Bad idea!

Слэш
NC-17
Завершён
30
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
3 страницы, 1 часть
Описание:
Он опять идёт у него на поводу. Опять набирает номер, который обещал удалить.
Посвящение:
Посвящаю всем фанатом Жарминов!
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
30 Нравится 2 Отзывы 7 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Примечания:
Итак, все бывает в первый раз. Вот и мой первый сонгфик!
Позвонить тебе было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь я еще больше запутался. Думать, что ты — тот самый, было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь все не так.       Он снова набрал тот самый номер. Обещал себе удалить его. Но не смог. И это не первый раз, когда Армин срывается и звонит Жану. Всё то, что между ними было, они обещали забыть. Разойтись.       Никто, конечно, не забыл. Ни Жан, ни Армин. Поэтому Кирштейн опять ответил на звонок и приехал к бывшему. Ты запустил руки под мою футболку, Снял её с меня и сказал: "Боже, ты до боли красив." Прижал меня к стене, Скинул всю мою одежду на пол, "Ты готов к большему?"       Когда Жан только дотрагивается до Армина, у последнего все табу и запреты сносит. Пьянея от каждого касания партнёра, прижимается ближе, забывая о приличиях.       Кирштейн кусает почти до крови. Трётся носом о любимую шею. Когда Арлерт первый раз звонил ему, он был неловок, боясь наделать ошибок. Что ж. Это его не спасло.       Обещают, стараются. Нахуя, думалось обоим, чтобы потом сорваться? Долго подобные мысли не задерживались. Позвонить тебе было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь мне пипец, Думать, что я смогу остановиться, было плохой идеей, Настолько плохой, что мне нужно еще.        Армину душно. Душно. Даже сейчас, когда Жан со скоростью одичавшего зверя нервно пытается расстегнуть пуговицы темной рубашки блондина. А дальше последний слышит только звук порванной ткани, пуговиц, падающих на пол и своё учащенное дыхание. Нужно купить новую. Рубашку, конечно. Новые лёгкие он уже не купит, надо было думать раньше, покупая свои уже обыденные сигареты.       Чужие руки нежно гуляют по бледному торсу, изредка задевая соски. Жан тоже пытался начать сначала. Пытался, но Армин стал для него уже нужнее кислорода. Когда в нос бьёт запах изученного тела, Кирштейн кайфует больше чем наркоман, получивший дозу после долгой завязки. В этот раз Армин держался чуть дольше чем обычно.       Не позвонит Арлерт - позвонит Кирштейн. Когда-нибудь. Просто так долго без друг друга они ещё не протягивали.       Ни Жан, ни Армин не говорят. У них подстройка под друг друга такая, что понимать научились один другого с полуслова. Ужасная, ужасная идея, Ужасная, ужасная идея.       Движения Жана были резкими, но входит он всегда медленно и нежно. Армин выгибается и руками обвивает шею партнёра. Бедная стенка, к которой его тесно прижимает чужое тело, чуть ли не трещит под давлением такого напора.       Движения у Жана отточенные почти до идеала. Он знает, как любит парень и как принести ему удовольствие. Не первый день знакомы. Поэтому он наклоняется к уху Армина и шепчет какой-то успокаивающий бред. Тот лишь сильнее стонет, чувствуя чужую руку на своём возбуждённом органе. Встретиться так поздно было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь я нетрезво мыслю, Привести тебя домой было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь мне нужно побыть одному.       Кирштейн близок к пику, Армин уверен. Поэтому сам пытается насаживаться, целует, берет инициативу в свои руки, настолько, насколько Жан ему позволяет.       Взгляд, всхлип, стон. Армин кончает в руку Жана, а тот в свою очередь выходит из парня и несколькими движениями заставляет и свой член излиться себе в руку.       Арлерт на ногах стоять не может. Осторожно опускается на стул, стоящий рядом. А Жан идёт куда-то, не говоря бывшему не слово. А последний знает куда. Курить. Ведь он знает, что Кирштейн любит курить после секса. Это уже аксиома, спорить бесполезно.       Арлерт осторожно берёт с пола остатки своей одежды и плетется за партнёром. Так нельзя. Армин уверен в этом.       Балкон в квартире был убогий. Маленький и неухоженный. Блондин каждый раз обещает себе его почистить, но, видно, он не человек слова. Парень стоит на том самом балконе, когда хозяин квартиры медленно ступает на грязную плитку строения. Жановские глаза за обладателя так и говорят что-то типо, до сих пор не убрался? А глаза напротив отвечают, без лишнего слов: "нет, ещё, потом."       Впереди Кирштейн, а за его плечами расстилается простор ночного города. Внизу - люди. Они, большим и занятым потоком, идут в неизвестном им направлении. А двое юношей возвышаются над ними, подобны ангелам или самому Богу. Кто знает. - Армин.. Жан первым постарался нарушить гнетущую тишину. Армин уже знает о чем он хочет поговорить. - Я знаю, так нельзя. А ещё они знают, что нужны друг другу. Не как друзья. У Арлерта слёзы наворачиваются, когда он осознаёт в какое дерьмо он влип. - Мы попробуем ещё раз? Жан смотрит с надеждой. Он не остыл, Армин не остыл. Они просто дураки. - Мы уже пробовали. Два раза. Его собеседник уныло опускает голову вниз, на этих муравьёв-людей. - Бог любит троицу? Армин выдыхает. Он не может идти против своих желаний. Он не может идти против желаний того, кого он любит больше чем что-либо на этом дерьмовом свете. - Попробуем. Мы попробуем. Осознать, что он сейчас сказал Армин может, только когда чужие руки смыкаются кольцом на его талии. Руки Жана.       Армин готов умереть от счастья в этих объятиях. Он готов умирать только в них.       Может идея была не такой уж и плохой?
Примечания:
Песня: girl in red - bad idea!
Песня про двух женщин, but i don't care.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Shingeki no Kyojin"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты