный гипс у нас накладывают бесплатно, то второе, к сожалению, стоит денег за саму конструкцию. Но если у вас есть страховка, вы покрываете всего двадцать процентов стоимости. - Ох, ну давайте просто гипс, - снова вздыхает и садится на кушетке, натягивая на ногу носок. - Нет, давайте эту, как вы её там назвали? – встреваю в беседу. – Только скажите, сколько будет длиться срок выздоровления? - В среднем, от шести до восьми недель. Всё зависит от индивидуальных свойств организма пострадавшего. И от его правильности выполнения предписаний. Чем меньше телодвижений, тем лучше. Сейчас вам нужно пройти в кабинет, который находится на первом этаже, и там вы сможете заказать себе лонгету. Только не забудьте предъявить свою страховку, - врач садится за стол и, снова раскрыв медицинскую карту Фушими, что-то быстро строчит в ней. Потом передаёт молодому парню, который тоже что-то добавляет и ставит несколько печатей, на которых коряво расписывается и отдаёт мне. Забрав всё необходимое, в том числе и Сарухико, хотя он и не является тем самым «необходимым» мы вдвоём тащимся на лифте на первый этаж. Уютный кабинет, где сидит очередной дяденька возрастом «за …». Осматривает ногу, при этом периодически заглядывая в карту и рекомендации врача. Сняв необходимые мерки, снимает очки и смотрит на нас. - Приходите сегодня вечером. После шести часов будет всё готово, - делает какие-то заметки у себя и заполняет чистый бланк, попутно указывая номер страховки, - Это сейчас в кассу. Корешок мне принесёте, чек остаётся у вас. А молодой человек пускай посидит у меня, пока вы проплачиваете, - протягивает мне форму для оплаты. - Спасибо, - выйдя из кабинета, смотрю на сумму, указанную с учётом невероятной скидки. Дорого же ты мне обходишься, Сарухико. С грустным выражением лица плетусь в кассу. Даже на такой простой беде хотят бабла содрать. Честно становлюсь в очередь, доставая из кармана сложенные пополам хрустящие купюры деньги. Отсчитав нужную сумму, расплачиваюсь, когда очередь подошла ко мне. Как мужчина сказал, так я и сделал. Протягиваю ему корешок бланка, попутно получше пряча чек, по которому нужно получить заказ. - Только же приезжайте снова вдвоём. Ведь нужно показать вам, как его фиксировать на ноге, - дяденька предупреждающе машет толстым указательным пальцем, вклеивая корешок в специальную книгу, где таких уже набралась хренова туча. - Хорошо, спасибо, - итак, в течении ближайших двух месяцев я подписался собственной кровью на исполнении роли наседки. Птенчиком, как вы поняли, будет это недоразумение, которое, как всегда вляпалось в неудачную историю с отвратительным концом и теперь заставляет своим обаянием расхлебывать его проблемы. Поняв, что до вечера времени много, а раскошеливаться на такси, чтобы ездить туда-обратно я позволить себе не могу, оставляю Фушими в вестибюле больницы, а сам выскакиваю поискать, что бы перекусить, попутно судорожно мозгуя, как бы убить всё это время. Вернувшись с полными пакетами ещё тёплой выпечки, обнаруживаю Сару, во всю играющего на своём КПК с невероятно сосредоточенным выражением лица. Пока он не видит меня, просто наблюдаю. Каким бы мудаком он сейчас ни был, а выглядит всё равно милым…