Всегда

Слэш
NC-17
Завершён
4
автор
Размер:
3 страницы, 1 часть
Метки:
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
4 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Каждый раз Цзялэ думает о том, что обязательство у них только одно: играть и побеждать. А все остальное - их добрая воля и много-много любви. Еще немного он думает о том, что они все вместе смахивают на львиный прайд. Нет, тигриный. Тигрино-львиный. Мысль сбивается, когда он снимает с Синьцзе очки, прижимаясь к Линю спиной. Это его самый любимый момент. И еще - когда Хань засовывает ладонь в карман его джинсов, сжимая пальцы, и целует Синьцзе, а Линь расстегивает на Хане куртку. И когда Синьцзе дотягивается до Линя и снимает очки с него, а потом целует в переносицу. А Хань смотрит - на них всех. Потому что они, наверное, все-таки тигриный прайд. Интересно, а такие бывают? - Задумался? - Хань улыбается, это точно. Он всегда улыбается, когда Цзялэ от возбуждения путается руками в рукавах свитера. Ткань цепляется за браслеты и застревает, и теперь Цзялэ застревает с поднятыми руками. Он не может сказать точно, кто его касается. У Линя руки немного холоднее, но зато Синьцзе умеет отцеплять ткань от браслетов так, чтобы ничего не порвать. - Ага, - Цзялэ бурчит, все-таки выбираясь головой из узкого ворота, и подставляет губы под поцелуй. Линь вот тоже смеется. И Синьцзе улыбается, а потом аккуратно сует в карман Цзялэ один из все-таки сбежавших браслетов, прежде чем расстегнуть на Цзялэ джинсы. Тепло. Нет, жарко. Цзялэ прижимается к Ханю, обнимает за шею одной рукой, а второй - цепляет футболку Линя, требовательно тянет вверх. Целует Ханя, подставляет губы. Поцелуй становится все более напористым, Хань стягивает резинку с его волос. Цзялэ чуть сдвигается, пропуская между их животами руку Синьцзе, помогая тому с ремнем на брюках Ханя. Накрывает его пальцы на члене Ханя своими, сжимая сквозь ткань, и чувствует, как Хань коротко выдыхает ему в губы. Как Линь целует его в шею - и стонет, потому что Хань гладит Линя по щеке, по виску, там, где остался след от дужки очков. Цзялэ каждый раз немножко сходит с ума от того, как Линь заводится от такой простой ласки. Он вообще слегка едет крышей от всех них: от того, как смотрит Синьцзе, какой у него взгляд - прямой, серьезный, темный; от того, как часто и глубоко дышит Хань, как громко бьется у него сердце; как Линь улыбается, когда кончает. Цзялэ вздрагивает всем телом, быстро расстегивает собственные джинсы, сдергивает вниз вместе с трусами, слегка задыхаясь от взглядом и даже от того, как воздух касается стоящего члена, горящей кожи. А потом, раскинув руки, падает на кровать. - Я первый, - Цзялэ смеется. Прохладная простыня еще не сбилась в комок, как и одеяла, и так хорошо и сладко потягиваться всем телом. Так хорошо смотреть. Смотреть, как Хань, Синьцзе и Линь целуются втроем. Как смотрятся руки Ханя на спине Синьцзе, когда он стягивает с Синьцзе футболку и тот выгибается. Как нежно и жадно Линь целует Синьцзе в затылок, а потом через его плечо снова Ханя. - Как-то вы долго, я еще успею игру проверить, там наверняка экспедиция вернулась, - Цзялэ просто не терпится. А еще ему нравится, когда Синьцзе смотрит на него строго и обещает: - Телефон отберем. - И рот заткнем, - добавляет Хань. А Линь просто улыбается. Цзялэ смотрит на них и ему хорошо. Так хорошо, что руки сами тянутся себе подрочить, но стоит коснуться члена, провести лениво пальцами по головке, растирая смазку, как Линь, уже обнаженный, становится коленями на край кровати, перехватывает запястье Цзялэ, целует и отводит руку. Цзялэ даже возмущаться не хочется, так его кроет - от Линя, от того, как Хань смотрит на них, от того, как лежит ладонь Ханя на заднице Синьцзе, и как Синьцзе прижимается к Ханю. Так расслабленно, так нежно - Цзялэ, когда первый раз увидел, чуть не кончил просто от этого. А сейчас он тихо стонет и смотрит на Линя. Ведет пальцами по его руке, ловит губами воздух. Линь улыбается, вытягивается рядом, не прекращая медленно, выверенно-точно водить пальцами по члену Цзялэ, то обхватывая плотнее, то почти отпуская, то поглаживая только головку, потирая под ней. Цзялэ поворачивает голову и целует его. Смотреть, как Линя ведет - охуенно. Слушать, как он стонет, когда Цзялэ легонько прикусывает нижнюю губу, а потом отпускает - еще лучше. Цзялэ вскидывает бедра, толкаясь в ладонь, а потом садится. Ловит Синьцзе за руку, целует запястье, глядя, как кожа покрывается мурашками. Тянет Синьцзе на себя, помогает Ханю стащить с него брюки, а потом и белье. Сжимает ладонью ягодицу Синьцзе, толкается лбом в живот Ханя, с наслаждением ощущая, как напрягается пресс. И роняет Синьцзе на кровать, зная, что Линь поймает. Линь ловит. Звук поцелуев заставляет реальность окончательно сдвинуться. Цзялэ смотрит на Ханя снизу вверх, выгибается в спине. Ведет губами по животу, дышит на кожу над краем трусов, трется щекой о член сквозь ткань. Стонет, прижимаясь губами, когда Линь снова целует его в шею, а Синьцзе гладит по расщелине, размазывая холодную смазку, толкается пальцем внутрь. Хань вздрагивает всем телом, сильно, так, что Цзялэ физически чувствует идущий от него жар. Наверняка, ему нравится то, что он видит. Цзялэ медленно тянет вниз его трусы, подставляет затылок под ерошащие волосы пальцы, накрывает ртом головку. Насаживается на пальцы Синьцзе и на член Ханя, и блаженно поводит плечами, когда Линь целует его между лопаток. От стонов Синьцзе кроет так, что под опущенными веками пляшут искры. Он так звучит - тихо-тихо, серьезно, как будто даже стонам, удовольствию отдается со всей сосредоточенностью. Так охуенно. Цзялэ дрожит. Насаживается ртом на член Ханя глубже, слушая задающих ритм пальцев - внутри, и на затылке. Хань толкается пару раз, а потом чуть отстраняется. Снимает белье, и подвигает их всех, как только он умеет: обнимая, сгребая к себе, в один клубок, в один - действительно, прайд. Уже не разобрать - кто кого целует, Цзялэ просто дает волю рукам. Трогает Синьзэ, глядя, как тот жмурится, когда Цзялэ сжимает в пальцах сосок, а потом целует Синьцзе в подбородок. Обхватывает ногами Ханя, любуясь тем, как они с Линем целуются, как Линь плывет и подставляет губы. Как ладони Линя скользят по бедрам Ханя, по заднице. Хань вздрагивает, подается ближе, и Цзялэ с Синьцзе пользуются моментом тут же, целуются - и целуют Ханя, оставляя на груди и ключицах, на шее невидимые горячие следы дыхания. Тепло, так тепло. Даже зашкаливающее возбуждение - ощущение менее сильное, чем бесконечная плавящая нежность, которая горит внутри Цзялэ все сильнее с каждым прикосновением, с каждым разом, когда они - здесь, в гостевой комнате с широкой кроватью, на которой отлично помещаются все четверо. Немного тесно все равно, но хорошо. Цзялэ тянется к Ханю за поцелуем, смотрит в темные глаза и горит. И стонет, когда Синьцзе гладит его по животу, ведет ладонью ниже, обхватывает член. У него мягкие пальцы и такие сосредоточенные движения, что Цзялэ умирает каждый раз, когда Синьцзе его касается. Когда Хань его целует и гладит Синьцзе по груди, и подается на пальцы Линя, коротко постанывая в поцелуй. - Все еще хочешь проверить игру? - интересуется Хань. Запрокидывает голову, склоняет набок, подставляя шею под поцелуи Линя. Цзялэ вообще с трудом понимает, о чем он. Только когда Синьцзе на мгновение замирает, едва-едва поглаживая кончиком пальца головку члена Цзялэ, до него доходит, что Хань что-то спрашивает. - Наверное, не сейчас, капитан, - Цзялэ ужасно смешит и заводит все время, что на слове “капитан” на него смотрят и Линь, и Хань. Синьцзе, кажется, тоже это замечает, и смеется Цзялэ в шею, а потом стонет, когда Цзялэ проводит подушечками пальцев по его бедру. Чувствительный, и это наполняет Цзялэ безграничным обожанием. Таким же сильным, как когда Хань гладит его самого по волосам, и когда Линь жмурится от удовольствия, если провести ногтями легонько вдоль позвоночника. Хочется их всех. Сразу. Всего, прямо сейчас, немедленно. Цзялэ вдруг с удивлением обнаруживает, что он сам - на грани оргазма, просто от близости, от прикосновений, от резких выдохов Ханя, который подается навстречу пальцам Линя, от стонов Синьцзе и его прикосновений, от того, как Хань тянет их с Синьцзе к себе. - Хватит, - голос Ханя звучит хрипло и резко. Он поворачивает голову, целуя Линя, так требовательно, что не очень-то понятно, кто из них кого собирается трахнуть. Да какая разница. Никакой. Цзялэ тоже так думает. Точнее, не думает: выгибается, разводя ноги шире, когда Хань входит; вздрагивает всем телом, вцепляясь в Синьцзе и в руку Линя на плече у Ханя, когда Хань замирает. И стонет в голос. Ритм задает Хань - подаваясь назад, навстречу Линю. И вперед, так сильно, что Цзялэ жмурится от острого удовольствия каждый раз, когда член Ханя проезжается по простате. И дрожит всем телом, когда его пальцы сталкиваются с пальцами Ханя на члене Синьцзе. Так много, так горячо, так сильно, что Цзялэ каждый раз кажется, что он сейчас умрет, разлетится на полыхающие осколки - от поцелуев Синьцзе, от жестких, сильных движений Ханя внутри, от того, как дрожат пальцы Линя, от их с Ханем поцелуя, от того, как Синьцзе гладит Ханя по волосам. Цзялэ срывает следом за Синьцзе. Хватает короткого тихого стона, чтобы Цзяле выгнулся, насаживаясь сильнее на член Ханя, вцепился - кажется, в них троих сразу. Оргазм накатывает с такой силой, что Цзялэ сам не слышит своего крика - только как саднит горло, и то, так отдаленно, что это тоже удовольствие. Он смотрит из-под мокрых ресниц, как выгибается Хань, чувствуя несколько сильных, резких толчков внутрь. Смотрит, как Линь утыкается лбом Ханю в плечо. Гладит, касается, тянется, переплетая пальцы с пальцами Синьцзе. И прижимается, оплетает руками и ногами, обнимает - Ханя, Линя и Синьцзе одновременно. Неважно, существуют ли тигриные прайды - один точно есть. И Цзялэ хочет, чтобы так было всегда. Можно даже без телефона.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования