Общество жертв Син Цю.

Слэш
G
Завершён
31
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
«Общество жертв Син Цю..» — почему-то именно в этот момент в голове молодого господина пронеслась столь излюбленная друзьями шутка. Когда-то давно эту шутку произнёс его дражайший друг Чунь Юнь, но кто же знал, что эта шутка будет столь реалистичной.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
31 Нравится 3 Отзывы 4 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
      «Общество жертв Син Цю..» — почему-то именно в этот момент в голове молодого господина пронеслась столь излюбленная друзьями шутка. Когда-то давно эту шутку произнёс его дражайший друг Чунь Юнь - полнейшая его противоположность, однако, по-прежнему дражайшая противоположность. Среди разнообразия характеров парней в закоулках их душ находились схожие взгляды, от которых они становились ближе и дороже. Ну а больше всего их объединяла опасность, исходящая друг от друга, что скрепляла дружбу ещё прочнее. Не просто так ведь появилась шутка об «Обществе жертв Син Цю». Ещё в начале дружбы, узнавая друг друга ближе, они пообещали, что всю жизнь будут защищать один другого от самих себя. В далёком прошлом парни дали клятву, что если вдруг один из них потеряет контроль над собой, то второй остановит его любым способом. Отбросит свои чувства, преданность и предрассудки, но остановит любым способом.       Вчерашним днём Чун Юню поручили задание особого уровня, а это означало, что поручение будет и для Син Цю. С давних пор между ними повёлся обычай, вследствие их обещания, что на любые задания они идут лишь вдвоём. Так было безопаснее и для них, и, в какой-то степени, для всего Тейвата, или хотя бы Ли Юэ, если не преувеличивать, но об этом позже. Сила, что таилась внутри каждого из них, была безумной, и только они могли предотвратить грядущую опасность друг в друге.В теории, практически никому не по плечу усмирить что Син Цю, что Чун Юня, и, хотя они не проверяли на практике, но верили в то, что только им под силу подобная задача. Они просто доверяли друг другу, верили, что в нужный момент смогут всё, что от них требуется, даже если на кону их жизнь. Возможно, эти предположения исходили из продолжительной дружбы, а возможно, из-за какой-то более близкой, доверительной связи, гораздо большей, чем просто дружба.       Чун Юнь - один из самых сильных экзорцистов Тейвата. Настолько сильный, что духи испаряются, стоит ему только попасть в помещение с духом. Для него любое поручение такое банальное, что становится скучно быть экзорцистом. Кто-то зовёт это даром, кто-то - проклятием, а сам голубоволосый.. никак. Ну есть и есть в нём такая сила, просто повезло, но если бы была возможность, то он бы хотел отказаться от такого «дара». Если не считать желание быть обычным, то никаких претензий нет. Есть лишь страх. Страх за смертельную опасность, при чём не свою опасность, а окружающих. Но об этом тоже позже.       Узнав о «поручении особой опасности» касаемо экзорцизма, Чун Юнь счёл за честь взяться за это дело, и надеялся, что раз уж это «поручение особой(!) опасности», то должно быть чуть сложнее, чем просто оказаться в радиусе духа, и уйти обратно к Катерине сдавать поручение. Само поручение заключалось в том, что целью изгнания был неопределённый источник, из которого исходили особо опасные духи. Поначалу не было ни капли волнения, ни одной мысли о страхе. Всего лишь привычное изгнание, что может быть проще? Учитывая силу парня, для него это - сущие пустяки. Попав в зону, наполненную духами, парни даже не удивились тому, какими примитивными они были. Зона «тёмной магии» (ведь врядли источник появился сам по себе) была огромной. И, только оказавшись в её окресностях, буквально на границе, Чун Юнь и Син Цю просто шли, разговаривая, как обычно, обо всём на свете. Голубоволосый узнал, что его друг прочёл новую книжку, конечно же, о боевых искусствах с примесью романтики. А молодой господин, в свою очередь, узнал о том, что его дражайший получил новый рецепт мороженого от Альбедо. К слову, «на всякий случай», веря в то, что задание и вправду будет особым, голубоволосый прихватил с собой больше припасов мороженого, относительно привычных запасов в экспедиции, но его было всё также мало. Для подавления энергии Ян после привычных заказов ему хватало буквально пару кусочков льда, не говоря о целом мороженом, а в затяжные экспедиции он брал с собой пару упаковок льда на палочке. В этот раз он прихватил с собой пять упаковок мороженого и, на самый крайний случай, бутылёк настойки цветка цинсинь со льдом.       Первые пару часов всё было стабильно: прогулка по необычайно красивым полянам, что было не удивительно для красот Ли Юэ, разговоры о книгах, попытки синеволосого позвать друга на ужин по возвращении в город, и просто какие-то шутки, от которых Чун Юнь, честно сказать, уставал. Было трудно поверить в то, что всё вокруг кишит духами при такой-то дивности природы. Где-то в начале третьего часа их путешествия они обнаружили чудесную поляну, переполненную глазурными лилиями. Прямо таки не было ни одного местечка, куда могла бы примоститься нога человека. Какая-то часть цветков уже распустилась, а какая-то ещё скрывала свои чары внутри закрытого бутона. Хотелось упасть в объятия поляны, но было жалко такую красу, и парни нашли крохотный пустой уголок, в котором можно было наблюдать пейзаж во всей красе ближе всего, будто эта пустота специально поджидала их. Было, конечно, очень тесно, но оно и хорошо. Син Цю прижался к другу, поджав ноги под себя, чтоб занимать меньше места, и сложил голову тому на плечо, наблюдая за лучами, просачивающимися сквозь крону деревьев. Даже в экспедиции молодой господин всегда берёт с собой какую-либо книжку для чтения и книжку для записей всего на свете. Это был секрет, о котором знал только Чун Юнь, но и сам синеволосый занимался писательством. Его произведениями были и замысловатые стихи, что даже сочинённые на ходу могли бы потягаться со стихами поэтов мироового масштаба, и короткие сатирические рассказы, и даже романы с удивительным сюжетом, но всё это было секретом, а единственным его читателем был дражайший голубоволосый друг. Отлынивали от поручения на поляне они около часа, и всё это время Син Цю без остановки писал какой-то рассказ, о котором экзорцист пока что не спрашивал, ведь как только синеволосый закончит, то сразу даст прочитать в свободную минуту. Парни частенько так отдыхали, находясь наедине друг с другом. Иногда, когда молодому господину хочется минутку одиночества, он может придти к голубоволосому другу и просто сидеть в тишине, и для обоих это было неким расслаблением. В одиночку, конечно, комфортнее, но вдвоём чувствуется такая приятная теплота на душе. Ни один из них никогда особо не задумывался об этом чувстве, но факт остаётся фактом, что им обоим друг от друга тепло где-то в грудной клетке, а местами даже горячо. Это факт, который они оба понимали, но никогда не придавали особого значения.       После передышки (скорее просто лодырничества, потому что они и устать не успели, только и делали, что гуляли да болтали) Чун Юнь успел пожалеть о том, что взялся за это поручение, и даже негодовал за то, что ему поручили столь простое задание, прикрываясь «особой опасностью». Может, его просто недооценили как экзорциста? От этого было ещё обиднее. К изумлению экзорциста, дальше стало интереснее. Спустя час после той полянки духи перестали изгоняться сами по себе, стоило только голубоволосому оказаться в их радиусе, и Чун Юнь даже оголил меч и стал оттачивать навыки фехтования, которыми он почти никогда не пользуется, но они тоже необходимы. Заходя всё дальше вглубь, духов становилось больше, и, хоть немного, но они становились сильнее по меркам духов, а для экзорциста было всё также легко. Он, не колеблясь ни секунды, изгонял духов за считанные секунды, размахивая мечом, словно волшебной палочкой, а иногда используя техники заклинаний с помощью рук. Заходя дальше, чудесные пейзажи сменились мрачной атмосферой, уже не было мерцающего солнца, цветочных полян и журчащих ручьёв. Они сменились затянутым облаками небом, сырой почвой, от которой оставалась грязь на обуви, и влажным, неприятным воздухом, будто пропитанным ядом. Духов становилось больше и больше, и вот уже два мороженых было поглащено Чун Юнем от переполнения энергией Ян. Было не сложно, и ни в коем случае не опасно, но духов было слишком много, и это чертовски выматывало. От усталости прорывались оплошности и неловкие действия, от которых проявлялись первые раны и ссадины, падения и ругательства. Парни пребывали в экспедиции уже с десяток часов, запасы экзорциста израсходовались ещё на восьмом часу, и остался лишь бутылёк настойки цветка цинсинь, отсавленный на самый-самый крайний случай.       Казалось, они идут бесконечно, и с каждым шагом непонятная тёмная энергия, превосходящая даже энергию Ян, давила на Син Цю, и, тем более, на Чун Юня, затуманивала разум всё больше. Для молодого господина это было не особо страшно, он был не чувствителен к подобному, да и этого было не избежать, а вот сам экзорцист.. Синеволосый всерьёз распереживался за своего дражайшего. Никакие уговоры о возвращении не помогали, Чун Юню было бы крайне стыдно возвращаться с брошеным на полпути заданием, ведь он - один из сильнейших экзорцистов Тейвата. Продвигаясь вглубь, дойдя до эпицнетра спустя двенадцать часов, духи стали преобладать над силами экзорциста в половину раза. Это было не так уж и много, но учитывая количество.. Слишком сложно, слишком опасно. Двенадцать часов в сражениях почти без отдыха дают о себе знать, и израненные парни, наконец, добрались до самого источника. Обессилев, голубоволосый рухнул на траву в метрах двадцати от виднеющейся сферы, от которой исходила мощнейшая энергия, какую словами не передать. От неё внутри всё разрывалось на части, голова раскалывалась, и разум вот-вот перестанет поддаваться контролю. Выдерживать этого сил не было, и, как думал Чун Юнь, настал тот самый особый случай, когда можно было выпить настойку, но это было только начало. Настойка на мгновение подавила все те чувства, которые терзали парня от переполняемой его энергии, но это было лишь мгновение. «Лекарство», на которое так полагался экзорцист, не помогло от слова совсем.       Син Цю, обратив внимание на безутешное состояние друга, вновь попытался уговорить его вернуться, но всё тщетно. Он только хотел дотронуться до плеча голубоволосого, в попытках вразумить его тактильностью, как тот подскочил на ноги и с глазами, точно заворожёнными, стал медленными шагами приближаться к сфере. А молодой господин всё это время наблюдал издали, боялся, переживал, но противостоять не стал. Чун Юнь был переполнен тёмной энергией, вот-вот она может захватить его душу, захватить разум, но, чем быстрее он избавится от источника, тем быстрее вернётся в Ли Юэ и излечится. Только дотронувшись до сферы, экзорцист дрогнул от того, как резко его охватила энергия, равная уже поглощённой им, только одним разом, а не постепенно. После его прикосновения из сферы вырвался не один десяток духов, по силу равным минимум силам самого экзорциста. Голубоволосый уж решил, что это конец, и выдохнул со спокойной душой, ведь оставалось всего лишь развеять сферу, делов то.. Но всё, что было до этого - всего лишь начало самого страшного боя в жизни обоих. Боя не только с духами, но и с самим собой, со своими чувствами.       —Юнь! — вскрикнул господин, стоя всё также вдалеке ото сферы, — Давай вернёмся обратно? Ты истребил их всех, осталась только сфера, с ней разберётся кто-нибудь другой! Ты уже не в силах! Юнь, вернись обратно! — но экзорцист игнорировал друга. В душе голубоволосого бушевал страх и адреналин, сбежать он уже не мог.       Парень проигнорировал друга, но тот в стороне долго не оставался. Кто-кто, а Син Цю дражайшего друга в беде не оставит, а тем более не сбежит, поджав уши. Самый изнурительный бой сопровождался дождём, усиливающимся с каждой секундой, резко переходя в ливень. В какой-то степени это было плюсом, дождь хоть как-то поддерживал состояние Чун Юня. Парни изгнали уже столько духов, что даже сосчитать будет сложно, но те всё продолжали выходить из сферы. Пока в голове экзорциста ещё оставались хоть какие-то адекватные мысли, он, не отвлекаясь от боя, пытался найти корень проблемы. Сфера - и есть корень, но как остановить эту сферу? Это было последней, так и не законченной мыслью, что пребывала в голове экзорциста. Энергия захватила душу парня, и тот буквально озверел. Глаза залились алым цветом, вся усталось вдруг исчезла из его тела. Это тот самый момент. Он вышел из себя. И это был уже не Чун Юнь, уже не сильнейший экзорцист Тейвата, а сильнейший сосуд для тёмной энергии, который не контролирует свои действия. Никто не смог бы контролировать его действия.       В момент голубоволосое нечто одним ударом выпустило в сферу всю энергию, что оставалась в нём, но взамен поглотило обратно всё, что выпустило, и всю энергию из сферы. Произошло всё за десятки секунд, Син Цю не успел обработать в голове, что только что произошло, но понял то, что это уже не его дражайший друг Чун Юнь, что это нечто опасное, гораздо опаснее для всего Тейвата, чем эта ничтожная элементальная сфера. После поглощения сферы на весь пустующий лес раздался вопль живого сосуда тёмной энергии, а молодой господин так и стоял позади, пытаясь принять решение.       —Син.. Цю— в теле голубоволосого ещё осталась частичка его души, он понимал, что уже не победит, но мог брать контроль над разумом буквально на доли секунд. И эти секунды он использовал, чтоб вразумить друга, —Убей,— эти доли секунд он использовал для того, чтобы его лучший друг убил его. Скорее, чтобы дать разрешение на убийство, ведь молодой господин и сам понимал, что пришло время, как они и клялись, остановить другого несмотря ни на что.       Тело экзорциста повернулось, поднимая голову на синеволосого, пронзая безнадёжным взглядом. В этот же миг Син Цю стремительно подался в сторону тела друга и схватил в объятиях, самых сильных и желанных объятиях его жизни, пронзая мечом его сердце. Невозможно поверить в то, что прямо сейчас он убивает друга своими руками, но другого выхода не оставалось. И это было не всё. Вместе с сердцем друга он пронзил насквозь и своё сердце. Он бы не смог жить дальше с осознанием того, что убил дражайшего Чун Юня своими же руками, а может и не только из-за этого. В последний момент он сжимал в объятиях самого дорогого человека за всю его короткую жизнь. Человека, к которому питал не только дружеские тёплые чувства. Человека, которого погубил своими же руками.       «Общество жертв Син Цю..» эта шутка, с которой Син Цю даже усмехнулся, стала последними словами парня. Он пошутил про себя о том, что в итоге сам стал своей же жертвой. Да и не только он стал своей жертвой, но и тот самый человек, который изначально создал «Общество жертв Син Цю». Хотя, кто знает, может, эта жертва станет спасением для Тейвата? Парень своими же руками разом убил двух чрезвычайно опасных людей, которых мало кто смог бы остановить.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты