Обещай мне

Слэш
NC-17
Завершён
404
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
97 страниц, 13 частей
Описание:
Нарушь клятву, чтобы исполнить её.
Разбей сердце, чтобы уберечь его.
Отпусти любовь, чтобы сохранить её.
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
404 Нравится 180 Отзывы 112 В сборник Скачать

Глава 5. Расплата

Настройки текста
Райнар еще несколько раз пытался выяснить, кто был любовником Алана до него, но эти разговоры всегда приводили к молчанию. Алан никак не объяснял свою опытность в любви. Он не мог рассказать принцу, что человек, которого он считал самым близким в данный момент, – продажная шлюха. От мысли, что Райнар может узнать об этом, его охватывал страх. Тем временем сплетни о том, что у принца появился фаворит, расползлись по дворцу. Слуги неоднократно видели их вместе в постели. Алан иногда, во время завтраков или обедов (ужинал он теперь исключительно в покоях принца), замечал в столовой Лиану, и она понимающе улыбалась и кивала ему. Крейна и Кантену мало интересовали сплетни, ходящие среди слуг и обитателей дворца, потому они не задавали ему вопросов. Однако в библиотеке прибавилось народу: туда то и дело забегали придворные дамы по одной, стайками или в сопровождении кавалеров, только чтобы краем глаза посмотреть на юношу, привлекшего внимание принца. Алана это раздражало, особенно потому, что он не мог остаться наедине с собой и часами читать, забыв обо всем. Несколько раз с ним даже пытались заговорить. Алан терпеливо искал выдуманные книги, которые просили у него дамы, вежливо отвечал на вопросы, но мысленно стонал от невозможности избавиться от надоедливых посетителей. Он все чаще стал убегать в парк, в домик на дереве, и там проводил время. Райнар иногда находил его там и сочувствующе сжимал плечо. – Ты живешь здесь всего два месяца, – сказал он однажды, когда они сидели в доме на дереве, – а я терплю это всю жизнь. И тебе придется привыкнуть. – Я не собираюсь привыкать к этому. Алан сказал не подумав и вдруг наступившее напряженное молчание осознал не сразу. – Ты хочешь бросить меня? – испуганно спросил Райнар, когда Алан поднял на него взгляд. – Нет, что ты! – И в этот момент он действительно понял, что не хочет расставаться с принцем. – Но, я надеюсь, их интерес скоро схлынет, ведь я ничем не примечателен. Райнар посмотрел на него с насмешкой и восхищением одновременно. – Ты самый удивительный человек из всех, кого я встречал, – признался он чуть смущенно. – И ты совсем не знаешь двор, если думаешь, что интерес к тебе пропадет. Скажи спасибо, что они еще не начали плести интриги… Тут он вдруг нахмурился, как будто ему в голову пришла дурная мысль. Алан толкнул его плечом. – Что они могут сделать? – Соблазнить тебя, например. Среди местных дам и мужчин есть такие, от чьей красоты трудно отвести взгляд. Я в сравнении с ними покажусь тебе уродом. Алан положил руку ему на щеку и повернул его голову к себе. Поцеловал легко раз, другой и третий, а потом серьезно сказал: – Ты всегда кажешься мне красивым, Райнар. И дело не во внешности, не это главное, поверь. Ты хороший человек, добрый и умный. Я никогда не променяю тебя на кого-то. Райнар улыбнулся ему и прижал к себе. – Обещаешь? – Обещаю. Алана этот разговор привел в странное волнение. Он считал дни до последнего летнего месяца, когда в честь принца должны были дать бал, и все думал о разговоре с сиром Дейном. Позволит ли он остаться рядом с принцем? Каковы его планы? Эти вопросы пока оставались без ответа, и Алан боялся спрашивать. Еще в доме удовольствий он привык довольствоваться малым, жить одним днем, ведь он не мог предположить, что его ждет завтра. Так и во дворце он сдерживался, научился ловко сбегать от придворных дам и кавалеров, молчать о том, что его беспокоило, в разговорах с принцем. Райнар между тем чувствовал, что от него что-то скрывают, а потому становился более требовательным в отношениях и в постели. Вскоре во дворце начались первые приготовления к предстоящему празднеству. Идя по утрам в сторону кухонь, Алан видел во дворе вереницы телег с провизией. Коридоры дворца украшали цветами и гирляндами. А войдя однажды вечером в покои принца, Алан застал его в компании портного, снимающего мерки и подбирающего ткани. На стульях и диванчиках в художественном беспорядке лежали отрезы всех оттенков зеленого и серого, даже голова начинала кружиться. – Алан! – Принц, отвлекшись от портного, подозвал его к себе и представил: – Это Алан Эйр, мой близкий друг. Ему тоже нужно подготовить парадный костюм. Портной кивнул, окидывая Алана профессиональным взглядом. – Это вовсе ни к чему, – воспротивился Алан, замахав на него руками. – Я не собираюсь на бал. – Пожалуйста! – Райнар посмотрел на него с такой мольбой, что он затих. – Мне нужно, чтобы ты был рядом, пожалуйста. Тебе необязательно стоять рядом со мной, но мне будет легче пережить это испытание, если я буду уверен, что ты среди гостей. – Я с гораздо большим удовольствием подождал бы тебя здесь, – смягчаясь, сказал Алан. – Ты нужен мне. Пожалуйста, – повторил Райнар, и он сдался. Это не было хорошей идеей, но согласие привело принца в удивительно возбужденное состояние. Когда портной ушел, Райнар целовал его крепче обычного и потянул в постель, хитро улыбаясь. На вопрос, почему у него такое хорошее настроение, он ответил: – Ты не можешь мне отказать. Это добрый знак. Алан действительно не мог, и причина крылась вовсе не в указании сира Дейна и не в желании самого Алана привязать принца к себе как можно крепче. Просто доверие Райнара оказалось важным для него, и Алан не хотел его подвести. Особые отношения между принцем и Аланом тем временем не остались незамеченными и командующим королевской гвардией. Сир Дейн не вмешивался в происходящее между юношами, но в одно жаркое августовское утро за несколько дней до бала в честь принца он вызвал Алана к себе. Гвардейцы явились прямо в библиотеку и под недовольным взглядом архивариуса увели его помощника. Алан с трудом вспоминал дорогу, которой шел. Минуло больше двух месяцев с тех пор, как он был здесь, и шел он тогда ночью в сопровождении служанки. Разговор с сиром Дейном происходил в той же комнате. Сейчас, в свете солнечного утра, гостиная эта казалась светлее и уютнее, хотя ей все равно было далеко до покоев принца. Сир Дейн встретил его за столом, учтиво поздоровался и предложил сесть напротив. – Итак, – начал он разговор, – вы с принцем подружились. – Даже больше, – ответил Алан, нахмурившись. – Я исполнил все, что вы приказали. – Да-да, я знаю. Сир Бейр, наставник принца, постоянно жалуется на его рассеянность. Первый признак влюбленности. Отличная работа. Алан посмотрел на него исподлобья, а Дейн между тем продолжил: – Ты будешь рад услышать, что твои услуги вскоре не понадобятся. Через семь дней состоится бал, и наутро после него в порту тебя будет ждать корабль в Варну. – Сир, – Алан ненадолго замялся, но это, возможно, был единственный шанс, – могу ли я остаться с принцем? Хотя бы ненадолго? До тех пор, пока сам не надоем ему. Дейн посмотрел на него как будто с пониманием, но отрицательно покачал головой и заговорил почти по-отечески: – Ты должен понимать, что тебе не место рядом с принцем. Твое присутствие в его жизни – лишь часть его воспитания и образования… – Я понимаю, – перебил Алан, в горле у него пересохло. – Я понимаю, что нужен только как постельная игрушка, но разве я не могу… – Твоя роль гораздо больше, чем ты думаешь. – Дейн снова покачал головой. – Ты больше, чем игрушка. Разве ты не заметил, насколько сильно принц влюблен в тебя? Цель была вовсе не научить принца постельным утехам – на это сгодился бы любой слуга. Нет, принц Райнар должен был влюбиться, и он влюбился так сильно, как это возможно только в первый раз. – Но… – Ты до сих пор не понимаешь? Ты должен разбить ему сердце. На празднике в честь Его Высочества ты должен выбрать другого мужчину и вступить с ним в любовную связь. А я позабочусь о том, чтобы он это увидел. О последствиях для себя можешь не волноваться: как я уже сказал, наутро ты отплывешь в Варну и больше никогда его не увидишь. Большая удача, что ты покинешь страну. Это как раз то, что нам нужно. От бессердечности этого плана Алан лишился дара речи и просто смотрел на командующего, не веря своим ушам. – Почему? – только и смог спросить он. – Почему вы... – Решаю вовсе не я, – с легким намеком на нетерпение ответил Дейн, – а король. Его замысел был в том, что принц должен научиться не доверять людям. В первую очередь – тем, кого он любит. – Это заставит его страдать… – И научит жизни. – Разве это жизнь? – горько спросил Алан. – Я не хочу… не могу на это согласиться. – Ты уже согласился. В противном случае Его Величество велит отрубить тебе голову – и дело с концом. Это заставит принца горевать ничуть не меньше. Ты сыграешь, как это говорится, свою роль до конца. И запомни: принц не должен ни о чем знать. С этими словами Дейн отпустил его. Алан шел обратно, немного покачиваясь, как будто кто-то хорошенько приложил его по голове. В ушах звенело. В библиотеку он в тот день не вернулся, и его даже не хватились. Алан провел время в своей темной, тесной келье, попеременно то злясь, то впадая в отчаяние. Вечером он не пошел к принцу, не чувствуя в себе сил притворяться и лгать. Райнар прислал за ним слугу, но Алан отправил его ни с чем, оставшись в одиночестве. Правда, продлилось это недолго. Когда за окном стемнело, тихий стук в дверь заставил его подняться. В коридоре одиноко горел факел, освещая взволнованное лицо принца и маячившего за ним охранника. – Что случилось? – спросил он шепотом. – Ты болен? Алан покачал головой, опуская глаза. – Нет, я просто устал. Хочу побыть один. Райнар смотрел на него молча, потом вошел, чтобы гвардеец, пришедший с ним, не слышал их разговор. Келья была темна: Алан не потрудился даже свечу зажечь. Райнар прислонился к двери и каким-то дрожащим голосом заговорил: – Не отмахивайся от меня, Алан. Все отмахиваются – и пусть, мне все равно, но только не ты. Неужели я тебе безразличен? Алан молча схватил его за руку и отвел к своей узкой койке. Они легли, тесно прижавшись друг к другу. Райнар завозился, сбрасывая на пол туфли, и лег, обнимая Алана поперек груди. Тишина продлилась недолго, любопытство и тревога принца были почти осязаемы. – Ты мне расскажешь, что случилось? Вместо ответа Алан втянул его в медленный, ласково-успокаивающий поцелуй. Все было понятно с самого начала, почему же сейчас он так разбит? Вздохнув, он немного отстранился и погладил принца по волосам. – Я просто весь день думал о том, что все это между нами продлится недолго. Ты принц, рано или поздно ты станешь королем, а я останусь в прошлом. Ты женишься, потому что должен; а кроме того, у тебя будут и другие увлечения, другие мужчины и женщины. – Никто не сравнится с тобой, – горячо возразил Райнар. – И зачем сейчас думать о том, что будет? Может, все сложится наоборот. Ты останешься единственным, ведь я люблю тебя и не представляю, как это может измениться. Алан снова погладил его по голове, сжимая губы. Райнар не знал, как мало у них осталось времени, а он знал. Может быть, и правда не стоило портить эти последние дни и оставаться в одиночестве? Однако он решил, что должен сказать кое-что. Принц был с ним откровенен, и он тоже может. В какой-то мере. – Я никогда не рассказывал тебе, как покинул Варну, не правда ли? – Нет, не рассказывал. Алан подумал немного, мягко зарываясь пальцами в его волосы. – Это случилось чуть больше двух лет назад. Варна – мирный город. У нас никогда не было своей армии или флота, только торговые корабли. Поэтому Варна всегда была лакомым кусочком для набегов. Два года назад корабли из Валии напали на мой город, разграбили его и взяли в плен множество людей, в том числе и меня. Так я оказался здесь, в твоей стране. Райнар беспокойно завозился. – Мне так жаль… – Ты не виноват, успокойся. Но я хотел бы попросить тебя дать мне одно обещание. – Принц затих в его руках, прислушиваясь. – Когда ты станешь королем, станешь править, обещай, что ни один твой корабль больше не нападет на Варну. – Обещаю, – тихо ответил Райнар. – Но ты взамен мне тоже кое-что пообещай: ты всегда будешь любить меня. Только меня. – Да, – прошептал Алан, сдаваясь перед ним и перед самим собой, – я всегда буду любить тебя, обещаю. Они так и уснули, целомудренно обнявшись и не сняв одежды. Утром принц был довольно хмур и с тоской посмотрел на жесткое ложе. – Как ты спишь на этом? Давай ты переберешься ко мне и больше не станешь спать здесь. Алан пожал плечами – теперь было все равно, где ночевать, и он считал, что раз уж времени так мало, то стоит провести его с принцем. Он перенес свои нехитрые пожитки в его покои. Эту неделю он почти не ходил в библиотеку, предпочитая ждать принца в его покоях. Впрочем, он иногда ходил с ним на занятия, чтобы вместе ездить верхом, или Алан наблюдал за сражениями на мечах. Принц был хорош в фехтовании, и после занятий Алан всегда увлекал его в укромный уголок, чтобы снять возбуждение, вызванное жарким зрелищем. За два дня до бала, когда праздничные одежды висели в гардеробной принца, а все приготовления были завершены, Райнар с задумчивым видом попросил Алана прогуляться с ним по портретной галерее на втором этаже дворца. Они выбрали вечернее время, когда обитатели замка, которых с приближением бала стало гораздо больше, сидели по своим гостиным и отдыхали после ужина. Их сопровождал гвардеец, но Райнар попросил его остаться на входе, а сам повел Алана вперед, освещая путь захваченным из спальни подсвечником. – Твои предки? – спросил Алан, когда они миновали с десяток портретов бородатых королей и прекрасных королев в богатых одеждах. – Да. Но я хочу показать тебе это. Они остановились у портрета милой девушки, и Райнар поднял свечи выше, чтобы дать возможность Алану рассмотреть его. Девушка была блондинкой с большими зелеными глазами, очень красивой. Художник изобразил ее во весь рост, в полной мере передав изящество и хрупкость фигуры. – Кто она? Райнар вздохнул. – Ты знаешь, что я ничего не хочу скрывать от тебя. И это не стану. Эта девушка – принцесса Эмбер Эфесская, моя невеста. Мы помолвлены с самого детства. – Она очень красива, – помолчав, сказал Алан, все еще рассматривая портрет. – Мне все равно, красива она или нет. Я показал тебе ее, потому что считаю, что между нами не должно быть секретов. Я должен на ней жениться, но одно твое слово – и этого никогда не будет. Юношеский пыл принца вернул Алану способность мыслить трезво, и вся его ревность испарилась, оставив только горькое сожаление о том, что никогда не сбудется. – Спасибо, что показал мне ее. Но ты был прав тогда: зачем думать об этом сейчас? Ты ведь не завтра женишься на ней. Они вернулись в покои в молчании. Принц смотрел на Алана умоляюще, но тот был не в настроении поддерживать разговор, поэтому и в постель они легли по отдельности и поначалу лежали, не прикасаясь друг к другу, что было необычно. – Алан, – заговорил принц, поворачиваясь на бок, – я хочу кое-что подарить тебе. – Ты и так подарил мне самое ценное – себя, – ответил Алан, тоже поворачиваясь к нему и проводя ладонью по его щеке. – Что может быть дороже? В глазах принца появился намек на улыбку, он приблизился и зашептал ему на ухо: – Я хочу, чтобы этой ночью ты взял меня. Алан чуть отстранился, чтобы взглянуть ему в глаза. Райнар говорил серьезно и краснел, смущаясь. Отказаться от такого подарка было невозможно. До сих пор Алан был тем, кто принимал страсть принца, но ему это не было в новинку, и он подчинялся, не смея надеяться, что когда-нибудь получит право на тело принца. Не желая напугать его поспешностью, Алан в подробностях объяснил, как следует готовиться к близости, и отправил Райнара в уборную, а сам выпил вина, стараясь успокоиться. Ему казалось, что прошла вечность, пока он ждал. Райнар вышел обнаженным, смущенно опустив глаза, и являл собой образец невинности, хотя уже не был невинен. Алан нежно уложил его на подушки. Этой ночью он утопил Райнара в ласках, неторопливо беря его раз за разом, шепча слова любви и принимая ответные признания. Провожая принца на утренние занятия фехтованием, он сказал: – Ты никому и никогда не позволишь делать это с собой. Только я могу брать тебя, запомни. Краска стыда, затопившая лицо принца, была лучшим ответом, однако Райнар все равно поцеловал его и кивнул, давая обещание. День праздника они провели врозь. Райнара с самого утра увели на прием, завтрак и обед он провел с гостями. Алан ожидал начала бала в покоях, надев костюм серо-зеленого цвета и собрав волосы шнурком. Последние ночи он изматывал принца, чувствуя скорое расставание, и сегодня его охватило опустошение. Время до вечера пролетело слишком быстро, и Алан почти испугался, когда за ним пришел слуга, чтобы позвать вниз. В огромном бальном зале было много гостей. Все сверкало, шумело, двигалось. Алан чувствовал себя как никогда одиноким. Райнар подошел к нему, чтобы сказать пару слов, но тут же был отвлечен гостями. Однако и Алану не удалось забиться в угол и провести там время до ужина: он еще в королевском архиве успел познакомиться с несколькими дамами и мужчинами, а потому был занят ничего не значащими беседами. С ним открыто флиртовали, и Алан, поймавший пристальный взгляд сира Дейна, расточал улыбки всем подряд, не зная, кого выбрать в любовники. Ему было все равно, кто это будет, а потому он пил больше, чем обычно. Миновал ужин, затем танцы; издалека Алан наблюдал, как принц Райнар приглашает то одну, то другую даму. В перерыве между танцами Его Величество взял слово и официально объявил Райнара, принца Валийского, своим наследником. Алан впервые видел короля Луиса Третьего. Он производил впечатление сурового человека, и Алан отвернулся во время речи, не желая смотреть на того, кто был способен сделать собственного сына одиноким и жестоким. Он мало представлял себе, что будет с принцем, зато знал, что сам будет горько страдать от того, что произойдет сегодня ночью. Найдя слугу, Алан схватил очередной бокал вина и наткнулся взглядом на одного из мужчин, часто заглядывавших к нему в библиотеку. Он не помнил ни его имени, ни должности. Пара улыбок, намеков взглядами, незаметное прикосновение рук – и вот уже Алан увлек его из зала в галерею. Здесь тоже гуляли гости, и Алан пошел дальше, ища укромное место. Наконец в дальнем конце галереи, куда почти не доносились звуки музыки и болтовня, нашелся тихий альков. Алан скрылся в его тени, принимая мужчину, последовавшего за ним, в объятия. – Не думал, что вам так быстро наскучит принц… – проговорил незнакомец, беззастенчиво шаря руками по спине и ниже. Алан содрогнулся. Возбуждения не было, были только пустота и необходимость. Он уже испытывал подобное в доме удовольствий, нужно было сделать это еще раз. Последний раз. – Не будем о принце, – сказал Алан, вовлекая мужчину в поцелуй. Сколько они возились в алькове, Алан не знал, но время казалось ему бесконечно долгим. Мужчина успел стянуть с него брюки, развернуть к себе спиной и нагнуть у холодной каменной стены. Алан принял в себя горячую твердую плоть, слушая стоны и вздохи, когда за их спинами раздался полный боли и горя возглас принца. Алан и его любовник быстро развернулись. Свет, падавший от садовых фонарей, и дальние факелы осветили три фигуры, стоявшие у алькова: принца Райнара, сира Дейна и еще какого-то гвардейца. Все они видели падение Алана. – Что… что здесь происходит? – надломленным, тихим голосом спросил Райнар. Ответом ему было гробовое молчание, которое прервал только сир Дейн. – Думаю, тут все очевидно, Ваше Высочество. Вы зря доверились этому человеку. Но сейчас не время и не место выяснять это. Эмри, – он обратился к гвардейцу, – уведи сира Эйра с праздника. – Нет, – хотел возразить принц, но сир Дейн его прервал. – Вы должны вернуться к гостям, Ваше Высочество. Поговорить с вашим… другом вы сможете и позже. Эмри! – Да, сир Дейн. Гвардеец схватил за руку Алана, едва успевшего привести одежду в порядок, и повел его через сад. Алан несколько раз оглянулся на все еще стоявшего в галерее принца, понимая, что видит его в последний раз. В голове шумело, но даже сквозь полную сумятицу в мыслях Алан понял, что они уходят из дворца. – Куда мы идем? – спросил он, когда они миновали сад и кругом вышли к подъездной аллее. – Увидите. Гвардеец замолчал. Они прошли по аллее к центральным воротам, где их ждала карета. Лакей распахнул дверцу, и Алан в сопровождении Эмри сел в нее. Копыта лошадей зацокали по булыжнику, напоминая Алану ночь его приезда во дворец: тогда тоже было темно, он сидел, не зная, куда его везут, а его тело еще чувствовало горячие мужские ласки. Но тогда на сердце у него не было так тяжело, и он не сожалел о том, что оставляет позади. По пути Алан успел задремать: действовало выпитое вино. Когда он проснулся, карета уже привезла их в порт. Они остановились у корабельного трапа. Их ждал юнга, покуривавший самокрутку на нижней ступеньке. Гвардеец сразу направился к нему, и юнга вскочил. – Это он? – Да. – Гвардеец повернулся к Алану и слегка поклонился. – Сир Дейн велел посадить вас на корабль и пожелать счастливого возвращения на родину, господин. Ваша плата ожидает в каюте. Всего доброго. Он еще раз поклонился и остался смотреть, как Алан в сопровождении юнги поднимается на корабль. Там его отвели в тесную, но опрятную каюту. На койке Алан обнаружил мешочек с золотом, обещанным королем. Сунув его под подушку, Алан упал на постель. Его охватила дрожь, но слезы не шли. Спустя столько месяцев ожидания, столько времени страстного желания вернуться домой сейчас его сердце стремилось остаться в Валии, с принцем, объяснить ему все, успокоить, уверить в своей любви… Но все, что он мог, – это лежать и ждать, когда же наконец придут слезы и принесут долгожданное успокоение. Конец первой части
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты