Maze Of White Roses

      На протяжении нескольких дней после получения первого письма Сокджин не покидал своих покоев ни на секунду. Также, как и к нему совершенно никто не наведывался. А ведь принц ждал, каждую ночь вскакивал в холодном поту, задыхаясь от приступов паники, ставших для него своеобразной нормой; долго лежал на постели, окружённый тревожной тишиной, надеялся, что вот-вот дверь распахнётся, и его поприветствует тёплая, до боли знакомая, улыбка. В то же время, именно встреча с Аро его пугала больше всего...       Совершив непозволительную ошибку, обидев ту единственную, которая не отвернулась бы от него ни за что, которая бы поддержала любую, даже самую невероятную, мысль; ту единственную, что смогла бы хоть немного заглушить его боль, Джин испытывал к себе искреннюю ненависть. Что если девушка не простит его? Одна эта мысль рушила всё внутри, не позволяя выходить наружу, навстречу к неизвестности, а с другой стороны, так тянула покинуть "убежище" и поскорее разрушить терзающие сомнения. Он - будущий правитель - боится признать свою вину и сделать первый шаг? Разве это достойное для принца поведение?       Робкими аккуратными шагами, практически не издавая ни звука, юноша шёл в другой конец дворца, точно зная, что если девушку и можно было где-то найти, то это место - библиотека. У них была одна тайная страсть на двоих, которую мало кто понимал и принимал - чтение книг. Порой он и Аро сидели, окружённые стопками книг, ночи напролёт, рассуждая о заграничных писателях, о нелёгкой жизни героев их произведений, о чести и несправедливости, о истинной любви и жестокости чувств...       Прошло всего несколько дней с их последней встречи, но такое чувство, словно это всё несбыточный сон, сохранившийся яркими пятнами в памяти столь впечатлительного и меланхоличного принца...       Спускаясь по лестнице, Сокджин еле избегает встречи со ступеньками. Его тело было очень ослаблено вечными недосыпами и переживаниями, а потому лёгкий озноб сковывал и путал ноги... Обычно безупречный во всём, принц выглядел брошенным котёнком: лицо слегка припухло, нежная кожа покраснела и покрылась сухой "коркой", волосы представляли собой "рощу после побоища". Весь ссутулившийся и пошатывающийся, он одним видом демонстрировал разруху внутри себя. - Ваше Величество! Драгоценный Вы наш! Слава Богу, вышли! - ЧонХва, треща без остановки и благодаря всех святых, каких знала, кружилась вокруг принца, оценивая "тяжесть последствий". - Что ж Вы с собой сотворили-то?! Ну ничего, ничего, сейчас мы Вас в порядок приведём, накормим, подлатаем, и будете свежи, как и всегда... - Где Аро? - мельтешение женщины порядком утомляло его, поэтому не в силах больше терпеть причитаний, он решается перевести тему в интересующее его русло. - А? Как же Вы не знаете? Аро покинула пределы дворца ещё несколько дней назад. Я думала, Вам доложили это... - К-как?! Быть того не может! Я...Ах.., - голову поразила резкая боль, отчего принцу пришлось попытаться успокоиться и предотвратить накатывающуюся истерику.       У парадной двери послышались разговоры и стук каблуков сапог. Джин и ЧонХва резко повернулись в сторону звуков, ожидая появления прибывших, кто бы это не был. Парень до последнего надеялся, что это вернулась Аро, но все надежды рухнули в тот момент, когда в зал вошли двое альф в чужеземной форме. Они почтительно поклонились и обратили свои взгляды на немного растерянного принца. - Надеюсь наш визит не стал неожиданностью. Предполагаю, что Вас давно уже должны были известить о помолвке. А мы, в таком случае, прибыли утвердить некоторые детали... - Слушаю вас, господа. - Первое - церемония будет проходить здесь, такова воля Ваших родителей. Второе - наш Господин очень спешен с заключением этого союза, а потому желает покончить с формальностями, в виде церемонии и прочего, как можно скорее. Согласованная дата - последнее воскресенье этого месяца, то есть через два дня... - Стойте! Два дня? И кем же был согласован такой срок, если даже я слышу это впервые?! - Ваши родители так решили. - Ах, ну действительно, чего же мне ещё стоило ожидать... Продолжайте... - Сразу после заключения всех контрактов, Вы отправитесь в поместье Ким. Можете быть спокойны, никто не собирается унижать Вашу свободу, требуется лишь проживать там и, по необходимости, быть готовым посетить светский приём или бал в качестве законного мужа Господина.       Даже ЧонХва, стоящая поодаль и не принимавшая участия в разговоре, чувствовала напряжение, витавшее в воздухе. Этот слуга разговаривал с Его Величеством так, словно презирает его, словно они даже не на равных, а Сокджин несколько ниже его; бесстыдно и вызывающе смотрел прямо в глаза, диктуя принцу обязанности... Только Джин безразлично и холодно смотрел в ответ, не обращая внимание ни на неуважительный тон, ни на надменность собеседника - это тревожило его в меньшей степени. - А что же ваш господин не соизволил явиться мне? Коль претит сама мысль о встрече, так к чему моё пребывание в его поместье? Не подумайте, я не ищу повода высказать своё недовольство, хоть оно, не буду лгать, желает вырваться наружу во всей своей красе... Я молод, даже в свои девятнадцать, прекрасно понимаю для чего всё это и не перечу воле Королей, но и ваш господин должен понимать, что очень низко и бесчестно не удостоить своего будущего супруга даже лицезреть его персону... - А что Вас так интересует внешность Господина? Вас же не обязывают супружеским долгом, найдёте альфу по душе и будете счастливо жить, ну или о чём нынче мечтают все наивные омеги, вроде Вас. Выполняя условия договора, сможете обеспечить себе будущее в богатстве и здравии... - Да как вы? - ЧонХва не выдержав, выбежала вперёд, загораживая собою принца. - Какое хамство... Стены этого дворца опорочены вашим присутствием, молодые люди. Прошу немедленно покинуть его. - Всё же, с первого взгляда я переоценил Ваши достоинства. Благодарим за приём... - Вон!