Всего лишь любовница

Гет
PG-13
Завершён
37
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
5 страниц, 1 часть
Описание:
Она любила его. Любила и боялась потерять, поэтому научилась искусно усмирять свою гордыню...
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
37 Нравится 4 Отзывы 8 В сборник Скачать

Собственница

Настройки текста
      

«Она была девушкой, она была влюблена.» Мальфилатр.

***

Она проснулась раньше и уже расхаживала по гостиничному номеру, грозно топая босыми ногами. Воскресное утро началось в суете, которую Тина, по правде говоря, очень любила навязывать самой себе. Трудоголику необходима занятость, иначе он, непременно, двинется рассудком. На этот день намечено не так уж много дел, можно было бы ещё поваляться в тёплой кроватке, но Кароль не привыкла расслабляться. Или просто не умела. В небольшой ванной комнате включился свет. Накручивая прядь мягких волос на палец, певица забрела туда и первым делом обратила внимание на своё отражение в зеркале. Она улыбнулась при виде иссохших и искусанных до ранок губ. Любая девушка расстроится, обнаружив тёмные круги под глазами, особенно если их тон со временем только крепчает, но Тина так и стояла перед зеркалом: растрёпанная, измождённая, но с дурацкой улыбкой. Всё из-за этих встреч в нужном месте и в нужное время. Она не высыпается, но гордится последствиями бессонных ночей, разделённых со страстным любовником. Она не одна. Пусть не кричит об этом на каждом углу, но ей нравится, когда все думают о том, как ей хорошо. Особенно, если это сплетни завистников. Обдав лицо холодной водой, Тина глубоко вздохнула и всё пыталась словить момент перехода в суету нового дня, где, как и всегда, всё распланированно поминутно. На полочке под зеркалом, в паре сантиметров от разорванной пачки противозачаточных, она заметила золотые часы с кожаным ремешком. Это Его часы. Надев дорогой аксессуар на четыре пальца, большим — она погладила края циферблата и снова отправилась куда-то далеко, в свои тёплые мысли. Гораздо выше облаков.       Чёрт, как же приятно просыпаться с Ним в одной постели. Пора приводить себя в порядок. Какое-то время ушло на то, чтобы собрать разбросанную одежду. Попутно под руку попалась тонкая золотая цепочка, которая по своей стоимости сможет покрыть расходы на проживание в этом отеле на целую неделю. Было бы очень обидно потерять такое ценное украшение. — Лёша, — застёгивая серьгу, повысила голос голубоглазая, — Потапенко, вставай! Сколько можно дрыхнуть?! — М, Ти-и-ин… Ну не кричи, — сонно бурчал рэпер, пытаясь забиться под подушку. — Так, Потапенко, — остановившись у стороны кровати, где, словно невинный младенец, спал её ненаглядный, она одним движением откинула уголок одеяла в сторону, чтобы мужчина больше не смог прятаться от лучей солнца, без приглашения проникших в комнату, — ты сам вчера просил разбудить тебя в девять. Вставай. Тина ненавидела это. На дух не переносила безответственность. В её видинье мира эта ужасная черта ну никак не совместима с творческим поприщем — сценой, работой с ней и на ней. Сегодня выходной день, но им обоим, включая, конечно, и других сотрудников, нужно быть на ВДНХ. Нужно быть вовремя. Но до этого Тина должна успеть на примерку нового платья и выбора аксессуаров. Тон Кароль так и предвещал скандал. Если она будет не в духе, то попадёт всем. С капризами и плохим настроением ей помогают справиться разве что алкоголь и не менее опьяняющие поцелуи Потапенко, который никак не хочет просыпаться. — Ну что за женщина, — несчастно вздохнул он, прижав к лицу такую удобную подушку. — Женщина?! — тут же возмутилась артистка. — Брось, Кароль, ты давно не девочка, — пробормотал он в надежде, что та не услышит. — Знаешь что?! — вырвав из его рук эту же подушку, она угрожающе нависла над мужчиной, но, заметив его улыбку вместо ожидаемого испуга или хотя бы зажмуренных глаз, растерялась. Не упустив момент, он схватился за её округлые бёдра и резко придвинул к себе, отчего Тина была вынуждена опереться коленями на край постели. В противном случае, она бы завалилась вперёд. Сам Лёша не спешил убирать руки с мягкого места, он только устроился поудобнее, когда привстал и лопатками упёрся в холодную спинку кровати. — Дурне, ты мне юбку помнёшь! — в привычной манере завизжала она. — Дурне? — вопросительно изогнув бровь, засмеялся Лёша. — А кто? Тупиковое животное? — А помнишь, как ты называла меня папочкой? — пошлая ухмылка растянулась на его лице. — Так! — вмиг покраснел, Кароль не нашла более удачного ответа, — Это эмоции! И вообще! Это ты меня заставлял это говорить, так что считай, что ты так сам себя называл, понятно?! Её щёчки приобрели пунцовый оттенок. Мужчина, в глазах которого засверкали озорные искорки, несомненно, обрадовался, что хоть чем-то удалось смутить эту развратницу. Да-да, с ним она превращается в настоящую дьяволицу, богиню похоти и разврата. Ей нравится, когда ему хорошо. Когда им хорошо вместе. Заметив его пошлую ухмылку, Тина, закусив щёки, скромно улыбнулась. Из-за этого линии её скул стали более выраженными на кукольном личике. Она уже не думала про мятую юбку и безответственность. Это так не важно, правда. Поёрзав и всё-таки усевшись на нём, рыжеволосая положила руки на его тёплые плечи и вдруг увидела на своём запястье больно уж мужественные часы с широким чёрным ремешком. Она улыбнулась, когда заметила, что его взгляд также сосредоточился на аксессуаре. Тогда пришлось вернуть 'украденное'. Лёша нежно обозвал её лисицей и, пока девушка застёгивала часы на его руке, свободной — он погладил её волосы. Закончив нехитрое дело, Тина обняла мужчину, прильнула к нему, как недостающая, но идеально подходящая деталь конструктора. Он свёл руки за её спиной и с улыбкой зажмурился, отчего в уголках глаз у него появились морщинки. Она погладила его колючие щёки и, прикрыв глаза, носиком коснулась кончика носа Лёши. — Медвежонок, — с материнской лаской прошептала она, согревая его губы мятным дыханием. — Кактус, — недолго думая ответил мужчина, не переставая массировать её поясницу. — Я? — Нет, я думал, мы в слова играем… Тебе на с. — С-с-скотина, — протянув шипящий в начале звук, звонко рассмеялась Кароль. — Ну вот, улавливаешь суть! Только он успел договорить, как тут же ощутил прикосновение её губ. От неожиданности Потап стукнулся затылком о ту же спинку кровати, но это не послужило весомой причиной, чтобы прервать столь чувственный поцелуй. В комнате раздался громкий чмок. — Куда лезешь? — отстранившись ради этого вопроса, Тина предупреждающе хлопнула мужчину по рукам, так и стремящимся выправить её блузку. — Куда надо, не мешай, — он часто целовал её нижнюю губу и будто бы не замечал никакого протеста. — Потапенко, — томное дыхание мешало говорить без пауз, — мы опоздаем… Я тебя убью. — Я не знаю, когда мы увидимся в следующий раз. — А перед отъездом? — она приподняла брови от искреннего недоумения.       Как же так? Выпрямив спину, Тина срочно заглянула в его глаза, которые точно не соврут: открытые и уязвимые для прочтения всего, что скрывается за душой. Он отвернул голову и с досадой прикусил губу, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы не расстроить девушку. — А перед отъездом, Лёш? — переспросил рыжеволосая, не понимая, почему он вдруг так напрягся. Неужели такой просто вопрос должен вызывать смущение или вот так, моментально портить настроение?.. Она не понимала. Не понимала. Видимо, дни перед путешествием с сыном у него уже распланированы и, судя по его же лицу, эти планы не включали встреч с Тиной. Может, он и хотел бы, но не сложилось. А она не могла задавать много вопросов, а тем более устраивать скандалы, ведь кто она такая? Оба тяжело вздохнули. Никаких, чёрта с два, обязательств. Это не так уж и просто, если любят двое. Его пальцы сомнкулись, пленя её тонкое запястье. Тина присела на краю и отвела свой грустный взгляд. Ей хотелось разрушить этот номер. Снести стены, сорвать шторы и разбить зеркало в ванной, да так, чтобы на множество осколков. Внутри хрупкой и бледнолицей красавицы полыхало ярко-рыжее пламя. Слова здесь ни к чему. На лице и так всё написано. Любовница. Это диагноз, при котором она обречена на вечное беспокойство, ядовитую ревность и несчастье в своём укромном счастье. Это подобно океану, окружающему крохотный, безжизненный и безнадёжный островок. Кому нужна печальная любовница? — ни-ко-му. Она любила его. Любила и боялась потерять, поэтому научилась искусно усмирять свою гордыню, топтать ярко-рыжий пожар, закидывать песком и не жалеть об этом. Пришлось. Потому что любила. — Успокойся, — придвинувшись ближе, Потап приобнял женщину за плечо и коснулся губами мочки её уха, — я очень тебя люблю… Слышишь? — Любишь? — она резко повернулась к нему. Лёша не надёжный. Лёша — предатель. Он предавал раньше и предаёт сейчас. Казалось, у него нет принципов, или же они так размыты и противоречивы. Не такой уж он и рыцарь в сверкающих доспехах, как думала Тина. Может, он отважный и сильный, но не справедливый по отношению к любящим его людям. Сейчас она не верит ни единому его слову. Лёша — лжец.       Любимый. Он называл себя романтиком. Наверное, у него своё понимание этого. Этот человек словно прибыл с другой планеты. Неоднократно ему доводилось слышать эти слова, воспринимаемые им в качестве комплимента и поощрения его нестандартности. Яростные блёстки плясали в синих глазах, завораживая мужчину. Её взгляд метался между его тонкими губами и чуть сощуренными карими глазами. Она бросает на открытое пламя тряпку, обжигает нежные руки, но тушит коварную ненависть и вместе с тем, словно якорь, сбрасывает тошнотворную грусть. Точно так же, как Он каждый раз тушит сигарету, говоря, что это была последняя и отныне он завязывает. Конечно. Однажды это произойдёт, но не сегодня. Сегодня воскресенье. Они целуются на мятой простыне и ничего больше не имеет значения. Ну, кроме телефонного звонка, разумеется. — Нашли время, — негодующе ворчал Потапенко, когда пришлось оторваться от прелюдии. Ему так нравилось слышать тихие стоны, когда он нежно расцеловывает её чувствительную шею. Опершись на локоть, другой рукой он дотянулся до назойливого телефона, который вибрировал на тумбочке. Тина замерла, пристально наблюдая за ходом разговора. Она прислушивалась. Убедившись, что на другом конце мужской голос, расслабилась. По работе и ладно. — Ай, — шикнула Кароль, почувствовав резкую боль в голове. Она попыталась повернуться, но стало только хуже — её волосы защемились часами на мужской руке. Увидев её улыбку и изогнутые домиком брови, Потап тоже ухмыльнулся и, пока говорил собеседник, как можно тише поцеловал лежащую под ним певицу в губы. А когда она хотела возмутиться и привлечь внимание к своей проблемке, он заставил её молчать, накрыв своей большой ладонью почти всё её лицо. — Потапенко! — как только он закончил разговор и убрал руку, воскликнула рыжеволосая, на что мужчина только посмеялся. — Извини. Он кое-как вытащил её волосинки, обвившие малюсенькие детали его часов. Некоторые пришлось порвать, но Лёша просто тихо надеялся, что она ничего не поймёт. Лысый мужчина, видимо, уже позабыл, что разрывание волоса ясно ощущается и даже отдаётся каким-то звуком или импульсом. Тина молча закатила глаза и, дождавшись освобождения, выбралась из-под мужчины. Он попытался поймать её, схватил за руку и даже притянул обратно, но певица не покорилась. — Разведись с женой, — оттолкнув его цепкие пальцы от своих бёдер, сказала она. — Начинается… — Нет, я серьёзно. Ты неплохо устроился, Потапенко. Совсем обнаглел. — Да ладно тебе. — Если хочешь владеть этим, — уже стоя перед кроватью, рыжеволосая спустила руки вниз по изгибам своей дивной фигуры, — и делать со мной всё, что угодно и когда угодно, то… разведись с женой. — Кароль, ты что, шантажируешь меня? — Именно, — надев ремешок сумки на своё предплечье, Тина коварно улыбнулась, смахнула с плеча волосы и, отходя к входной двери, подмигнула разгорячённому и одновременно разочарованному любовнику. Почти по-английски.       

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Тина Кароль"

Ещё по фэндому "Алексей Потапенко"

Ещё по фэндому "ТиТап"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты