Прикосновения зла

Гет
NC-17
В процессе
1
Размер:
планируется Макси, написано 9 страниц, 2 части
Описание:
Раб-меченосец Нереус обязан сражаться рядом с хозяином, защищая нобиля от любой опасности.
А тот умеет наживать себе врагов!
Избалованный деньгами и вседозволенностью Мэйо не признаëт никаких авторитетов.
Он всегда готов бросить вызов злу!
Примечания автора:
Античное фэнтези: авторский мир, авторские герои.
Использование сеттинга "Империя Зверей"/персонажей возможно только с согласия авторов.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Награды от читателей:
1 Нравится 0 Отзывы 1 В сборник Скачать

Часть 2

Настройки текста
      Как и обещал Мэйо, его рабу выделили отдельную комнату. Привыкший к тёмным закуткам и жёстким лежанкам Нереус с раскрытым от удивления ртом осматривал своё новое жилище. Оно было просторным, светлым, по углам стояли вазы со свежими цветами. На укрытой тончайшим покрывалом кровати лежала гора подушек. Не веря в происходящее, Нереус потрогал ткань и убедился — дивный белоснежный шёлк. За спиной зашелестели тяжёлые занавеси. Геллиец обернулся. В комнату вошла молодая рабыня в золотом ошейнике и лёгких струящихся одеждах. Она поставила на стол широкий поднос с несколькими блюдами и молча направилась к выходу. — Постой! — окликнул девушку Нереус. — Я подам тебе вино к ужину, — тихо ответила рабыня. — После мы сможем поговорить. В ожидании геллиец нетерпеливо ходил по комнате, приглаживал волосы, одëргивал тунику. От еды шёл удивительный запах. Нереус хотел попробовать всë: мясо, рыбу, теплый хлеб и фрукты. Наконец рабыня вернулась с большим кувшином и кубком. Она сложила руки на животе, привычно опустив взгляд в пол: — Ты хотел о чём-то меня спросить? — О многом! — воскликнул островитянин. — Присядь. — Сегодня ещё полно дел, некогда рассиживаться. — Как твоё имя? — Йина. — Я — Нереус из Лихта. — Знаю. Ты будешь сопровождать молодого хозяина во время его учёбы в столице. — Да. Меня привезли сегодня утром. А ты давно в этом доме? — С рождения. — В моих краях нет рабов, а здесь их не счесть. — Почему не счесть? — улыбнулась Йина. — В доме — двадцать три. Всего на вилле — триста пятьдесят семь. — Ты владеешь высоким счётом? — изумился Нереус. — Я только недавно его освоил. — Молодой госпоже было скучно познавать науки в одиночестве. Она брала меня с собой на занятия. — Молодой госпоже? — Тебе не сказали? У господина Мэйо есть младшая сестра Виола. Она готовится к замужеству и потому не выходит в свет. — Я не знал... — смутился Нереус. — Прости за навязчивость, могу я спросить о молодом господине? — Он, — Йина смело посмотрела в глаза геллийца, — бесконечно добрый, мудрый и справедливый. — Как это понимать? — Ты очень скоро почувствуешь. — Он ведёт себя странно. — Наверно, хочет подружиться с тобой. — Глупая шутка, — нахмурился Нереус. — Я говорю серьезно. — Мой наставник твердил, что раб для хозяина значит не больше, чем грязь под ногтями. С ней можно вытворять что угодно, только не дружить. — Твой ужин стынет. Я пойду. — Мы ещё увидимся? — Очень скоро. Утром я подам тебе завтрак. Доброй ночи! — Доброй ночи! — геллиец проводил её до выхода и распахнул перед девушкой занавеси. — Я буду ждать. Нереус ворочался и долго не мог уснуть. Постель была непривычно мягкой, ужин — непривычно обильным, воздух — непривычно чистым и сладким. В голове роились мысли, перемешивались воспоминания... Никто сегодня не ударил его, не толкнул, не обидел унизительными словами... Непривычно. Непривычно обрести наконец хозяина и чуть не потерять его. Мэйо казался сумасшедшим, говорил странные вещи, домашние рабы отзывались о нём хорошо, а прежний наставник лихтийца — с глумливыми насмешками. Облако непонятных загадок окружало поморского нобиля, и Нереус напряжённо искал подсказки, сопоставляя увиденное и услышанное с собственными ощущениями. Наконец сон овладел им и ненадолго вернул в юные вольные годы... Тогда геллиец ещё не знал, как дорога бывает свобода, и какие тяжёлые испытания ждут его впереди... ...Старая лодка под залатанным парусом сонно покачивалась на волнах. Сегодня рыбацкая удача отвернулась от островитян, и они глядели друг на друга хмуро, исподлобья. Говорили мало, неприветливо, цедя слова сквозь стиснутые зубы. Самый младший — пятнадцатилетний мальчишка, отправленный старшим братом на заработок — и вовсе хранил молчание. Палящее южное солнце жгло кожу, саднили исцарапанные крючками, изрезанные верёвками руки. Нестерпимо мучила жажда. — Молитесь, крепко молитесь, медузьи выкидыши, — требовал хозяин лодки. — Пусть Владыка Морей, Пеннобородый Дэйпо, вдарит золотым трезубцем и пригонит к нам рыбу из глубин. Мальчик послушно опускался на колени, закрывал синие, как само море, глаза, склонял курчавую светловолосую голову и шептал давно заученную молитву. Он был крепок телом, мускулист и вынослив, а главное — твëрд в своих убеждениях. Мальчик верил, что Дэйпо рано или поздно явит свою милость, подарит им щедрый улов. Брат, спустивший на ветер большую часть родительского наследства, остро нуждался в деньгах. Сам он работать не мог или не хотел, постоянно жаловался на слабое здоровье, на боли в спине, принимал по часам лекарства и без меры запивал их вином. В быстро обедневшем доме вечерами крутились какие-то незнакомые мальчику люди, и он всерьез опасался, что однажды ему не позволят переступить порог, вытолкают прочь, словно безродного пса. — Нереус, козий ты сын! — хозяин лодки приблизился и отвесил мальчишке звучную затрещину. — Шевелись, пустая голова! Рыбаки чувствовали: это их последний шанс. Вот-вот переменится ветер и придется возвращаться на берег. — Готовьте снасти! — кричал хозяин. — Благослови нас Дэйпо! Нереус замешкался: его внимание привлекла чёрная точка, появившаяся на горизонте. — Корабль, — несмело сказал он. — Дрянной мальчишка, гнилые потроха, — заворчали рыбаки, — Эка невидаль, корабль в море... Все их мысли теперь были о рыбе. Глаза на потных, загорелых, морщинистых лицах светились ярче солнечных бликов, скакавших по волнам. Руки спокойно и уверенно выполняли знакомую, монотонную работу. Нереус старался не отставать от взрослых, но тревога забралась глубоко под сердце и то сжимала, то холодила его. Кто же приближался к их острову? Торговцы или пираты? А может и вовсе вражеский корабль поморцев? От этих мыслей язык прилипал к нëбу. Эхо давних войн так и не затихло окончательно. И хотя остров Геллия, равно как и раскинувшееся на южной оконечности материка Поморье, сейчас входили в состав единой Империи, вражда между двумя народами осталась. Поморцам разрешалось сходить на берег острова только в столичном порту Геллии — Парте — и строго запрещалось покидать по суше её пределы. Морские пути от Парты до главного поморского города Таркса считались безопасными для любых судов. Но стоило чуть отклониться от курса и... Грабили, убивали и топили корабли как в северных поморских, так и в центральных геллийских водах. Алчущие лëгкой наживы пираты не страшились ни суровой кары от людей, ни гнева Богов. С затаëнным восторгом Нереус наблюдал за крепким военным кораблём, идущим к ним под ярко-зелёным геллийским флагом. Высокий нос судна украшала деревянная голова могучего афарского зверя — льва. Жёлтая полоса наискосок пересекала прямоугольный парус. — Надо же... — проворчал хозяин рыбацкой лодки. — Кто к нам пожаловал... Сам Гнилозубый Рэлф. — Пират? — спросил Нереус. — Хуже. — Хуже? — Негодяй. Мальчик подавленно смолк. — Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, парень, — тихо сказал ему старый рыбак, распутывая верёвку. — Вот бы и мне ходить под таким широким парусом! Ловить морскую удачу за русаличий хвост! Добывать сокровища и пропивать их в лучших кабаках! — Я хочу выкупить свой дом, — горько обронил Нереус. — И вылечить брата. — Медь, воняющая рыбой, лучше золота, воняющего кровью. Мальчик не ответил. Он уже строил далекоидущие планы. Пиратство представлялось ему единственным доступным способом заработать много денег за относительно короткий срок. А тянуть было нельзя! Брат мог продать дом в любой момент. Нереус опустился на колени и произнес одними губами: — Благодарю тебя, Хозяин Морей, что послал сюда этих людей. Благодарю тебя! Величественный военный корабль прошёл в стороне от утлого рыбацкого судëнышка, будто господин, не удостоивший взглядом ничтожного раба. Ветер переменился. Пора было возвращаться в бухту. Нереус нетерпеливо сжимал пальцы: скорей бы, скорей бы увидеть в порту легендарного Рэлфа и напроситься к нему в команду. Мэйо полулежал на широкой кровати, вдыхая горький дым курильницы. Эта лечебная процедура должна была помочь заснуть: расслабиться и провалиться в долгожданный сон без сновидений. Каждую ночь поморца мучили кошмары. Он просыпался измученным, в холодном поту, с чёрными кругами под глазами. С возрастом болезнь прогрессировала, а врачи и чудодеи только разводили руками. Мэйо чувствовал, что смерть близко и торопился жить. Он искал новые вкусы, впечатления и эмоции. Обдумывая прошедший день, нобиль смаковал то чувство панического ужаса, что испытал под водой. Оно было сильным, обожгло каждый нерв. Поморец хорошо запомнил прикосновение к руке, сильный рывок и перепуганные глаза невольника. Геллиец тоже пережил эмоциональную встряску, хотя вряд ли того желал. Мэйо удивил выбор отца. Он рассчитывал получить в подарок рослого, чернокожего афарца, выносливого в беге, или бывшего легионера, ветерана кампании, угодившего в рабство за долги. Но не геллийского рыбака из забытой Богами деревушки! Почему выбор пал на него? Мэйо мог спросить об этом у родителя, но предпочёл решать загадку самостоятельно. Нереус был простодушным, честным парнем — и это нравилось нобилю, на дух не переносившему лизоблюдов и подлецов. Суровая дрессура, которой подвергали геллийца, поломала, но не уничтожила его характер, и Мэйо рассчитывал вернуть парню утраченное жизнелюбие. Сон навалился, как упавший с горы камень, придавил поморца к кровати. Холодная тьма обступила со всех сторон. Стало трудно дышать. Из мрака начали медленно проступать силуэты незнакомого города — какой-то северной дыры, где постройки возводили из дерева, а не из камня. Вместо привычной нобилю булыжной мостовой вниз по улице тянулся бревенчатый настил. По нему, тревожно озираясь, шла закутанная в тëплый, шерстяной плащ рабыня. Мэйо зачем-то увязался за ней, ноги сами несли его вперёд. Скоро поморец ощутил присутствие кого-то третьего, он крался в тенях домов. На затылке нобиля зашевелились волосы. Мэйо ощупывал пояс, но не находил никакого оружия — ни ножа, ни кинжала, ни меча. Утробный рык из тьмы заставил поморца ускорить шаг. Девушка, в очередной раз обернувшись, и вовсе перешла на бег. Мэйо чувствовал: зло рядом. Это не человек и не животное, это Зверь. Чудовище. Монстр. Стиснув кулаки, нобиль остановился и закричал: — Отстань от неё! Я здесь! Давай, тварь, иди ко мне! Живо! Бестия выскочила из темноты, пролетела над головой нобиля в невероятном по силе и высоте прыжке, и рухнула вниз, вонзив когтистые лапы в спину несчастной рабыни. Девчонка завизжала, захрипела под тяжестью рвущей её твари. — Не-е-ет! — заорал Мэйо и бросился спасать северянку. Она уже не подавала признаков жизни. Чудовище выедало её внутренности. На миг оно отвлеклось от кровавого пиршества, тряхнуло косматой головой. Взгляды Мэйо и Зверя встретились. И нобиль завыл не своим голосом, потому что узнал в нём себя.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Ориджиналы"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты