Отражение

Слэш
NC-17
Заморожен
5
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
21 страница, 4 части
Описание:
С наступлением лета Чимин желал отдохнуть на славу со своими друзьями, но он и подумать не мог, что в первый день их официальных каникул загремит в какой-то задрипанный трейлер местных отморозков, так ещё и должен будет отдуваться за ошибку друга.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
5 Нравится 1 Отзывы 4 В сборник Скачать

Глава 4

Настройки текста
С места происшествия Чонгук гнал даже не оборачиваясь, лишь плотно смотря в лобовое и не отводя взгляд, а Тэхён, который успел запрыгнуть в автомобиль за пару секунд до настигающей их полицейской машины, сейчас держался за свои волосы и чуть ли с копнами те не выдёргивал. Нет, друг определённо знал на что шёл и что это мероприятие может ожидать в конце — кульминация: вышедшие из-за занавеса легавые и предупреждение о несанкционированных гонках в громкоговоритель. Да любой человек знает, что помимо приличной суммы штрафа это ещё пару лет за решёткой. — Он забрал Чимина, — Ким говорил как-то неприлично спокойно и Чонгука этот тон пугает больше всего. Чон знал Шугу, но откуда его знал Тэхён? — Блять, что нам теперь делать? Чонгук молчит, обдумывая произошедшее. Всё случилось так быстро, что он даже не успел потянуть блондина за руку, как его уже уволокли в сторону Мустанга и заперли, а брюнет, поджав хвост, запрыгнул в свой Камаро и дёрнулся с места, даже и не думая, что с Чимином может сделать этот человек в порыве злости. А Шуга разозлился на проигрыш. — Чонгук, что нам теперь делать? — повторяет Тэхён, чем непременно водителя раздражает. Он и сам не знал, ведь в голове ни одной мысли. Когда Камаро паркуется в какой-то бедном районе города, парень поворачивает ключ в зажигании и накрывает ладонями собственное лицо. Проблемы с Шугой, украденный этим самым Шугой Чимин, деньги, которые чертовски нужны на операцию сестре. Операция совсем скоро, а кредит ему никто не одобрит, собственно, выигранные деньги нужны позарез. — У тебя есть пятьдесят тысяч? — вопрошает Чонгук, хотя и так прекрасно знает ответ. Ловит тэхёнов взгляд даже закрытыми глазами. — Ты шутишь что ли? Я — студент, у меня дай боже найдётся хотя бы тысяча, — выдыхает Ким. — Стипендия только через неделю из-за задержки, да и её не хватит, чтобы Чимина выкупить. — Откуда ты знаешь Шугу? — Чонгук убирает ладони с запотевшего лица, ощущая, как виски начинают гудеть из-за всего мозгового штурма и настеливших в одно мгновение проблем. Как было бы круто родиться в обеспеченной семье, как было бы круто сидеть на жопе ровно, не работая, и отрываться, отдавая в баре чаевые, равные его годовому заработку. Увы и ах. Тэхён молчит, словно выжидает, что вопрос растворится сам собой и это навевает Чонгуку не самые приятные мысли. С Шугой знакомы только отчаявшиеся, а Ким не похож на отчаявшегося и знает он его слишком долго. Ким раскрытая книга, у него не может быть тайн. — Тэ, откуда ты знаешь Шугу? — вновь долетает вопрос до тэхёновой черепушки, а синеволосый не решается рассказывать и если минутами ранее сверлил Чонгука глазами, то теперь врезался ими в окно со своей стороны. В салоне повисла глухая тишина. — Тэхён… — Да какая разница?! — неожиданно вскрикивает парень с пассажирского, краснея от стыда и одновременно злости. Чонгук же хмурится, потому что вопросов ещё больше. Парень тушуется, молчит ещё недолго, словно со своими мыслями разбирается, а после наконец открывает рот, но взгляд опускает в пол машины, словно провинившийся ребёнок. — Я в завязке. Чонгук молчит, хотя на лице его буря эмоций. Пока преобладает удивление. — Ты… что? — не верит брюнет. Он надеялся, что ослышался, но Тэхён покраснел ещё сильнее и даже глаза закрыл. — Да, Гук-и, я покупал у Шуги дозу, — признаётся синеволосый, но весь поток отборного мата со стороны водителя прерывает, видимо желая объясниться: — Я не хотел начинать, правда. Впервые я попробовал на вечеринке, в семнадцать, на которую ты тогда не пошёл. Я был пьян в стельку, мне предложили, а я согласился. Сначала я ничего не понимал, а когда мне задрали рукав и зажали жгутом, вкалывая какую-то дрянь, было уже поздно. Как я узнал позже — героин. Было бы не так хреново, если бы мне не кололи внутривенно, и возможно у меня бы не образовалась зависимость после одного раза, но видимо мой организм слишком слаб, поэтому уже через два дня у меня началась дикая ломка. Я помню, что снова пошёл на вечеринку, а там долго искать дилера не пришлось, меня направили к Шуге, который на таких тусовках всегда со своими псами тусуется, — Тэхён сминает края футболки, перебирая пальцами, а на лбу у него выступила испарина пота, сейчас сверкающая под светом матушки луны. — Год назад я завязал. Это было очень сложно, и я даже посещал всякие наркологические центры, и, да, тогда я не улетал к родителям в Тэгу — меня положили в клинику. Мне это было нужно. Было сложно, больно, но нужно. Гук-и, я не хотел всего этого, но ты не представляешь, как это сложно побороть, особенно вначале, когда тебе кажется, что ты можешь с лёгкостью бросить это дерьмо, как будто никогда в твоей жизни и не было всего этого. Чонгук молчит, слушая друга и смотря в лобовое. Осуждал? Да, есть немного. Но ещё больше он был разочарован тем, что Ким не доверил ему столь ужасную тайну, когда Чон в свою очередь делился всем. Он бы помог ему, хотя бы морально, не позволил Ким Тэхёну тащить столь непосильную ношу на своих плечах. Вскоре со стороны пассажира слышится всхлип, и брюнет сразу же разворачивается, заключая синеволосого в свои объятия, игнорируя мешающийся посередине ручник. Он обвивает тэхёнову шею, тянет к себе, чтобы тот уткнулся носом, топил кожу слезами. Чонгуку самому больно, потому что не знал, потому что не видел очевидного. Тэхёну было плохо и больно, а самое главное, наверняка, одиноко. Проплакал Тэ в чонову шею наверное минут пять, а после нехотя отстранился и стал утирать краснющий нос вместе с щеками, где до сих пор не застыла солёная влага. Чонгук же зудящую кожу, запачканную слезами, тереть не стал, продолжал успокаивающе поглаживать синие волосы друга. — Всё позади, да? — Чонгук говорит тихо, боясь нарушить повисшую тишину после. Было немного неловко. — Я завязал, — кивает Тэхён. — Больше не повторю своих ошибок. Я не наркоман. А сейчас нам нужно спасать Чимина, потому что это мудак может сделать с ним всё что угодно. Как раз в этот момент Чон ощущает в кармане вибрацию, быстро доставая телефон, из дисплея которого на него смотрит мило улыбающаяся мордашка друга. Он проводит пальцем по экрану, начиная лепетать даже не задумываясь, а услышал знакомый голос, прижимается лопатками к спинке сиденья, почти прирастая к ней. Выслушивает всё брюнет в тишине и с хмурым выражением лица, а когда звонок наглым образом сбрасывают, молчит какое-то время, пока Тэхён не разбавляет тишину не менее обеспокоенным голосом: — Это был он? Чонгук кивает, вновь заводя мотор и выезжая из переулка.

***

Чимин, слыша адресованные Чонгуку слова, даже дышать перестал, потому что… Шуга действительно привяжет его к капоту? О, боже. В горле запершило, но прокашливаться в таком тесном помещении Чимин ни коем образом не желал, потому что четыре пары глаз вновь на него уставятся как на какого-то прокажённого. От их взгляда и так кожу иголками прокалывало, а после угроз так совсем не по себе стало (будто до этого было по себе). — Даже не поиздеваемся? — усмехается Хосок, наглым образом проводя по волосам Чимина своими пальцами, пачкая белые локоны чем-то чёрным, словно мазутом. Пак не дёргается, но нарушение личного пространства ему явно не нравится. — Отстань от парня, Хоуп, он и так до усрачки напуган. Если он здесь обделается — убирать сам будешь. — доносится со стороны пуфиков, но Чимин даже внимания не обратил, кто говорил. А говорил широкоплечий. Хосок прыскает со смеха, но руку убирает, отправляя её обратно на спинку дивана. Мысленно, за сказанное, мужчину Чимин поблагодарил. — Так каковы прогнозы, кэп? — вновь доносится со стороны дивана, пока Юнги вновь подошёл к тумбе и припал губами к бутылке из-под пива. — Ждём нашего гонщика с сумкой, думаю подъедет ровно к назначенному времени, а то будем ему по почте отсылать за каждый просранный час по одному пальчику принцессы. — беловолосый говорит безэмоционально, так, словно действительно каждый день этим занимается, и у Чимина вновь перехватывает дыхание. Да он от испытываемого волнения скоро с чем-то нервным сляжет и до конца жизни будет ходить как какой-нибудь зашуганный додик. — Хён, ты какой-то слишком суровый, — ухмыляется мужчина, сидящий рядом с широкоплечим, и сейчас Пак мог по достоинству оценить своего вымогателя, однако пробежался по чужому образу мельком. Не хватало ещё, чтобы ему двинули за то, что пялится. — Расслабься, не придётся парня ломать. А ты, — теперь он точно обращается к Чимину. — Не ссы. Мы самые добрые хёны на этой планете. Меня, кстати, Намджун зовут. Самые добрые, как же. Тогда Чимин охренеть какой злой. — Ч-чимин. — запинается блондин, поклонив голову, тем самым вызвав у Намджуна усмешку. — Да расслабься ты, — приземляется на спину рука черноволосого (Хоупа, вроде, по крайне мере так его назвали), от чего Чимин вздрагивает и вызывает ещё одну косую усмешку. — Я вот Хосок, будем знакомы. И мы вообще-то не отрезаем пальцы. Ломаем, максимум. Но ты миленький, так что думаю до этого не дойдёт. Ещё один мужчина на пуфике молчит, даже не смотря на Чимина (и Пак этому несказанно рад), но его представляет Намджун: — Это Сокджин. Он у нас тут самый старый, — и получает от этого самого Сокджина кулаком в плечо. — Ну, в смысле взрослый. — Намджун-и, не забывай, что ты жив только благодаря моей стряпне. — доносится со стороны старшего, и тут Чимин даже уголком губ улыбается, благо этого никто из присутствующих не видит. Ну, так думал Чимин, пока не наткнулся на изучающий взгляд Шуги, по-прежнему сидящего на тумбе и хлеставшего своё отвратительное пиво, только теперь не морщась. Укол кофейных глаз пробирал до мозга костей и от этого взгляда Чимину хотелось спрятаться, и одновременно сидеть под ним, как под летним солнцем. От этого стало ещё постыднее, поэтому вскоре Пак взгляд отвёл, раскрасневшись как какой-то спелый помидор. Следующий час мужчины уже вели себя более активно, открывая пиво и просто слушая какую-то рок-группу на фоне, переговариваясь о чём-то, во что Чимин вообще-то не вслушивался. Он не любитель греть уши, а ещё боялся услышать что-то, связанное с самим собой. Расчленение на словах расчленяло его в жизни и в режиме реального времени, серьёзно. Больше Шуга на него не смотрел, но вёл себя мужчина достаточно отстранённо, иногда вбрасывая какие-то шутки, от которых присутствующие подрывались со смеху и гадили разливающимся пивом поверхности. На Чимина даже пару раз попало, и он бы возмутился, если бы не пугающий его до усрачки Хосок. Подъехавшая машина сообщила о себе софитом фар, пробивающимся сквозь зашторенные жалюзи маленького окошка. Намджун убавил стереосистему, поставил недопитое пиво на столик и поднялся. За ним повторили остальные, а вскоре вновь обратили внимание на Пака и взяли его с обеих сторон за плечи, словно он идиот какой-то и может податься в бега. В незнакомом лесу. Ну, да, в этом весь Пак Чимин, особенно у которого сегодня инстинкт самосохранения не то отключён, не то слишком сильно обострён. Выходя на улицу, Чимин даже задышал по-новому. Даже несмотря на то, что к запаху трейлера он привык, дышать свободой стало легче. Камаро Пак узнал сразу, но с места не шелохнулся, покорно играя роль пойманной в ловушку жертвы, стоя в стороне, рядом с трейлером, пока побоку от него ютились Намджун и Хосок. Джин стоял недалеко в стороне, меланхолично закуривая сигарету и выпуская из-за рта плотные клубы дыма, а Шуга стоял впереди с засунутыми в карманы ободранных джинс руками. Чонгук вышел из машины через пару секунд после сбора старших, захватив с собой сумку, набитую деньгами и напоследок сказав что-то Тэхёну, видимо предупреждая сидеть в машине. Но синеволосый долго не выдержал, и даже несмотря на страх и предупреждение, вышел, чем вызвал у Чона нескрываемое раздражение и укор во взгляде. — Зайка вовремя. — говорит Шуга, наблюдая за медленно подходящим к нему Чонгуком. — Вот твои деньги. — осторожно поясняет Чон, ставя сумку на землю, так, словно это было ограждение, которое нельзя переступать. Однако у Мина никогда не было запретов, посему Чонгук получает удар по лицу и пятится назад, но не успевает даже сообразить, как Юнги уже плотно держит его за воротники футболки и немного приподнимает на носках. Шуга был чуть выше Чонгука, но незначительно. — Ровно пятьдесят тысяч и твоя избитая мордашка, и тогда считай квиты, — ухмыляется Мин, стискивая в своих пальцах вороты чужой футболки. Чонгук же молчит, пока из его разбитой губы сочится кровь. — Это я ещё добрый, Чонгук-и, это я ещё исключаю тот факт, что ты протаранил мою детку, а ремонт, вообще-то, денег стоит. Чимин стоит молча, сомкнув обе губы в одну тонкую ниточку, наблюдая со стороны. Разборки в жизни заставляют адреналин в крови разбегаться очень быстро, что аж потрясывать начинает. А возможно то от страха. Тэхён же стоит в стороне и даже не двигается, хотя на его лице какие-то нечитаемые для Пака эмоции. — Там не пятьдесят тысяч, — сообщает Чонгук, получая со стороны беловолосого неоднозначную реакцию. — Мне нужны деньги, поэтому я привёз только половину. Остальную половину я обязательно отработаю, обещаю. Моя сестра… — Каким хуем ты отработаешь у меня половину? Ты за гонки зарабатываешь сущие гроши. Может мне прямо сейчас нужны деньги, вот эта самая половина? — Шуга говорит холодно, режет сталью, но Чонгук настроен решительно, видно по глазам. — Следующая гонка, и я обязательно всё верну. Шуга усмехается, закатывая глаза к небу, словно над ним решили ахуенно так пошутить. — Я мог сам выиграть эти деньги. Я по сути и выиграл. Ты, получается, берёшь у меня в долг ровно половину? — Юнги опускает карие омуты вниз, смотря на брюнета, а тот, нехотя, но кивает. Легче согласиться. Проще согласиться на долг, чем присваивать законный выигрыш себе. — Я отработаю. — соглашается Чонгук. — Конечно отработаешь, — приторно улыбается Мин, отпуская Чона, приглаживая вороты его футболки и хлопая ладонью по щеке, как какому-то маленькому мальчику. — И друзяшки твои отработают. Чонгук хмурится, но молчит. Он не хочет никого втягивать. — Ты против? — Юнги продолжает улыбаться. — Я бы не хотел их ввязывать. — Ты ввязал их, взяв на гонку. Тем более я знаю тебя, Чонгук-и, я знаю, что ты у нас резвый, а значит съебёшься, если надо будет. Твоя Мальвина и принцесса будут отличным стимулом оставаться при долге, ведь ты знаешь, что будет, если ты меня предашь. За двадцать пять тысяч я их даже убивать не буду, потому что это слишком быстро и просто. У меня бурная фантазия, а у них нет шансов сбежать, — Юнги недолго молчит, словно читая реакцию младшего, а затем вновь улыбается, сверкая дёснами. Эта улыбка казалась бы Чонгуку милой, если бы не диалог. — Кстати, твоя вторая подружка-блондинка мне понравилась, — Мин говорит громко, чтобы услышали все. — И он бы неплохо отработал какую-то часть твоего долга. Но это смотря как он постарается. Чонгук молчит, а лицо его не выражает ни одной эмоции. Просто застыл. Просто прирос к земле. — Я отдам деньгами. Позже. — сообщает брюнет спустя секунд пятнадцать немого молчания. — У тебя же нет денег, — парирует блондин. — Есть? Тогда возвращай. — Я… Потом… Обещаю, Шуга, просто дай мне совсем немного времени, хорошо? — Чонгук, всё в порядке, — встревает в их разговор Чимин, привлекающий к своей персоне взгляды всех стоящих на улице. Даже Джин как-то заинтересованно на блондинчика посмотрел, зажав меж пухлых уст горящую полоску. — Я отработаю.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты