Малика с восточного побережья: Хогвартс AU: Четвёртый курс

— Просто пускают пыль в глаза, — пояснила высокая девушка, темноволосая и темноокая, совсем не напоминающая Динку. — Обычно мы ездим на поезде. «Что происходит и как я здесь оказалась?» — не понимала Малика. Настал долгожданный день прибытия делегаций Бобатона и Дурмстранга — первые спустились с небес на огромной карете, вторые возникли из озера на корабле, казавшемся призрачным под серым небом, — должно быть, здорово потревожили гигантского кальмара. Корабль понравился Малике сильно больше, а вот в вопросе состава делегаций её симпатии явно были отданы Бобатону: мадам Максим привезла с собой лишь троих юношей, в то время как от Дурмстранга заявилась ровно одна участница, все остальные были мужчинами. Так или иначе, сейчас Малика находилась в плотном кружке, преимущественно женском, образовавшимся вокруг двух сестёр — принцесс Динки и Фо́о. — Я и не знала, что у тебя есть сестра, — сказала какая-то хаффлпаффка. Малика согласно закивала. — Мы погодки, — пояснила Динка, — она старше меня на десять месяцев. И учится в Бобатоне. — Честно говоря, у меня нет большого желания участвовать в турнире, — призналась Фо́о, немедленно заслужив недоверчивые взгляды девушек, мечтавших подать заявку, но не подходивших под критерии. — Но это отличный повод побывать здесь. И мадам Максим была не против. В этот момент Малика начала понимать, что на самом деле между сёстрами есть схожесть, и очень большая, — в мимике, интонациях, жестикуляции. Дальнейший разговор это только подтвердил — Малика лишь надеялась, что никто не заметит, как внимательно она разглядывает старшую принцессу. Почему-то ей нравилось, что в мире есть кто-то, столь похожий на Динку. — У вас тоже можно участвовать с четырнадцати? — поинтересовалась ещё одна девушка. — Нет, — ответила старшая принцесса, — в магической Франции нет воинской повинности для детей. Но я гражданка Британии, поэтому также имею право подать заявку. — Так ты собираешься это делать? — удивилась Динка, которая, как оказалось, сама не знала планов своей сестры. — Да, — кивнула Фоо, — зачем-то же я здесь. Но сомневаюсь, что меня выберут. Мадам Максим в курсе моего равнодушия. — Так ведь не она будет выбирать, — пожала плечами Динка. — Или всё-таки она? — Сейчас узнаем, — ответила Фоо, кивком указывая на Дамблдора, как раз встающего с кресла. Малика с неохотой вернулась к своему столу. Оказалось, что заявки в формате записки со своим именем нужно было бросать в принесённый пылающий Кубок огня. Малика очень волновалась на следующий день, когда Кубку пришла пора плеваться именами будущих чемпионов. Волновалась в первую очередь за Фоо — девушку, которая подала заявку, не желая участвовать. Поэтому, когда (после Крама от Дурмстранга) кубок выбрал в качестве представительницы Бобатона Флёр Делакур, Малика выдохнула с облегчением: Фоо больше ничего не грозило. Хотя и было немного обидно, что чемпионкой стала та самая невероятной красоты девушка, которую Динка назвала вейлой, заставив Малику ревновать. — Чемпионка Хогвартса, — провозгласил Дамблдор, — Динка Гяалониан! «...Что?!» Стол Хаффлпаффа просто взорвался аплодисментами и криками. Динка, такая крошечная по сравнению с Флёр Делакур и особенно Крамом, вышла вперёд, и, оглянувшись на хаффлпаффцев, сделала реверанс. На фоне двух других участников её поведение и движения выглядели трогательно детскими и спровоцировали новую волну аплодисментов. Малика глянула на Ханну Аббот — та растирала ладони, которые уже не могли хлопать от усталости и боли. Ещё один хаффпаффовец не кричал, но улыбался широкой доброй улыбкой, способной растопить любое сердце, — это, разумеется, был Аяна Пепилан, близкий друг гриффиндорки и маликиной подруги Налёки. Рачён Хотанцевич, динкин рыцарь, одновременно улыбался и хмурился. Малика предположила, что он задумался, имеет ли право, как рыцарь, предлагать помощь своей леди. Ещё интереснее выглядел стол ошарашенных слизеринцев. Малика жалела, что поблизости не было Колина Криви с его фотокамерой, который мог бы запечатлеть перекошенное лицо Малфоя. Сама же Малика была так горда своей принцессой и так напугана, что почти не среагировала, когда кубок выплюнул ещё одно, внеплановое имя — «Гарри Поттер». — Конечно, я подала заявку, — Динка удивилась маликиному вопросу. — Я принцесса. Я должна нести ответственность. — Ответственность за что? — не поняла Малика. В прошлом году они с Динкой сблизились, и теперь, когда Малика смотрела на подругу, она не могла не вспоминать сцены этой близости — сон в Большом зале, неловкое свидание в Хогсмиде, отданный дневник сновидений. И ещё были сцены невероятной храбрости и ума — когда Динка решилась сама расследовать дело Сириуса Блэка, когда не побоялась сразиться с дементорами, когда взорвала дверь в Визжащую хижину и защитила, моментально сориентировавшись, Снейпа от заклинания. Когда пообещала Малике и Снейпу юридическую помощь — и смогла ответить за свои слова, будто уже в четырнадцать лет имела право распоряжаться кадрами королевской семьи. Всё это Малика видела перед собой так ясно, что лицо самой Динки затуманилось, — впрочем, быстро поняла она, дело было не в воспоминаниях, а в том, что на её глаза вновь, в сотый, наверное, раз за этот учебный год, наворачивались слёзы. Какую ещё ответственность эта принцесса собиралась на себя взвалить? — Ты обязательно выиграешь, — пообещала Малика подруге, полностью проигнорировавшей её вопрос. — Не обязательно, Малика, — ласково и как-то снисходительно улыбнулась ей Динка. — Остальные тоже защищают честь своих школ. — Тогда хотя бы обыграй Поттера, — посоветовала Малика. Принцесса засмеялась: — Постараюсь. После чего Динка вдруг замялась и после недолгой внутренней борьбы всё же спросила: — Кстати, почему ты так пялилась на мою сестру? В гриффиндорской гостиной Гарри Поттера допрашивали, не является ли он часом аристократом, на что он утверждал, что вовсе не бросал своё имя в Кубок, — и, учитывая все прежние приключения мистера Поттера, Малика была готова в это поверить, но присоединяться к галдежу не стала. Малика зашла к Джинни и обнаружила её бесцветно уставившейся слепым взглядом на стену. Причина такого состояния Джинни была Малике известна: Гарри Поттер в последнее время слишком уж заинтересованно смотрел на рейвенкловку Чо Ченг.