Up

Слэш
NC-17
В процессе
14
автор
Размер:
планируется Макси, написано 110 страниц, 44 части
Описание:
Сдвинулись с места и дрейфуют.
Примечания автора:
Продолжение первой части :333
https://ficbook.net/readfic/9965755
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
14 Нравится 26 Отзывы 2 В сборник Скачать

32

Настройки текста
Примечания:
Ого, трое ждущих 💔
      Я с трудом поднялся на ноги и пошел навстречу доморощенному ухажеру моего парня, благо знал кладбище как свои пять пальцев — когда-то меня здесь похоронили в моей прошлой жизни, всё-таки дом почти родной. Если я сам не отброшу коньки, то меня точно убьют за то, что я сразу не позвонил и не сказал, что ранен, чтобы меня подлатали. Но мне было совсем не до этого — где-то на этом чертовом кладбище посреди перестрелки потерялся Джихун. Что же за напасть то у нас с ним, вечно по кладбищам валандаться?       Каждый шаг отдавался болью в ребрах, но раз я ещё мог стоять на ногах, то у меня были все шансы на выживание, если это, конечно, не было благодаря приливу адреналина, тогда у меня точно будут проблемы. За те пять лет, что мы были вместе с Уджи, я уже дважды побывал на операционном столе, объясняя это внезапными консилиумами за границей. Я не знал почему он верил мне, но это было самое лучшее в моей жизни — его доверие. Но надо было давно всё рассказать, надо было… Но я всё надеялся, что он как-то сам поймет, а ещё лучше, если не поймет никогда и не будет волноваться. Большая часть неприязни Джонхана ко мне основывалась именно на том, чем я занят и как это в случае неудачного стечения обстоятельств может отразиться на Джихуне, который уже однажды меня похоронил.       Дыхание моё как-то сильно сбивалось, хотя я шел довольно медленно, даже несмотря на то, что мне стоило бы поторопиться.       — Святые гусли! — Я вздрогнул от внезапного окрика, не увидев сразу говорившего. — Зомби-апокалипсис всё-таки наступил?       — Ты бы потише, — я скривился от его громкого голоса, как от боли, — все кто надо, конечно, уже нас не услышат, но вдруг кто прогуливается в округе в поисках романтики.       — Слушай, ты в порядке? — Серьёзно, он волнуется? Я хотел было рассмеяться, но закашлялся и застонал от боли, отчего дружок Хани подошёл ближе, поддержав меня за руки, а потом, отпустив меня, посмотрел на свои руки, перепачканные в крови. — Твою ж мать! Сынчоль, ты как? Нужен же врач! Я сейчас позвоню нашему, он мигом приедет и так тебя подлатает, что ты и не вспомнишь, что было что-то не так.       — Никому не звони, — я попытался сказать это бодрым голосом, но, кажется, на это уже бы никто не купился. — Сначала найдем Уджи.       — Кого? — Хотелось не объяснять, а послать его к черту.       — Джихуна, сначала надо найти Джихуна. — Я попытался выровняться, но боль скручивала и пригибала меня к земле, но я сопротивлялся изо всех сил. — А потом будем звонить хоть Папе Римскому.       — Если ты помрёшь тут, то Папа Римский никак тебе не поможет. Я мало в этом, конечно, смыслю, но точно скажу, что в этом он не силён.       — Прекращай болтать, умник. Лучше скажи, где вы были и куда она делась.       Он повел меня дальше от ворот кладбища, где мы и встретились, в сторону дороги, ведущей обратно в город, и остановились у машины, которую я весь сегодняшний день видел в окно заднего вида. Гонщик хренов! На лобовом стекле были два сквозных пулевых отверстия, заднее же стекло разлетелось вокруг осколками. Естественно Уджи нигде не было, странно было даже надеяться на это. Я вопросительно глянул на своего проводника, ожидая более подробного рассказа.       — Да не прожигай ты меня взглядом. Мы машину оставили тут, чтобы не привлекать к себе внимания лишнего сразу, решили пешком пойти. Хорошо недалеко ушли, успели вернуться и спрятаться за машиной, когда я понял, что по нам стреляют. Я решил проверить, кто это устроил перестрелку, я уж догадался, что это не ты по нам шмаляешь, а Джихуна попросил сидеть за машиной и не шевелиться, я правда думал, что он никуда не денется… — Он устало потёр глаза, а я про себя подумал, что я тоже сначала думал, что если о чём-то Уджи просить, он сразу будет легко соглашаться и не оспаривать это. Ну, тут у всех с ним такая ошибочка выходит, он вообще не способен сделать то, что его просят, если он хочет сделать иначе. Его за это либо любить, либо убить, либо забить. Этот, кажется, тоже сломался на первом варианте. Но ему же хуже. — А потом попали в машину, и он, наверное, перепугался ещё сильнее. Стекло это бьющееся, крик. Я думал, что его ранили, бежал, сломя голову, обратно. Но его уже не было нигде. Крови вокруг нигде нет, поэтому, я думаю, он в порядке. Может просто прячется…       Я стоял молча, просто потому что в данный момент не хватало сил врезать от всей души по лицу напротив. Но на одно жгучее желание в моей жизни стало больше. Я, не дожидаясь больше никаких комментариев или объяснений, обошел машину и пошёл в ту сторону, куда мог убежать Уджи. Судя по ощущениям моего организма, всё сильнее меня замедляющего, мне стоило поторопиться до того момента, когда от меня уже не будет никакого толку, но до тех пор я собирался хоть перекопать это несчастное кладбище, лишь бы найти эту непутёвого мальчишку. Сопение позади меня и чуть слышная поступь шагов давали мне знать, что этот горе-помощник идёт позади меня, но с вопросами и предложениями не лезет, одно это радовало. Хотя разделяться или отсылать его сейчас в другую сторону я не был готов, если я упаду, мне нужен будет кто-то, кто вытащит меня отсюда, пусть бы даже он, всё равно он теперь мне сильно должен.       Мы уже довольно долго шарили по округе, осматривая каждую тропинку, каждое надгробие, за которым можно было спрятаться, траву, которая казалась мне более примятой, или склепы, которые могли оказаться незапертыми. Я через силу всматривался во всё вокруг, проклиная эту безлунную ночь, укрывавшую абсолютно всё под своим покровом. Если ты хотел спрятаться, это тебе было бы на руку, но я сейчас хотел найти и был в совершенно невыигрышном положении. Рассвет уже забрезжил, силы были на исходе, а Уджи так нигде и не было видно. Мне хотелось сесть и немного передохнуть, но я чётко осознал, что сил на то, чтобы встать, я не найду повторно, а потому упрямо продолжал идти, прислушиваясь ко всем шорохам и всматриваясь в каждую тень.       — Слушай, Сынчоль, я не то что бы корчу из себя заботливую мамашу, но тебе бы к врачу. — Я уже почти забыл, что не один, а потому вздрогнул от почти прогремевшего среди кладбищенской тишины голоса позади.       — Дай телефон. — Я обернулся и протянул здоровую руку.       — Чего?       — Телефон свой дай, ну же! — После этой короткой вспышки гнева, телефон в моей руке оказался почти немедленно. Я разблокировал его и вбил в заметки по памяти телефон и адрес, а потом передал обратно. — Если что-то со мной пойдёт не так, отвези меня сюда. Его зовут Сокмин. Но только в крайнем случае, понял? А после этого я советую тебе стереть эту запись, сжечь телефон и заработать частичную потерю памяти. Просто дружеский совет.       — Звучит не сильно и дружелюбно.       — После всего, во что ты умудрился влезть сам и втянуть Джихуна, я максимально дружелюбен с тобой. Пойдём дальше, будет нехорошо распугивать с утра пораньше скорбящих, пришедших навестить своих близких. — Позади меня только хмыкнули. Но, судя по тому, что я узнал об этом человеке, он сделает так, как я попросил.       Спустя ещё полчаса бесконечных поисков одного живого среди нескольких гектаров мертвых, я был готов завыть от безысходности, когда увидел, что позади меня никого. Я резко развернулся, еле устояв на ногах, и увидел своего спутника чуть в стороне, осматривающего что-то очень внимательно, а потом поднявшегося и махнувшего мне рукой, чтобы я шел к нему.       — Я может не прав, но хоть что-то, смотри. — Он указал на сломанную ветку, валявшуюся на тропинке, а рядом, на чьей-то могиле примятые ранние цветы.       Я обошёл могилу и увидел, что дальше след становился только более очевидным — здесь явно кто-то несся, совсем не разбирая дороги. А я чуть было не прошел мимо… Сейчас же я должен был поскорее добраться до конца этого безумного следа, надеясь лишь на то, что не найду там ничего непоправимого. Выложив все свои оставшиеся силы, я почти побежал, насколько это могло сейчас походить на бег, всматриваясь в знаки вокруг: сломанная ветка, примятая трава, следы на рыхлой земле, которая ссыпалась, когда копали свежую могилу, ещё ветки, трава. Мой маленький медведь чуть не разнёс этот бурелом, стараясь сбежать от опасности, я бы улыбнулся своим мыслям, если бы не был готов потерять сознание.       Мы добрались небольшой развилки, и тут я понял, что дальше никаких следов нет. Всё, приехали. Я не знал, что делать дальше, просто кружил на месте, пытаясь найти хоть какой-то знак. И нашёл. Одна из оградок в стороне была как-то сильно накренена, что не вязалось с её новизной. Я перебрался через нее, оглядываясь вокруг, и тут услышал где-то совсем рядом тоненький всхлип, совершенно сорвавший все мои тормоза. Я, совсем не чувствуя боли, как безумный прислушивался, надеясь уловить повторяющийся звук, я знал, что это Уджи, я был точно уверен, это была он, он был жив и он был где-то совсем рядом.       — Уджи? — Я сказал это почти шепотом, словно боясь, что ответом мне будет тишина, что всё это было слуховой галлюцинацией. Но ответ я получил, такой, что ни с чем нельзя было перепутать — после короткой паузы я услышал сильные рыдания и впервые в жизни был рад слезам Джихуна. Я шел на его голос и обнаружил это маленькое несчастье в свежевырытой могиле. Он был весь в грязи, царапинах, запекшейся крови и слезах, что размазывали это всё по его перепуганному лицу, но он был жив.       — Ку-у-у-упс! — Он уже ревел во всю свою силу, смотря на меня снизу вверх и обнимая себя за плечи, трясясь от холода и наверняка страха от пережитого.       — И опять ты в могиле! — Я усмехнулся, увидев недоумение в ответ на мои слова на лице подбежавшего джонханова директора, но мне было не до объяснений ему, обойдется. — Это же не новое хобби, Хун?       — Это старое хобби, чертов ты дурак! — Он всхлипывал, но сквозь рыдания я услышал прорывающийся смех. — Неужели у нас не может быть нормальных свиданий, как у обычных пар?       — Мы совсем не обычная пара, Джихун, смирись. — Я опустился на колени, чтобы помочь ему подняться, когда он встанет, но он не поднимался, продолжая плакать и смотреть на меня во все глаза. Хотелось бы, чтобы раны мои он заметил как можно позже, но он почему-то медлил. — А уж нормальными нас совсем нельзя назвать. Ты как, вылезать собираешься или ночёвка в могиле тебе так пришлась по душе, что ты решил устроить себе целый выходной?       — Я не могу, — всхлипы стали ещё сильнее, и Уджи почти завыл, вытягивая слова так, что их почти нельзя было разобрать, — я, кажется, но-о-огу слома-а-а-ал…       — Твою мать! — Это мы вместе с директором сказали в унисон.       Он было попытался отодвинуть меня и полезть в могилу, думая, что я не смогу, но мой взгляд пригвоздил его на месте. Я, пытаясь сдерживать вскрики от незапланированных погружений на глубину, спустился к Джихуну, который пальцами вцепился в меня, задев рану на руке, пытаясь притянуть меня к себе. Я обнял его, представляя, что он пережил пока ждал, когда же его могут найти, и кто это будет: помощь или конец? Он прижимался ко мне и рыдал, а я, аккуратно прижимая его к себе раненой рукой, здоровой ощупывал ноги, пока от моих касаний Уджи не вскрикнул. Под рукой я чувствовал кипяток даже через ткань, что не могло радовать. Я поднял Джихуна на руках, сжав зубы, пытаясь справиться ещё и со своей болью, и аккуратно передал новоявленному дружочку наверху, а потом выбрался сам, но чуть не нырнул обратно в могилу, если бы меня не схватил за отвороты пиджака этот Сунён, чтоб его. Ткань затрещала, но я удержался на поверхности, удержавшись заодно и от благодарности.       Подошёл к Уджи, старательно скрывая своё состояние и окровавленную рубашку под пиджаком, вернул его себе на руки, стараясь не причинять ему дополнительную боль, прижал его плачущего к себе и пошёл в сторону въезда на кладбище, где осталась моя машина. Каждый шаг чувствовался как последний, но то, что у меня на руках был мой непутёвый, но живой Уджи, наполняло меня какими-то новыми силами, и я надеялся, что они не кончатся слишком рано. Но мне не на что было сетовать, я и так тратил их всю ночь уже в долг.       Когда мы добрались до моей машины, я кивком показал Сунёну, всю дорогу пытавшемуся помочь мне и поддержать, когда я оступался, на карман пиджака, попросил достать ключи и открыть машину. А потом уложил Джихуна, уснувшего у меня на руках, но ещё всхлипывающего во сне, на заднее сидение и сам стал устраиваться рядом с ним, повернувшись к человеку, что против нашей с ним воли был сейчас ответственным за добрый исход сегодняшнего происшествия. Сунён кивнул мне молча и сел за руль. Я начал чувствовать, что теряю связь с реальностью на мягком и удобном диване в салоне своей машины, поэтому, не разлепляя век, которые словно склеились от собственной тяжести, пробормотал, надеясь быть услышанным:       — Это и есть крайний случай. Ты знаешь адрес…
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты