Через тернии канона

Отметьте ошибочки) =================== Спать на новом месте сомнительное удовольствие, хотя бы потому, что осознаешь, где спишь. А тайный дом гейш не лучшее место для хорошего сна, поэтому Зося, мучительно проспав за двое суток часов шесть, сидела в четыре часа утра за столом, попивая кофе и пытаясь сообразить на двоих, что писать дальше. Синяки под глазами и мешки от недосыпа были таким большими, что в них можно было складывать картошку. От кофе начинала болеть голова, и гипотоник рисковал скачком давления из-за чрезмерного употребления кофеина. При таком режиме жизни сердце обещало прийти без стука. Эксперименты с Мибу продолжались целых двое суток, пока доктор не соизволил явиться собственной персоной, застав своего друга детства с конфетой. Ория ненавидит сладкое, и не умеющий лгать взгляд Зоси всё выдал с головой. Доктор просмотрел весь лист, на котором велись записи, потребовал с нее объяснений написанному и, удовлетворенный результатом, удалился спать. Иномирянка же, пытаясь понять, каким образом ей свалить отсюда подальше и с концами, сидела за столом и в неверном свете рассветающего дня грызла карандаш. Давно был такой мультсериал, назывался «Фиолетовый карандаш». Там мальчик с карандашом мог нарисовать что угодно, и оно тут же становилось реальностью. Припомнив этот факт, Арсеньева нарисовала в пространстве прямоугольник, но он так и остался визуальным. Мысленно приложив руку к лицу, девушка вновь посмотрела на лист. «Кадзутака Мураки крепко спал в своей кровати, но вдруг проснулся с мыслью о том, что ему срочно нужно отправить Арсеньеву Зосю обратно домой и больше никогда ее не беспокоить». На плечо легла знакомая рука, отчего девушка едва не поседела, вздрогнув от неожиданности. Смешок. - Знаешь, почему это не сработало? – вызывая волну мурашек по спине, Кадзу склонился к ее уху. Вторая рука опустилась на правое плечо, и иномирянка попыталась скинуть обе ладони. Вновь смешок. – Потому что я не спал в этот момент. К тому же сам автор не может влиять на свою жизнь с помощью своего же письма. Ты должна была догадаться, моя дорогая. От последней фразы мурашки пробежали вниз еще раз, и девушка, оттолкнувшись от стола, заставила доктора отступить. Развернулась на стуле, метая молнии глазами и поджимая губы. - Что? – растянул губы в усмешке доктор. – Убьешь меня? «Спасибо, что подкинул идею», - не отвечая ему, девушка развернулась обратно и принялась что-то быстро писать, но доктор, перехватив ее запястье, больно сдавил, заставив выпустить перо. - Что же ты творишь, Зося-чан? – притворно-ласково поинтересовался Кадзу, сдавливая тонкими пальцами ключицу на левом плече. - А! – негромко шикнула Зося, пытаясь расцепить его пальцы. - Мне нужен сон и отдых, поэтому, - он извлек откуда-то из внутреннего кармана плаща наручники. – Ты любишь БДСМ? – с усмешкой произнес доктор. - Дурак! – из последних сил уставшая от недосыпа девушка рванула из его хватки к окну, но была перехвачена за талию. - Ория не выдержит еще одного твоего полета. И, вызвав внезапный смех, отдающий истерикой, в уставшем организме иномирянки, Мураки с легкостью сцепил ее запястья за спиной, подхватывая свою писательницу на руки. Слова ненависти застряли в горле, потому что ненавидеть того, кого любишь, это уже стокгольмский синдром, а это точно не про Арсеньеву. Девушка, покусав губы, отвернулась к белому плащу, сдаваясь на милость победителя. - Странно, что ты не додумалась об этом с самого начала, - пространно заметил доктор, чем-то напоминая интонацией Айона. Зося передернулась от ужаса. – Я бы на твоем месте сразу бы попытался убить. - Чего тогда ушел куда подальше? – мрачно проворчала девушка. – Небось, к пацанам пошел, кровушки свежей пить да забавы НЦсные вытворять, бесстыдник этакий? Серебристый смех был ей ответом. - Узнаю тон ревности Ории, - открывая дверь в свою комнату, произнес Мураки. – Он также говорил, когда я охотился за этим болваном шинигами. Арсеньева мрачно покосилась на него, мысленно отвечая «Сам болван». - А тут теперь наше ложе на эту ночь, - кладя свою драгоценную ношу на постель, очаровательно улыбнулся доктор, что в полутьме показалось хищным оскалом. - Спасите, - не удержалась девушка, попытавшись отползти к краю, но жутко мешали сцепленные сзади наручниками руки. Ох, нельзя показывать маньякам, что ты их боишься – они тогда нарочно начинают дразнить. Именно это и сделал Кадзу, улыбнувшись еще более очаровательно и придвинувшись к девушке. - Мы проведем эту ночь здесь. Я вколю тебе что-нибудь из личной коллекции, и мы отлично повеселимся. - Можно тогда мне Within Temptation внутривенно? – не удержалась от шутки Зося, хоть и дрожащим голосом. Вновь рассмеявшись, доктор отошел к шкафу и полностью разделся, отчего девушка едва не поседела второй раз. - Совсем стыд потерял! – отвернувшись к стене, воскликнула иномирянка. – Оденься немедленно! - Какое все-таки поразительное сходство с Орией, - накидывая на голое тело спальную юкату, задумчиво сверкнул механическим глазом доктор, подходя к кровати. Зося отодвинулась на самый край, рискуя слететь на пол. – Не волнуйся, - еще одна потрясающая улыбочка, и твердая рука заграбастала девушку к себе, прижимая к сильному телу. - Помогите, - карабкаясь, как черепашка, без возможности вырваться, пискнула девушка. - Я буду нежен, - пообещал доктор и, накрыв их обоих одеялом, прикрыл глаза. Тишина. Сквозь плотные шторы пробивается рассвет. Зося, вытаращившись как сова, не может уснуть и пошевелиться. Руки, сцепленные за спиной, затекли и непонятно во что упираются. «Халат, нога, живот…» Пока Зося мысленно перебирала анатомию своего обожаемого доктора, Мураки произнес: - Хватит так громко дышать. Я так не усну. И хватит чесать мне бедро. Чуть не плача, Арсеньева сжала кулаки, пообещав после вымыть руки с мылом. - Я не могу уснуть, - пожаловалась наконец девушка. – Мне трудно спать в присутствии мужчины. Мураки, хлопнув ресницами, развернул девушку лицом к себе. - Вот сейчас ты меня заинтриговала. - Да не в том смысле, дурак! – покраснела иномирянка, не зная, куда деть глаза. - Я понял, - решив, что она достаточно намучилась и окончательно наказана, доктор поднялся с постели и прошел к шкафу, где на второй полке лежал целый арсенал разных шприцев с какими-то жидкостями. Зося шумно сглотнула слюну, понимая, что теперь не сбежать. – Аллергия на лекарственные препараты имеется? – шутя, поинтересовался он, выбирая третий сверху слева шприц и идя обратно. – Не бойся, - серьезно сказал Кадзу. – Это просто анестетик. Уснешь, - он хмыкнул от каламбура: - Как убитая. - Ха-ха, - мрачно заценила его шутку Зося, пока он вколол ей в плечо препарат. Вскоре действительно веки начали наливаться тяжестью и, широко зевнув, девушка легла на бок и уснула. Доктор, сняв с нее наручники, отложил их на тумбочку, лег сам, укрыл свою автерессу и уснул. =========