болезнь или панацея?

Слэш
NC-17
Заморожен
39
Размер:
30 страниц, 8 частей
Описание:
au, в котором Антон с Арсением проспорили Диме, главному, мать его за ногу, шипперу, на желание и теперь должны месяц провстречаться. только для Арса это всего лишь игра, а для Шастуна — куда большее. Кто одержит победу и возможна ли она вообще? Или, может, оба позорно проиграют? А вдруг игра вовсе беспроигрышная?
Посвящение:
девушке, которая неустанно меня вдохновляет.
Примечания автора:
вдохновилась на это спонтанно, впрочем, как обычно, треком "восемь" — лилу45. но работой все же довольна, ее написание принесло мне удовольствие и кучу переживаний. а ещё незабываемые эмоции, ведь во время ее написания со мной столько всего произошло.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
39 Нравится 6 Отзывы 3 В сборник Скачать

3. я думал, ты просто фонарный столб

Настройки текста
Примечания:
это одна из моих любимых глав, к слову. опять же благодарю всех и каждого!

måneskin — beggin

aimer ce n’est pas se regarder l’un l’autre, c’est regarder ensemble dans la même direction.

любить — это не смотреть друг на друга, это смотреть в одном направлении.

antoine de saint-exupéry

***

Прошло, кажется, полторы недели. Или меньше. А может больше. Антон перестал считать, он просто наслаждался. Ирины вопросы о том, где он постоянно пропадает, несомненно, подбешивают, но стоит столкнуться взглядом с взором голубых глаз — сразу попускает. Шастун уже не шугается так от Арса с его настроем, старается задавать себе меньше вопросов, да и вообще не париться. Не получается. Трудно не задавать себе уйму вопросов, когда человек, с которым ты влип в такую ситуацию, то лезет целоваться при любой возможности, то не отвечает на сообщения по вечерам, которые ты пишешь чуть ли не тайком от девушки. Пусть и формальной. Хотя бы тут совесть почти чиста. Ах да, ещё Антон каждый раз смеётся, оказываясь в машине по дороге к Арсению, ведь ему на ум приходит строчка из песни "Еду к мужику, а вас че, это колышет?" Жаль только Мерседесика без крыши нет. Да и вообще он стал куда чаще смеяться, кстати. Искренне так, от души. Это даже Дима подметил, когда они встретились пропустить по стакану пивка.       Куплинов кроет матом очередную игрушку на телевизоре, Ира лежит рядом, делая вид, что её хоть на толику интересует происходящее там, а Антон изредка посмеивается, чтобы не выдавать своего нетерпения. Арсений должен освободиться с фотосессии и позвонить. Вчера увидеться не удалось из-за новых съёмок Контактов, и младший уже вправду скучает. Да что уж греха таить, Попов тоже скучает. По-своему, конечно, но факт остаётся фактом. Кузнецова откладывает свои актёрские способности, поворачиваясь к Антону, и выжидательно смотрит. — Чего, Ир? — Он нажимает видео на паузу со вздохом. Кажется, допроса не избежать. Эти поджатые губы, сдвинутые брови, бегающие глаза. Нельзя не понять человека, зная его больше пяти лет. — Ты мне объяснить ничего не хочешь? Например, почему ты так часто пропадаешь до вечера с Арсением своим, да даже сейчас еле усиживаешь! — Девушка понемногу закипает. С одной стороны, понять её можно. Или нет. Она выключает плазму и с ещё большим запалом оборачивается на комика. — Что такое творится, Антон? Я уже молчу о том, что ты мне внимания не уделяешь, как девушке. Ни цветов, ничегошеньки. — Ира, причём тут, как ты выразилась, мой Арсений? Ты поеботы маленьких девочек насмотрелась или где? — Шастун сам уступать не собирается. Намолчался. — Давай закроем тему, прекрати. У нас всё… Договорить он не успевает из-за рингтона, раздавшегося в кармане, поэтому просто безнадежно машет рукой пассии, выходя на балкон. Перекур лишним никогда не будет. — Арс, да, привет. — Антон перебивает себя первой затяжкой. Легче. — Ну как с фотками? — Ой, Антох, запара тут ещё та. Московские площадки все таки от питерских отличаются. — Голос у Попова уставший, но довольный. Его любовь к фотосессиям – отдельная тема для разговора. — Но, могу тебя обрадовать. Я хотел смотаться в торговый, представляешь, куртку просрал где-то! И ты мог бы составить мне компанию. А ещё лучше, если ты заедешь за мной, не хочу по такси жаться. Ну как тебе план? Воронежец в первую минуту не торопится отвечать. Растворяется в этом баритоне. Он искренне наслаждается временами, когда Арсений чем-то увлечён. Тот тогда совсем живой, яркий, светит на весь город. Антону хочется попросить светить не переставать. Хотя бы для него. Но не будет. Точно нет. — План – супер, Сюш. Я как раз буду очень рад свалить как можно быстрее, потом расскажу. — На том конце провода слышится понимающее "ага" и ему становится ещё легче. Не в затяжках дело, видимо. — Скинь адрес только точный, иначе я в этих павильонах потеряюсь. — Давай, потеряшка, кидаю адресок. Жду тебя.

***

      Теперь Арсений ещё больше напоминает большого ребёнка. То, как он разглядывает витрины с горящими от восторга глазами – зрелище интересное. Антон едва поспевает идти следом, не переставая смеяться с мимолетных каламбуров, и сразу забывает незадавшееся начало дня. До определенного момента. Пока не начинает возвращаться к своим вопросам. — Арс, слушай, а к чему вообще было то? — Он мнётся, уже думая, что зря все это начал, но пути назад уже нет. — Ну, там, в отеле. — Ты это о чём? — А ему прямо таки нравится дурочку включать, вы посмотрите. Не заставляй говорить это вслух, ну зачем так делаешь, мать твою. — Тот, назовём, эмоциональный поцелуй. — Точно зря. Он ведь даже слов подобрать не может. — Не знаю, мне почему-то показалось, что это было слишком… Не для спора. — А. Ну так, тебе действительно показалось. Мы ж договаривались. Все включено, вот я и играю свою роль. — Я понял. Тогда хорошо. Каким, но не моим, Макаром, блять, хорошо? Да никаким, Арсюх, окстись.       Пока Попов исчезает в отделе одежды, Шастун проходится вдоль стеллажей Найков, подмечая взглядом одну из моделей: белые Джордан с розовой галочкой. Оглянувшись, чтобы убедиться, что спутник пока слишком занят выбором цвета худи, он выбирает свой размер и идёт к кассе, активируя Apple Pay. Плюс ещё одни кроссовки в коллекцию, подобное всегда приятно. Как раз к этому времени и выходит актёр с глазами, полными наигранного разочарования. — Понравившийся мне цвет только в эльке, а мне она большая сильно, — Он театрально вздыхает, но внимание быстро переключается на картонный пакет в руках длинного. — А говорил, что нахер тебе не нужён торговый. Пошли дальше, вопрос куртки все ещё открыт. — Иди уже, пока пенделя не дал, принцесса на горошине.       Наконец, спустя, кажется, бесконечное количество пройденных магазинов, Арсений покупает кожаную куртку и выбегает из бутика довольный, как мальчик, получивший машинку на пульте управления, махая новой покупкой. И снова он ярче обычного. Снова светится. Снова притягивает к себе. Как его там фанатки зовут, чертовка? Именно так. Антон подходит к нему с тёплой улыбкой, оценивающе оглядывает обновку и присвистывает. Вкус у Попова точно есть. — Знаешь, Сюх, я тебя несколько лет таким счастливым не видел уже. — И это правда. Когда Арсений счастлив – он меняется в лице. Как сейчас. — Че, серьезно куртке так рад? — Неужто ты в куртки заделался? — Игриво отвечает он, порываясь наклониться к уху, но вовремя вспоминает о нахождении и дистанции. Не хватало ещё фоток каких-то потом в ленте увидеть. — А я думал, ты просто фонарный столб. И он так легко идёт, не оборачиваясь, к лифту, ведущему на паркинг. Как будто вообще мелочи. Но, если на этот раз обоим не показалось, это было искренне. А Антон стоит, да улыбается, как дурак. Счастливый дурак такой. Это, выходит, Арсений его сейчас завуалировано так радостью своей назвал? Да уж, как там это у молодежи называется? Эмоциональные качели? Зашибись, конечно. Но все таки жаловаться не приходится. Несмотря на все эти непонятки, Шастун доволен.       Они молча сидят в машине, которая уже выехала из паркинга, чтобы не платить больше нужного, и просто наслаждаются. Арсений хорошим моментом. Антон Арсением. Расходиться не хочется никому. Второй вздыхает, решительно поворачиваясь к актёру. — Арс. — Ау? — Ты не против прошвырнуться ещё куда-то? Так не хочется на квартиру ехать, возвращаться к тому разговору с Ирой. — На этом комик морщится, будто вспоминает один из жутчайших кошмаров. Да, в морду мог кому-то дать, но домашние скандалы ненавидел. — А погнали к Сити? Ты вон, утеплился как раз. Попов в свою очередь лишь молча кивает, накрывает антоновскую ладонь своей и прикрывает глаза. Из него так и сочится доверие. Антон это ценит. Лелеет. Любит. Только продолжает не понимать, часть игры ли это, или что-то выходящее за её пределы. Он делает музыку громче так, чтобы всем проезжающим водителям был слышен Фактор-2.       Младший резко срывается с места с криком "Попробуй догони!" и перескакивает скамейку. На набережной людей почти нет, поздно уже, как никак, потому можно смело быть собой. Тем собой, который любит ребячиться. Он бежит вдоль ограждений, изредка оборачиваясь, чтобы понять, насколько Арсений отстаёт, и не сбавляет оборотов до тех пор, пока дыхание курильщика не подводит. Спутник быстро нагоняет с победным воплем, врезается в Шастуна всем телом, смеётся и сам забывает обо всех проблемах. — Ой, Арсюх, дай отдышаться, погодь, — Воронежец упирается ладонями в свои колени, шумно втягивает воздух, а после того, как лёгкие наполнились кислородом, подходит к ограде и разглядывает реку. Вернее, розоватый фонарь на яхте. Попов стоит рядом, сосредоточенно глядя в не очень определенном направлении. Первым нарушает тишину Шпала, вложив в свою холодную ладонь чужую, более тёплую. — Куда пялишься? В это же время петербуржец почти вторит ему, спрашивая, куда он смотрит. Оба замолкают на пару секунд, а после заливаются звонким смехом. Шастун виснет на арсеньевских руках, а он радостно приобнимает того за широкие плечи. Слышали бы это все фанаты, сразу бы сказали, мол, синхрон. — Да там фонарик светится прикольно. — Кивает в ту сторону, хотя знает, что в этом необходимости нет никакой. — Розовый такой. — Я тоже за ним наблюдал. Залипательный он. — Антон ненадолго замолкает, прижимаясь губами к чужому виску, благо, рост позволяет, а потом вкрадчиво лыбится. — А у тебя, случайно, в номере места не найдётся? И у Арсения место нашлось. В номере, в телефоне, в жизни, в сердце. Пожалуйста, Андреевич, проходите без очереди. Но нет, вы ничего такого не подумайте. Это лишь потому что Шаст такой. Проникающий в душу. Так с каждым случается, да. Ничего такого.       Проходит ещё немного времени, а этот проникающий в душу Шаст уже разграбил мини-бар с довольной кошачьей мордой. Он уже заваливается на большую гостиничную кровать, отключив телефон, чтобы не слышать настойчивых звонков девушки. Он уже засыпает на таком родном плече, пока Попов украдкой целует его в макушку. Может, эта игра не такая уж и херня собачья? Ответа на данный вопрос пока нет. А будет ли вообще?
Примечания:
кто-то нашёл связь между цитатой вначале и моментом на набережной??
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты