Завтра наступает Вчера

Гет
NC-17
В процессе
8
автор
Размер:
планируется Макси, написано 240 страниц, 23 части
Описание:
<b>Дисклеймер :</b>
Подростковая любовная литература с элементами триллера, драмы и экшена с возрастным цензом 18+
Книга содержит описание сцен курения, употребления алкоголя и наркотиков, жёстокого обращения, драк, нецензурной лексики, описание сцен смерти ( и самоубийства),  а также сцен эротического характера. Если вам неприятно читать об этом, закройте книгу и оставайтесь при своем мнении.
<b>Внимание:</b> любое сходство с реальными людьми, событиями или организациями случайно.
Посвящение:
Посвящается людям, которые преподали мне и хороший, и плохой жизненный урок.
Примечания автора:
Полная аннотация размещена в первой части книги.
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
8 Нравится 20 Отзывы 2 В сборник Скачать

18. пожар в раю.

Настройки текста
— Итак, контрольная работа состоит из пяти номеров. Первый– определить классы соединений. Второй – типы изомерии. Третий – химические реакции , характерные для веществ. Четвертый– задача,.. Приступайте к выполнению! Настойчивый голос преподавателя вывел меня из раздумий. Нужно собраться в кучу и решить задания.  А я снова была целиком и полностью поглощена мыслями о портрете Игоря. С того момента, как я выставила Данилу из дома, прошло ровно три дня. Все это время Катя не приходила в школу, не звонила и не писала мне. Я боялась, что она увидит мой рисунок, но... я... я же не хотела ничего плохого! Это ведь ничего не значит! Я ведь рисовала его по памяти, Игорь сам ничего не знает об этом, не говоря уже о том, что он сидел и позировал... Дружба с Катей была для меня все-таки дорога: потерять подругу не хотелось, но в то же время нескончаемые мысли и уже даже поступок говорили о том, что к Игорю меня влечет. Притом довольно сильно. И, к сожалению, я перестаю это контролировать... От слова- совсем. Если раньше я могла по щелчку пальцев избавиться от навязчивой идеи, то сейчас... Сейчас я вспоминала его каждую свободную минуту: засыпала с мыслями о нем и просыпалась, представляя его красивое, благородное и мужественное лицо; широкую, лучезарную, обворожительную, с нотками надменности и язвительности, улыбку. Настроение тут же поднималось по шкале вверх, как температура после аномального потепления. Глупо? Несомненно... Если б можно было это остановить... В тот день я, к сожалению, так и не дождалась его звонка. Просидела до самого вечера с телефоном в обнимку на кровати, но безрезультатно. Наверное, он подумал, что переборщил с заботой. Мы ведь даже не друзья, а Игорь слишком явно переживал, ну, или мне хотелось думать, что Соколовский переживал. Я с особым рвением стремилась понять, что же всё-таки изменилось? Что между нами такого произошло, если я так резко поменяла свое отношение к нему? Ну правда, искренне не понимаю... Ещё недавно боялась его, как огня, считала чокнутым, избегала встреч, убегала и давала пощечины по поводу и без... Он доводил меня своими идиотским шуточками  до слез и несколько раз дело обошлось даже без шуток... А потом... Потом этот разговор по душам у меня дома... мне так хотелось поддержать его в тот момент, обнять, видя эти мучительные страдания... Я раскрыла ему себя, когда рассказала о Денисе. Зачем? Не спрашивайте. Точного ответа на этот вопрос я не знаю. Возможно, почувствовала в Игоре родственную душу, которая меня поддержит и поймет поддержит. Я же не ошиблась: так и случилось. После предостережения он мог спокойно уйти из моего дома, но остался и утешал, как мог, но утешал. Не бросил. Он хороший. Я чувствую это. Очень хороший. “ Данилу что-то ты не больно рвалась утешать!“– усмехнулся внутренний голос и оказался прав в который раз. В такие моменты я как будто бы ощущала, что во мне борются две личности. Та, которая так и рвется, так и тянется к Игорю и хочет быть ближе к нему, несмотря ни на что и та, которая яростно этому противится, пытаясь приводить весовые аргументы, которые б могли поставить меня на место. Я знаю, что она борется во мне, пока может. Ее силы уже на исходе. И это никто не сможет остановить или прекратить. К Даниле я не чувствовала того, что чувствовала к Игорю, поэтому так себя с ним вела. И этим все сказано. К Королеву я ну совсем ничего испытывала. Ну почти... Разве что немного благодарности за то, чему я от него научилась за столь короткий срок общения. За ужин, благодаря которому я познакомилась с Игорем. И, конечно же, чувство вины, которое эти три дня медленно меня съедало. Я перед ним так и не извинилась за то, что выставила из дома. За то, что он мне доверился, а я плюнула ему в душу. Я не хотела, чтобы Данила открылся. Мне это было не нужно. Я ждала от него правды, но не такой. Я ее принимать отказывалась. История повторяется, а я не меняюсь. Совсем. “Игорь- парень твоей подруги, дура! Что ты можешь к нему чувствовать?!“- продолжал кричать голос внутри меня. — Вика!!! Недовольный голос Кати неприятно прорезал слух. Она смотрела на меня так, как будто хотела уничтожить на месте. Думаю, если бы она узнала о портрете, то правильно бы сделала... Катя держалась как-то отстраненно, но так как я была поглощена промыванием собственного мозга через бесконечный поток мыслей, особо не обращала на нее внимания. — А?– растерянно улыбнулась я, не решившись посмотреть ей в глаза... — Тетради раздай, мечтательница,– недовольно усмехнулась Катя, смотря на меня с каким-то пренебрежением. Сердце замерло и словно остановилось. Болезненно. Слишком болезненно. Живот скрутило в тугой узел и сжало в диком, пульсирующем спазме. У меня почему-то складывалось ощущение, что она все знает. Нет! Я уверена, что она знает! Но откуда? Неужели Данила мог ей рассказать?! А ему-то это зачем? В моей жизни он- постороннее лицо, где ни мне нет до него дела, ни ему до меня. Все честно... Интересно, там за контрольная вообще? Я поймала себя на мысли, что все прослушала. Мне было совершенно не до ненужных формул и задач, когда сердце было занято более другими важными вещами, а мозг здесь явно не функционировал. Быстро просмотрев листки с заданиями и раздав тетради, я облегченно выдохнула: ничего сверхсложного там не было. Как хорошо, когда ты отлично разбираешься в том предмете, который предстоит сдавать в конце года в качестве профильного для поступления в университет. На самом деле, я решила, что буду поступать в медицинский еще в девятом классе. Меня безумно привлекала эта профессия: полная отдача любимому делу известных врачей восхищала, но еще больше было чувство желание помогать людям, быть полезной этому обществу. Я помню, как Денис подбадривал меня в прошлом году, когда мне никак не давалась химия, как пытался каждый раз помочь, говорил, что я обязательно во всем разберусь, и что все непременно получится... Как жаль, что это было так давно...В прошлой жизни... — И мне решить не забудь,- не поднимая головы от телефона, нагло заключила Катя. На самом деле, мне было неприятно от этих слов, как в первый раз. Почти на каждом предмете, на каждой контрольной, я слышала это все от нее, безропотно выполняя не просьбу рыжей подруги-стервы, а самый настоящий приказ. Кажется, так не говорят о близкой подруге? Да плевать. Зато выглядит честно и правдоподобно. Иногда Катя без зазрения совести использовала меня, чтобы "выехать" на каком-то уроке, и я приходила к мысли, что она общается со мной только потому, что ей это выгодно, ведь оценки Игнатьевой заметно улучшились. Странные ощущения по поводу нашего общения появлялись и пропадали со звонком. В остальное время все было нормально. Кажется. На самом деле, контрольная была сущей ерундой. Ловкость рук ( в данном случае мозгов) и никакого мошенничества. Первый, второй, третий. Я не успевала считать количество записанных ответов. Естественно, Кате я тоже все решила. Она быстро переписала ответы и, довольная собой, собрала вещи, а потом продолжила с кем-то переписываться, с опаской косясь на меня. Со всего класса потянулись листки с просьбой помочь. Я закатила глаза, но...мне же не сложно, верно? Все годы обучения так было. Каждый раз меня просили помочь, и каждый раз я не находила в себе сил отказать. Завернула первый листок и вернула однокласснику. Калькулятор. Карандаш. Беглый взгляд на задачу. Расчёты. Ответ. — Ты прелесть,- обворожительно прошептал Костя Филатов, тот самый, что однажды просто отвратительно пошутил надо мной на физкультуре. — Пошел к черту!- процедила я, заранее зная, что решение, которое я ему написала, было неправильным. Месть- это блюдо, которое должны подавать холодным... — Внимание! Пожарная тревога! Срочно покиньте помещение! Внимание! Пожарная тревога! Этого не ожидал никто. На лице Галины Александровны (так звали преподавателя) было явное смятение,но она быстро взяла себя в руки. В нос почему-то сразу ударил едкий запах дыма, который распространялся довольно быстро. Лицей действительно горит! Твою мать! — Оставили все вещи и построились по парам! Быстрее!– взволнованно закричала она. - Игнатьева, я сказала: оставили вещи!!! — Вот вы знаете, сколько стоит моя сумка от Шанель?! (1) Если сгорит она и ее содержимое, вам зарплаты не хватит, чтобы все это оплатить! — Хамка! Если с тобой что-то случится, я за это буду отвечать, идиотка! Оставь свою сумку, я сказала! Не создаем толпы, выходим, выходим! Быстрее! Быстрее! У всех одноклассников были круглые глаза от ужаса, потому что, судя по запаху, каждый понимал, что эта сигнализация точно не плановая. Лицей действительно горел. Осознание того, что мы можем отсюда не успеть выбраться, вгоняло в дикую панику. Все классы поочередно удалялись из здания с помощью пожарной лестницы. Ученики заметно нервничали: в толпе слышались испуганные голоса и даже крики. И спереди, и сзади толкались. Ну почему это произошло именно сейчас?! На лестничном пролете второго этажа меня догнала Катя, которая все это время держалась стороной. — Есть разговор,- коротко бросила она, схватив меня за руку. На лестнице из-за толпы людей образовалось целое столпотворение, а преградившая мне дорогу подруга еще больше его усугубила, создав пробку, которая была покруче, чем в час-пик на МКАДе (2). — Кать, мне кажется, сейчас не время...- растерянно пробормотала я, искренне не понимая, чего она хочет от меня да еще в такой напряженный момент. — Рыжая, ты совсем дура? Свали с дороги! Мне жизнь дорога, я не собираюсь подыхать  в пожаре! — Сашенька, если ты тут окочуришься, никто не заплачет!- со злостью выкрикнула Катя и все-таки отошла с дороги, схватила меня за руку, спустилась вниз, толкнув к прилежащей стене, которая не просматривалась со стороны эвакуационного выхода. — Кать, ты чего?!- испуганно спросила я, глядя на ее полыхающие гневом глаза, которые, казалось, были готовы меня испепелить. Она все знает. Теперь я точно уверена. Но как?! Откуда?! Почему решила завести разговор именно сейчас? Она не понимает, что мы здесь обе ляжем, если задержимся хоть на минуту?! — Хватит прикидываться невинной овечкой!- прошипела она, несильно схватив меня за шею одной рукой и зажав себе рот второй.- Ты думаешь, что я ничего не знаю?! Я готова была провалиться сквозь землю от стыда или умереть от страха прямо там. Моя подруга прижала меня к стене и пытается... А что, она, собственно, пытается сделать? Убить?! Она же не настолько ненормальная, верно? Да и повод как-то слабоват, честно говоря. В носу очень сильно жгло и щипало, глаза были полны слез от едкого дыма, а ей...ей было совершенно наплевать на то, что я задохнусь! Черт возьми, неужели нас никто не видит?! — Я тебя не понимаю. Мне тяжело ды... — И не надо. Уясни для себя всего одну вещь: Игорь мой и моим останется. Мне наплевать, что ты на него запала, понятно?! Можешь плакать в подушку, писать грустные стихи и хоть весь дом обвешать его портретами, но если я тебя с ним увижу или узнаю, что вы за моей спиной крутите шашни, я тебя уничтожу. Ты меня поняла?- заявила она ледяным тоном и сжала руки на моей шее еще сильнее. - Поняла, я тебя спрашиваю?! Во мне боролись два чувства одновременно. Все тот же стыд, хотя с другой стороны...кто мне запрещал его рисовать?! Что в этом такого?! Отбивать Игоря у Кати я точно не собиралась: мне это не нужно. Да, он мне нравится, как человек, даже слишком нравится, я бы очень хотела с ним общаться, но... Какое право она имеет так себя со мной вести? Какое право она смеет меня так унижать?! Мы с Игорем не давали повода и, между прочим, именно она заставила его отвезти меня в больницу. Я никого из них об этом не просила! С того дня все и началось! Я что, девочка для битья? Страх постепенно уходил, освобождая дорогу неукротимой ярости. Я не позволю ей ничего мне сделать! Это ни  в какие ворота уже не лезет! Кровь закипела за считанную долю секунд.  В голове шумели люди, которые поспешно покидали здание лицея, я явно ощущала отголоски дыма, а мы с Крис...а мы продолжали стоять у стены. Эта чокнутая буравила меня взглядом и все сильнее сжимала руки на моей шее. Да она же меня убьет! Ненормальная! В голове за долю секунды пронеслись реплики ее подруг и Нины. Надо было их слушать. Надо было думать раньше, Вика. Последняя капля. Если я постоянно буду нерешительной, однажды меня кто-нибудь затопчет и даже не обернется. Пора наконец вырасти. Как там Данила учил? Я сжала руки в кулаки и выдохнула. Сама напросилась. Мои руки потянулись к ее шее в ответ и сжали гораздо сильнее. Я толкнула Катю к стенке, и мы поменялись ролями. Держись, сука. Я долго терпела. — Игнатьева, ты совсем больная?! Последние мозги выкурила за утренней сигареткой?!- процедила я, пытаясь сделать хоть один нормальный вдох. — Ты охуе... — Заткнись!.. Ты на кого прешь?!. Ты считаешь, что с людьми можно себя вот так вести?.. По-моему, не Игорю нужно принимать таблетки, а тебе, чокнутая! Уже на людей кидаешься!- орала я, не переставая кашлять. — Сука, отпусти меня!.. Мы же здесь обе задохнемся!- заверещала она, пытаясь ослабить мою хватку, но я крепко ее держала, не давая шанса освободиться. — Ты об этом не думала, когда хватала меня за шею... Слушай меня внимательно: если у тебя мания величия, это твои проблемы...  Держи свой пыл в узде, я больше не та невинная лохушка, которой можно помыкать... То, что Данила шарился по моей комнате, а потом, найдя портрет, передал эту информацию тебе, немного странно, не находишь?! Она раскрыла рот и растерялась. А говорила, что не общаются! Ну и подруга, называется. Игорь, интересно, об этом знает?! Сука! Какая же она сука! — Если ты в обычном рисунке нашла повод докопаться, то мне тебя жалко, Катя... Игорь привозил мне сережки,  я забыла их в больнице, в которую, кстати говоря, именно ты заставила его меня везти. Он от тебя это, по-видимому скрыл, а ты скрыла от него, что общаешься  с его врагом, причем весьма неплохо. Сами разбирайтесь в своих отношениях и не нужно никого сюда приплетать,- с отвращением бросила я и, отпустив эту дуру, быстро выскочила на улицу, чтобы перевести дух и наконец нормально отдышаться. Я прижалась руками к бетонной стене и начала жадно глотать воздух, постоянно кашляя. С ужасом я думала о том, что из-за глупой ревности своей подруги могла погибнуть. О Кате я переживала меньше всего. Эта сука без проблем чуть ли не вприпрыжку сбежала с крыльца и, отметившись у классной, удалилась куда-то за ворота лицея, даже не обернувшись. Ей было на меня плевать. И это называется: подруга?! Ужас. Я бы все на свете отдала за то, чтобы осознание этого пришло ко мне не во время пожара. Не лучшая ситуация, я вам скажу. Я тоже отметилась у классной и отошла в сторону, чтобы никому не мешать. Все ученики были на месте и, кажется, никто не пострадал, благодаря организованной эвакуации, которую провели учителя. Лицей тем временем вовсю полыхал на третьем этаже: ярко-красное пламя вперемешку с дымом валило из нескольких окон сразу. Стоящие рядом параллельные выпускные классы были вне себя от радости: наконец-то эта тюрьма сгорит и не придется ни писать итоговое декабрьское сочинение (3), ни сдавать ЕГЭ (4). Их повода для радости учителя почему-то не разделяли: неизвестно теперь, в какую копеечку влетит ремонт, ведь масштабы пожара и его последствия могут быть самыми непредсказуемыми. — Привет, а что у вас тут случилось...- совсем рядом я услышала до боли знакомый голос, который, начав фразу, так ее и не закончил. Господи, ну как он умудряется меня везде находить?! И именно тогда, когда я о нем думаю? Я обернулась. Игорь был одет в черную кожаную куртку и толстовку. Щетина на лице и неизменная широкая улыбка. Образ плохого мальчика ему уж точно идет. Мне нравится. "Да что ты говоришь!- почти с ненавистью бросил внутренний голос, но я его проигнорировала. — Привет, да мы тут...горим...- неоднозначно и несколько двусмысленно бросила я, не в силах оторвать от него глаз. — Я это уже понял,- как-то странно усмехнулся Игорь,- а Катя где? Я немного расстроилась. Ну конечно, он ведь к ней приехал, а я уже, как дура, развесила уши! Идиотка! Влюбленная идиотка. — Я не знаю...где-то здесь была. Хочешь, пойдем поищем?- без особого энтузиазма предложила я, решив для себя, что не буду принимать в этом никакого участия. — Нет, не хочу,- равнодушно бросил он,- хочешь воды? Наши глаза вновь встретились. Я уже потеряла счет, в который раз это происходило. Пропустив его последнюю реплику о Кате, я решила немного воспользоваться возможностью и перекинуться с ним парой фраз. — Хочу. Безумно хочу пить,- прошептала я, протянув руку за бутылкой,- спасибо большое. — Только в этот раз пообещай, что не будешь устраивать фокусы и выливать ее на меня,- усмехнулся Игорь, окинув меня каким-то странным взглядом. — Сегодня ты хороший мальчик, поэтому обойдемся без фокусов,- делая глоток, сказала я и только потом до меня дошел весь смысл сказанных мной ему слов. Игорь ухмыльнулся и игриво поднял бровь, как будто бы ничего не понимая. У него неплохо получается косить под дурака. Ну надо же было сказать это вслух!!! Черт! А я ведь говорила, что к хорошему мои действия точно не приведут! Осталось только покраснеть для полного счастья! — Значит, хороший мальчик?! — Всмысле, я не то имела ввиду... спасибо тебе за воду. Я лишь хотела сказать,что с тобой приятно общаться, кода ты не травишь свои дурацкие шуточки...сразу выглядишь взрослым и рассудительным...- кажется, чем больше слов я произношу, тем больше перед ним позорюсь: наверное, лучше и правда молчать. — Ты когда смущаешься, краснеешь, в курсе?- скрестив руки на груди, хитро осведомился Игорь, и я была готова провалиться сквозь землю от смущения: кажется, он все начинает понимать.- Мне казалось, что тебе нравятся мои дурацкие шуточки, ты на них всегда так остро реагируешь, это сильно забавляет. — А я думала, тебе нравится выглядеть клоуном. — Тебя не красит грубость, неженка. Пусть твоя красивая мордашка соответствует твоему характеру, ладно? У нас с тобой тогда будет меньше проблем,- резко выдал он и сразу замолчал, наблюдая за моей реакцией. Что? Он действительно это сказал?! Или у меня на почве симпатии начались галлюцинации? Боже мой... — Да, я сказал, что ты красивая. Только не падай в обморок от счастья,- рассмеялся Игорь, за что получил от меня пинок локтем под ребро. — Придурок! Так и напрашиваешься, чтобы я вылила на тебя эту воду! — Прибереги для пожара. Красиво горит, а? - задумчиво спросил Игорь, повернувшись лицом к лицею.- В свое время я б даже деньги отдал, чтобы на такое посмотреть, но мне почему-то не посчастливилось. — Ты всегда с собой носишь воду?- соприкоснувшись с ним плечом, воскликнула я, также наблюдая, как еще час назад красивый фасад лицея на третьем этаже превращается в какой-то самый настоящий кошмар. А пожарные ведь до сих пор не приехали! С момента возгорания прошло уже почти полчаса... Неужели застряли в пробке? — Я занимаюсь тяжелой физической нагрузкой, и мой организм нуждается в большом количестве воды, но я любезно решил поделиться ею с тобой. Извини, что не чай, в следующий раз обязательно учту. Какой ты любишь? — Фестив грейп (5) от Гринфилд (6) ,- пожала плечами я, гадая, для чего ему эта информация. — Серьезно? У меня мама его просто обожает, я вообще не понимаю, как эту красную химическую херню можно пить. Кофе-то гораздо лучше!- продолжал настаивать Влад. — И какой же ты кофе любишь? - с интересом спросила я.- Больше всего? Он улыбнулся и с каким-то воодушевлением принялся разъяснять: — У меня два любимых вида. Зависит от ситуации. Если мне очень хорошо, я пью Айриш (7), он их взбитых сливок, виски и экспрессо, если нужно взбодрится- Ристретто (8), это экспрессо и двойная доза кофеина. А вот тебе я бы посоветовал попробовать Бичерин (9) или Раф (10), это невероятно вкусно, еще меня вспомнишь добрым словом, уж поверь! Самый вкусный- черный молотый...но... — Черный, как твое сердце?- перебила его я и засмеялась. Ответить мне Игорь не успел: его слова заглушила сирена подъехавшей пожарной машины. Почему-то вокруг у всех нарастала тревога. По обрывкам разговоров ребят из других классов, стало понятно, что в библиотеке сгорела проводка, из-за чего, собственно, и произошел пожар. Неожиданно мимо пробежала директриса с белым, как полотно, лицом. — В 1 “А“ не досчитались Саши Морозовой! Саша! Саша, отзовись!– громко закричала она. На территорию школы заехала пожарная машина. Дым валил из окна столбом. Пожарные молниеносно выскочили из машины и начали проводить все необходимые действия. — Саша!– звали уже всей школой, но девочка никак не находилась. Страшная догадка пронзила сознание. Она осталась там, внутри... Секунда. Я поворачиваю голову и сталкиваюсь с бледным, как мел, лицом, Игоря. Прежде, чем он делает шаг, я хватаю его за предплечье и с силой сжимаю, насколько могу.  Я не хочу, чтобы он туда шел, потому что...потому что я за него боюсь. Он задохнется и не сможет выбраться. — Не надо, пожалуйста. Там очень опасно,- шептала я, хватая его еще сильнее, насколько только могла,- Игорь, я прошу тебя. Мне наплевать, что Игорь может подумать обо мне, но я не могла дать ему уйти в горящее здание. Он обхватывает мою ладонь в ответ, и я чувствую его силу и решительность. Я не хочу, чтобы Игорь туда шел: боюсь за него. Если в самом начале валил такой густой дым, то страшно подумать, что там сейчас. Он погибнет! — Я должен, Вика,– коротко отвечает он и мягко меня отстраняет, - все будет хорошо. Не переживай, я обязательно вернусь. Обязательно. — Игорь!– я не сдерживаюсь и зову его, но разве это могло его остановить? Только что приехавшие пожарные задержать его тоже не успели: Игорь скрылся за входной дверью, из которой начал валить густой дым. Всем, кто стоял ближе всего, пришлось зажать рот либо ладонью, либо какой-то тканью. Секунды складываются в мучительные минуты, а его все нет. Я то и дело поглядывала то на часы, то на полыхающую школу. Повсюду слышались сирены– скорой помощи, пожарной и даже полиции. Я в буквальном смысле едва не кусала себе локти. — Давай же... Игорь, давай!– я обнимаю себя руками за плечи и пытаюсь сдержать слезы: если он сейчас не выйдет, я сойду с ума. Меня оглушает дикий грохот: а затем стекло на третьем этаже трескается и со звоном обрушивается на стоящие рядом деревья. Сердцебиение усиливается. Голова кружится. Я готова сама вслед за ним броситься в горящее здание. Что, если ему не успеют помочь? Что, если он уже погиб?! Пожарные давно пропали в горящем здании, а Игоря все не было. — Где же ты... черт... Наконец я вижу фигуру, которая медленными шагами направляется в сторону лестничного крыльца. От волнения немеет все тело. Господи. Это он! Это он! Это Игорь. Пожарные тоже пропали в огне. Вдруг  я заметила знакомый силуэт. Послышался детский плач. Маленькая девочка с черными от сажи щёчками с силой сжимала шею Игоря и громко плакала. Он шел вперёд ровным, четким шагом, держа голову вверх, но глаза его очень сильно покраснели и наверняка ничего не видели. Ребенка забрал какой-то мужчина, а Игорь медленно-медленно пошел в мою сторону, едва сумев повернуть голову. Он держался за бок и тяжело дышал, смотря невидящим, мутным взглядом прямо на меня. Я сорвалась с места и подбежала к нему и, не сдержавшись, обняла. — Отойди,– это все, на что у него хватило сил, а после колени парня подкосились, и он осел на землю. Я тут же упала на колени рядом и, склонившись над ним, успела вовремя подхватить его руками за голову, чтобы Игорь не ударился об асфальт. Слезы огромными каплями падали ему на толстовку, и я даже не пыталась их остановить. Сняв с себя куртку, я бережно положила ее ему под затылок. Руки гладили его по щекам, пытаясь привести в чувство. Я чувствовала, как он тяжело дышит и лихорадочно соображала, чем могу ему помочь, пока скорой нет. — Игорь, очнись! Ты слышишь меня? Господи...– я рукой прощупала пульс сначала на шее, в области сонной артерии (11), а затем на запястье. Есть. Пульс есть! Он жив! Я склонилась ещё ниже, так, что расстояние между нами оценивалось в несколько сантиметров. Несколько прядей волос опустились ему на грудь. Воспользовавшись возможностью, начала пристально его осматривать. Кто знает, когда мне в следующий раз выпадет возможность увидеть все в деталях?! " А как же Катя? А плевать! Плевать я на нее хотела, понятно?! Где она сейчас шляется, когда должна быть здесь, рядом с ним??! Если она не стесняется втихаря общаться с Данилой, то почему мне нельзя посмотреть на Игоря, просто посмотреть! Я что, многого прошу?" У него была оливковая кожа лица, невероятно бархатная, гладкая, которой так и хотелось касаться. Она чуть блестела на солнце из-за выступившего пота. В области подбородка и щек едва заметно виднелась щетина, которая придавала Владу особый шарм, добавляя оттенки мужественности и чертовской, неземной привлекательности. Сейчас лицо немного испачкалось то ли в копоти, то ли в саже, но это не портило его, а совсем наоборот: напрямую говорило о том, что он герой. Я восхищалась им так, как еще никем не восхищалась. " Твой герой!"- ехидно заметил внутренний голос, и я даже не стала с ним спорить.- " Да!" Катя может им гордится... Сколько должно быть смелости в человеке, чтобы, ни о чем не думая, бросился в горящее здание за маленькой девочкой, рискуя своей жизнью??! Благородства и бесстрашия в нем все же больше, чем несерьезности и других отрицательных сторон... Все равно об этой мысли никто не узнает, так почему я не могу позволить признаться в этом хотя бы себе? Я все никак не могла от него оторваться, и это мгновение тянулось бесконечно долго, чему я была неимоверно рада. Густые, взъерошенные, цвета горького шоколада, волосы были очень жесткими на ощупь, но их все равно хотелось перебирать в своих руках, что я, собственно и делала, нежными движениями гладя его по шевелюре. — Игорь, ну давай...ну пожалуйста,- неустанно шептала я, переместившись с волос вновь на лицо. Такие высокие, широкие и чуть нахмуренные брови... Жесткие длинные, коровьи (12) ресницы, чуть подрагивающие. "Чего-чего?! Коровьи ресницы? Тебе похоже, любовь совсем мозги отшибла! Вика, ну ты даешь!" — Отвали,- отмахнулась я от самой же себя и продолжила начатое, запоминая каждую деталь до последнего миллиметра,  с упоением запечатлевая все это в памяти. Прямой, почти аристократический нос. Про такой наверняка говорят: гордый профиль. Действительно гордый. Он немного раскраснелся из-за поднявшейся температуры. Бедный... Наверное, ему очень плохо... Да где же эти чертовы врачи! Больше всего меня манили его губы. Обычно пунцовые, сейчас они выглядели почти бескровными и обветренными, однако от этого они не потеряли свой природный магнетизм, ведь еще оставалась чувственность, припухлость и четкий контур. А прямо над губой такая соблазнительная родинка... Боже, какой же он красивый... Неожиданно Игорь открыл глаза и сдержанно прокашлялся, попытавшись сделать глубокий вдох. — Слава Богу! Зовите врача!– выкрикнула я, облегчённо улыбнувшись и едва сдержавшись от того, чтобы не кинуться ему на шею. Игорь как-то странно улыбнулся и посмотрел на меня так, как не смотрел никогда. А его глаза...О боже, обычно карие, сейчас они были почти черные, настолько, что почти не было видно расширенных зрачков. Миндалевидные и очень большие, даже в такой ситуации они излучали дерзость, очарование, по капле наглости и лукавости. Слишком велик соблазн... Но я не могу. Это неправильно. А лицей все полыхал и полыхал за моей спиной...Огонь совсем разбушевался и, кажется, захватил несколько классов. Яркие языки пламени с жадностью уничтожали еще совсем недавно красивое здание. Беспощадно. Безжалостно. И очень быстро. Треск горящего здания резал слух. Языки пламени устрашали... У меня было ощущение, что пожар никогда не потушат... Этот огонь не остановить... Игорь протянул ладонь к моему лицу и заправил прядь за ухо, а затем тыльной стороной провел по щеке, очертив пальцами мой подбородок. Я тяжело сглотнула и лишь на секунду прикрыла глаза, а потом быстро опомнилась и перехватила его руку, почувствовав выпирающие, пульсирующие вены. Я ловила его тяжелое дыхание губами. Осознание, что мы дышим одним воздухом...до головокружения... До мурашек... Но мы были не одни. На нас смотрели все. Один миг длиннее вечности. — А...А... Ариэль (13)...– слабо пробормотал Игорь, и улыбка на его лице стала расползаться ещё быстрее. Господи, что он несёт? Какая Ариэль? Неужели у него возникли галлюцинации из-за отравления угарным газом (14)? Он все продолжал меня рассматривать, бережно стирая большим пальцем дорожки слез. Так аккуратно. Так трепетно. Едва касаясь... Ощущение до дрожи в каждом пальце... — Мы не в сказке, Эрик, (15)– прошептала я, коснувшись указательным пальцем подбородка, испачкавшегося в саже,- тебя пригрело горящей балкой, дорогой? Несколько быстрых движений, и я достала из кармана брюк платок и очень осторожно протерла лицо Игоря, а затем нарисовала ему от родинки над губой две четкие черные линии, напоминающие усы. Если б он притворялся, то такого поступка с моей стороны точно не потерпел. Он продолжал смотреть на меня все тем же глубоким, каким-то вожделенным взглядом. Я терялась в догадках: что же такого ему мерещится? Он видел прекрасный закат или рассвет, который нежно-розовой, вперемешку с алой и самую каплю оранжевой краской разлился по небосклону плавными переходами от одной  краски к другой золотистыми полосами. Это была краска, которая своим великолепием не уступала ни солнцу, ни его лучам... Боже, как же красиво...Он никогда не видел такой красоты...  Он слышал шум плескающегося океана. Он слышал крик чаек или альбатросов, с шумом носившихся над берегом и волнами, которые с диким, свойственным лишь им грохотом, разбивались о скалы, оставляя после себя кружево пены. Скалы были самые разные: большие и маленькие, ровные и крючковатые, но все они, как одна, кричали о своем могуществе, которому поклонялась даже водная стихия. Если это рай, то он согласен остаться здесь навсегда. Если...если он умер, то ему не нужна жизнь без той, что над ним склонилась. Он согласен на все, но только рядом с ней. Не смейте ее отнимать у него!.. Даже великолепие вокруг уступало ее изяществу, благородству и неприземленности. Он видел ее. Эти фарфоровые, нежные руки, которые неустанно пытались привести его в чувство. Эти большие синие глаза, в которых застыли слезы. О чем она плачет? Неужели о нем? Неужели он достоин ее слез?! Он с вожделением касался ее, словно чего-то недосягаемого, запретного и святого. Он так хотел коснуться ее губ, но подняться совсем не было сил... Хотя бы ненадолго! Хоть на секунду сорвать сладкий, медовый поцелуй с ее губ, так терпеливо ждущих лишь его одного... Ее длинные, густые волосы, отдающие багровым свечением, так удивительно, так маняще пахли, что он не мог не пропускать шелковые пряди через свои пальцы. Он любил ее? Непременно любил. Такую загадочную, такую таинственную, такую прекрасную, такую красивую. Такую любимую. Это была его Ариэль. Его неповторимая Ариэль. — Ты...ты снова спасла меня...– он все утирал пальцами застывшие слезы прекрасной красавицы и не понимал: почему она плачет, если он жив, если он готов весь мир бросить к ее ногам,( только ее!)– не оставляй меня, слышишь? Не оставляй! — Игорь... — Пообещай мне! Пообещай, что ты меня не бросишь в этот раз! — Я не брошу. Слышишь? Не брошу!– я обхватила его ладонь своими двумя и, не сдержавшись, прижалась к ней лбом. – Все будет хорошо. Пожалуйста, не нервничай. Я буду рядом. Я с тобой. Я тебя не оставлю. Никогда не оставлю. Подбежавшие врачи положили носилки на землю и тут же начали выполнять все необходимые манипуляции, чуть отстранив меня в сторонку. — Он...он бредит,- поднимаясь с земли, сказала я, наблюдая за тем, как Игорю одевают кислородную маску. Он отчаянно дергался на носилках и рвался ко мне, прося, чтобы я его не оставляла. Мне пришлось взять его за руку, в очередной раз сдерживая слезы и подождать, пока врачи ему что-то уколют. Я переживала так, что меня трясло, как в лихорадке. Игорь успокоился только тогда, когда на него наконец подействовал какой-то препарат и перестал кричать, а потом его быстро погрузили в машину скорой помощи и закрыли двери. Мое сердце обливалось кровью, вспоминая его просьбу, вспоминая этот взгляд, полный нежности и любви, вспоминая эти прикосновения и его слова. Я зажала лицо руками и расплакалась, не сумев совладать с собой. И только сейчас я наконец смогла себе признаться, что я окончательно потеряла голову от Игоря. Безрассудно. Безразмерно. Безответно. Безмерно. Безумно. Но я влюбилась в него. Примечания: 1) Шанель- Chanel S. A. (произносится Шане́ль) — французская компания по производству одежды и предметов роскоши, основанная модельером Коко Шанель в Париже в начале XX века. Компания принадлежит Алену Вертхаймеру и Жерару Вертхаймеру, внукам Пьера Вертхаймера, который был деловым партнером Коко Шанель. 2) МКАД- Московская кольцевая автомобильная дорога (МКАД) — автомобильная трасса в Москве, бессветофорная кольцевая автомобильная дорога, с 1960 до 1984 гг. являлась административной границей города. С 1980-х годов в состав Москвы стали включать районы за пределами МКАД. 3) Итоговое декабрьское сочинение — это рассуждение на заданную тему с привлечением литературных аргументов для подтверждения тезиса. В качестве аргументов можно приводить художественные произведения, дневники, мемуары, публицистику, произведения устного народного творчества (за исключением малых жанров — загадок, пословиц, поговорок) и другие источники отечественной или мировой литературы. Пишется выпускниками 11 классов в качестве допуска к экзаменам. 4) ЕГЭ- это единый государственный экзамен, который сдают выпускники 11 классов для поступления в высшее учебное заведение. 5) Фестив грейп ( Greenfield Festive Grape) - это не совсем чай, так как непосредственно чая в составе нет, это напиток из гибискуса, молотых сушеных яблок, плодов шиповника и листьев винограда. 6) Гринфилд (Greenfield )— достаточно известный в России бренд чая. Основан он петербургской компанией «Орими Трейд», а зарегистрирован на специально созданную британскую компанию Greenfield Tea Ltd. Выпускаемый под маркой Greenfield чай в большинстве своём отличается весьма приличным качеством, но есть и посредственные варианты. 7) Айриш кофе (кофе по-ирландски) – это крепкий чёрный кофе с сахаром, щедро сдобренный ирландским виски и увенчанный слоем снежно-белых, слегка взбитых сливок. 8) Ристере́тто, также иногда называемый корто (corto), шранк (shrunk), литерэлли (literally) или шот (shot) — наиболее крепкий кофе, который готовится в объеме меньшем, чем эспрессо. 9) Бичерин – кофейный коктейль, состоящий из 3 слоёв: внизу – горячий шоколад, посередине – кофе, сверху – взбитые сливки. От всех других кофейно-сливочных напитков отличается обязательным наличием шоколада (иногда – шоколадно-ореховой пасты джандуйю, а в «диетическом» варианте – какао). 10) Раф- Популярный в России и странах бывшего СССР кофейный напиток, появившийся в конце 1990-х годов. Готовится путём добавления нагретых паром сливок с небольшим количеством пены в одиночную порцию эспрессо. Основное отличие от латте - в использовании ванильного сахара и сливок вместо молока. Часто подаётся с сиропом. 11) Сонная артерия - парная артерия, берёт начало в грудной полости, правая от плечеголовного ствола и левая - от дуги аорты, поэтому левая общая сонная артерия на несколько сантиметров длиннее правой. Кровоснабжает мозг, орган зрения и большую часть головы. В области ее месторасположения обычно прощупывается пульс. 12) Коровьи ресницы- ресницы как у коровы-это значит длинные. 13) Ариэль  — переводится как «божий лев» и Ариэль (ангел) — имя ангела в иудаизме. Главная героиня полнометражного мультфильма «Русалочка», снятого компанией Уолта Диснея в 1989 году, по мотивам сказки Ханса Кристиана Андерсена. Морская дева Ариэль - младшая из семи дочерей морского царя Тритона. Изначально жила в Атлантике со своими друзьями - крабом Себастьяном и рыбкой Флаундером. У Ариэль голубые глаза, длинные волнистые красные волосы, зелёный хвост и фиолетовые ракушки-бикини. Озвучкой Ариэль занимается актриса Джоди Бенсон. 14) Угарный газ- — (монооксид углерода, СО), бесцветный, лишенный запаха ядовитый газ, который образуется при неполном сгорании ископаемых топлив; он присутствует, например, в составе угольного газа и выхлопных газов автомобилей. Наиболее известны отравления угарным газом, которые сопровождаются рядом тяжелых симптомов, вплоть до зрительных и слуховых галлюцинаций. 15) Эрик - принц Эрик (англ. Prince Eric) — девтерагонист диснеевского полнометражного мультфильма 1989 года «Русалочка».
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты