Любви все месяцы покорны

Василиса с грустью посмотрела на календарь: завтра будет последний день каникул!.. "Определенно, надо браться за уроки. И почему учителя задали так много?"- Тоскливо подумала Огнева. Но девушка прекрасно знала, что жалобы и вздохи ничем не помогут. Надо собраться с духом, настроиться и все-таки сделать это нелегкое дело: открыть учебник истории. Нельзя сказать, что ученица так сильно ее не любила. Наоборот, некоторые моменты Василиса изучала с большим удовольствием. Ей лучше запоминались темы с описаниями действий. Войны, революции, заговоры, восстания – все это она с удовольствием рассказывала, будто сама присутствовала там. А дальше шла ее извечная нелюбовь к фамилиям, титулам, понятиям и реформам. Довольно часто девушку спасало знание многочисленных дат. Василиса не старалась их заучивать, они запоминались сами собой. Правда, здесь было одно «но»: восьмиклассница воспринимала даты не как числа, а как комбинации цифр. Хотя к последним у нее было особое отношение. Иногда руки Василисы окутывались сиянием, и вокруг них кружились цифры. Самых разных цветов, размеров и форм. К счастью, никто об этом не знал: в такие моменты девушка почти всегда находилась дома. Однажды это произошло на улице, но она быстро спрятала руки в карманы. Прохожие ничего не заметили. Кроме того, Василисе неплохо давалась математика. На алгебре она с легкостью решала примеры, уравнения и задачи. В этом ей не было равных. На геометрии же линии чертежа девушка представляла в качестве рисунка выступления и тоже была на высоте. Она давно занималась художественной гимнастикой. Благодаря этому у Василисы выработалось здоровое упрямство, которым ученица и собиралась воспользоваться. Но одним упрямством многого не добьешься. Вот почему для девушки был важен настрой. Нужно было убедить себя, что предстоящая работа не станет утомительной и неинтересной, в противном случае Василиса бросила бы все через несколько минут. Положительные моменты нашлись сразу же. Девушка любила работать с текстом, выбирать основные мысли, просто писать. Ей нравилось смотреть, как ручка скользит по бумаге, оставляя за собой след, как из этих следов складываются буквы, а из букв – слова. Особенно интересно было наблюдать за тем, как пишут люди с красивым, четким и разборчивым почерком. Сама она не могла этим похвастаться. Рано или поздно все заканчивается. Закончился и параграф. Василиса сидела за столом, а мысли ее блуждали где-то далеко. Вспомнилось первое января: странный парень, горка, снежная битва, пробежка до пустыря… Захарра с ее задорными шуточками, Марина (девушка поморщилась), Диана – «царь Грез». Это прозвище появилось благодаря любви Захарры к цитатам и красивым выражениям. – Богат, как Крез, – как-то сказала она, мечтательно прикрыв глаза, но тут же их открыла и уставилась на Диану. – Идея! У них там в Греции был царь Крез, а у нас – царь Грез, – оповестила Захарра подруг, нисколько не сомневаясь в своей правоте. Тогда по литературе как раз изучались древнегреческие мифы. Видимо, девчонка перепутала Креза и Мидаса. Но ее не стали поправлять – себе дороже. Так заболтает, что забудешь, с чего все началось. Диана не возражала. «Царь Грез» звучало довольно-таки оригинально и. казалось, было образовано от фамилии: Фрезер. В начальной школе девочку долго дразнили: «Фрезер – это что, сокращение от “фрезеровщик”?» Она сначала обижалась, а потом ей кто-то посоветовал не обращать внимания на дразнилки. И через время от нее отстали. Василиса улыбнулась воспоминаниям, встала, подошла к окну и прижалась лбом к стеклу. На улице уже стемнело, шел снег. Фонари горели, и снежинки, попавшие под их свет, казались золотистыми искорками. Девушка любила такие моменты: проходя в это время по улице, как-то сразу веришь в чудо, а на душе становится спокойно. Но Василиса не могла до конца объяснить свои впечатления, она называла их «предчувствием сказки». Особенно сильно «предчувствие» проявлялось, если идти между домами по слабо освещенной дорожке, а впереди видишь фонарь, горящий мягким желтым светом. Ученица знала несколько таких мест и однажды показала их своим подругам. Проходя через дворы, девушки молчали, а потом на оторопевшую Василису разом посыпались возгласы восхищения, удивления и похвалы. – Как ты это нашла? Ну, скажи, – канючила Захарра, прыгая от нетерпения. – Как ты догадалась, что нужен именно такой свет и снегопад? – не отставала Диана. – Да это же самое настоящее чудо! – сказала вдруг Света. – А ведь и правда чудо! – согласилась с ней Захарра, набрав полную пригоршню пушистого снега. Девушка кружилась на месте, рассыпая его вокруг себя. Поскольку стояла она под фонарем, на несколько секунд показалось, что ученица кружится в облаке тончайшей пудры. Но вот снежинки упали, и сказка закончилась. Захарра деловито отряхнула варежки и бросилась обнимать Василису. – Васька, ты просто гений! И не спорь: я лучше знаю. Теперь как только пойдет снег, сразу буду бежать сюда и караулить свое чудо. – Ты сама уже чудо, – улыбнулась Вика, и подруги расхохотались. – А я и не отрицаю, – подбоченилась Захарра, вызвав новый взрыв смеха. Казалось, это было совсем недавно, за несколько дней до Нового Года. Но время пролетело очень быстро, как всегда бывает на каникулах. Впереди самая длинная четверть, а, значит, надо набраться терпения.