Sparks

Слэш
NC-17
Завершён
13
автор
Размер:
50 страниц, 9 частей
Описание:
show me how tender you can be
Примечания автора:
Мне очень нравится пара Майкла И Ксавье, так что я решила написать по ним историю больше, чем мини ✨

Продолжение к: https://ficbook.net/readfic/10615609

hope you enjoy)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
13 Нравится 9 Отзывы 6 В сборник Скачать

I never thought you could be kind

Настройки текста

505 (slowed) — Arctic Monkeys

Сегодня ночью Майкл впервые лёг спать относительно рано. Душевные терзания порядком утомили его, тем более, что он отложил следующий этап работы над аванпостами на неделю. Как только он погрузился в сон, Из головы не шёл этот проказник Ксавье, картины с которым перебивали одна другую, вероятно, из - за сегодняшних сильных впечатлений насчёт него. Он сидит в его спальне, снова в этих коротких шортах и своей лавандовой джинсовке, закинув одну ногу на подлокотник кресла, а другую оставив на месте... Он невзначай закидывает одну руку за голову, а другой поглаживает себя по внутренней стороне бедра. Потом снимает с себя джинсовку, оголяя плечи и мускулистые руки. Снимает солнечные очки и слегка покусывает дужку. И смотрит развязно, с вызовом, прямо на Лэнгдона, как будто сверкая своими сапфировыми глазами. Его воображение распаляло его всё больше: Ксав говорил своим низким голосом с придыханием: — Нарисуешь меня, как одну из своих француженок, папочка? И эта параллель, которую Ксавье провёл между собой и Розой Дьюитт Бьюкейтер, определённо добавила масла в огонь, что разгорался в душе Майкла в данный момент. — Золотце... — сладко, почти шёпотом позвал Майкл Но никто не ответил. Сон начал постепенно развеиваться, и он снова ощутил себя в своей постели. Но эта картина будет ещё долго стоять у него перед глазами. А ещё её умильный флёр, совсем непривычный для Лэнгдона, но очень приятный, из - за чего он сам не свой. Но казалось, ему есть чему привести в чувства. Серьёзный вопрос, который рано или поздно он должен был бы себе задать. Готов ли дать себе поблажку и не исполнять волю отца, хотя бы какое-то время. Уж кому - кому, а ему лучше всех было знать, что если он не будет подчиняться своей судьбе, то его постигнет жестокое наказание. И под мягким словом «наказание» имелась ввиду смерть, скорее всего мучительная. Изощрённый парадокс состоял в том, что ему было уготовлено распорядиться судьбой всего человечества, но только не своей. Это сделало его циничным, равнодушным, бессердечным, по крайней мере он так хотел думать. Но Майкл хотел быть свободным... Он осознавал те бескрайние сложности, которые повлечёт за собой желание не подчиниться, но ступил им навстречу так, как ступает человек с завязанными глазами в пропасть. После утренних размышлений казалось вся жизнь вокруг него замерла на один день. Ни слова от мисс Мид, ни слова из Кооператива. Как будто Майкла накрыли огромным стеклянным шаром, куда не проникает ни один звук, и он невольно слушает только гул своего сердца и иногда тяжелое дыхание. Он не придавал этому значения, ведь такие незначительные изменения были по сути ничем по сравнению с тем, что он видел и чувствовал раннее почти каждый день. Чего только стоит один ритуал связи с отцом... Но как не казалось ему это «испытание» лёгким, по сути оно таковым не являлось. Остаться наедине со своими мыслями и страхом, в одиночестве: когда на улице не поёт ни единая птица, и порыв ветра не колышет ни единый лепесток на дереве, было тяжело по крайней мере тем, что пробыв в таком состоянии долгое время, можно было сойти с ума. По телевизору был сплошной белый шум... Но Майкл самоотверженно абстрагировался от гнетущей тишины. Он погрузился в себя, встретясь только с темнотой, где царила такая же щемящая тишина. Там не было пожаров или ужасающих образов, а только сплошная чернота. Она не была вязкой, переливающейся через края. Она была никакой. Там просто было пусто... Чем же он жил, как испытывал чувства... может они были всего лишь иллюзией, которую Лэнгдон создал, с детства наблюдая за близкими? В конце концов, можно ли было ожидать большего вероломства от Сатаны: создать существо с пустой как вакуум душой? Ближе к вечеру раздался звонок от Ксавье. Он просил разрешения приехать к Майклу, что было довольно необычно с его стороны, но чему Майкл конечно не мог отказать. Перейдя через порог, он сразу обратил на себя внимание Лэнгдона своим измотанным внешним видом и заторможенным поведением. Его фразы были короткие и произносил он их немного вымученным тоном, он всё время смотрел в пол, изредка поднимая голову, чтобы посмотреть на Майкла. — Ты так сильно устал сегодня, мой мальчик? — взволнованно спросил Лэнгдон — Я неважно себя чувствую... — Ксав постарался улыбнуться, но через доли секунды улыбка исчезла с его лица Майкл бросил на него вопросительный взгляд. — У меня закружилась голова пока я работал... я чуть не упал в обморок в офисе... — Ты почувствовал слабость? Когда? — Возможно час назад... Венейбл сама отправила меня домой Ксав облокотился о Майкла, не в силах стоять ровно. Лэнгдон дотронулся до его лба, и ужаснулся: он горел. — Я подумал... что остановлюсь у тебя... ненадолго... и уеду к себе, когда немного отпустит. Майкл отвёл его за руку в спальню, присматривая, чтобы Ксав не впечатался по неосторожности в какой - нибудь из углов. Он сам снял с него кроссовки, джинсовку и уложил на кровать. — Тебе нужно поспать, милый. Ты просто приболел... — Майкл старался говорить тише и ласково поглаживал Ксавье по руке, надеясь, чтобы это была обычная простуда. Ксав немного застонал, у него начинало ломить тело. — Майкл, мне холодно — прошептал он Майкл мгновенно направился к шкафу, чтобы достать оттуда плед и накрыть им дрожащего парня. — Милый, Ксавье, ты хочешь чего - нибудь? Может быть пить? Ксав только кивнул. — Я сделаю тебе чай — Майкл встал, чтобы уйти на кухню — Не уходи — чуть не плача умолял Ксавье. — Я рядом, и никуда не уйду. Потерпи совсем немного... я принесу лекарство... Когда Майкл вернулся, Ксав выглядел совсем ослабленным, поэтому тому пришлось его приподнять, чтобы тот выпил хотя бы немного. — Тебе нужно поспать... ты просто немного приболел И он задремал у Майкла на груди, то и дело беспокойно хныча. — Мышонок... я рядом... я отгоню от тебя всю боль И он все свои силы направил, чтобы уменьшить страдания Ксавье. От чистого сердца заклинал, чтобы болезнь отступила на время. Он знал, что это было в его силах. Потому что сердце кровью обливалось, когда он смотрел на беззащитного Ксавье, уткнувшегося ему в грудь, дрожащего и ищущего защиты. — Хочешь я расскажу тебе кое - что? — Да... — пробормотал Ксав, не в силах четко и громко разговаривать. Майкл прекрасно знал, какие люди становятся сентиментальные, когда болеют, поэтому решил сделать то, что никогда не делал, но то, что казалось ему одним из решений проблемы. — Моя бабушка рассказывала мне эту сказку, когда я был ребёнком... Эту сказку ты прочтёшь Тихо, тихо, тихо… — Майкл начал читать английский перевод одной русской сказки, перейдя на шёпот — жили-были серый ёж и его ежиха Серый ёж был очень тих И ежиха тоже. И ребёнок был у них — Очень тихий ёжик... Лёд в душе Лэнгдона оттаивал с каждым словом сказки про ежей, которую он рассказывал Ксавье, чтобы успокоить его. Сам Ксавье замер, впервые услышав в речи и интонации Майкла такую большую концентрацию доброты и сердечности. Именно доброты, неподдельной, из - за которой Майкл пересилил себя и как мама рассказывает своему ребёнку, рассказывал своему любимому детскую сказку. Слышать что - то подобное от него было равносильно появлению второго солнца. — В дом лесной вернутся ёж, Ёжик и ежиха. Если сказку ты прочтешь Тихо. Тихо, Тихо… На Ксавье это подействовало так, как и полагал Майкл - он наконец уснул. И для Лэнгдона не было ничего важнее в данный момент, чем охранять его сон. И даже то, что когда тот проснётся, Майклу будет стыдно от того, что он показал себя с такой стороны. И это произошло, когда Ксав проснулся на нём посреди ночи, зарывшись лицом в золотистые локоны, ласкающие его. — Майкл — чуть громче обычного позвал парень — Тебе уже лучше? — Я не знаю... — Ксавье не понимал, как себя чувствует — Во сне люди выздоравливают. Но Майкл всё равно видел беспокойство на его лице, и понимал, что это нормально. Помимо сентиментальности в болезнь повышается и чувствительность. — Хочешь я поцелую тебя? — Ты же заразишься... если у меня какой-то вирус... — Меня невозможно заразить, и я никогда не болел — заверил его Майкл, и Ксав сам немного приподнялся, чтобы Лэнгдон исполнил свое предложение. Он придерживал его за подбородок, не торопясь, целуя сначала в щёку, потом в уголок губ, и в конце накрывая их полностью. Ксавье был всё такой же сладкий, но сейчас ещё и горячий от температуры, что только распаляло Майкла. — Я... никогда не думал, что ты можешь быть таким добрым как сегодня... — Я и сам не думал, милый — Ты ведь помог уже двум людям... В Майкле определённо рождался росток веры. И ещё один маленький росток добра, который укоренялся каждый день всё больше, помогая ему встать на новый путь.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты