Майор Волков

Слэш
NC-17
Завершён
1174
Пэйринг и персонажи:
Размер:
105 страниц, 22 части
Описание:
Волков никогда не хотел работать в полиции. Он никогда не собирался расследовать запутанные уголовные дела и уж точно не планировал искать убийцу-психопата в маске Чумного доктора.
Просто так сложились обстоятельства.
Примечания автора:
Чудеснейший арт к МВ за авторством @ink_d13 - https://twitter.com/ink_d13/status/1389378312418496512
И крутейший коллаж - https://twitter.com/ink0wl/status/1399786903730331648?s=19
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1174 Нравится 529 Отзывы 340 В сборник Скачать

Глава 4. О бедном студенте замолвите слово

Настройки текста
В ночь со среды на четверг Олегу удалось проспать целых семь часов. После бессмысленного и беспощадного, как русский бунт, мозгового штурма, Гром почти что пиздюлями выгнал подопечного с рабочего места и запретил появляться, пока его «небритая рожа» не перестанет походить на «жамканый башмак». Так что Волков завалился в кровать в четыре с копейками и разлепил зенки почти что в полдень. Голова с непривычки гудела, но бодрящий душ, крепкий свежезаваренный кофе и плотный завтрак мигом исправили ситуацию. Судьба в кои-то веки решила развернуться к Олегу лицом, а не задницей, поэтому на работе его ждал приятный сюрприз: Сергей Разумовский изволил явить свой светлый лик, и теперь сиял этим самым ликом на весь участок. Опера с интересом поглядывали на рыжего художника, проходящие мимо девушки-патрульные строили ему глазки, а Игорь демонстративно игнорировал светоч отечественной живописи и что-то остервенело строчил в записной книжке. — Майор Волков по вашему распоряжению прибыл. — Вольно. Явился не запылился, — Гром всё-таки не удержался и недовольно зыркнул в сторону Сергея. — Что уже стряслось? — Ничего. Припёрся твой павлин, да не один, а с адвокатом. Я его допросить хотел, а он упёрся: только с Волковым разговаривать буду и всё, хоть убейся! Олег только плечами пожал, потому что с такой ситуацией они сталкивались не впервые. По какой-то загадочной причине, выбирая между старшим следователем уголовного розыска и бывшим солдатом, который людей голыми руками убивал, свидетели обычно предпочитали второй вариант. Уж не понятно, чем им так морда Игоря не нравилась, но с Волковым всегда охотнее шли на контакт и быстрее всё рассказывали. Так что Разумовский не стал исключением из правила. Волков пригласил свидетеля в допросную, отметив, как тот сразу напрягся и побледнел на пару тонов. — Сергей, вы не волнуйтесь. Просто в участке такой гвалт, что я сам себя не слышу. Наручниками вас к столу никто приковывать не будет, честное слово, — Олег доброжелательно улыбнулся и лишь потом понял, насколько двусмысленно прозвучала его фразочка, призванная разрядить обстановку. Адвокат следовал за Разумовским безликой тенью и никак не комментировал происходящее. То ли он по жизни был неразговорчивый, то ли экономил слова для допроса. Устроившись в тихой комнате и закрыв за собой дверь, Волков ещё раз подробно расспросил художника о событиях зажигательной ночи. Серёжа повторил всё, что рассказывал раньше: слышал взрыв, сразу вызвал пожарных, скорую и полицию, видел человека в маске чумного доктора. После путаного словесного описания в руки Олега перекочевал второй вариант портрета убийцы — более подробный и в этот раз в цвете. — Сергей, какого он был роста? Телосложения? Как двигался? Может, прихрамывал или, наоборот, семенил? Важна любая деталь. Разумовский трогательно прикусил губу и пробормотал: — Ну… Примерно как я, наверное. Может, чуть-чуть выше, не знаю… Двигался обычно, ничего такого. — Ладно, — Олег вздохнул, понимая, что ничего нового уже не услышит. После того, как протокол был составлен и внизу появились витиеватые подписи, Разумовский засуетился, явно собираясь поскорее свалить, но Волков решил, что им ещё есть о чём пообщаться. — Сергей, скажите, вы знакомы с Леонидом Александровичем Прокофьевым? Художник широко распахнул глаза и уставился на него немигающим взглядом. — Ну да… А почему вы спрашиваете? — Это касается дела Кирилла Гречкина? — подключился адвокат. — Вероятно. — Вероятно или точно? Волков мысленно сосчитал до десяти, подавляя неуместный приступ агрессии. — Официально связь между этими двумя делами пока не подтверждена, но мы в любом случае будем опрашивать студентов. Это не для протокола. Просто разговор. Адвокат коротко кивнул, разрешая Разумовскому ответить на неожиданный вопрос. — Леонид Александрович — мой преподаватель и научный руководитель моей курсовой работы. С ним что-то случилось? — Мы пока не имеем права разглашать подробности. Когда вы его последний раз видели? — Пару недель назад вроде, — Сергей нахмурился, между бровями залегла глубокая складка. — Третьего числа. Я принёс ему очередной вариант работы. — Очередной? — Ага, предыдущие три он запорол. — Почему? — Денег хотел, — Разумовский невесело усмехнулся. — Вы не думайте, я не один такой, у него курсовые без взятки вообще никто не закрывал. — А вы, значит, решили пойти на принцип? — Ну да. Я хорошо пишу, знаю свои возможности, так почему я должен платить просто потому, что ему на вторую плазму не хватает? Олег невольно подобрался, как полицейский пёс, взявший след. Что там на тему плазмы? Просто так ляпнул, или бывал у Прокофьева дома и оговорка была не случайной? Мог ли распсиховавшийся студент убить преподавателя за незачёт? Мог, конечно, почему бы и нет? Стал бы это делать Разумовский? Вот это маловероятно: деньги у его семьи водились, насколько успел выяснить Волков, за красным дипломом Серёжа вроде не гнался… А если всё-таки? Начал с Гречкина, который убил его друзей, вошёл во вкус и решил одним махом расправиться со всеми обидчиками. Правда, в эту теорию никак не вписывалась история со Средневековьем и чумными докторами. Ну какой нормальный человек стал бы прикрываться выдуманным убийцей в маскарадном костюме, ещё и рисовать его в разных ракурсах? А кто сказал, что Разумовский нормальный? — Сергей, где вы были вчера между пятью и семью часами? Художник не успел даже рта раскрыть, как адвокат взвился разъярённой птицей, разве что крыльями не захлопал. — Спасибо, товарищ майор, на этом разговор окончен. Сергей ясно дал вам понять, что Прокофьев, который, кстати, по вашим словам, не имеет отношения к Гречкину, вымогал взятки давно и у многих. Я не позволю вам вешать… К слову, что? Убийство? Впрочем, неважно, я в любом случае не позволю вешать это дело на первого попавшегося студента. Конфликт моего подзащитного и Прокофьева — это даже не косвенная улика, это чёрт знает что! Возмутительно. Мы уходим. Адвокат прихватил Серёжу за плечо и с решительным видом потащил к выходу из допросной. Участок они покинули с апломбом: служитель Фемиды не переставал возмущённо клекотать, а художник следовал за ним по пятам и пытался спрятаться в высокий ворот куртки. Беднягу, наверное, совсем не радовало столь пристальное внимание со стороны всего полицейского отделения. Разочарованный, Волков вернулся на рабочее место, пододвинул к себе клавиатуру, мышку и открыл отчет судмедэксперта. Множественные проникающие раны, внутреннее кровотечение, повреждение внутренних органов… Мог ли Серёжа Разумовский, этот парнишка с ангельскими глазами, совершить такое зверство? Следовало признать, что да, мог. К сожалению, Олег видел слишком много дерьма, чтобы продолжать верить в светлую человеческую натуру. Дети в поясах шахида, подростки с автоматами наперевес, солдаты, насилующие беззащитных девушек… Люди были способны на всё.

* * *

Серёжа бродил по дому, как в тумане. Пару раз он включал ноутбук, чтобы сесть за доклад по истории живописи, но через пять минут после начала работы концентрация улетучивалась. Он раз за разом прокручивал в голове разговор с Волковым, задыхаясь от детской обиды. Почему оперативник прямо не сказал, что Прокофьева зарезали? Разумовский ведь не глухой, слышал обрывки разговора уже на выходе из участка! Почему он спросил, где Сергей был вчера вечером?! Он что, получается, теперь подозреваемый?! Да он полицию вызвал, когда Гречкина убили! Да он маску эту дебильную раз пять перерисовывал, чтобы достоверно получилось! Он вызвался быть свидетелем, хотя мог послать всех куда подальше и заявить, что ничего не видел и не слышал! Вот она — российская система правосудия во всей красе! Кушайте, блядь, не обляпайтесь! Разумовский начал очередной забег по квартире, вылетел в коридор и резко остановился возле зеркала. Увиденное его не порадовало: волосы торчали во все стороны, а щёки полыхали, как два алых фонаря. Волшебно. А он сегодня хотел ролик снимать для блога. Вот красавец будет на экране: взъерошенный, растрепанный, ещё и с красной рожей. За-е-бись. Серый вернулся в спальню, рухнул на кровать и поерзал, отмечая, как под спиной что-то неудобно скаталось. Странно, вроде аккуратно заправлял… Под одеялом оказался скомканный гольф, который потерялся пару месяцев назад. Из-за яркого принта (особо удачный фрейм из комикса «Бесобой») Разумовский не сразу понял, что не так, а когда понял — обомлел от ужаса. Поперёк нарисованного лица Данилы тянулась грязная полоса, а на рукавах запеклись отвратительные бурые пятна. Кровь. Высохшие кровавые потёки на его одежде. Не особо соображая, что делает, Серёжа ринулся в ванную. Выкрутил воду на полную, сунул гольф под кран и принялся яростно тереть ткань мылом. Пятна никак не хотели отстирываться — они, казалось, ещё больше размазывались по рукавам, въедались не только в долбаный полиэстер, но и глубоко в кожу. Красная вода бежала в сток, Разумовский смотрел в раковину и понимал, что ещё немного, и его вырвет. Отшатнувшись, он прислонился к кафельной стене и втянул воздух через нос. — Серый, у тебя всё в порядке? Только бы не закричать. Боже, только бы не заорать во всю глотку… — Да, всё окей. — Ладно. Слушай, ты ключи мои на место положил? Какие, нахрен, ключи, что она несёт?! — Лер, на полке ищи, как всегда. — Хорошо. Ты там выползай поскорее, мне собираться надо. — Да-да, Лер, конечно. Мысли метались в голове загнанными крысами. «Где вы были вчера между пятью и семью часами?» Он спал! Спал, блядь! Отсыпался после ночи, проведённой над срочным заказом! Он точно помнил, как вернулся из университета, залез в постель и вырубился до самого вечера! А кто ему поверит? Ни родителей, ни Леры не было дома. Твою ж мать! Разумовский схватил мокрую одёжку, выжал, запихнул в первый попавшийся пакет и пулей вылетел из ванной. — Серёж, тебе точно не нужна помощь? Лера остановила его на полпути к балкону, прихватила за плечо и обеспокоенно заглянула в глаза. Впервые в жизни Разумовский захотел её ударить. Сильно, с оттяжкой, только бы, наконец, отстала и прекратила совать нос в чужие дела! Вот какого хера ей надо?! Вечно такая заботливая, внимательная, вся из себя, сука, идеальная! Нет чтоб собираться на свою долбаную работу и не трогать других людей! Не трогать, блядь, руками, когда не просили! — Всё. Хорошо. — Процедил он сквозь крепко сжатые зубы. — Странный ты какой-то сегодня, — сестрица, наконец, отпустила, одарив очередным взволнованным взглядом. Разумовский точно помнил, что на лоджии валялся разжигатель для костра. Где-то под мангалом в старой потёртой сумке, с которой отец ещё в военное училище ходил… Вот! Наспех одевшись и закинув всё необходимое в рюкзак, Серёжа выбежал из дома и погнал прямиком на пустырь. Спрятавшись за бетонные блоки, он трясущимися руками вытащил проклятый гольф, швырнул на старые доски, облил спиртом и наконец поджёг. Мокрая ткань горела неохотно. Языки пламени, словно издеваясь, то исчезали, то появлялись, оплавляя напечатанное лицо Данилы-Бесобоя. Огонь жадно пожирал улику, и Разумовский, не отрываясь, смотрел на алые отблески. В сознании стало оглушительно пусто. Усталость навалилась на плечи пуховым одеялом, тело сотрясала мелкая дрожь, единственным сознательным желанием остался только сон. Серёжа поймал себя на том, что вполне серьёзно клюет носом, готовый вырубиться практически стоя. Наверное, организм так реагировал на стресс. Всплеск адреналина оставил после себя тупое оцепенение и слабое, почти неразличимое понимание того, что он на самом деле натворил. Уничтожил вещдок. Возможно, он только что сжёг ниточку, которая могла привести оперативников к убийце Леонида Александровича. Серёжа понятия не имел, почему он решил, что этот траханый гольф, который потерялся ещё два месяца назад, имеет хоть какое-то отношение к погибшему преподавателю. Но и дураком Разумовский не был. Слишком много совпадений. Они громоздились друг на друге, создавая шаткую уродливую конструкцию, что грозила погрести Серёжу под собой. Он не понимал, как оказался замешан в этой отвратительной истории. Почему в его кровати нашлась одежда, перемазанная чужой кровью? Как она туда попала? Почему он не может вспомнить, как её туда складывал? Огонь погас, оставив на земле лишь пепел. Промозглый ветер разметал золу по пустырю, и Серый, наконец, смог вдохнуть полной грудью. Спрятав в рюкзак разжигатель и сунув в карман зажигалку, он отошёл на пару метров и… сложился пополам, избавляясь от завтрака. Желчь беспощадно драла горло, Разумовского выворачивало снова и снова, пока желудок полностью не опустел. По щекам текли слёзы, дико хотелось пить, а ещё больше — сдохнуть. Титаническими усилиями Серёжа взял себя в руки и побрёл домой, шаркая как столетний дед. По дороге он остановился возле киоска, купил минералки и приложился к горлышку, лакая ледяную воду. Дорогу до квартиры он не запомнил. Казалось, сработал автопилот, который всегда включался по пьяни и после тяжёлых бессонных ночей. Разумовский открыл входную дверь и обнаружил, что Лера как раз наматывает на шею шарф. — Эй… Серый, мне совсем не нравится твой видок, — она приложила тёплую ладонь ко лбу. — Иди-ка ты поспи. Я маме скажу, чтобы она тебе напомнила температуру померять. Неожиданно для себя Серёжа подался вперёд и крепко обнял Леру, уткнувшись носом в меховой ворот куртки. — Прости, — прошептал он так тихо, что Лерка и не услышала. — Извини меня. Стыд жгучими щупальцами оплетал сердце. Недавние мысли казались такими мерзкими, что останься у Разумовского возможность, он бы обязательно проблевался ещё раз. — Иди отдохни, — сестрёнка ласково улыбнулась и взъерошила ему волосы. — Не знаю, что там у тебя произошло, но не волнуйся, всё образуется. Серёжа слабо кивнул, но в душе поселилась твёрдая уверенность. Нет. Ни хрена уже не образуется.
Примечания:
Народ, хотела предупредить: эти главы написаны в пиздец нереальном для меня темпе. Обычно на одну главу у меня уходит порядка двух недель. Так что если я вдруг начну тормозить (а я начну), не пугайтесь - работа не заброшена и не заморожена, просто я вернулась в свой нормальный темп))
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты