Изобрази отвращение и покажи трусики

— П-показать бельё? — глупо переспросил Цзинъи. — Фу! Какое бесстыдство! Он помотал головой, чуть отклоняясь назад, и поставил тарелку с палочками на стол. — Такое поведение запрещено правилами! — важно сказал он, копируя интонацию учителя. — Не веди себя так, это противно! Лань Цзинъи на всякий случай продвинул меч ближе. Наедине с кем-то в небольшой комнатушке постоялого двора его никто не защитит, случись что-нибудь. В своё время надо было всегда слушаться Ханьгуан-цзюня! Говорил: не ходите, дети, одни где попало, держитесь вместе, а лучше поближе к нам. Ан-нет! И вот где он очутился! — Слушай, — смущённо сказал Лань Цзинъи, прокашлявшись. — А зачем тебе... ну... это? Услышав ответ, он возмущённо вскинулся. — Такое должны делать только партнёры! Как это — просто посмотреть? Какой ты гадкий человек! Убирайся из моей комнаты, а то кричать буду! Он скрестил руки на груди, с вызовом глядя на собеседника. — Ну... — замялся он. — Да, мне ничего не стоит... Но как-то это... противно. Что? Да, все иногда нарушают правила, но не вот так же! Насупившись, Лань Цзинъи отвёл взгляд. — Что, ты правда так хочешь посмотреть? Ну, наверное, ничего такого, да? Мы же и купались вместе. Хорошо! Немного, чуть-чуть покажу! Лань Цзинъи робко скинул плотные гусуланьские одеяния. Чистое белое бельё на нём было обязательной частью формы; конечно, он мог бы купить что-нибудь ещё, но ничего удобнее форменных нижних одежд ему в жизни не достать. И вообще, даже старшие дяди такое носят! Так он будет немного к ним ближе! Фигурка у Цзинъи щуплая, ещё не до конца сформировавшаяся. Он немного угловатый, но по округлившимся бёдрам можно сказать, что совсем скоро он станет изящным молодым господином с истинно ланьской внешностью; разве что глаза у него немного тёмные, но и прекрасное расплавленное золото не все подряд наследуют. — Я думаю, всё что хотел, ты уже увидел. И никогда об этом не вспоминай!