Last smile

Совесть мне не позволяет сомкнуть глаз. Кровать кажется слишком мягкой. Одеяло тяжёлое. Подушка слишком нахлобучена. И вообще, дико жарко. Бирка пижамы на внутренней части воротника неприятно натирает. Всё забываю её срезать. Сажусь на постели, вглядываясь в темноте в неподвижный силуэт Сарухико. Как он вечером лёг, так и не поменял своего положения. Ну я и дебил. Поднимаюсь с кровати, которая слегка отпружинивает, и направляюсь к Фушими. Касаюсь пальцами его плеча. - Чего тебе? – Его голос вовсе не похож на сонный. - Иди ложись на кровать, - хочется провалиться сквозь землю от стыда. - Она твоя вот и иди, спи на ней. Мне и тут неплохо, - недовольно ворчит, слегка ёрзая и поправляя край футона длинными пальцами. - Поднимайся, кому говорю, - злюсь на нас обоих, сдирая с него одеяло. Тут же поджимает под себя одну ногу. Больная так же лежит неподвижно. Неестественно вытянутая. Тонкая. В крепком обрамлении грубоватой на вид лонгеты. - Отдай. Холодно, - продолжает бурчать. - Давай, - подаю ему руку. – Я помогу встать. - Ночь на улице. Ты время видел? Вали спать, - присаживаюсь на колени и, схватив его за плечи, разворачиваю на спину. - Ничего страшного, - несмотря на темноту, прекрасно вижу его недовольное, даже немного злое, лицо. – Как же ты достал меня. Поднимайся, - как ни странно, убрав мои руки от себя, садится. Тянется рукой к костылю. Делает попытки встать самостоятельно, но выглядит беспомощно и жалко, как подслеповатый новорожденный котёнок, отчаянно тычущийся крысьей влажной мордочкой в поисках материнского молока. Поэтому поднимаюсь на ноги и встаю сзади него, подхватывая его под мышки. – Давай вместе, - делаем рывок, и Сару теперь на ногах, упирается в свой несчастный костыль. - Дальше я сам, - снова отталкивает мои руки и, стараясь как можно ровнее, передвигается в сторону кровати. Мне остаётся лишь молча наблюдать за ним. Прислоняет костыль к прикроватной тумбе, предварительно сев на край постели. Аккуратно отгибает край одеяла, осторожно укладываясь и придвигаясь к самой стенке. Вот и славно. Собираюсь улечься на ещё теплый футон, как замечаю лёгкое движение со стороны Фушими. – Здесь есть место, - неожиданно для меня произносит эту фразу, хлопая ладонью по свободной части кровати. - На что ты намекаешь, грязный извращенец? – грубо отвечаю на его дерзость. - Здесь удобней. Да и спать охота, - глубокий зевок и шорох. –Ну, так что? Плюнув на все приличия, залезаю под одеяло, отодвигаясь на самый край, что бы не дай Бог, не коснуться ЕГО. Но не успеваю об этом подумать, как оказываюсь подмятым спиной к его животу. Руки цепко обхватывают меня. Носом зарывается в волосы. Чувствую жар его тела и просто хочу сдохнуть. Просто сразу. На месте. Не мучаясь в мозгодробительной агонии собственной совести - Я тебе не игрушка. Пусти, - недовольно ёрзаю, боясь признаться самому себе, что отчего-то мне это очень приятно. Даже больше, чем просто приятно. - Мне и так хорошо, - горячо выдыхает мне в затылок, обнимая ещё крепче. Хочется намотать на кулак всё волю, да хорошенько поправить его лицо, как и предполагаю, с ехидной улыбкой. Но разжав пальцы, просто расслабляюсь в его руках. Кажется, всё совершенно как прежде. Когда мы засыпали рядом. Просыпались, и тоже были рядом. Всегда были рядом. До того, как он ушёл. ** Непривычно тепло и тесно. А ещё мне что-то очень твёрдое упирается в поясницу. Открыв глаза, опускаю взгляд на всё так же обнимающую меня руку. Тело ноет, что подтверждает тот факт, что мы как уснули, так и провели целую ночь. И тут-то до меня доходит… Не стесняясь в непечатных и громких выражениях, так и льющихся из моих уст, скидываю с себя тяжёлую ото сна руку и вскакиваю с кровати. - Говорил же тебе, ты извращенец, - поворачиваюсь лицом к Сару, а он даже и бровью не повёл. – Вот ублюдок, - понимаю, что встал намного раньше своего будильника. - И я тебя очень люблю, - сонное бормотание в подушку. Поворачивается на спину, вытягивая вверх руки и сладко потягиваясь. Взгляд невольно приковывается к его обнажённому торсу. Играющие, перекатывающиеся под тонкой кожей мышцы, ярко очерченные рёбра, слегка впавший живот. Всё, что скрывает тонкое одеяло, моё воображение тут же дорисовало в красочной палитре. Перевожу взгляд на его лицо и, тут же дико краснея, отворачиваясь в другую сторону. Как оказалось, пока я пялился на него, он так же бессовестно пялился на меня. – Может, в таком случае, поможешь, что ли? - Да иди ты, - рассержено отвечаю и направляюсь в другой угол комнаты, чтобы поставить чайник. Чувствую своей спиной прожигающий до невозможности взгляд. Уух, извращенец. Я тоже. Так просто взять и возбудиться оттого, что просто лежали вместе. Доходит до абсурда. Но тем не менее, бочком-бочком передвигаюсь в сторону ванной. Не хочется, чтобы этот паразит что-то учуял. Хотя, на такие моменты у него интуиция развита на самом высшем уровне, если такое возможно для земных созданий. Спасительная теснота скромной ванной комнаты сейчас кажется просто самым лучшим средством от избавления от маленького неудобства. Нет, не то, что вы подумали. Нет, я не святой и иногда, когда уже совсем тоскливо и делать нечего, могу передёрнуть разок-другой. Не каменный же. Но сейчас не та ситуация. Скинув с себя футболку и пижамные штаны, залезаю в душ, от всего сердца выкручивая холодную воду, которая ледяным потоком ошпаривает изнеженную кожу после сна. Тут же начинаю дико дрожать, обхватывая себя руками в попытках хоть немного согреться. Всё бы ничего, но, как только решаю немного прикрутить холодной воды и добавить горячей, мой утренний энтузиазм снова взбодрился. Какой ужас. Если так будет и дальше, я просто отброшу коньки, даже не развязывая на них узлы шнурков. Тянусь рукой к промежности, немного замирая в нерешительности, верно ли я делаю. Понимая про себя, что это волшебным образом никуда не денется, особенно пока этот придурок находится здесь, обхватываю себя ладонью, слегка сжимая у основания. Вот приспичило же. Прикусываю свободную руку зубами, чтобы ненароком не застонать слишком громко. Дожил. Уже и не могу нормально у себя, ладно, почти у себя, дома заняться рукопашными делами. Что б его черти в аду в самый горячий котёл посадили! Стекающая вода по телу слегка сбивает с ритма, но придаёт особенных ощущений при контакте с кожей, вызывая приятную дрожь по телу. Немного хаотичные движения руки. Задеваю пальцами влажную от воды и проступающей маленькими каплями смазки головку. Облокачиваюсь спиной о стенку, сильнее вжимая руку в рот. Сильнее кусая себя, чтобы хоть немного отрезвить. Извращенец. Толкаюсь себе в руку. Урод. Повторяющиеся движения имеют совсем разную амплитуду. Почему ты не оставишь меня в покое, даже когда я занимаюсь рукоблудием? Сильнее сжимаю ладонь вокруг себя, чувствуя скорую разрядку. Ненавижу. Судорога волной охватывает всё тело, заставляя меня всего сжаться и тут же расслабиться, достаточно обильно изливаясь на пол. Скольжу мокрой спиной по светлому кафелю, пока и вовсе не сел. Наблюдаю, как вода смывает всё на своём пути в сток. И это тоже. Закрыв лицо руками, просто сижу, не обращая внимания на стекающую по телу воду. Какой же я слабак. Поддался минутному порыву. И даже сейчас я думал о нём. Безнадёжен. Стук в двери меня отрезвляет. Тотчас же подрываюсь на ноги. - Ты долго ещё там? – сонный недовольный голос. - Уже не терпится уединиться? – с сарказмом перекрикиваю шум воды. - Я очень рад, что у тебя всё получилось, но раз я встал, то было бы неплохо, если бы ты освободил ванную, - он не может не ответить в таком же духе. Вот наглец. Диктует свои правила, едва ли ступив на порог чужого дома. Я покажу ему, где ёжики зимуют. Выключив воду, наспех вытираюсь и одеваюсь. Глянув на своё заспанное лицо в отражении зеркала, которое уже пора помыть, невесело усмехаюсь себе и выхожу из ванной, тут же натыкаясь на Фушими, опирающегося рукой на костыль. - Не у себя дома, одевайся, - стараюсь не смотреть на его обнажённый торс, проходя мимо. Молча перехватывает моё запястье своими длинными пальцами, с лёгкостью впечатывая одной рукой в стену. Умудряюсь приложиться затылком, на секунду успев посчитать пару звёздочек, возникших после удара с крепкой конструкцией. – Отс… - не даёт договорить, впиваясь своими губами в мои. Пытаюсь отвернуться, но он крепко хватает мой подбородок, пытаясь внедрить свой поцелуй в мой плотно сжатый рот. Но он до ужаса настойчив. Поэтому, ничего умнее не придумав, со всей силы кусаю его, тотчас же почувствовав вкус горячего железа, нафиг сносящего мою крышу. Пользуясь заминкой, слегка отталкиваю его и ухожу в сторону кухоньки, оставляя его одного. Не нужно ходить к гадалке, что смотрит на меня разочарованно. Что касается кончиками пальцев к кровоточащей губе. Что улыбается моему поведению, наперёд зная, как именно я поступлю в этой ситуации. Фушими. Просто. Бесит. Меня.