Просто будь собой

Прошло несколько дней. Я придумывала, что бы ещё можно было использовать для защиты дома и его жителей. В пятницу вечером, вынося мусор, я застыла у мусорного бака, поражённая догадкой. Колдун ведь проник в дом ни через двери, ни через окна – он просто оказался внутри! Получается, мои уловки пригодятся только в случае нападения смертных или в случае нормального захода в дом колдуна. Значит, нужно укреплять дом внутри! Я вернулась в дом и остановилась в кухне, раздумывая. Возможно, я просто не слышала в тот раз стука двери, но отбрасывать возможности колдуна в телепортации тоже не стоит. Значит, если учитывать, что в прошлую встречу он сковал мои силы, вбежать в другую комнату, чтобы заставить его пройти дверной проём, который лишает памяти, не получится. Я немного подумала. Затем прикоснулась к крану, на котором были капельки воды. Получив разрешение, прикоснулась к полу, который тут же покрыла тончайшая водная плёнка. Любой человек со злыми намерениями, ступивший на неё, примёрзнет к месту и не сможет двинуться. Для остальных она не чувствовалась и не была заметна. Однако руки и сознание вода сковать не сможет. Нужно что-то ещё… Мой дом и так уже похож на военный полигон для истребления врагов! Можно использовать воздух. Так как он находился везде, разрешение я получила сразу. Затем обошла все комнаты, проводя по воздуху рукой. Теперь в каждой комнате, которую бы не посетил монах, к нему прицепится моё проклятие – потеря магических способностей. Врагом я считала человека, пришедшего для убийства, запугивания, плена. Простая, мелкая ссора, типа вроде соседа, которому не нравится наш забор, не охватывается. Алан, пока я творила защиту, бегал по лесу. «Серый» ещё не находился так долго не в шкуре волка, и заскучал по простору, острым ощущениям, ловле добычи. Раньше он каждый день превращался, а теперь приходилось быть человеком. Правда, я еле уговорила его уйти проветриться – после визита колдуна он стал обо мне беспокоиться. Хотя, честно говоря, должен был заботиться о себе – предупреждение ведь было не для меня. Однако я решила использовать это время с пользой – вновь сходить в церковь. На этот раз я попала на вечерний молебен. Перед алтарём, за которым стоял мой знакомец, стояло человек двадцать, сложив перед собой руки и повторяя за святым отцом молитву: – …а я говорю вам: любите врагов ваших! (слова из евангелия от Матфея, гл. 5). Любить врагов я не собиралась, однако покрыла платком голову и встала рядом с крайней женщиной, бедно одетой, но истово молящейся. Изредка до меня доносились её слова «…Господи, Боже мой…», «снизойди к рабе твоей…», «…милость твоя…». Я прочитала молитву, которую знала, и вскоре молебен кончился. Народ зашевелился: кто подошёл к колдуну-батюшке, кто ставил свечи, кто уже покидал церковь. Я подобралась ближе к колдуну, прислушиваясь. Вот к нему подошла та бедная женщина, что-то спросила. Колдун ответил: – На всё воля Божия… Ступайте, и да поможет вам Господь. Он протянул женщине один из многочисленных крестов, висевших на его груди, она поцеловала и, перекрестившись, ушла. Я же разглядывала крестики – уж больно много их было и как-то хаотично, небрежно они висели. Были и бронзовые, и серебряные, и даже деревянный. Когда колдун перекрестился, на его ладони мелькнул резкий отблеск. Приглядевшись, я разглядела кольцо – золотое, с печаткой в середине, но её разглядеть не смогла. Колдун повернул голову в мою сторону, и я отвернулась, сделав вид, будто рассматриваю икону Пресвятой Богородицы. Украдкой оглядевшись, мне стало ясно, что кроме колдуна и меня, в церковной зале никого нет. Я было двинулась к выходу, но меня остановил тихий, знакомый голос: – Et vous, madame, restez, je vous prie. (А вы, сударыня, останьтесь, прошу вас). – Ah fichtrre… (Чёрт возьми…). Я обернулась и встретилась с взглядом старческих голубых глаз. Лицо колдуна было испещрено морщинами; впалые щёки, усталый вид, потухший от времени взор – всё это давало понять, что передо мной человек, прошедший огонь, воду и медные трубы. – Bon soir, pater. (Добрый вечер, отец) – Vous me comprenez? – он был удивлён, совсем немного. (Вы меня понимаете?). – A bon entendeur, salut, – я кивнула. (Имеющий уши да услышит). Колдун слегка потёр кольцо, словно ему вдруг сделалось неуютно. – Однако я была бы не против перейти на английский. Он слегка, с достоинством кивнул. – Дочь моя, вы хотели что-то узнать? Вас это задержало дольше других? Он что, не узнал меня? Хотя нет, надеется, что это я его не узнала. Ну-ну… – Святой отец, откуда вы? – Я из далёкой России, именуемой ранее странной варваров и дикарей, ходящих в медвежьих шкурах. Мои предки отдавали себя в учение церкви на протяжении веков. Мой род может поспорить чистотой и верой в Бога даже с самим Папой Римским. А ты, дочь моя, веришь в Бога? – Конечно, отец. – Это очень важно. Без веры всё на нашей земле – прах… – Святой отец, я согрешила. Я желала зла человеку, который желал зла мне. – Это… – святой отец заметно сглотнул. – …плохо, дитя моё. Нужно уметь прощать, и обойдут тебя беды и несчастья. Нет, я не собиралась признаваться колдуну, что раскусила его и уже начала действовать, это было бы крайне неосмотрительно. Его силы продолжали оставаться неизвестными, и спугнуть «святого отца» не хотелось. Раз он решил играть, то… Поиграем. – О, вы правы. Я решила простить его, поэтому и пришла – за отпущением своего греха. Я подошла ближе и склонила голову – отпускался грех обычно приложением креста ко лбу и губам, перекрещением святого отца и ритуальными словами. Когда я поцеловала крест, колдун протянул руку к моему лбу, дабы перекрестить меня, но, едва прикоснулся к коже, как резко отвёл её назад и чуть ли не отскочил от меня. «Что? Что это? Неужели…». И больше ничего не добавил. Однако выдержка, приобретённая за многие годы, возобладала, он закончил осенение крестом и сказал с лёгкой хрипотцой: – Отпускаю грехи твои, дочь моя, и да пребудет в твоей душе покой и благодать. Пусть беды и злые мысли обойдут тебя стороной, а прежние грехи я, имеющий власть перед лицом Господа Бога, снимаю с твоей совести. Дитя моё, ты можешь идти. – Да, теперь я чиста, и тому человеку нечего бояться. Нужно жить с Богом в душе и с царём в голове. Благодарствуйте, святой отец. Конечно, мои слова не успокоили колдуна. Нужно быть глупцом, чтобы поверить в то, что тебе не собираются мстить, с первого раза. Но из церкви я вышла без всяческого противодействия. Алан уже был дома. Рвал и метал. Искал меня. Рычал. Когда я пришла, то он тут же сначала успокоился, а потом набросился на меня, всячески скрывая, как рад, что я вернулась. Вот глупый, забыл, что от меня нельзя что-то скрыть. – Алан, успокойся, я ходила в церковь. – Зачем? Он же мог тебя узнать! – Он и узнал. Алан бешеным волком посмотрел на меня. – Но я сделала вид, что не узнала его. Он знаешь, что делал? – Что?! – Отпускал мне грехи! – я расхохоталась. Алан стал расползаться в кресле, как жидкая каша. Смотреть на его лицо не рекомендовалось. – Это же было опасно! – Ой, Алан, ну не делай вид, что ты моя мама! Встряхнись, волк! Приключения ждут! Тут зазвенел звонок у ворот. Вряд ли это колдун, мы же только что виделись, у него уже была возможность меня убить. Неужели он соскучился? Я было хотела встать, но Алан не терпящим возражения жестом усадил меня обратно и вышел. Я ждала, кусая губы от волнения. Алан вернулся с письмом. Странно, от кого оно? Хотя, возможно, это для родителей. – Это для тебя, – он протянул мне письмо. Не для родителей. Для меня. От кого? Я глянула на имя отправителя – Рик Милен. Что здесь – угрозы, капитуляция? Я раскрыла конверт – на мои колени упал тонкий, небольшой листик – приглашение. На жёлтой бумаге ядовито-фиолетовыми красками было выведено следующее: «Приглашаю Гервест Иллиду на костюмированную вечеринку, которая состоится в субботу в 21.00 по адресу: улица Гриневская, дом 13. Костюм обязателен. КОМПАНИЯ ЗАПРЕЩАЕТСЯ». Я протянула приглашение Алану, тот прочитал и шумно выдохнул: – Ну, блин… – Я пойду. – Нет. – Пойду. – Нет. – Там может быть колдун, и я смогу узнать что-нибудь новое. Наверное. – Мне всё равно. – Компания запрещается. Я пойду одна. – Нет, нет и ещё раз нет! Я пойду с тобой. – Но… – Мне не нужно заходить в дом, чтобы знать – всё у тебя в порядке или нет. Кстати, в случае опасности советую вскрикнуть – это поможет моему слуху. – Ох, ладно. Ну и упрямый же ты! – Благодарю. – Значит, единственной проблемой остаётся… найти костюм!

***

Костюм я нашла. Однако пришлось потрудиться – во-первых, я ни разу ни была на костюмированной вечеринке, а во-вторых – мне не была известна тематика вечера. Пришлось довольствоваться моими ценовыми возможностями и вкусами. В конце концов, мы с Аланом в одном из магазинов готовой одежды обнаружили очень симпатичный костюм лисички. – Кстати, лисы и волки не дружат, – тихо заметила я, примеряя в гардеробной костюм. – Бывают же исключения? Я отодвинула в сторону перегородку и явилась пред очи Алана и продавщиц во всей красе. Мой костюм состоял из длинного, почти до щиколоток хвоста, декольтированного верха и ушек в комплекте. Само платье было из облегающего огненно-рыжего сатина, доходящего мне где-то… Точнее, далеко не доходящего до колена. Я надела на голову ушки и пошла вдоль прилавка с маскарадными масками. Больше всего мне пришлась по душе маска из синтетического меха кролика, закрывающая чуть больше половины лица. Мех был таким приятным на ощупь, что я поспешила одеть её на лицо и повернулась к зрителям. Мысли Алана пришлось привычно проигнорировать, и я прислушалась к мыслям продавщиц. Те выразили общее одобрение, правда, некоторые посчитали это слишком откровенным. Но именно это мне и было нужно. В школе я ходила в довольно строгой одежде и не привлекала внимания пошлостью нарядов, что вполне устраивало Алана и спасало от головной боли меня – уж очень часто я становилась свидетельницей сцен, которые ревнивые парни закатывали своим не в меру откровенным подругам. И на вечеринке Рик не будет ожидать, что я приду в таком наряде; скорее всего он ждёт, что я явлюсь в образе монашки. Не дождётся! У меня есть шанс, что я проберусь в дом не узнанной. Посмотрим на тайны этого «Мадридского двора»! Цена меня вполне устроила, и я заглянула ещё в соседний магазин, прикупила симпатичные туфельки. В них можно было и на вечеринку сходить, и в школу обуть. Прелесть! Алан был того же мнения: «Как хорошо, что всё так сложилось – мы живём вместе, проводим время вместе. Жаль, она видит во мне лишь друга. Ну, ты же слышишь мои мысли! Я люблю тебя!» Но я лишь ниже склонила голову. В 20.30 я экипировалась в новый костюмчик, надела маску и сказала: – Если что-то пойдёт не так, я пришлю горячий ветер. Он подует тебе в лицо, и тут уж мне придётся уповать на твою скорость. – На счёт этого не бойся, – Алан усмехнулся, обнажая зубы, которые в человеческом обличии не выглядели угрожающе, но это не значило, что от них не могла исходить угроза. Почти в девять мы уже были на месте. Нам повезло – нужный дом находился у окраины леса, как и мой. Алан поцеловал меня в лоб и скрылся в лесу, а я смело шагнула в направлении дома, обогнула угол улицы и застыла. У входа стояла толпа, а у входных дверей – мужчина внушительных размеров в чёрном костюме. Фейс-контроль! Я достала из сумочки приглашение и подошла ко входу. Меня оценило сразу несколько парней, так что я осмелела, прошла сразу к мужчине и показала приглашение. Тот окинул меня взглядом, кивнул и слегка отодвинулся от входа. Я шмыгнула внутрь. Не то чтобы внимание порадовало меня и подняло самооценку, я же не пятиклассница-отличница, чтобы краснеть от внимания. Некоторые парни сравнили меня со своими прежними, кто-то вообще принял за местную девушку лёгкого поведения. Так что я не строила иллюзий. Обстановка в самом богатом доме этого городка была соответствующей. Весь первый этаж был отделан под модный клубный зал. Висели световые шары, бросающие снопы разноцветного света на уже довольно большую толпу, двигающуюся в ритм с зажигательной музыкой, льющейся из огромного стерео, установленного посреди танцпола. Стоял самый угар, и мне тут же захотелось уйти. Самые разные мысли – пошлые, злые, бессвязные – устремились ко мне, и если бы я могла знать, что меня услышат, то закричала в полный голос. Но нужно собраться… И найти Рика. Там, где он, может быть и колдун. На втором этаже уже было спокойнее, музыка не была такой громкой и люди попадались реже, чем на каждом шагу. Костюмы были самыми различные – звери, киношные герои, мультяшки, даже столовые приборы – я лично видела две целующиеся солонки. Но это всё было не то. Я прошла ещё несколько комнат, не встретив ни души, и поднялась на третий этаж. Там музыка была уже почти не слышна, все звуки, даже шаги, скрадывали толстые ковры на полу и стенах. Вновь попутешествовав, я наткнулась на комнату, из которой доносились рассерженные голоса. Дверь была чуть приоткрыта, и подслушать разговор для меня не составило труда. Я лишь ради предосторожности спряталась за ближайшим гобеленом и навострила уши. – …но не так! Мы не сговаривались! – Думаешь, я знал! Говорили двое – Рик и колдун. По голосу стало понятно, что колдун был чем-то сильно раздосадован, а Рик раздражён. – Слушай, ты вообще уверен? – Конечно! В таком я никогда не ошибаюсь – у девочки есть способности. Вот чёр-р-рт… Как он узнал? В чём я прокололась? Или они не обо мне? – Я передал ей то, что вы меня просили, а потом столкнулся с ней в церкви… Хе-хе… – И что? – Я перекрестил её, и как только дотронулся до кожи, меня тут же ожгло, что всегда означало, что у человека есть способности. Причём немалые, рука до сих пор жжёт. – Что-то ты раньше не говорил, что можешь определять чужие способности… – Раньше в этом не было необходимости. Это единственное, что действительно даровано мне от Бога. Всего остального я достиг своими силами и с помощью чужих знаний. Но эта девушка… уж очень она хитрая – сделала вид, что не узнала меня, хотя приходила раньше и наблюдала за мной, думая, что я не замечаю её. Но она ничего не сделала против меня, хотя могла убить на месте. Может, она не знает своей силы? – Хорошо, если так… Иллида, не ожидал… Ха, сейчас! Не знаю, как же! – Что вы прикажете? – Пока утихнуть. Прикрыть церквушку, залечь на дно и ждать. Чувствую, что всё так просто не закончится. Кстати, она среди приглашённых – если уже пришла, я попробую её расспросить. Пора сматываться. Я выскочила из-за портьеры и бросилась на второй этаж, а оттуда на первый. Моё стремительное перемещение почти никто не заметил, и я быстро оказалась на улице. Ну, неужели мой наряд пропал даром? Зря я так подумала – навстречу мне по улице шла ватага парней, уже крепко подвыпивших и явно направляющихся на вечеринку, с которой я только что сбежала. Естественно, мой откровенный костюм привлёк их внимание, и прежде, чем я успела спрятаться в лесу, самый поддатый из них окликнул меня: – Эй, малышка, куда ты? Пошли с нами, повеселишься! Я уже успела повеселиться… и десять раз пожалеть, что надела такой костюм, как вспомнила про Алана. Он же здесь где-то, неподалёку! Прежде чем успела подумать о последствиях, я послала ветер. Через несколько секунд, в течение которых один из парней пытался схватить меня за руку, передо мной мелькнула серая шерсть, и огромный волк стал между парнями и мной. В наступивших сумерках его глаза горели чистым, бесценным янтарём, пасть была оскалена и рычала на наглых самцов. Те чуть не попадали со страху – волк был огромен не только для меня. Они убегали, бормоча: – Сказка, блин… Волки, лисы… Волк повернул ко мне голову и покачал мордой, а потом вернулся в лес. Зажглись фонари, скудно освещая улицу, когда он вернулся в обличии человека. Алан тут же подошёл и обнял меня, хотя я совсем не успела испугаться и уж тем более пострадать. – Я рядом. – Да всё хорошо… – Ведь ничего не случилось? – Нет, они не успели. У тебя хорошая скорость. Мы так и стояли посреди улицы, обнявшись. Я услышала в его мыслях, каких ужасов он успел напридумывать, когда почувствовал мой зов и выскочил на улицу. – Пойдём, лисичка моя… Уже дома он спросил, как всё прошло. – Всё тайное становится явным – они узнали о моих способностях. – Как? – Колдун может определять чужой дар, в остальном у него нет родных магических способностей, только лишь общеизвестные хитрости магов. – Значит, он тебе не враг? – Лишь в том случае, когда мои способности не будут скованы магией. А уж насчёт этого в случае чего он позаботится. Теперь он, возможно, и заляжет на дно, потому что не ожидал противодействия, но не стоит сбрасывать со счетов банду. В понедельник мы с Аланом, везде и всюду следующие вместе, даже в столовую, увидели в одном из коридоров Рика, причём одного. Нет ли в этом какого-нибудь подвоха? Он стоял у окна с книгой в руках и читал, а когда мы проходили мимо, поднял глаза и посмотрел на меня оценивающе. Я услышала у себя за плечом сдавленное рычание и сжала руку Алана, успокаивая. А когда мы вышли из школы (это была большая перемена), то нас окружили остальные парни из банды. Алан, стоявший у меня за правым плечом, переместился вперёд, привычно прикрывая меня. Парни молча окружили нас, ожидая главаря. – Не ожидал… Рик появился сзади и стал рядом со мной. Алан поменял позицию, но Рик лишь усмехнулся, продолжая смотреть на меня: – Не ожидал, что ты особенная. Я думал, ты лишь служишь прикрытием для нашего друга… – тут он посмотрел на Алана. – Неужели ты испугался нас настолько, что взял в защитники эту девочку? Алан рявкнул и кинулся на Рика. Видно, Рик не рассчитал и того, что Алан обладает силой, более превосходящей его собственную, и не отошёл в сторону. А зря. Эта ошибка заставила его отлететь в ближайшие кусты. Парни зарычали, но подходить к Алану слишком близко побоялись. Рик вылез из кустов и отряхнулся, но бросаться на Алана в ответ не стал. – Ребята, да вы полны сюрпризов! Алан молча взял меня за руку и повёл прочь. Когда мы отошли подальше, он сказал: – Он слишком легко нас отпустил; видно, что-то затевает. Теперь им двигает месть за лучшего друга, мы поменялись местами. Может… Я знала, что он хочет, но не может сказать, и ответила: – Я тебя не брошу, даже не проси. Он вздохнул и кивнул.