Размер:
186 страниц, 22 части
Описание:
Питеру нужна знаменитость, чтобы привлечь внимание людей к проблеме бездомных собак, потому что благотворительность, направленная на приюты для животных, совсем не то, что интересно окружающим, так что как же всё-таки удачно, что у его подруги, Морган, отец - Тони Старк.
Тони Старку не интересны приюты для животных, но оказывается весьма интересен сам Питер, хоть и не сразу.
Примечания автора:
• немного обсценной лексики, совсем-совсем немного;
• флафф, но не флафф;
• в первую очередь это история о самоопределении/самопознании, а потом уже обо всём остальном;

• супергероика сохранена (Мстители существуют, но не в том составе), но она не играет большой роли, потому что не об том речь как бы;
• и - неожиданно - люди икс & мутанты;
• Пьетро - тот, что Питер из Людей Икс, а не из Мстителей, потому что Логан - да, именно так;

• sweet boy! Питер × iron man! Тони
• на периферии неграфичные (?) Баки × Стив и Пьетро × Логан
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
512 Нравится 18 Отзывы 80 В сборник Скачать

Глава 09

Настройки текста
      51.       Клинт выглядывает из помещения с вольерами и приветствует Питера. Он выглядит удивлённым, но лишь мгновение: Питер проводит в стенах «Святого сердца» большую часть своего свободного времени.       Питеру правда нравится в «Святом сердце». Он любит собак, и он любит быть нужным. В конце концов, Питер считает Клинта и Баки своими друзьями, и он знает, что это взаимно. Может быть, они не делятся всеми своими переживаниями друг с другом, как девочки-подростки, но они всегда готовы прийти на помощь.       — Помочь с чем-нибудь? — как всегда спрашивает Питер.       Именно с этого вопроса чаще всего начинается рабочая деятельность Питера в «Святом сердце»; Питер — волонтёр, все прекрасно помнят об этом, и никто в «Святом сердце» не собирался заставлять его что-либо делать. Это полностью инициатива Питера, и всех она устраивала.       Честно говоря, как только «Святое сердце» открыло свои двери, ни Баки, ни Клинт не думали, что кто-нибудь им предложит свою помощь, к тому же в совершенно бескорыстных целях. «Святое сердце», к сожалению, не очень популярное место, как и большинство других приютов, хотя и Баки, и Клинт, а теперь ещё и Питер (и Морган, и Пьетро, который даже уговорил Логана повесить в кофейне рекламу «Святого сердца» — Логан согласился, но лишь при условии, что рекламу их кофейни повесят в приюте, что обе стороны посчитали достаточно справедливым условием) делают всё возможное, чтобы исправить ситуацию.       Клинт качает головой, отказываясь от помощи.       — Я справляюсь, — оглядев взъерошенного Питера с головы до ног, он добавляет, не скрывая беспокойства в голосе: — Сильно замёрз?       Питер хочет сказать, что он не замёрз совсем и не стоит о нём волноваться, но под внимательным взглядом Клинта не поворачивался язык сказать неправду. Питер уверен, что это всё из-за особого отцовского взгляда, который действует даже на Баки, хотя Баки, вообще-то, немногим младше Клинта.       Наверное, Баки тоже мог бы смотреть на всех так же, как Клинт, если бы у него было достаточно практики — но у Баки нет собственной семьи: ни жены, ни детей; кажется, он сейчас даже ни с кем не встречался; что же касается Скотта — кажется, он действительно с ним просто живёт.       Когда Питер первый раз пришёл в «Святое сердце» как волонтёр и познакомился с Баки и Клинтом, то подумал, что они — пара, и был очень удивлён, когда узнал, что у Клинта на самом деле была семья, которая, как оказалось позже, не совсем положительно относилась к его деятельности. Нет, они ничего не имели против «Святого сердца» или любого другого приюта — они рассказывали о нём знакомым и друзьям, которые надумали приобрести собаку, и тем самым помогали, чем могли, не относясь непосредственно к самому приюту и работе в нём; единственное, что не нравилось семье Клинта, что он пропадает в «Святом сердце» настолько часто, насколько это вообще возможно, иногда жертвуя даже своим выходным.       — Лишь немного, — Питер ведёт плечом.       Клинт вздыхает так красноречиво, точно говорит этим, что он знает, что Питер не говорит всей правды, потому что не хочет, чтобы о нём волновались из-за пустяка, но, так и быть, подыграет ему и сделает вид, что поверил, но только на этот раз и только потому, что он немного устал и погода за окном — дерьмо, что отнюдь не располагает к театральным представлениям.       — Выпей горячего чаю, согреешься, — говорит Клинт и вновь смотрит на него тем самым отцовским взглядом, который, Питер знает, потому что проверял не один раз, не терпит каких-либо возражений.       Питер кивает.       Вообще-то, это хорошая идея.       — Тебе сделать? — интересуется Питер, останавливаясь в дверях, ведущих в небольшую коморку, которую они отвели под кухню, и оборачивается, глядя на Клинта, который наблюдал за Питером, скрестив руки на груди.       Клинт коротко улыбается, а его взгляд становится теплее — он всё ещё отцовский, но уже не такой категоричный и более сговорчивый. Питер неосознанно задумывается над тем, какой Клинт в роли отца и как справляется с этим, и любят ли его дети, а потом понимает, что его не должно это сильно волновать. Это ведь никак не влияет на работу приюта, так?       Наверное, Питер просто скучает по собственному отцу и сожалеет, что не помнит его достаточно хорошо. Честно говоря, всё что он помнит об отце — это его имя и то, что он носил очки. Очень мало, он сам это понимает. Но Питер был ещё совсем маленьким, когда родители погибли. Морган в этом плане повезло чуть больше, хотя смерть её мамы не меньшая трагедия, чем та, что постигла Питера.       — Не стоит, — Клинт отрицательно качает головой и говорит мягко, — лучше хорошенько позаботься о себе.       Питер растерянно кивает, чувствуя себя неловко (а ещё — немного польщённым заботой Клинта).       В голосе Клинта нет ни осуждения, ни пренебрежения; он не в первый раз говорит — хоть и не всегда прямо, — что Питер часто полностью посвящает себя помощи окружающим, забывая о самом себе, и что это надо исправлять. Это так, Питеру нечего возразить, и он может только отвести взгляд и пройти в импровизированную кухню, скрываясь от проницательного отцовского взгляда Клинта.       52.       Пока Питер ждёт, когда заварится чай, он смотрит по сторонам, не останавливаясь ни на чём конкретном больше чем на пару секунд, но останавливает взгляд на уже вышедшем из моды настенном отрывном календаре, на котором изображён милый-милый котёнок, что нельзя было не считать ироничным, учитывая, что «Святое сердце» собачий приют.       Глядя на котёнка, Питер вспоминает о Баки с Джеем и Бобом — как прошёл их визит к ветеринару?       Питер любит больше собак, конечно, но не может не волноваться за судьбу самых вредных — единственных, вернее было бы сказать, — котов в «Собачьем сердце». Они — часть семьи; немного странной, но вне всяких сомнений дружной семьи.       Питер берёт кружку с чаем и, грея об неё холодные руки и сполна наслаждаясь этим чувством, идёт к Клинту, который заканчивает убираться в вольерах. Когда Питер подходит к нему, с ног его чуть не сбивает Майлз, который определённо наметил себе цель и теперь несётся к ней, едва не путаясь в коротких лапах.       Едва устояв на ногах, Питер спрашивает:       — Баки ещё не вернулся?       Он, попивая маленькими глотками горячий чай, оглядывается, стараясь наблюдать за Майлзом и его быстрыми передвижениями, которые иногда бывают подобны небольшой катастрофе, если не успеть ничего сделать, чтобы это предотвратить.       Они бы смирились с происходящим, если бы активность Майлза была разрушительна только для приюта (в конце концов, всегда можно убраться — в этом нет ничего смертельного), но она ведь может навредить и самому Майлзу, а этого допустить было нельзя. Они должны заботиться о собаках, а не калечить их.       Так что одно из правил «Святого сердца»: всегда наблюдай за Майлзом.       Питер понял это сам, только-только став волонтёром в «Святом сердце»: в тот знаменательный день Майлз, вырвавшись из вольера, устроил небольшую — насколько это применимо к некрупному Майлзу — катастрофу и, сбив Питера с ног, повалил его на пол, став игриво кусать за штанину и одновременно тянуть на себя, утаскивая в сторону вольеров. Кажется, он хотел показать Питеру место, где он живёт.       Майлз не оставил на ноге Питера глубоких следов, но обработать рану всё же пришлось; после того, как это было сделано, Баки весело усмехнулся, ободряюще хлопнул Питера по плечу и сказал, что он прошёл боевое крещение и теперь смело может считаться одним из них. Клинт не сомневался, что после такого случая в самый первый день волонтёрства — в первые десять минут, честно говоря, — Питер испугается и уйдёт, но он не испугался и решил остаться.       Питер отлично представлял, что значит помогать в собачьем приюте, где не все — вот вообще не все — собаки проходили дрессировку, и был к этому готов. Правда готов, хотя по нему в тот момент нельзя было так сказать — в тот момент он выглядел… растерянным. Немного напуганным.       К тому же Баки сразу после того случая показал ему свои шрамы, которые он успел получить, занимаясь собаками, и Питер соврёт, если скажет, что это не помогло.       Помогло.       Очень даже помогло. Питер понял, что то, что произошло с ним, совсем пустяк, так что опускать руки не сто́ит. Страх прошёл. Растерянность тоже.       — Вернулся, — кивает Клинт, а Питер находит взглядом уже пустые переноски, — а потом ушёл опять. Умчался, ослеплённый страстью.       Питер хмурится.       — Извини?       — Кажется, в его машине сидел Роджерс.       Питер недоуменно округляет глаза и даже поворачивается к Клинту, на некоторое время прекращая наблюдать за Майлзом; Питер надеется, что выпустив его ненадолго из поля зрения, ничего катастрофичного не случится, а Джей и Боб, на которых Майлз может наткнуться, благоразумно предпочтут не цепляться к нему; хотя… о чём это Питер? Джей и Боб обязательно начнут цепляться к Майлзу. Они те ещё провокаторы.       — Роджерс, который Капитан Америка? — уточняет Питер.       Клинт согласно кивает (но с таким видом, как будто Питер у него спрашивает совсем уж глупые вещи: разве есть ещё какой-то Роджерс, с которым они оба были бы знакомы?), из-за чего Питер не сдерживает удивлённого вздоха.       Что ж, Баки определённо не теряет времени даром.       Наверное, за него можно только порадоваться, потому что в последнее время Баки выглядел достаточно грустным и одиноким, хотя всегда отрицал, стоило только заговорить об этом. Но удивительного в этом было ровно столько же, сколько и в каждодневных небольших ссорах Пьетро и Логана.       Баки не любил, когда причинял кому-то беспокойство своими проблемами. В этом он и Питер были очень похожи; это стало одной из тех вещей, говорить о которых было непросто, но вместе с тем оно являлось той причиной, по которой Питер сошёлся с Баки немного ближе, чем, скажем, с Клинтом или Пьетро. Питер и Баки как будто понимали друг друга на каком-то интуитивном уровне.       — Мне кажется, ничем хорошим это не закончится, — говорит Клинт.       Баки как-то говорил Питеру, что Клинт всегда настроен скептично, когда дело касается всего, что относится к отношениям, и это совсем немного странно, потому что, ну, у Клинта вообще-то есть семья.       Или его скептицизм относился только к тем отношениям, которые были у Баки?       Как у старшего брата, который с осторожностью следит за тем, чтобы к его сестре не лезли всякие кретины и придурки. Питер усмехается, думая об этом. Баки сложно представить в образе младшей сестры.       — Отношения Баки не нужны, а просто секс не нужен уже Роджерсу, — Клинт выдерживает паузу, тяжело вздыхает, успокаивается и продолжает, меняя тему: — У нас, кстати, пополнение.       Питер не успевает спросить у Клинта, что именно за пополнение, как Майлз, который всё так же нёсся на всех парах, всё-таки сбивает его с ног. Не успев ни за что схватиться, чтобы удержаться вертикально, Питер падает, восклицая ругательства, и выливает на себя остатки чая — не совсем горячие, но всё равно неприятно.       Приют наполняется собачьим лаем (в голове Питера проносится мысль: а могут ли собаки смеяться над человеческой глупостью или они слишком для этого добросердечны?), и у Клинта уходит некоторое время, чтобы успокоить их.       53.       Питер лежит на спине, с силой сжимает в руках уже пустую кружку, зажмурившись и сцепив крепко зубы, чтобы не застонать и дальше не шипеть ругательства под нос, потому что ощутимо ударился головой об пол, и, медленно открыв глаза, смотрит на потолок. Он слышит, что Клинт ругает Майлза и закрывает его в вольере, в котором он до этого убирался. Питер приподнимается на локтях и замечает, что в вольере сидит незнакомый щенок, которому Майлз носом подталкивает старый потрёпанный теннисный мяч, который Питер принёс сюда из дома.       Так вот зачем он так бежал, отвлечённо думает Питер и вновь опускается на пол, глядя на потолок.       Да, Питер был готов ко всякого рода неприятностям, но не к таким же смехотворным, ради всего святого. Хорошо, что его не видел никто посторонний.       Затылок саднило. Локти тоже. И зад. Худи неприятно липла к груди, на которую Питер выплеснул остатки чая. Хуже этого могло быть разве только то, что сейчас к ним вновь зашёл бы Тони Старк и увидел Питера, распластавшегося на полу, как морская звезда. Питер тут же сгорел бы со стыда.       Питер чувствует себя паршивым клоуном, выступления которого построены на череде нелепых падений, и высококлассным лузером, который, даже не стараясь, умеет попадать в глупые ситуации.       Господи, весь этот день идёт наперекосяк. Когда это уже закончится? Питер очень устал.       Клинт возвышается над ним с сочувствующей улыбкой и протягивает руку. Питер хватается за его ладонь с каким-то злым отчаянием и обидой на самого себя, и Клинт не спеша помогает ему подняться на ноги. Он не посмеивается над ним и даже не улыбается, только смотрит очень обеспокоенно, сразу же начиная засыпать вопросами:       — Голова кружится, болит? — в ответ Питер отрицательно качает головой. — Тошнит? — Питер вновь отрицательно качает головой. Клинт задумчиво хмыкает. — Что ж, значит, сотрясения быть не должно, — удовлетворённо заключает он и позволяет себе ободряюще улыбнуться.       Питер досадливо заглядывает в кружку, которую до сих пор крепко сжимает в руке, а потом переводит строгий и недовольный взгляд на Майлза, который — вот же наглец, — не обращает на него ровно никакого внимания, прыгая вокруг нового щенка. Питер сокрушённо вздыхает и смотрит на Клинта.       — Это он, — он кивает в сторону щенка, — и есть то самое пополнение?       Клинт кивает.       — Ну да.       Питер подходит ближе к вольеру и разглядывает щенка. Жутко милый — впрочем, как и все щенки, — но очень грустный. Питер оборачивается к Клинту.       — Имя уже придумали?       Клинт вновь кивает и с усмешкой говорит:       — Ага. Роджер, — и, словно чувствуя, что Питер спросит о том, откуда такое имя, Клинт продолжает: — Его Роджерс нашёл и спас от дождя, в честь него и решили назвать.       — Это была идея Баки, да?       Клинт закатывает глаза, а Питер глухо усмехается, понимая, что об этом можно было даже не спрашивать.       — Разумеется, его, — Клинт устало вздыхает, качая головой с неодобрением, — как будто ты Баки не знаешь.       «Знаю, — хочет ответить Питер, — но я, кажется, в стольких людях ошибаюсь, что уже не совсем уверен»; но он молчит, лишь понимающе улыбаясь в ответ.       — Вот поэтому я и говорю, что ничем хорошим это не кончится, — продолжает Клинт уверенно, — он опять поспешит и что-нибудь испортит, но кто бы меня слушал, — он скрещивает руки на груди, — я всего лишь в браке каких-то тринадцать лет, подумаешь, какой пустяк.       В голосе Клинта слышна какая-то поистине детская обида, и, не сдержавшись, Питер беззлобно усмехается. Кажется, он был прав насчёт старшего брата, волнующегося и оберегающего младшую сестру.       Питеру становится интересно: когда он начнёт ухаживать за кем-нибудь, Клинт так же будет волноваться и переживать? И представлять это без тёплой улыбки у Питера почему-то не получается — семья.       54.       Закончив все дела в «Святом сердце», Питер сильнее кутается в куртку, когда выходит на улицу.       Питер знает, что это куртка Баки (она пахнет его парфюмом, и какой же это всё-таки приятный запах — Питер дышит глубже), — которую его буквально заставил надеть Клинт, когда Питер между делом предположил, что успеет замёрзнуть, прежде чем вернётся домой. Он просто предположил, он не рассчитывал, что Клинт настолько серьёзно к этому отнесётся и тут же пойдёт за курткой.       Наверное, не стоит недооценивать многодетного отца с постоянно работающим родительским инстинктом: Клинт даже о Баки заботится, а Баки — на минуточку — уже взрослый человек.       Наверное, Клинт был бы самым лучшим отцом в мире, если бы не проводил так много времени в приюте.       Питер оборачивается и на прощание машет рукой Клинту, который вместе с Джеем и Бобом стоит в дверях и повторяет жест за Питером, прощаясь. Глядя на него, Питер улыбается уголками губ, чувствуя тепло в груди, и краем глаза замечает движение через дорогу. Из кофейни выходит Пьетро — выходит, а не выбегает как обычно, и одно это наводит на невесёлые мысли.       Что-то случилось.       Но что?       Логан, скрестив руки на груди, провожает Пьетро пристальным взглядом (совсем не как Клинт, думает Питер, невольно сравнивая их между собой) — Питер может видеть его мощную фигуру через витринное стекло в кофейне и только догадываться, что между Логаном и Пьетро произошло на этот раз и происходит вообще.       Пьетро всё-таки уволили? Потому что Пьетро определённо расстроен. Он выглядит таким же хмурым, как в тот момент, когда Питер заметил его, только-только вернувшись из университета в «Святое сердце», до которого его любезно подбросил Логан на мотоцикле — Питер в жизни на них больше не сядет.       Питер до сих пор не может поверить, что Логан — у которого хмурое выражение лица это повседневное выражение лица, которое не может не пугать, — был не таким жутким и озлобленным на всё живое, каким показался вначале. Он грубоватый и прямолинейный, но к этому можно привыкнуть.       А ещё он красивый.       К этому факту привыкнуть оказывается сложнее — то, что Питер характеризует мужчину именно так, немного его смущает. Но, чёрт возьми, Логан правда красивый. Не такой, конечно, как Тони Старк, но вряд ли вообще найдётся такой человек, который может с ним сравниться.       — Эй! — окликает Питер, стараясь привлечь к себе внимание, но тщетно. — Пьетро!       Только когда Пьетро слышит своё имя, он останавливается и поднимает голову, взглядом разыскивая того, кто его звал, а потом, видя Питера, кисло улыбается.       Да, что-то определённо случилось.       Что-то серьёзное.       Питер быстро пересекает дорогу и подходит к Пьетро, который нервно отбивает ритм ногой, ожидая его. Пьетро нужно двигаться. Он не может долго находиться на одном месте, стоя смирно. Порой он напоминал Питеру акулу. Обычно при мыслях об этом Питер улыбается, потому что считает забавным то, какую гримасу корчит Пьетро в ответ на такое сравнение, но сейчас, видя его страдающее выражение лица, улыбаться не хочется.       — Ты в порядке? — невольно вырывается у Питера, как только он равняется с Пьетро.       Питер беспокойно оглядывает его — Пьетро выглядит не в порядке, но Питер почти уверен в том, какой ответ получит. Собственно, этот ответ не заставляет себя ждать:       — Всё о’кей, Пит, — Пьетро отмахивается.       Питер тактично не говорит о том, что знает, — любой, кто взглянет на него, знает, — что это не так, но интересуется:       — Тебя ведь не уволили?       — Что? Уволили? — переспрашивает Пьетро и усмехается. — Нет, Пит, никто меня не уволит, потому что я чертовски хорош и быстр, и таких хороших и быстрых, и обаятельных парней, как я, Логану ни за что не найти. Да он и не станет искать, наверное. Надеюсь.       — Что ж, тогда, — Питер хочет спросить, что в таком случае беспокоит Пьетро, ведь его что-то беспокоит, и он может этого даже не отрицать, потому что по нему всё видно (он не особенно хорошо прячет эмоции), но сдерживается, — всё о’кей, думаю.       В это верится с трудом, и Питер думает всё-таки ненавязчиво расспросить Пьетро о том, что с ним происходит, и в случае чего предложить свою помощь, если он, конечно, может чем-то помочь, но Пьетро уже меняет тему разговора — рассуждает о том, что Питеру, наверное, полагается воздвигнуть памятник за его доброе сердце, а если нет, то это сделает он сам. Почему-то Питер в это верит. Энергии Пьетро хватит и не на такое.       — Ты домой? — говорит Пьетро, вновь меняя тему. — Или ждёшь очередного личного водителя?       Питер недоуменно хмурится.       — Личного вод… Что?       — О, да ладно, не притворяйся, что не стал важной персоной, — Пьетро насмешливо выгибает бровь, — тебя сегодня целый день возят туда-сюда, и это даже не Морган.       У Питера нет ни водительских прав, ни машины, но они есть у Морган, которая заезжает за Питером, когда занятия у них начинаются в одно время, подвозит его в университет и отвозит обратно домой, когда — опять же — занятия что у него, что у неё заканчиваются одновременно. А ещё время от времени они развлекаются вместе и ходят за покупками. Но Питер не сказал бы, что Морган его личный водитель. Морган — отличный друг.       (И Морган поцеловала его, когда без этого можно было бы обойтись).       — Это из-за дождя, — смутившись, говорит Питер.       Пьетро растягивает губы в усмешке — ну-ну, — и благосклонно кивает, не настаивая на честном ответе; Питер понимает это и говорит с нажимом:       — Серьёзно, Пьетро.       — Да мне неважно, Пит, — пожимает плечами Пьетро, отбивая ногой нервный ритм, как будто ему не терпится сорваться с места и быстро-быстро побежать, а Питер его только задерживает, — только не забывай, что прогулки пешком намного полезнее.       — Не в такую, — Питер неопределённо машет рукой, указывая на свинцового цвета небо над их головами, которое, кажется, вот-вот разразится вновь дождём, — погоду.       — В любую погоду, — уверенно говорит Пьетро и кивком указывает на куртку Питера, — твоего бойфренда?       Питер качает головой из стороны в сторону, отчего-то даже не обижаясь на подначку Пьетро.       — Это куртка Баки.       — Предпочитаешь мужчин постарше? — тут же говорит Пьетро, как будто только этого и ждал.       Питер, невольно вспомнив примерно те же слова Баки, почти огрызается:       — Пошёл к чёрту, Пьетро, мне не нравятся мужчины постарше.       Питер не знает, честно говоря, но он правда считает Баки красивым, как и Логана, как и Тони Старка, как и Ричарда Рида, но… разве это не может быть просто эстетическое наслаждение?       Чёрт.       Питер не хочет, чтобы слова Баки и Пьетро оказались правдой. У него не стоит на умных мужчин постарше.       Питер против воли краснеет — то ли от злости, то ли от смущения; не разобрать. Пьетро негромко усмехается.       — Не переживай, ты не один такой, — а потом Пьетро, запнувшись, словно испугавшись, вновь меняет тему: — Кстати, ты ведь так и не ответил, Пит.       Питер задумывается, припоминая, что ещё до этого спрашивал у него Пьетро, который успел сменить за невероятно короткий промежуток времени не одну тему, и на это уходит немного больше времени, чем обычно, потому что сейчас он был немного сбит с толку и разговором о личном водителе, и о Морган. В частности, о Морган.       Замечая замешательство на лице Питера, Пьетро подсказывает:       — Про дом. Ты домой?       О, точно. Питер кивает, говоря: «Ага».       — Тогда нам по пути. Пошли уже, — нетерпеливо Пьетро добавляет: — Пойдём-пойдём-пойдём.       Пьетро подталкивает его в спину, и Питер подстраивается под быстрый шаг Пьетро, удивляясь, как ещё не перешёл на бег.       55.       Он и Пьетро идут до спуска в метро вместе.       Вообще, Пьетро не нужно использовать какой-либо общественный транспорт, чтобы добраться до дома — он живёт в нескольких кварталах от кофейни, в которой подрабатывает, и предпочитает добираться пешком из-за своей неуёмной энергии, всегда отказываясь, если кто-то предлагает подвезти его (обычно это предлагает Морган, и отказ Пьетро её обижает; но каждый раз, стоит только Питеру поднять эту тему, Морган умело делает вид, что не понимает, о чём Питер говорит); но дом Пьетро находится в той же стороне, что и спуск в метро, так что Пьетро, когда это удаётся, составляет Питеру компанию. Питер только «за».       Пьетро непривычно молчаливый; то есть, он говорит — болтает обо всём, что видит и вспоминает, вернее, — но не так много и быстро, как обычно, и это правда похоже на то, когда обычный среднестатистический человек молчит.       Пьетро что-то тревожит, а судя по тому, что он обходит стороной в разговоре кофейню, то это явно связано с ней; к тому же он почти не говорит о Логане.       Обычно же Пьетро о нём не затыкается.       И его монологи — а обычно это именно монологи, очень-очень длинные монологи, в которые Питер не может даже вставить слово, и не потому что не знает, что сказать (о, он знает), а потому что не успевает, — напоминают то, как Питер думает о Тони Старке: так же хаотично, но детально. Если бы он не видел, каким образом чаще всего происходит общение между Пьетро и Логаном в кофейне, — а их коммуникация, Питер уверен, явно в большей степени состояла из того, что Пьетро делает что-то не так, и Логан потом его за это отчитывает, — то Питер бы всерьёз подумал, что Пьетро — фанат Логана или кто-то вроде. И это была бы очень странная вещь, с которой Питер бы столкнулся.       Питер понимает, что не ему говорить о странностях, но это правда так: разве когда тебе кто-то нравится, ты не делаешь всё возможное, чтобы заслужить симпатию этого человека?       Пьетро же, наоборот, похоже, делает всё возможное, чтобы оттолкнуть Логана от себя. Питер, конечно, не знает его мотивов, но со стороны выглядит именно так.       Или Питер чего-то не понимает, что тоже может быть. Он в этом уже успел убедиться.       56.       Прощаются они как обычно; ничего неловкого или неуютного, что вполне могло бы быть, если делать скидку на паршивое настроение Пьетро. Пьетро, выговорившись, даже выглядит чуть веселее, чем прежде, но вот его прощальная улыбка получается натянутой. Питер чувствует смутную тревогу в сердце.       Они расходятся; и когда Питер оборачивается, то видит, что Пьетро идёт в другую от дома сторону. Питер беспокойно поджимает губы.       Он спускается в метро и заходит в вагон, раздумывая над тем, что, кажется, стоило всё же настоять и узнать, что же тревожит Пьетро: видеть его поникшим — ещё то душераздирающее зрелище. К тому же, зная характер Пьетро, он может вляпаться в неприятности — вернее, обязательно вляпается в неприятности, — Питер знает о его лёгкой форме клептомании. Пьетро везёт, что никому не удаётся его за этим поймать (Питера это искренне поражает), иначе проблем в его жизни было бы гораздо, гораздо больше. Мама Пьетро и так тратит большую часть денег, которую она зарабатывает, на то, чтобы возместить людям ущерб, который им нанёс Пьетро.       Питер не может сказать, что Пьетро плохой, и не только потому, что они друзья, а потому, что это действительно так.       Пьетро не плохой, просто у него есть некоторые плохие качества, как и у каждого человека, и эти плохие качества доставляют Пьетро проблемы, когда он не может их взять под контроль, а случается это не так редко, как хотелось бы.       Питер задумывается: может быть, именно из-за этого Пьетро и Логан не ладят, но Логан понимает и потому не увольняет Пьетро. Если это действительно так, Логан очень хороший человек — Питер чувствует себя ужасно неловко из-за того, что раньше думал о нём иначе.       57.       Уже дома, в тишине, Питер возвращается мыслями к Морган.       Питер не знает, будет ли уместным написать ей, чтобы узнать, всё ли в порядке с её отцом. Не будет ли это выглядеть странным? Подозрительным?       Но, с другой стороны, подозревать Питера не в чем.       Он просто хороший друг, который беспокоится о благополучии семьи своей подруги. Это даже благородно в некоторой степени: ведь если с Тони что-нибудь случится, Морган останется одна — у неё нет других родственников; у Питера, когда он потерял родителей, оставались хотя бы тётя и дядя, которые взяли на себя заботу о нём. Так что, наверное, не будет ничего плохого в том, что он напишет Морган и поинтересуется, как чувствует себя её отец (и она сама, разумеется). Наверное, Питер всего-навсего накручивает себя, как он делает обычно.       Не то чтобы Питер достаточно тревожный человек — наверное, не больше чем любой другой, кому есть что терять.       Питер набирает несколько сообщений с примерно одним и тем же смыслом: в порядке ли Тони Старк, или следующие несколько недель люди будут глубоко разочарованы и до слёз опечалены тем, что не увидят своего любимого героя, Железного Человека, в составе Мстителей, как неожиданно понимает, замирая: это касается только его.       Именно он будет глубоко разочарован и до слёз — наверное?.. — опечален тем, что не увидит Железного Человека в составе Мстителей, потому что Тони Старк не в порядке.       Тони Старк чувствует себя нехорошо. Он человек, и ему тоже может быть плохо время от времени. Но Морган даже не объяснила, что с ним. Насколько всё плохо? Он ведь не умрёт, не так ли? Морган ведь сказала: ничего смертельного; так что, скорее всего, Питер не должен волноваться, потому что Морган всегда говорит то, что имеет в виду, а Тони не сдастся так просто — будет бороться до последнего, особенно когда дело касается его жизни. Так уже было не раз.       Наверное, Питеру правда стоит перестать беспокоиться.       Он стирает сообщение — «С твоим отцом всё в порядке?» — и не придумывает ничего нового взамен, что можно было бы отправить — что-нибудь нейтральное, что не выдавало бы его истинных эмоций и тревоги. Он узнает потом, когда он и Морган встретятся в следующий раз.       Терпения ему хватит.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты