не запомнил

Слэш
PG-13
Завершён
25
автор
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Я сегодня не такой встал какой-то.
Примечания автора:
на самом деле этого не было, я обещаю
внимание: пожалуйста, не давайте линков на эту работу в открытом доступе
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
25 Нравится 0 Отзывы 1 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
— Ты же раньше не предупреждал, что случилось? — вопрос Вани бьёт если не в лоб, то по ушам точно. Упрёки у него иначе выходят, там буква «р» становится вяжущей, как хурма. Сейчас Ваня звучит ровно, стройно, как вода в реке. — Да как-то… — задумывается Дима, самого себя спросить не успел. — Совесть замучает? — В этот раз? Или за предыдущие тоже? Небо высокое, ветер не лижет лицо в попытке содрать кожу, погода такая, что хочется разговаривать. — За всё сразу. «Всё» включает в себя сообщения, звонки, фотографии, в которых Дима передаёт Ване сигналы, а тот принимает. Не делает с ними ничего. Максимум, вкладывает в свою внутреннюю копилочку и бренчит содержимым, как думает Дима. Он бы точно подобные сокровища не оставлял без внимания. Чах бы над ними, без вопросов. — Я как знал, носки потеплее выбрал, — Ваня задирает левую ногу и поддевает резинку штанов, показывает весёлые рожи львов. Они как минимум забавные, а если греют, то отлично. — Ты скажи только, пойдём греться. — Нет, давай погуляем, хорошо, весна же. Весна? Или кажется мне? Он заправляет волосы за шапку, задирает голову, Дима не смотрит наверх, у него профиль Вани перед глазами, красивее ничего сейчас не найти. — Весна, — подтверждает Дима, — ты лучше под ноги смотри, сам знаешь. — Пойдём обратно лучше, — с испуганно распахнутыми глазами говорит Ваня, — об этом я как-то забываю каждый год. Да, весна в России то ещё явление — хочется вдыхать полной грудью, и нужно не забывать, что дерьмо повсюду всплывает. В прямом и переносном смыслах. Он себя приучил вроде. Вот когда рядом Ваня можно о любой привычке забыть. К примеру, о том, что бросил курить, особенно, когда Ваня пьяно смеётся и сам ему сигарету к губам подносит, взгляд при этом обещающий если не полёт к звёздам, то фейерверки ничуть не хуже. Выходят на тротуар, где из дневных жителей района только редкие старушки и молодые мамы с колясками. — Мы не очень-то вписываемся, — бубнит Ваня. — Тебя так волнует? — Нет, — засовывает руки в карманы безразмерной куртки зелёного цвета, первый листик, остальные за ним пока не поспевают. — Я сегодня не такой встал какой-то. Спал плохо, фигня снилась. — Запомнил? — Неа, — мотает головой и жмурится на солнце, — человека помню, который снился. Ощущаю сейчас это… когда не можешь в глаза нормально смотреть тому, кого видел. — Ты же не запомнил. — Может, я соврал? — Ваня достаёт сигареты и вертит пачку в пальцах. — Короче, мутное, и весна, сочетание, которое бы записать где-то. На память. — Выбирай бумагу, — подсказывает Дима. У него самого стопка ежедневников разного формата, подписаны по годам, в них полно вклеек — разная бумага, какие-то вырезки из газет, где поверх чужих слов свои собственные, обрывки, попавшие к нему под ручку, карандаш и пару раз фломастеры детские. — Не стоит, — пачка исчезает в кармане, — я не поэт. — Это и не нужно. — А мне бы хотелось, побыть сегодня немного поэтом, — позади звенит торопливый велосипедист, Ваня шустро реагирует, делает шаг в сторону Димы, оказывается близко. — Я трачу огромные силы, чтобы этого не сделать. — Ну почему? — Потому что белые стихи тяжело читать, — в глаза смотрит быстро, мажет взглядом по взгляду Димы, не ветер, что-то похожее. Теплее. — Ты попробуй хотя бы, а? Взять с него обещание Диме не позволяет совесть. Или уважение. Или-или-или, или вид самого Вани. — Ладно, тебе показывать не буду. — Да никому не показывай, если не хочешь, хоть выброси или сожги. Здесь главное из головы вытащить. — Я законсервировать хочу, — напоминает Ваня. Дорога загибается, повторяя форму озера, лёд начал таять, показывая некрасивую воду, тёмную, противную на вид. — Мне давно ничего не снится, — говорит Дима, — только если напиться сильно. — У-у, надеюсь, что ты не скучаешь по снам, — смеётся над ним Ваня. — Не особо, алкогольные сны это другой уровень, там вообще всё собирается, осадком, чаще горьким. — Я когда напьюсь, то мне снится… — Ваня замолкает, — снится, словно я по трассе еду быстро, всё размытое, уловить нечего. — Звучит как вертолёт. — Да, типа того. Ваня находит лавочку и недоверчиво её обследует, садится в итоге на спинку. Дима рядом, нелепым телохранителем у юной звезды маячит и загораживает собой вид. — Ну-ка, стой, — просит Ваня резко, Дима останавливается, — вот так и оставайся. Пока Ваня прикуривает, Дима понимает, что загораживает собой солнце, как только до него доходит верность догадки, он начинает раскачиваться на месте, Ваня фырчит в пальцы и жмурится. — Стойте спокойно, Дмитрий, это же элементарно. — А я, может, на ногах еле держусь, — шутит Дима, ёкает у него в груди от такого, в школе и то лучше в чувствах признавался. Хотя там больше выёбывался, а сейчас говорит прямо, да только Ваня всё равно не поймёт этого, просто звучит, слишком просто. Скорее спросит, в чём дело. Заботливый донельзя. — И давно это с тобой? — говорит с закрытыми глазами, рот остаётся приоткрытым. Дым от сигареты едкий, у Димы чешется в носу. — Да я не считал особо, это что-то… — Ваня смотрит на него хмуро, ждёт и не подгоняет, а Дима редко ведь теряет все слова, они у него всегда с собой, чуть ли не по карманам распиханы, — московское. — А, да это у нас воздух такой, — Ваня затягивается и выдыхает в сторону. — Да? — Что? — Воздух? Допытывается. У Димы в голове начинает один образ на другой накладываться, сигарета эта в руке только добивает всё. — Мить, — зовёт его, утомлённый ожиданием, пауза долгая, сигарета заканчивается. — Не воздух, это как у тебя со сном, только у меня явь. Ваня тянет к нему руку, предлагает затянуться, Дима обычно у него сигарету перехватывает вовремя, а тут прижимается губами к горячему немного влажному фильтру и затягивается. Щурит на это Ваня правый глаз, в левый солнце бьёт — Дима опять не на нужном месте. — У меня может тоже, — Ваня следом жадно вдыхает дым в последний раз и метко кидает бычок в урну, — явь. — Тогда поздравляю, — беззлобно говорит Дима. — Я вот думаю, что не будь мы с тобой сейчас в России, — Ваня гладит себя по коленям, — разговор бы уже закончился. — Почему? — Дима спрашивает с лёгкой улыбкой, ему непонятно, каплю всего, Ваня должен подсказать. — Неудобно разговаривать во время поцелуев, — он жмурится опять, и смотрит неуверенно. Дима сдвигается с места, солнце затапливает Ваню, наполняет теплом от и до. — Когда вернёшься? — У тебя усы не успеют отрасти, — теперь уже Дима прикидывает, что можно перенести. Ещё не пропал на самолёте из Москвы, а уже думает о том, как бы обратно. Скорее-скорее. — Не переживай, — Ваня облизывает губы, засранец, — я наклеить могу. — Мне жаль, — говорит Дима, пальцами быстро проводит по прохладным костяшкам Вани и отнимает руку. Нет в этом никакой безопасности, а нервозность совсем не того сорта, что нужно, — что мы в России. Ваня встаёт с лавки, готовый идти дальше. — Я вот о другом жалею. — А? — Получается, мы бы могли сейчас на кухне у меня болтать, или в кровати, или на диване, — вздыхает, — у меня шикарный диван, самый удобный на свете, как раз для твоей спины капризной. Запомнил, Дима не зря его заботливым считает, Ваня такой и есть. — Не издевайся, а. — Это, так, размышление, — поправляет шапку свою любимую, неубиваемую. — Наверное, я их потом и запишу. — Ваня, — ласково зовёт его Дима. — Чего? — Будешь меня ждать? Ваня мотает головой и хмурится. — Нет, я буду ждать появления своих усов, посмотрим, кто успеет раньше. Господи, вот это ультиматумы. К вечеру Дима меняет билет, вместе с Кариной выстраивает новое расписание. На пороге квартиры Ваня гладит себя по верхней губе, пока ждёт Диму. А тому нужно снять с себя куртку, шарф, разуться, помыть руки. Потом ещё раз посмотреть на Ваню, зачесать его волосы мягкие и коснуться губами щеки, заставляя удивиться. — Записал? — Не скажу, — во взгляде хитринка. — Просто так ничего тебе не скажу. Врёт. Шутит. Играется. После пары поцелуев говорит с придыханием таким, что у Димы поясница гореть начинает (оказывается, это от ладоней Вани): — Колени подгибаются. — И давно это с тобой? — Дима улыбается ему куда-то в ухо. — Да скоро уже два года будет, — шепчет Ваня. Сходится так, что Дима теряется в движениях. Держать Ваню он не перестаёт. Наоборот, прижимает крепче. — Я уже согласен, что это воздух был. — Ага, — Ваня ловко помогает ему снимать свитер, — он самый. Ты, главное, дышать не забывай, да? Да, полезное напоминание, Дима уже начинает забывать, как это верно делать. Ваня ему подскажет. Если сам не забудет.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Текст"

Ещё по фэндому "Иван Янковский"

Ещё по фэндому "Дмитрий Глуховский"

Ещё по фэндому "Топи"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты