От ошибок никто не застрахован

Богдан очнулся в реанимационной палате. Голова раскалывалась, поэтому мужчина не спешил открывать глаза, чтобы не вызвать еще более сильную боль…  — Богдан, пожалуйста, очнись — говорил до боли знакомый женский голос — Ты же обещал, что у нас все будет хорошо. Обещал, что никогда меня не бросишь, но… почему именно сейчас? Мужчина поспешил всё же открыть глаза, чтобы взглянуть на свою посетительницу. Рядом сидела Марина, крепко зажав руку любимого и целуя каждую косточку его пальцев. … пятью часами ранее… После встречи с Мариной, Богдан садился в свой автомобиль. Мужчину переполняли смешанные чувства. С одной стороны, статус «изгнанника» его не совсем устраивал. С другой, эти минуты, что он провел с любимой были едва ли не самыми счастливыми за последнее время. Ее жаркие поцелуи, нежные прикосновения одновременно убивали и возвращали к жизни. Эту женщину хотелось бесконечно занимать и нежить. Да, иногда она бывает невыносимой, может вывести из себя и нормально так потрепать нервы, но все обиды моментально забываются после первого же взгляда в ее прекрасные небесно-голубые глаза. С этими мыслями он безумно жал на педаль газа… И вдруг голова гонщика закружилась, в ушах загудело, а в глазах начало двоиться. Богдан начал терять сознание прямо за рулем… Едкий запах дыма, гари и металла… Кровь. Много крови. Машина Новицкого на бешеной скорости влетела в столб. В окне полуразбитого автомобиля можно было увидеть человека, который истекал кровью. Прохожие сразу же вызвали скорую помощь и уже через 10 минут Бодя лежал на операционном столе больницы, в которой недавно навещал возлюбленную. Ярик, только узнав, что его друг нуждается в срочной операции, пулей полетел в операционную.  — Что же вы со мной делаете?! Сначала Марина, потом ты… За что?! Операция длилась уже 2 часа и вдруг… Безумный писк аппаратов заполонил стены операционной. Кардиограмма показывала только прямую линию. Показатель пульса быстро упал до нуля. Сердце гонщика перестало биться. Врачи не понимали почему? Травмы не были смертельными, а мужчина достаточно крепкий и на здоровье никогда ранее не жаловался. Однако времени на раздумья не было и Ярослав принялся реанимировать друга. С каждым ударом дефибриллятора о грудь Богдана сердце любимой невольно обливалось кровью. Она, будто, на собственной шкуре чувствовала разряды тока, с помощью которых пытались вернуть к жизни Новицкого. Из-за этого, тело женщины сковала невыносимую боль и и решила обратиться за помощью к врачу, который уже заканчивал операцию и почти освободился. Если бы она только знала, какую весть ей придется услышать… Марина ворвалась в кабинет Ярика, но конечно же, никого нет там не застала. Она была достаточно удивлена, поскольку надеялась увидеть врача именно там. Женщина поспешно покинула помещение и не заметила как столкнулась с медсестрой, которая проходила мимо.  — Извините, пожалуйста — сказала Марина, собирая выбиты из рук женщины бумажки. И взгляд ее случайно упал на мужчину, которого вывозили из операционной санитары, а вслед шли хирурги, которые делали операцию.  — Простите, Вы не могли бы подсказать мне, кого это только повезли? Кто этот человек?  — Я не имею права разглашать подобную информацию.  — Пожалуста. Мне очень надо.  — Ну хорошо, но не говорите Ярославу Степановичу.  — Договорились.  — Вот, Новицкий Б.М… Попал в ДТП. Переломы 2 ребер без смещения, ушибы и гематомы средней степени. В 17:17 у пациента зафиксировали клиническую смерть. Но Вы не волнуйтесь так. Операция прошла успешно. Жить будет… Однако Марины уже и след простыл. Женщина резко сорвалась с места и как можно быстрее побежала вслед любимому.  — Богдан, любимый! — прокричала капитан — Нет, только не это! Ты не можешь просто сейчас меня оставить. — уже шепотом сказала женщина, вдруг почувствовав на своей талии сильные мужские руки, изо всех сил пытались оттянуть ее от тела Новицкого. Обернувшись, Марина увидела своего нового знакомого — Германа.  — Марина Сергеевна, успокойтесь. С Богданом Николаевичем все будет хорошо. Он поправиться. Пойдёмте со мной.  — Но я нужна ему здесь…  — Сейчас Вы ему ничем не поможете, тем более слезами. Герман робко положил белую руку, сквозь тонкую кожу которой просматривались широкие темно-чернильные вены, на Маринино плечо и осторожно начал вести ее в свой кабинет. За 2 минуты они пришли в просторную комнату, светло-зеленые стены которой создавали непринужденную, спокойную атмосферу. Врач помог женщине удобнее устроиться на белом кожаном диване, а сам сел на кресло рядом.  — Это он? — спросил врач, протягивая пациентке чашечку крепкого черного чая.  — Да… — стиснув зубы, выдавила из себя Марина.  — Вам было больно, страшно или, может, Вы почувствовали отвращение?  — Да нет. Наоборот. Я поняла насколько он мне дорог и, что я хочу провести остаток своей жизни именно с этим человеком…  — Рад за Вас, но помните: «Выше залезаешь — больнее падаешь».  — Сейчас не поняла. Вы о чем?  — Нууу… Вы больны, Богдан Николаевич тоже не в добром здравии.  — На что это вы намекаете?  — Да я не намекаю, а прямым текстом говорю. Когда все же смерть разлучит вас, пережить это будет значительно легче, если отношения ваши прекратятся в ближайшее время.  — Простите, мне надо идти. Я должна побыть наедине. Марина быстро покинула кабинет, напоследок хлопнув дверью. Она невероятно злилась на психолога. Казалось, что женщина сейчас медведя голыми руками придушить сможет. Её переполняли чувства ненависти и раздражения к Герману. Но больше всего капитана убивала абсолютная правота врача. Марина решила все же оборвать отношения с Богданом, чтобы не мучить ни себя, ни его… Однако, проходя мимо палаты «гонщика», женщина почувствовала невыносимую боль в сердце, которую приглушить, кажется, мог только глубокий взгляд и властный голос любимого… Богдан очнулся в реанимационной палате. Голова раскалывалась, поэтому мужчина не спешил открывать глаза, чтобы не вызвать еще более сильную боль.  — Богдан, пожалуйста, опомнись — сказал до боли знакомый женский голос — Ты же обещал, что у нас все будет хорошо. Обещал, что никогда меня не бросишь, но… почему именно сейчас? Мужчина поспешил открыть глаза, чтобы взглянуть на свою посетительницу. Рядом сидела Марина, крепко зажав руку любимого и целуя каждую косточку его пальцев.  — Маринка… Какая же ты у меня красавица. — сказал мужчина, с трудом разгибая руку и протягивая её в сторону, покрасневшей, набухшие от постоянных слез щеки женщины — Почему я, дурак, этого никогда раньше не замечал?  — Тебе отдыхать надо, — осторожно положив руку любимого на одеяло, сказала Марина. — а я, наверное, пойду.  — Лучший отдых для меня — это ты. — сказал Новицкий, вызвав непринужденную улыбку на лице посетительницы. — Пожалуйста, останься. Хотя бы ненадолго.  — Уже поздно, я иду спать. Спокойной ночи.  — Спокойной ночи — горько вздохнув, сказал человек. Новицкий уже давно хотел встречать закаты и рассветы только с одной женщиной, готовить ей завтрак, и есть им же приготовленные ужины. И Марина похоже не была против такого расклада в их отношениях. Последние события устроили серьезные испытания паре, но пройдя их, молодые люди, наконец, были готовы к серьезному шагу вперед в их отношениях…