И этот город останется так же…

Джен
R
Завершён
6
Размер:
2 страницы, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
6 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

И этот город останется так же…

Настройки текста
Звонок раздался рано утром, спустя каких-то двадцать минут после того, как Женя смогла уснуть. Ей снились падающие с неба камни. — Он убил её, — сказал голос Мокуши в трубке. Женя сжала телефон в ладони, тот был почему-то очень горячий, она обожгла пальцы. Пришлось поднять подол ночной рубашки и обернуть им ладонь. — Кто кого убил? — спросила Женя. На секунду, пока Мокуша откашливался перед ответом, она вообразила себе, что он говорит: «Крутихин убил её». Сердце заплясало в горле от выброса адреналина. Ванечка, ты всё-таки всех обманул? — Арсений, Веркин отец, убил свою жену Марину, — оскорбительно-буднично пояснил Мокуша. — Она с блядок вернулась, и он её зарезал кухонным ножом. Хорошо, что Верка убежала и спряталась за домом Крутихина, а то и её бы… Пьяный он был… — Мокуша замолк, словно набирался храбрости, чтобы сказать следующие слова. Женя молчала, не торопя его; она сидела в постели, бледная и готовая услышать любую правду. — Злой. Верка мне первому позвонила, я неподалёку был, быстро приехал. Арсений бегал по двору с окровавленным ножом и орал, что Крутихин его на это подбил. Ёбаный в рот, — веско закончил Мокуша и затих, давая Жене время осознать произошедшее. — Подробности? — Не, откуда. Арсений орал, что Крутихин недавно пришёл к нему, дал нож в руки и сказал убить Марину, раз она блядует. Натурально нож в руки сунул и велел зарезать. Вот оно какое — последнее убийство Ванечки. — Недавно — это когда? Вера что говорит? — Да хуй знает. Извини. Менты мне подробности не сообщили. Кожегарь его забрал с напарником, имя не помню. Верка у меня пока. Говорит, что Марина рассказала тогда. От хахаля вернулась и получила в табло, и Верке по лицу прилетело — попала под горячую руку. Крутихин типа следы увидел и пошёл к ним на разборки, о чём-то базарил с Арсением, но не бил, хотя нож в кухне взял у Марины. Это было во время твоего расследования. — Я не могу приехать. — Знаю. Верка тебе привет передаёт. Телефон жёг пальцы и через ткань. Мокуша сосредоточенно сопел в её правое ухо. Перед глазами улыбался Крутихин, но глаза у него были злющие. Скверные. Ныл шрам от пули. Иван. Ванечка, но так она назвала его только один раз, в койке, когда его тело опустилось на её, нос забил волнующий запах настоящего мужчины, а кожу на шее около яремной вены ошарашил острый укус. Стало сладко от мимолётной боли. Старый диван скрипел, возмущаясь двойной нагрузке. Ванечка был нежен, его пальцы были волнующе-быстры, поцелуи глубоки, а движения выверены до миллиметра. Впервые за долгое время ей было приятно, по-настоящему приятно, и заснула она после оргазма с мыслью, что Крутихин, как ни крути, хороший человек. Уже на следующий день выяснилось, что никакой он не хороший человек, а любовь оказалась очередной придумкой, призванной вывести к свету заблудшую душу. И вновь закрутилась хренова карусель в голове: зелёные бусики, старая железка, обещание больше так не делать, взрезающий плоть отцовский нож, выстрел, пропитанные водкой крепкие руки Мокуши, костёр в лесу, гулкий склад, обшарпанная камера, Боря с вечной Бориной любовью и Кожегарь, который пришёл к ней в камеру и сообщил, что Холодный, размазывая по полу кровь Крутихина, во всём сознался. Как убивал, как, убивая, почувствовал себя Богом, как долго выбирал ученика-преемника, как учил, переживал, гордился за него. Женя лежала на нарах прямо в пальто, её бил озноб, левая сторона тела онемела от пульсирующей боли — прощального подарка Ванечки, — и ей было глубоко плевать, как учили Ванечку и чем мотивировали. Нет, она, конечно, рассказала Кожегарю о том случае из крутихинского детства, но запал иссяк, и на место гнева пришло безразличие. Когда Мокуша пришёл в больницу навестить её, Жене вдруг подумалось, что хороший человек в этой истории всё же есть, и всё это время он был рядом с ней. Мокуша принёс ей леденцов. Они хрустели леденцами и молчали. Вознесенск долго не отпускал Женю. Она давала показания, пила водку и молчала с Мокушей. Молчание было в радость. А потом, одним холодным октябрьским вечером, руки Мокуши вдруг сняли с неё свитер, и она даже мимоходом не подумала о ноже. Которого, кстати, у неё и не было — забрали следователи. Мокуша прижал её к себе и грел теплом своего тела. Хороший он человек. И Верка — хорошая. — Женя, ты тут? — спросил хриплый голос Мокуши, выдёргивая Женю из воспоминаний. Женя наконец-то догадалась снять трубку с зарядного устройства, чтобы та остыла. Двое хороших людей ждали окончательного ответа. Номер Лебедева в её телефоне был привязан к третьей кнопке быстрого набора. Женя взглянула на электронные часы, стоящие на тумбочке. Было начало седьмого, мучимый бессонницей Лебедев обычно вставал в это самое время. Он ненавидит её и отпустит, хоть в Вознесенск, хоть в лживые объятия очередного маньяка, хоть в ад. Мама ненавидит её и не звонит, и вовсе не знает о Вознесенске и о том, что маньяк забрал у неё любимого мужа. Инга спит с Борей, и Женя не могла исключать того, что вполне может оказаться, что и Инга её ненавидит. Ненависть «съедает» ненавидимого человека похлеще, чем ржавчина — железо. А на кладбище можно и не ходить, в конце концов. — Скажи Верке, что я приеду, как с Лебедевым поговорю. — Я встречу тебя на остановке, — сказал хороший человек Мокуша. — Погода сейчас ничего, снег выпал. И этот город… Ты Акунина-то дослушала? Женя представила, как он улыбается, еле заметно раздвигая твёрдые губы, и улыбнулась сама.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2022 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты