Раздвоение личности чревато последствиями.

Учихи сильные. Учихи не расклеиваются, из-за каких-то голубоглазых блондинов, пусть и с нереальным телом, один из которых какого-то хера вчера лишил тебя девственности! Сначала все шло, так как надо – он сидел в клубе ‘’Риненган’’, одного за другим обламывал настойчивых девиц и кавалеров. Пока не подошел этот.… С отливающими золотом, в свете прожекторов светлыми волосами, что сама собой закралась мысль, что он не прочь бы увидеть какой блеск от них идет под полуденным солнцем, а эти шрамы напоминающие усы дикого кота или лиса, к которым так хотелось прикоснуться, что бы понять насколько глубоко они въелись в кожу, глаза Саске в темноте не рассмотрел, но понял сразу – засранец очень красив. Фраза, с которой парень подкатил, была не оригинальна и стара как мир, но Саске сам от себя не ожидавши, начал отвечать. Известная в Токио личность Учиха Саске закрепил за собой статус музейного экспоната – смотреть можно, а трогать нельзя, а мелочи о том что он ненавидит флирт и всякую романтическую чепуху, было как дополнение к его биографии, заставлявшая хотеть его еще больше, людям совершенно разным по статусу и возрасту. Но этот парень, Менма, как он себя назвал. Для него все эти истинны были будто неизвестны. Но Учиха был уверен, что в городе парень давно, его то и дело окликали люди, которых он благополучно игнорировал, это было до странности приятно – не замечая такое количество людей, он смотрел только на него, на Саске, который чуть ли не плавился от этого взгляда, и все пытался выловить цвет, тогда еще безымянного нового знакомого. Обладавший бешеным обаянием и не дюжим чувством юмора Менма, заставил Саске расслабиться настолько, что тот даже не заметил, как вместе с блондином влетел в комнату небольшого отеля, неподалеку от клуба. Во время самого процесса Саске был в негодовании, этот козел порвал его рубашку! И еще уволился на него сверху, хотя это ЕГО! Учиховская роль. Но когда Менма начавший спускаться по шее, казалось, задевая все эрогенные зоны, к груди, Саске потерялся в ощущениях, это было непривычно. Будучи всегда сверху, он и не думал какого чувствовать то что он обычно раздаривал другим. Как оказалось это охуенно. Блондин зацепился за сосок губами попеременно то покусывая, то как бы извиняясь зализывая. Тогда Саске и издал первый стон. Стало стыдно, он никогда не слышал у себя настолько тонкого и даже писклявого голоса. Но Менму это, кажется, только завело, и он уже ощутимо закусил набухший сосочек. У Учихи внутри тогда, кажется что то взорвалось, он в голос вскрикнул и устыдившись такого своего порыва, продолжил подавлять последующие всхлипы. Саске даже не заметил момент, когда блондин потянулся в ремню на его брюках. Но внезапно все прекратилось, время, будто замерло. До брюнета медленно дошло – Менма смотрит на него, просто смотрит. Еще сильнее зажмурив глаза Саске ждал. И что называется, дождался. Менма, без предупреждений стянул с него штаны прямо с бельем. Этого уж Саске вытерпеть не смог, резко поддавшись вперед он, попытался оттолкнуть блондина , но не успел. Менма в своем стиле, без предупреждения склонился к члену Саске и легонько лизнул. Ток пополам с отвращением к себе самому и удовольствие смешались в термоядерный коктейль и, не контролируя в себе то, что он поклялся закрыть в себе, Саске застонал и вцепился в растрепанные светлые вихры. Много времени ему не понадобилось, казалось, прошла секунда, а из члена Саске прямо в рот Менме выстрелила белая струя. В голову Саске закралась мысль о том, как должно быть мерзко, ощущать у себя во рту это.… Стало настолько неловко, что он положил на глаза руку и отвернул голову, в темноте все казалось не таким страшным и постыдным. По возможности Учиха старался избегать такого рода…контактов. Еще до конца не понимая, зачем он это говорит, он отрывисто, еще не отошедшим от громких стонов голосом проговорил – ‘’Прости’’. Уже приготовившись быть обсмеянным, Саске ну ни как не ожидал почувствовать ладони на своей шее, притянувшие его для страстного, а для Учихи еще и успокаивающего поцелуя. Целоваться с Менмой было сладко. Непонятный, но такой манящий вкус хранил его язык, что брюнет готов был обсасывать его вечно как самый вкусный леденец. Сам по себе Саске сладкое не любил, но это… Блондин оторвавшись от его губ, как то рассеяно и мягко начал целовать бледную шею, мягкие прикосновения дарили не меньшее наслаждение чем все остальные ласки и Учиха расслабился, а на копошение где то сбоку не обратил никакого внимания. Основная сложность началась, когда Менма отстранившись от Саске, мягко, но, тем не менее, властно развел стройные ноги в стороны. Брюнет тяжело сглотнул предвидя что будет дальше и стараясь бороться со страхом перед первым разом, закусил губу когда почувствовал что обильно смазанный смазкой палец проник в анус. Ощущения были болезненные, а некоторые воспоминания, которые Учиха старался похоронить в себе поглубже снова вылезли наружу. Чувствуя ощутимый комок в горле, он попытался выползти из-под блондина, но тот не позволяя этого сделать, ввел в него еще два пальца и медленно раскрыл их внутри. Саске казалось, что его разрывает, внизу живота творилось, что то невообразимое, брюнет чувствовал, что по щекам непрекращающимся потоком катятся слезы. Но еще сильнее было совсем уж противоречивое чувство, хотелось заорать в лицо Менме: ‘’Просто будь со мной нежнее, пожалуйста!’’. Саске догадался что блондин, скорее всего не думает о нем, о Саске как о девственнике, скорее о шлюхе предлагающей себя в клубе, первому встречному красавчику. Но он ведь был совсем не таким, и Саске отчаянно желал, что бы и Менма это понял. И как будто по велению волшебной палочки, блондин склонился к его лицу и, слизывая соленые дорожки, поцеловал сначала в одно зажмуренное веко, а затем в другое. Пальцы все хозяйничали в его заднице, в момент задевая что то, от чего Саске как ему самому показалось, умер и воскрес одновременно. Ясное дело, что только что испытавший не с чем несравнимый кайф, Учиха, протестующе замычал, когда Менма с быстротой и легкостью вытащил из него пальцы. Где то на периферии затуманенного похотью сознания , Саске осознавал что за этим последует ,но как уже ранее было сказано, все хоть немного весомые доводы были отброшены далеко и надолго, чуть приподнявшим бедра Учихой, который забыв самого себя хотел только хорошо траха, с обалденным блондином над ним. Почувствовав нечто куда более объемное, чем пальцы входящее в его анус, он сдавлено охнул и немного сжался. Это нельзя было назвать появлением внезапно проснувшейся нравственности или чего то похожего. От Саске в небольшой комнатке отеля осталось только тело и инстинкты, принявшие единственную доступную оборону, когда их хозяину сделали больно. Но и тут тихий успокаивающий шепот Менмы заткнул единственный доступный рычаг способный вытащить брюнеты из его сладкого ‘’забытья’’. Блондин толкнулся еще немного вперед, позволяя, члену зайти наполовину и легкими поступательными движениями вошел полностью. Стоны боли сначала, смешавшиеся со стонами удовольствия в конце. Учиха даже если бы очень постарался не смог бы вспомнить, что он чувствовал точно, не говоря уже, о чем думал, и как Менма выглядел и понравилось ли ему. Последнее странным образом заставило сильно волноваться обычно невозмутимого в плане секса Учиху. Хотя тот факт что он подставил задницу первому встречному уже говорило о многом. И спрашивая имя тогда еще незнакомого блондина Саске понимал что что то не так, что то изменилось без его ведома и прежде чем провалится в сон в котором будет лишь лицо с расчерченными полосками шрамов по обеим щекам, он подумал что эти резкие изменения ему определенно не нравятся. От автора: это как бы отражение второй главы, следующая глава так же будет от лица Саске, но идущая как отражение предыдущей, то бишь четвертой. Надеюсь никто, как и я сама не запутается )))