Свадьба лучшего друга

      Кёнсу поправил свой нарядный пиджак и взглянул на свое отражение в зеркале. Он находился в отведенной для жениха комнате один. Несколькими минутами ранее в этой самой комнате толпились несколько его друзей, которые вчера были с ним на мальчишнике. Заходил даже отец Эмили, но потом каждый из них направился в зал церкви, чтобы дожидаться главного действия уже там. Рядом с Кёном должен был остаться только шафер, но ни Чанёля, ни Чонина нигде не было.       Вспомнив о Кае, выражение лица Кёнсу моментально переменилось, и искусственная улыбка, которую он старательно показывал всем уже больше получаса, исчезла с лица, заставляя парня вновь испытать кучу сомнений относительно этой свадьбы.       Кёнсу глубоко вздохнул, опуская взгляд в пол, и запустил пальцы в волосы, слишком активно встряхивая непослушную челку, будто именно она виновата во всех его бедах. Где же эти двое парней пропадают?       Кён с ужасом предполагал, что они, наплевав на него, решили остаться дома и провести весь день в обществе друг друга. Ведь, если судить по тому, что Кён увидел и услышал утром, двое его друзей вполне могли начать встречаться. Кёнсу, истязая себя собственными мыслями, пару раз пытался набрать номер Чанёля, чтобы выяснить, правда ли то, что они с Каем вместе. Но каждый раз, беря телефон в руку, он опускал его обратно на стол, потому что боялся услышать в трубке довольные голоса обоих. Проще было не знать, что между ними там происходит. Но воображение, словно издеваясь, рисовало четкие эротические картинки в голове, заставляя Кёна еще больше переживать. Парень отошел от зеркала и мгновенно сел на стул, надеясь, что хотя бы здесь мысли смогут отпустить его. Он положил руки на стол и опустил на них голову, чтобы немного расслабиться и настроиться на предстоящее торжество. Только, сделав так, переживания никуда не испарились, а мысли о свадьбе совсем не радовали. Этот день должен был стать счастливым, но Кёнсу еще никогда в своей жизни не чувствовал себя таким несчастным, как сегодня. И он не понимал, почему все происходило именно так.       Эмили ему действительно нравилась, пусть и не так сильно как Чонин, но она была именно той девушкой, с которой Кёнсу мог почувствовать себя счастливым. Раньше он думал, что кроме Кая нет такого другого человека, который мог позволить ему забыть о тоске и грусти, как сделала это Эмили. С ней было весело, и она была очень милой и доброй, такой, какой Кёнсу представлял себе свою идеальную женщину. И до признания Чонина, Кён считал, что их жизнь с девушкой будет замечательной. А теперь он сомневался, что вообще хочет связывать себя узами брака. Но он же обещал ей, он должен сдержать свое слово, потому что так будет правильно. И он все еще любит ее…       Любит ведь?       Кён разочарованно простонал, когда осознал, что никакие чувства к девушке не сравнятся с теми, что он испытывал к Каю. Да, он любил Эмили, но чувства, которые он к ней испытывал, были несколько слабее, и больше походили на дружеские. А вот чувства к Чонину были куда сильнее. Настолько, что Кёнсу готов был в любой момент все бросить и сбежать к нему. Но обязательства перед Эмили, и воспоминания об утреннем происшествии, останавливали его от необдуманных поступков и только сильнее теребили душу, выворачивая ее наизнанку.       До начала церемонии оставалось всего десять минут, и Кёнсу все больше нервничал, чувствуя, что у него осталось совсем немного времени, чтобы распрощаться со своими сомнениями. Через десять минут он пройдет в церковь и встретит свою невесту у алтаря, и назад дороги уже не будет. Чонин навсегда останется за чертой дружбы и больше никогда не сможет пресечь линию. Больше не будет неожиданных поцелуев и крепких объятий, сердце больше не будет трепетать от каждого его прикосновения.       Потому что так правильно.       Потому что уже поздно что-то менять.       За спиной щелкнул замок. Дверь отворилась вполне бесшумно, но входящие шаги Кёнсу услышал сразу. Только он не спешил поднимать голову, чтобы посмотреть на прибывшего гостя. Он слишком устал, чтобы улыбаться всем, когда на душе скребут кошки. Он просто хотел остаться один, хотя бы на те недолгие девять минут, которые еще были у него в запасе.       Пришедший гость не сразу заговорил. Кёнсу услышал только, как незнакомец стал напротив него с другого края стола, и как скрипнул стул под его весом. Далее последовала тишина, которую спустя еще минуту нарушил глубокий вздох.       - Все настолько плохо? – послышался голос Чанёля, и Кёнсу мгновенно поднял голову, взглянув на друга своими печальными глазами. В этот момент Чанни показалось, что он уже видел подобный взгляд, только в прошлый раз он принадлежал Чонину. Теперь на него таким же взглядом смотрел Кён. Между этими двумя парнями действительно было некоторое сходство. Они даже эмоции выражали одинаково, слишком похоже, чтобы быть простым совпадением.       Кёнсу резко повернул голову к двери, вдруг подумав о том, что если Чанни здесь, значит и Чонин должен быть рядом. Но когда парень оглянулся, Кая в комнате не обнаружил. Даже слегка приоткрытая дверь не пошатнулась, когда Кёнсу решил, что Чонин просто стоит за ней и ждет подходящего момента, чтобы войти. И то, что Чанни пришел сюда один, наталкивало Кёна на мысль, что Кая он сегодня не увидит.       - Он не придет, - ответил Чанни, замечая тоску в глазах Кёнсу, когда тот, не обнаружив друга, вернулся в прежнюю позу, только теперь глаза не прятал, и смотрел на стрелку часов с особой грустью.       - Он не хочет меня видеть? – Кёнсу вздохнул, мысленно отняв еще одну минуту из своего времени. – Я знал, что так будет. Я слишком сильно расстроил его вчера.       В какой-то момент сегодня Кёнсу решил, что будет проще, если Чонина на свадьбе он не увидит. Потому что каждый раз, видя Кая перед собой, или просто вспоминая о нем, Кён чувствовал, что может передумать жениться. Поэтому в некотором смысле он был рад этой новости. Но вслед за этим пришло разочарование. Если Чонин не хочет его видеть, не значит ли это, что их дружба теперь разрушена? Наверное, и претендовать на дружбу не стоило, потому что никто из них: ни Чонин, ни Кён, не смогут забыть о признании, и о том, что случилось после. Теперь Кёнсу воспринимал Кая не просто как друга, да и Чонин теперь вряд ли сможет жить так, будто ничего не произошло. Ведь каждый раз, видя Кёнсу, он будет чувствовать боль в груди. Может быть и сегодня чувствовал, совсем немного, буквально до того момента, пока Чанёль не излечил его раны своим присутствием.       Чанни ведь поэтому задержался?       Чанёль промолчал, ведь в некотором смысле слова Кёнсу были правдивы. Чонин не хотел находиться на этой свадьбе, и конечно не хотел видеть Кёна. Но не потому, что ненавидел его или обижался, он просто хотел в последний раз сделать что-то хорошее для хена, потому что до сих пор считал, что Кёнсу важна эта свадьба. Он не предполагал, что всего за одну ночь могло все измениться. А сказать прямо ему об этом Чанёль так и не смог.       Чонин приехал из аэропорта приблизительно через час. Он купил билет и вернулся за своими вещами. Но так как не хотел встретиться с Кенсу в его квартире, попросил об услуге Чанеля. Чанель задерживал время как мог, даже на звонок не отвечал, когда Чонин, изнывая от ожидания, названивал ему по городскому номеру.       До свадьбы оставалось всего пару часов. Почти столько же было и до отлета Чонина. Пак вернулся домой с вещами Кая и попытался поговорить с ним еще раз, но парень так упрямо настаивал на своем, что Чанёль забеспокоился, что он снова вызовет такси и уедет, возненавидев и его тоже. Поэтому пришлось уступить ему.       Каю не хотелось прощаться, ему было бы проще ехать одному, но Чанни прилип, как банный лист, и сначала сделал вид, что не может дозвониться ни до одного такси. А потом еще телефон из рук друга выхватил, не позволяя ему позвонить. В итоге Чонин согласился, чтобы Пак отвез его в аэропорт сам.       Некоторое время Чанёль провел в зале ожидания вместе с парнем, все еще питая надежду, что Кай одумается. Он начал давить на жалость и специально говорить о предстоящей свадьбе, чтобы вызвать хотя бы ревность. Но Чонин не обращал внимания на провокацию, и раздражался только от бесконечных уговоров. А потом, когда время стало поджимать, он буквально вытолкал Чанёля за двери аэропорта и отправил к Кёнсу, сказав при этом, что хотя бы один шафер должен быть сейчас рядом с парнем, чтобы поддержать его, ведь он, наверняка, места себе не находит.       Чанни хотел поспорить с этим, но когда вошел в комнату понял, что Чонин не ошибся в своих словах. Кёнсу действительно чувствовал себя потерянным.       - Тебе лучше вернуться к нему, - пробормотал Кён, когда стрелка часов прошла отметку «двенадцать», и теперь запас времени стал на еще одну минуту короче. – Честно говоря, я уже не ждал вас. Я понимаю, что не могу заставить его быть рядом со мной сегодня. Я бы понял, если бы вы не пришли. Поэтому, возвращайся домой. Наверное, он тебя ждет. - Кёнсу вздохнул и закрыл глаза, стараясь не показывать того, насколько ему больно думать о том, что его друзья вместе.       Чанёль нахмурился. Кажется, именно это он утром и предсказывал. Кёнсу все-таки ему не поверил.       - Я так и знал, что ты это скажешь, - Чанёль разочарованно вздохнул и обиженно взглянул на друга, который, видимо поняв, что причина в доверии, вновь опустил взгляд, избегая обиженного взгляда Чанёля. Кён бы и рад поверить, но не мог вот так легко согласиться со словами Чанни, в то время когда Кай говорил совсем о другом. Его слова так сильно въелись в голову, что не позволяли думать ни о каких других вариантах. Поэтому слова Чанни и казались такими незначительными.       - Кёнсу, ты знаешь меня уже достаточно долгое время. Я когда-нибудь врал тебе? Давал повод во мне усомниться? – Чанёль с вызовом посмотрел на друга, заставив того почувствовать свою вину. - Я тебе так скажу, - друг выглядел слишком уж серьезным. В последний раз такое было несколько месяцев назад, когда парень, иногда вспоминая о своих неприятностях, мог рассуждать на философские темы, пугая Кёнсу своим безразличным, но весьма серьёзным выражением лица. Кён уже и не надеялся увидеть этот взгляд снова. Ведь в последнее время Чанни стал более жизнерадостным. А теперь создавалось впечатление, что он снова переживает о своей безответной любви. – Между нами могло кое-что произойти. Не отрицаю, что в какой-то момент я решил, что стоит воспользоваться ситуацией. Но знаешь, что важно? Даже, если бы между мной и Чонином что-нибудь было, это не изменило бы его чувства к тебе, потому что ему только ты нужен. Он тебя любит.       Кёнсу опустил взгляд на стрелку часов. Услышав эти слова, внутри что-то екнуло, заставило почувствовать счастливым, только воспоминания о словах Кая и его холодный взгляд наталкивали Кёна на совершенно иного рода мысли.       - Если ничего не было…зачем он тогда сказал…       - А разве не ясно? – Пак едва слышно усмехнулся, вспоминая, что и сам задавал Каю похожий вопрос. Только он, спрашивая, все же интуитивно догадывался, какова причина. А Кёнсу, казалось, и вовсе не знал. – Он хотел, чтобы ты решил, что с ним все в порядке. Чтобы не беспокоился, что ему может быть больно из-за твоего отказа. Хотя… лучше бы он тебе сразу сказал, что задумал, и дело с концом.       Кёнсу вновь перевел взгляд на Чанни, и приподнял голову, с любопытством смотря на друга.       - Что сказать? – спросил До, чувствуя, как сердце сжимается от нехорошего предчувствия.       Чанёль просто вздохнул и не спешил отвечать на вопрос, будто специально ожидая, когда тревожные мысли окончательно заполнят всю голову Кёна.       - Он в Сеул возвращается!       Кёнсу отреагировал на новость мгновенно. Его глаза вдруг стали больше, на лице отразилось удивление, потом испуг, и парень, забыв о том, что у него скоро свадьба, подскочил с места, готовый в любой момент выскочить за дверь. Первым порывом было: остановить Кая, заставить его остаться. Но, вернувшись в реальность и вспомнив об Эмили, Кёнсу вновь опустился на стул, вздыхая, но теперь уже стараясь смириться с этой новостью. Ведь он уже решил идти до конца, менять что-то и нестись куда-то сломя голову – это было несколько легкомысленно. А чтобы хорошенько подумать времени уже почти не оставалось. Да Кёну уже и не хотелось ни о чем думать. Он и так всю ночь на это потратил, и тот отрывок утра, когда вернулся домой после встречи с Паком. Он и поспать толком не успел, всего лишь подремал немного на диване, когда почувствовал сильную усталость от назойливости собственных мыслей. Проснувшись и думая о том, что Чонину он больше не нужен, Кён принял решение: жениться. Потому что считал, что так будет правильно, но теперь все так запуталось, что Кёнсу уже ни в чем не был уверен. И просто мечтал, чтобы сомнения оставили его в покое.       - Кён… - снова подал голос Чанни, замечая, что Кёнсу просто с ума сходит от того, что не может никак определиться в своем выборе. - Он сказал, что ты ему три месяца не звонил. Кёнсу, вынырнув из собственных мыслей, только вздохнул, услышав об этом.       - Я ведь спрашивал тебя о нем тогда, почти каждую неделю. Ты говорил, что все в порядке. Я думал, что вы общались, но… почему ты так долго не выходил на связь? Ты знаешь, что он ждал тебя? Каждую неделю домой спешил, чтобы с тобой встретиться… Почему ты ему не звонил? Я думал, что ты две недели только с ним не разговаривал, а тут целых три месяца… Это несколько многовато, если учесть, что ты и дня прожить не мог, не вспомнив о нем, и скучал так, что мне приходилось спасать тебя от депрессии.       - Я просто боялся, что слишком сильно влюблюсь в него.       Чанёль приподнял брови, удивленно смотря на друга. Вот чего он не ожидал услышать, так это того, что задумался Кён о Кае, как о парне, не после поцелуя вчера вечером, а гораздо раньше, когда Чонин еще о чувствах своих не сообщил.       Чанёль поверить не мог, что упустил этот момент. Кая он ведь сразу раскусил, а с Кёном почему-то так не вышло. И было жутко любопытно, что же такого произошло три месяца назад, что Кёнсу внезапно задумался о влюбленности в своего лучшего друга. И Чанёль уже собирался спросить об этом, как вдруг его посетила гениальная мысль: Кён всегда был влюблен в Кая, просто до того момента не догадывался, что это не дружба, а нечто более трогательное и сильное.       - Погоди, - Чанни сомнительно прищурился. Он вспомнил, что некоторое время назад действительно считал поведение Кёнсу подозрительным, но с появлением Эмили все стало на свои места. Кёнсу всегда так радовался рядом со своей девушкой, постоянно вился возле нее, восторгался ее достоинствами без перерыва. Чанни считал, что парень попросту без памяти влюбился в Эмили. Но что, если это была не любовь? Что, если Кёнсу стал встречаться с девушкой для того, чтобы забыть о чувствах к Каю? Ведь не зря же у них с Эмили все так быстро складывалось. Может быть, Кёнсу считал, что чем быстрее женится, тем скорее откажется от своих чувств? – Ты поэтому стал встречаться с Эмили?       Кёнсу, услышав эти слова от друга, почувствовал себя настоящим чудовищем. Потому что изначально при встрече с Эмили он это и планировал. Поначалу все было просто. Он встретил девушку, пригласил ее на свидание, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о лучшем друге. Потом они стали встречаться. Сначала Кёну было сложно, потому что он считал, что слишком неправильно поступает с девушкой, но день за днем, она начала ему больше нравиться. И он действительно почувствовал к ней симпатию, поверил в то, что его чувства к ней настоящие. Кёнсу не вспоминал о своих сомнениях относительно друга, и верил, что свадьба поставит жирную точку на его странных чувствах к Чонину. И все шло по плану, пока Кай не признался в любви. В тот момент, когда Чонин коснулся его своими губами, внутри Кёна пронесся настоящий ураган, который всего за одно мгновение высвободил на поверхность чувства, которые он так старательно прятал в душе. Если бы не этот поцелуй, возможно, Кёнсу сейчас бы так не сомневался. Может быть, он тогда вообще ни о чем не волновался и сейчас спокойно бы дожидался начала церемонии в самой церкви, а не в этой маленькой комнатушке, в которой не было и намека на радость.       - Она мне, правда, нравится. Когда мы решили пожениться, я действительно верил, что все будет хорошо. Я чувствовал тогда, что это то, что мне нужно. Но сейчас… Чанни, почему я только сейчас понял, что это совсем не то, чего я хочу?       - А чего ты хочешь?       Кён снова взглянул на часы. У него оставалось всего три минуты до начала церемонии.       - Чего я хочу? – Кёнсу не был уверен, что его желания могу исполниться всего за три минуты, но может быть, если он скажет о них, то не будет так уж сильно жалеть, что ничего не сделал для их исполнения. – Я хочу быть Кённи. Хочу слышать это только от Чонина. Когда он так говорит, у меня внутри все переворачивается. Так приятно, - Кён смог улыбнуться, представив эти приятные ощущения. В какой-то момент ему показалось, что он услышал голос Кая. И пусть он понимал, что голос звучал скорее всего в его голове, на мгновение ему показалось, что Чонин стоит сейчас рядом и шепчет приятное «Кённи» прямо на ухо. – Мне нравится Чонин. И он всегда мне нравился. Просто это я - идиот, не понял, что он тоже ко мне что-то чувствует. Я ведь думал, что ему девушки нравятся. От тебя защищал, - сказал Кён теперь обращаясь к Чанёлю. – Да и от себя тоже.       - Надеюсь, ты не поэтому сюда переехал?       - Нет, - ответил Кён, не задумываясь. Правда, ответив, все же засомневался в своих словах. – Я уже не знаю, Чанни. Я уже сам ничего не понимаю, - и Кёнсу опустил голову на стол, касаясь лбом холодной поверхности.       - Но ты же его любишь? – голос Чанёля казался слишком счастливым.       - Очень. - Кён приподнял голову и кивнул, но его голос в отличие от Чанёлевого был менее радостен. - Все решилось бы гораздо быстрее, если бы не было этой свадьбы. Если бы он сказал мне раньше… или я бы сказал ему… все могло закончиться совсем по-другому.       Кёнсу опустил голову, мысленно желая остановить время, а лучше отмотать его немного назад, чтобы заново пережить тот недолгий, но весьма приятный момент с поцелуем. Кёнсу мог бы конечно пожелать вернуться в момент встречи с Эмили, чтобы пойти домой тогда, как и задумал, а не оставаться на вечеринке. Или вообще вернуться в тот день перед отлетом в Америку, чтобы передумать лететь и остаться в Сеуле рядом с Чонином. Только, думая обо всем, что случилось, Кёнсу сомневался, что смог бы тогда признаться и себе, и Каю в своих чувствах. Потому что считал, что именно эта свадьба и подтолкнула их обоих друг к другу. Если бы ее не было, возможно, никаких признаний и не было бы.       - Еще не поздно что-то изменить, - сказал Чанёль, взглянув на часы. - Поедем со мной в аэропорт. До отлета у нас есть еще 20 минут.       В Кёнсу в этот момент затеплилась надежда на лучшее будущее, и он готов был согласиться не раздумывая. Только все же, не смотря на бессонную ночь и усталость, в нем была еще крупица здравомыслия, которая не позволяла поддаться порыву и удерживала парня на месте.       - До аэропорта ехать почти полчаса, - обреченно вздохнул До, но Чанни так загорелся этой идеей, что не хотел слышать никаких оправданий. Он подскочил с места, чтобы поскорее выскользнуть из этой комнатушки. Только Кёнсу все также сидел на месте, оттягивая время.       - Если поторопимся – успеем, - Чанёль с надеждой посмотрел на друга, но Кёнсу лишь устало вздохнул.       - Уже слишком поздно, - он снова взглянул на часы. Стрелка уже начала отсчитывать последнюю минуту. Парень поднялся с места и подошел к зеркалу, чтобы поправить одежду, и мысленно готовясь к тому, что скоро он войдет в церковь и обвенчается со своей невестой.       - До Кёнсу, - строгим голосом проговорил Чанни, чувствуя, что его терпение лопнуло окончательно. – Хватит уже придумывать для себя отговорки. Если любишь его, пойди и скажи ему об этом. Иначе будешь жалеть всю оставшуюся жизнь.       - А как же Эмили? – спросил Кёнсу, взглянув на друга. - Я не могу вот так легко ее бросить. Она тоже не последний человек в моей жизни. И я все равно люблю ее, пусть и не так сильно, как Чонина. Не хочу, чтобы она ненавидела меня, и жизнь портить ей тоже не хочу. Представь только, что скажут ее родственники, когда узнают, что ее жених влюблен в парня. Задор Чанёля вдруг пропал и он, опустив взгляд, виновато вздохнул.       - Кён, вообще-то… насчет Эмили… я уже…       - Она уже обо всем знает, - послышался у порога тоненький голосок.       Кенсу, услышав голос своей невесты, вмиг обернулся. Чанёль тоже поднял голову, и оба парня впились взглядом в девушку: Чанель с некоторой долей вины, Кёнсу с испугом и неловкостью.       Эмили стояла у приоткрытой двери в своем шикарном белом платье и походила на самую настоящую принцессу. Кёнсу отметил про себя, что еще никогда не видел ее настолько красивой, даже слезы в глазах добавляли ей особого очарования. Только было бы куда лучше, если бы она плакала не из-за него. Только теперь уже поздно об этом думать, ведь Эмили уже услышала то, что могло причинить ей боль. Потому и стояла теперь у порога, стараясь удержать слезы в глазах.       В комнате нависла тишина. Кёнсу не знал, что сказать и только хмурил взгляд. Эмили тоже собиралась с мыслями. И только Чанни выжидающе посматривал на друзей, пытаясь предсказать, чем окончится эта встреча. Он не был уверен в поступках девушки. Перед тем, как зайти к Кёну, парень как раз сходил в комнату невесты. То, что Кён не передумает жениться, Чанни понял еще у лифта, а так как Чонина уговорить вернуться не удалось, оставался только последний вариант: сказать обо всем Эмили. И хотя Чанёлю было безумно жаль девушку, он понимал, что ничего хорошего из этого брака не выйдет, если Кён будет молчать о своих настоящих чувствах. Ведь спустя время он начнет жалеть о своем поступке, и жизнь рядом с девушкой превратится для него в ад. Для Эмили этот союз тоже мало хорошего сулил. Поэтому Чанни и рассказал ей, как все было, и показал те немногие видео, которые успел снять на мобильник. Он вышел из ее комнаты не уверенный в том, как она поступит. Эмили нужно было время, чтобы все хорошенько обдумать, и, видимо, она все-таки что-то решила, если сейчас стоит здесь с телефоном в руках, сжимая его своими маленькими пальчиками, нервничая и переживая. Пару слезинок все же скатились из глаз девушки, и она быстро стерла их с лица свободой рукой, а потом вздохнула и подняла взгляд, стараясь придать своему образу силы и мужественности. Она легонько улыбнулась, чувствуя себя немного счастливей от того, что Кёнсу все же считал ее важной частью своей жизни. Наверное, только эти слова и помогли ей принять окончательное решение и шагнуть внутрь комнаты, чтобы расставить все точки над «i» в их с Кёном отношениях.       Кёнсу удивленно поглядел на девушку, когда она, потешаясь над всей комичностью своей жизни, усмехнулась сквозь слезы.       - Честно говоря, в глубине души я знала, что так будет. Не знаю, откуда появилось это чувство, но вот уже несколько дней не могу избавиться от странного ощущения, что что-то не так, - девушка договорила и сжала губы, подавляя в себе желание снова разрыдаться. Она, сидя одна в комнате невесты, уже столько успела пролить слез, что казалось, их уже не будет. Но теперь, стоя перед своим женихом, новый поток мог прорваться из глаз в любой момент. Поэтому девушка глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.       - Я заметила, как ты смотрел на Чонина, когда он был на балконе с Чанни, - Эмили теперь смело смотрела в глаза Кёну. - Я сделала вид, что ничего не поняла, но это не так. Я видела, что ты был расстроен. И на следующий день тоже… Когда я тебе предложила познакомить его с девушкой… тебе же совсем не понравилась эта идея. Я помню твой взгляд в тот момент. Ты боялся, что он согласится. – Девушка не спрашивала это, а утверждала. Хотя в тот момент у нее дома, когда они выбирали снимки, ей хотелось задать Кёну много вопросов относительно его странной реакции, но тогда она решила, что это не важно. Ей не хотелось думать о том, что что-то не так. Она знала, что скоро выйдет замуж и думала, что все эти ее страхи беспочвенны. Но, как оказалось, все получилось совсем наоборот. – Мне стоило раньше об этом задуматься. Наверное, еще в тот момент, когда ты забыл обо мне в аэропорту. Ты так радовался его приезду… был таким счастливым. Не помню, чтобы ты когда-нибудь так радовался мне. Я тогда решила, что ты просто соскучился по нему, все-таки вы с ним давно не виделись… - Эмили опустила взгляд на телефон в своей руке. – Я не думала, что у вас с ним может быть все настолько серьезно… но это видео… - девушка немного приподняла руку, заставляя Кёнсу опустить взгляд на телефон и нахмуриться, - …теперь я понимаю, что ты был прав, Чанни, - и девушка теперь взглянула на Чанёля, правда, почти сразу же опустила взгляд, потому что слезы снова заполонила глаза. – Мы слишком поспешили с этой свадьбой.       Девушка едва слышно всхлипнула и снова провела рукой по щеке, смахнув ненужные слезы, а потом направилась к Чанёлю, чтобы отдать ему его телефон.       Кёнсу только удивленно проследил за этим движением и словил виноватый взгляд Чанни, когда тот протянул руку навстречу руке девушки.       - Какое видео? – спросил Кён, совершенно не понимая, о чем идет речь.       Чанёль перевел взгляд на Эмили, словно спрашивая, можно ли показать видео, потому что он не был уверен, что девушка захочет снова его посмотреть. Но Эмили лишь печально вздохнула и отвела взгляд в сторону. Чанни расценил этот жест как то, что она не против, и вмиг отыскал нужную запись. Он нажал воспроизведение и повернул экран к Кёну, наблюдая за его реакцией.       Кёнсу замер на несколько секунд, вглядываясь в экран телефона и ощущая некую тоску от увиденного. На видео он был не один, а в компании Чонина. Кай тогда только признался в своих чувствах, и тянулся за поцелуем, обнимая Кёна за талию и стараясь прижаться как можно ближе. Видно было, что Кёнсу сначала было неловко, но потом, спустя несколько секунд, Кён увидел собственное выражение лица, когда понял, что ему этот поцелуй нравится. Глядя на это видео, любой бы догадался, что он хочет этого. Что чувства, появившиеся на его лице – не просто дружеская поддержка, о которой он тогда думал, а настоящие чувства, о которых непросто забыть.       Кёнсу оторвал взгляд от экрана, и Чанёль быстренько выключил запись, погружая комнату в тишину. Он только бросил беспокойный взгляд в сторону часов, замечая, что время неумолимо бежит вперед, и что до аэропорта они могут не доехать, если конечно Эмили все же решит отпустить Кёна. Хотя, вид у нее был сейчас действительно такой, будто бы она навсегда прощалась с ним, и Чанни, легонько коснулся ее плеча рукой, чтобы хоть немного поддержать ее. Ведь сейчас ей было очень нелегко.       Девушка, очнувшись от своих мыслей, глубоко вздохнула и снова посмотрела на Кёна.       Он хотел ей сказать что-то хорошее, чтобы она так сильно не расстраивалась, но смог произнести только «прости» полное сожаления, и снова опустил взгляд, чувствуя, что от этих слов больно становится не только девушке, но и ему тоже. Не хотел ведь причинять боли, но в итоге всем плохо, от того и чувствовал себя так ужасно, как никогда.       Эмили некоторое время просто смотрела на своего теперь уже бывшего жениха, а потом шагнула навстречу, коснулась рукой его щеки, заставляя парня поднять на нее взгляд, улыбнулась своей очаровательной доброй улыбкой и обняла так нежно, словно и не обижалась на него никогда, будто все между ними было как прежде.       - Прости меня… - снова пробормотал Кён, совершено не представляя, что еще может сказать в этой ситуации.       - Ничего, - тихонько отозвалась девушка, в последний раз наслаждаясь любимыми объятиями. – Мы с тобой здорово провели время, правда? – Эмили почувствовала кивок Кёна и, почувствовав некоторую легкость в душе, глубоко вздохнула. Она не была уверена, что сможет легко пережить это расставание, но чувствовала, что это решение, которое она только что приняла, верное и самое правильное.       – Тебе нужно поторопиться, - девушка отодвинулась от Кёнсу, замечая в его глазах удивление. – Вам еще до аэропорта доехать надо, так что… лучше не теряйте время.       Кажется, своим внезапным заявлением она ввела Кёна в еще большее замешательство, потому что он все еще удивленно хлопал глазами, смотря то на Чанни, то на девушку. Наверное, ему сложно было поверить, что все может так легко разрешиться, но Эмили не была из тех, кто закатывал истерики. Да и не нужно ей было этого. Ей было приятно, что хотя бы в жизни Кёна она имела важное значение. А будет он с ней или нет, это уже было не важно. Если он ее не любит, тут уж ничего не поделаешь.       - Ты серьезно?       Девушка кивнула.       - Я же не могу заставить тебя любить меня вечно, - Эмили, сказав это, грустно улыбнулась, и Кён снова обнял ее, чувствуя теперь благодарность за то, что она смогла понять его чувства. Он не ошибся в выборе невесты. Эмили была замечательной девушкой, настолько, что могла отпустить любимого человека к другому.       - Прости, что я все так запутал.       - Я бы в такой ситуации тоже запуталась, - честно призналась она, позволяя парню задержать объятия.       - Кён, у нас почти не осталось времени, - поторопил друга Чанни, чувствуя, что это расставание может задержаться еще на неопределенное время.       - Иди, - девушка отодвинулась от парня и немного подтолкнула его к двери, но Кён, почему-то не мог просто взять и выйти за дверь. Будто не был уверен, что полностью свободен от отношений.       - Иди, - поторопила его Эмили. – Я скажу всем, что сама не хочу замуж. Я ведь женщина, могу и передумать в ответственный момент. Кёнсу нахмурился, снова впадая в сомнения. - Со мной все будет в порядке, - ответила она с улыбкой, чтобы Кёнсу, наконец, поверил в ее слова. Парень несколько секунд раздумывал, как ему поступить, а потом снова обнял девушку и поцеловал в щеку. - Спасибо, - шепнул он ей на прощание, а потом, взглянув на нее благодарным взглядом, направился к выходу. Он обернулся у порога всего на несколько секунд, даря девушке свою счастливую улыбку, и когда она ответила ему тем же, скрылся за дверью. Чанёль видел, как грусть и печаль вновь появляются в глазах только что улыбавшейся девушки. Теперь она могла не притворяться. Ей было больно и тоскливо от того, что она потеряла своего любимого. Теперь ей придется прожить некоторое время с этой болью. Чанни не был уверен, что эта боль когда-нибудь исчезнет, потому что о своей вспоминал довольно часто. Но он верил, что однажды будет вспоминать о неприятном прошлом с улыбкой. - Знаешь, - Чанёль коснулся щеки девушки, вытирая с них струящиеся слезы, - мы с тобой обязательно встретим тех, кто будет любить нас больше жизни. - Эмили с надеждой посмотрела ему в глаза, изо всех сил стараясь поверить его словам. Чанни в ответ нежно улыбнулся. - Это обязательно случится. Просто… нужно немного подождать. Девушка легонько кивнула, соглашаясь с его словами. Чанни тоже заключил ее в дружеские объятия, а потом вышел вслед за Кёном. - Все будет хорошо, - тихонько прошептала себе Эмили, уже не сдерживая слезы. – Все обязательно будет хорошо… Чанёль вышел из комнатки как раз в тот момент, когда Кёнсу, заметив, что друг за ним еще не вышел, направлялся обратно. Увидев Чанни, Кён вмиг затормозил и теперь спешил к стоянке, перескакивая через несколько ступенек сразу, чтобы поскорее оказаться у машины. - Чанни, быстрее, у нас совсем немного времени, - воскликнул парень, и Чанёлю пришлось поторопиться, чтобы Кён слишком сильно не злился. А то, если судить по мальчишнику, Кёнсу лучше не злить. Они сели в машину и Кён, нервничая, продолжал подгонять друга. Чанни усмехнулся тому, как все-таки его друг переживает. А ведь недавно даже не хотел идти. Зато сейчас на месте усидеть спокойно не мог, то и дело поглядывал на часы и вертел головой, наблюдая за машинами, которые можно было с легкостью обогнать. По пути в аэропорт он не переставая махал рукой, указывая, где можно свернуть, чтобы проехать быстрее, и ругался на тех водителей, которые не вовремя выезжали впереди машины, не давая возможности проехать. Пару раз парни чуть на красный свет не проехали, и в то время, пока им приходилось ждать, когда загорится зеленый свет, Кёнсу готов был все светофоры смести с лица земли. Чанёль даже успел пошутить на счет гневного вида парня, за что был награжден уничтожающим взглядом. Спустя пару минут, когда вновь загорелся красный свет, Кён готов был метать молнии, ругая судьбу за то, что именно сегодня все светофоры сговорились и показывают красный, в то время, когда ему нужно поскорее добраться до нужного места. Парень мысленно Богу помолился, чтобы он сжалился над ним, и в этот момент Чанёль, наплевав на все, проехал на красный свет, едва успевая промчаться мимо одной машины, едущей навстречу. Кёнсу завизжал от неожиданности, внезапно испугавшись за свою жизнь. Чанни всего на секунду бросил на друга взгляд. Глаза Кёна расширились до невероятных размеров, а потом он вдруг так громко засмеялся, что Чанни забеспокоился, а все ли в порядке с его другом. - Что с тобой? – спросил он, теперь сосредоточенно смотря на дорогу, и обгоняя машины, как заядлый лихач. В какой-то момент он почувствовал себя гонщиком, и сразу же отметил про себя, что ездить в жизни на полной скорости куда приятнее, чем то же самое проделывать, сидя на диване и играя в приставку. Правда, теперь у него скорее всего появятся несколько штрафов, но черт с ними, главное, поскорее увидеть счастливое воссоединение двух влюбленных. Кёнсу широко улыбнулся, когда они выехали на шоссе и теперь неслись прямиком к аэропорту, выигрывая немного времени. – Я еще никогда не чувствовал себя таким счастливым, - парень усмехнулся и высунул руку в окно, наслаждаясь ощущениями, которые дарил ему сильный ветер. Внезапно Кёнсу почувствовал себя таким свободным, словно с него свалилась огромная тяжесть. И все это благодаря Эмили. Он столько времени потратил, пытаясь найти решение, и так и не смог до конца решиться последовать своим желаниям. Девушка распорядилась своей жизнью куда быстрее, и Кёнсу был безумно ей благодарен. Чанёль, услышав эту фразу, вдруг громко расхохотался. - Ничего, подождем, пока ты с Чонином встретишься, и тогда сравним, насколько ты будешь счастлив. Кёнсу согласно кивнул. Он уже сейчас предчувствовал эту встречу. Он, выглядывая в окно, представлял, что несется через весь холл к Чонину с распростертыми объятиями, как подбегает к нему и, ни о ком не заботясь, целует прямо в губы на виду у всех. Ему было без разницы, как отреагируют на эту встречу другие, он хотел это сделать, чтобы Чонин понял, как сильно он ему нужен. Кён уже сейчас хотел увидеть счастливую улыбку Кая, когда тот поймет, что его чувства не безответны. Прибыв на место, Кёнсу выскочил из машины первым и сломя голову понесся к тому единственному выходу к самолету, где должен был находиться Кай. Времени оставалось совсем немного, поэтому Кён действовал как можно быстрее. Чанёль в это время припарковал машину на стоянке и тоже поспешил внутрь, изо всех сил молясь, чтобы друг успел встретиться с Каем. Оказавшись внутри аэропорта. Кёнсу немного растерялся, не зная, куда ему бежать, поэтому, оббегая людей, а их сегодня в аэропорту было как никогда много, он оглядывался по сторонам, выискивая знакомый силуэт и в какой-то степени надеясь, что Чонин все же останется, передумает. Он с трудом нашел нужный терминал с выходом к самолету, но когда добежал к нему, двери уже были заперты, и как назло рядом не было ни одного работника аэропорта, чтобы спросить, в верном ли месте он находится. Немного отдышавшись, Кёнсу поспешил к столу регистрации, чтобы спросить у девушки, продающей билеты, где проходит посадка на рейс до Сеула. - Самолет уже взлетает, - вежливо ответила она с улыбкой на лице. – Следующий вылет будет через… Когда будет следующий рейс, Кён не дослушал и убежал до того, как услышал концовку. Он подскочил к окну, выходящему на взлетную полосу, и прижался ладонями к стеклу, активно оглядывая местность. Один из самолетов уже оторвался от земли и теперь взмывал вверх, убирая шасси. Кён не знал, был ли этот самолет до Сеула, но увидев, как он поднимается ввысь, понял, что потерял слишком много времени на раздумья. Парень печально вздохнул, опуская голову и прижимаясь лбом к холодному стеклу. Неужели все так и закончится? Чья-то рука коснулась плеча, и Кёнсу затаил дыхание, предчувствуя, надеясь и желая, чтобы это оказалась рука Чонина. Может он все-таки остался? - промелькнула светлая мысль в голове и Кёнсу готов был ликовать от радости. Он обернулся с надеждой в глазах... ... и встретился взглядом с Чанёлем. Кая поблизости не было. Кён, тяжело вздохнув, снова выглянул в окно, тоскливо наблюдая за улетающим самолетом. В это время, сидя в самолете, Кай тоже вздохнул. Аэропорт Лос Анджелеса теперь остался позади, ровно, как и светлые чувства Чонина. С этого момента, Кай решил, что больше никогда не будет вспоминать о Кёне, как о парне, который ему нравился. Он в последний раз позволил себе выглянуть в окошко, смотря сверху вниз на город, в котором хоть ненадолго почувствовал себя счастливым рядом с тем, кого любил. С этого момента, он постарается вычеркнуть из сердца все воспоминания, связанные с До Кёнсу, и позволит ему жить своей уже далеко не холостяцкой жизнью. Но перед тем, как полностью забыть его, он хотел ему пожелать только одно: Будь счастлив, Кённи... и Прощай…