Крушение

Слэш
R
Завершён
27
автор
Размер:
14 страниц, 1 часть
Описание:
Рей считал, что накуривается, потому что не может разобраться в своих чувствах. На самом деле, он так влюблен, что трезвым не может это вынести.
Примечания автора:
Я все, товарищи. Дописалась.
Ставлю ООС в предупреждениях исключительно ради Рэя.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
27 Нравится 3 Отзывы 2 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
— Я люблю тебя. Ты только не пугайся, Рэй. Рэй охуевал. Не понимал, что ему говорят. Какие-то странные буквы складывались в слова, но соединение с мозгом коротило и не случалось. Острое возбуждение притупилось, постепенно спадая, уступая место неловкому молчанию. Тренер рядом шевелил губами, говорил что-то с обеспокоенным видом и тянулся ближе, но Рэй уже не слышал: он тупо смотрел в пустоту над кроватью и пространство вокруг искажалось. Расщеплялось на мелкие осколки, переплетаясь как в линзе калейдоскопа. Джеймс щёлкнул пальцами, чтобы проверить реакцию и вернуть Смита к жизни. Очнувшись, Рэй уже сидел на краю постели в немом оцепенении: руки дрожали, головная боль росла и пульсировала в висках. Тело едва отходило от нахлынувшего оргазма, на животе еще не успела высохнуть чужая сперма и он думал, это абсолютно точно не лучший момент для подобных признаний. Тренер переводил дыхание и озадаченно смотрел, не совсем понимая, что произошло за эти пять секунд. Он хотел дотронуться, успокоить, но Рэй содрогнулся всем телом, уворачиваясь от прикосновения. Ему было проще вытерпеть пулевое в плече, сорок восемь часов без сна, притон с наркоманами, но не это. — Эй, тебе необязательно отвечать прямо сейчас.

***

К разговору они не возвращались. Рэй ловил исподтишка обеспокоенные взгляды и не знал, чем усыпить бдительность. Хотя Тренер не собирался доставать все скелеты из шкафа, решил остаться на ночь и приготовить завтрак. — Кофе и тосты? Мне же не восемь лет, Тренер. — И абрикосовый джем. — О, это все меняет. — Высокая кружка опустилась перед ним на деревянный подстаканник. Рэй отметил эту деталь как важную. Тренер на чужой кухне хозяйничал с таким усердием, словно хотел загладить вину за прошлый вечер. Что было забавно, учитывая обстоятельства, ведь это Рэй тупил, как последняя сволочь. Тосты приятно хрустели, он ничего не имел против утренних бонусов, но дальше заходить не планировал. Его все устраивало в размеренной и отлаженной, до этого момента, жизни. — Слушай, — Тренер почесал бровь и оперся предплечьями на столешницу. Очевидно, сервированный завтрак был подводкой к серьезному разговору и Рэй молил всех богов, чтобы в этот раз обошлось без сюрпризов. — то, что я вчера сказал было… — Все нормально, Джеймс. — Нет, не нормально. — Тренер наклонился ближе, комкая в руках салфетку. Обычно спокойный и собранный, он нервничал из-за такой ерунды. — Не хочу, чтобы ты подумал, будто у меня это вырвалось в порыве страсти. То есть, в порыве конечно, но я говорил абсолютно серьезно. Блядь. Рэю только этого и не хватало. Почему Тренер не мог просто забыть, накатить пару бокалов после хорошего секса и на утро замять разговор, как порядочный джентльмен? Оставалось уповать на то, что признание ничего особо не изменит и все образуется само собой. Внутренний голос мерзко подсказывал, что они на всех скоростях несутся в Тартары и ответное признание — лишь вопрос времени. Тренер гладил его широкими тёплыми ладонями по плечам, растирая их достаточно сильно и в то же время заботливо. От него пахло душем и лимонной цедрой. Джеймс шепнул что-то нежное успокаивающее на ухо, мягко поцеловал в шею. Воспоминания прошедшей ночи нахлынули на Рэя с новой силой, окатили волной тревоги. Тумблер переключился, заставляя все тело напрячься. «Просто хотел сказать» Что-то ломалось со скрипом, лавиной обрушивалось вниз, отдавая тупой болью до самых кончиков пальцев. Тренер ему нравился: он был честным, относительно адекватным и охренительно тактильным. Их встречи по вечерам, ужины в саду стали временной отдушиной, но сейчас Рэй чувствовал острую необходимость притормозить. Остановить этот поезд и сойти на ближайшей платформе. С таким эмоциональным парадоксом он сталкивался впервые. Разум подсказывал бежать. — Взять тайм-аут на пару дней? — Аргумент звучал неубедительно, но Тренер кивнул в знак согласия. Нравилась ему или нет такая перспектива — ситуация не позволяла требовать большего. — Да. Мне на работу пора. — Ничего толком не объяснив, Рэй похлопал по плечу и сорвался так быстро, как только мог. — Просто захлопни за собой дверь. Собственные шаги по каменной кладке звучали глухо и далеко, солнце неприятно слепило глаза. Бешено забилось в груди сердце. Рэй несколько минут глубоко дышал, прислонившись к обратной стороне изгороди, пока накатившая паника внутри не утихла и легкие не заполнил ледяной утренний воздух. Банни очень вовремя подхватил его на подъезде к дому.

***

Время тянулось медленно, как густая соленая карамель. Один неудачный день плавно перетекал в другой, не оставляя ощущения отдыха. С утра Рэй стремительно гнал мысли подальше и старался думать о более насущных вещах. Отхлебнув остывший чай, уставился в окно, наблюдая за редко проезжающими машинами. Сделки с лордами не всегда проходили по отработанному сценарию, как бы не хвастался Майкл. Этот сложный период затягивался на долгие недели. В такие моменты жизнь превращалась в черно-белую шахматную доску и Рэй привык к тому, что тихие вечера у камина чередовались с полным беспросветным пиздецом на работе. После истории с Мэттью Бергером он стремился проверить каждого, кто маячил на горизонте и хотел пожать руку боссу. Выворачивал наружу всю подноготную так быстро, что Флетчер едва успевал присылать отчеты. Накатив третий стакан в «принцессе Виктории», Рэй не спешил домой. Несколько точек должны были открыться к утру вторника, если бы не задержка из-за внештатного рейда управляющих органов. Как бы он не пытался отследить цепочку и понять, было ли это последнее послание Мэттью или простое стечение обстоятельств, все связи терялись и уходили в никуда. Рэй всегда просчитывал на пять шагов вперед, но сейчас идеально запрограммированный мозг сбоил и выдавал ошибки. Часть ферм пришлось переносить в другие поместья из-за потенциальной опасности раскрытия. За те семнадцать минут, что карапузье порно-карате провисело на ютубе, они огребли проблем на многие месяцы. Казалось, их прокляли местные цыгане, у которых они отжали землю под новые фермы и теперь все вокруг напоминало затянувшийся день сурка. Телефон настойчиво завибрировал, отсвечивая входящим сообщением. «Я соскучился. Хочу тебя. Увидеть». — Я тоже, но не сейчас. — Не решившись ничего ответить, он спрятал телефон поглубже в карман. Внутри черепной коробки штормило. Записи в ежедневнике из упорядоченных превратились в хаотично-нервозные: он что-то постоянно черкал маркером и лепил стикеров в два раза больше обычного. Рэй пытался свести цифры и направить мысли в другое русло, не ведущее к Тренеру. Невозможность выбросить из головы их связь показалась ему опасной. — Выглядишь не очень. Все нормально? — В районе девяти вечера Пирсон заглянул в кабинет, чтобы проверить, все ли в порядке. Хотя Рэй старался не подавать виду, Микки все понял по ошалелому взгляду, но почему-то спустил на тормозах. — Да, босс, все хорошо. Просто проверяю бумаги. — Не знаю, что сейчас с тобой происходит, но ты нужен мне в полной силе, Рэй. История с фермой не должна повториться. Второй раз облажаться нельзя. Поэтому выспись уже, сделай смузи из сельдерея, сходи к врачу. Пирсон всегда выражал заботу своеобразно. Он говорил с Рэем честно и открыто, не заходя на личную территорию слишком далеко. Смит был молчаливо благодарен за такое отношение, особенно сейчас. — Я вас услышал. — Если тебе необходима помощь вот с этим, — Он ткнул аккуратным ухоженным пальцем в стопку чеков. — обратись к Роз. У нее комар носа не подточит. — При всем уважении, я в бухгалтерии десять с лишним лет. Майкл кивнул на прощание и исчез за тяжелой дубовой дверью. Рэю тоже не помешало бы пойти домой, но он изо всех сил сопротивлялся встрече с Тренером. Ухватился за переработку и первую возможность побыть наедине с собой, как за спасательный круг. Он не был готов выяснять обстоятельства прошлых дней и копаться в давно похороненных под пластом стабильности, эмоциях. Рэй долго смотрел в след уходящему, пока в дверном проеме не появился бармен с новой порцией виски.

***

Смит укурился в слюни и заснул прямо в кресле. Три пропущенных и пять сообщений от Джеймса остались без ответа до следующего утра. Пришлось в спешке покидать паб еще до открытия, чтобы принять душ и влезть в свежую одежду. За завтраком Рэй старался ни о чем не думать, а просто затолкать в себя овсянку и тосты. Рэй: «Много работы, перенесем встречу?» Тренер: «Ок. Тогда завтра?» Рэй: «Я напишу» И предсказуемо не написал.

***

Кран с горячей водой хлестал на полную, постепенно заполняя просторную ванну горячим паром. Новый косяк Рэй сворачивал прямо на столешнице около раковины. В последние месяцы его запасы существенно поредели, словно на них совершили набег сразу все карапузы из «Рептона». Он собирался наведаться на одну из ферм, чтобы их пополнить и уже гуглил маршрут в обход вечерних пробок. Его любимый сорт в народе прозвали «принцесса Лея» — травка ударяла в голову мягко, почти незаметно. Сначала разум казался чистым и ясным, а спустя секунду тело не слушалось и, очертив мертвую петлю в воздухе, валилось на пол. На третьей затяжке Рэй опустился в воду прямо в домашних штанах и футболке. Тренер приехал необычайно рано. Обнаружив Рэя в ванной, полной почти до краев, Джеймс облегченно выдохнул, осторожно присаживаясь рядом. — Привет. Я писал утром, что собираюсь заехать, но ты не ответил. — Прости, снова заработался и обо всем забыл. — А я принес ужин. Подумал, что ты много работаешь в последнее время, поэтому заказал еду на вынос. — Тренер пошелестел большим крафтовым пакетом, выпуская аромат печеных овощей, — Не знаю, что тебе нравится больше: вок или поке? На всякий случай я заказал оба. — Я не голоден. — Что происходит, Рэй? Джеймс отобрал у него косяк и потушил с плохо скрываемым раздражением. — Все в порядке, просто устал. — Ты повторяешь это каждый раз, когда не хочешь встречаться или разговаривать со мной. Я сделал что-то не то? — Мне просто нужно побыть одному. — Зачем? Как долго? Рэй, мне ты можешь довериться, мы не чужие люди. Это из-за того, что я сказал? Точно из-за этого. — Тренер глубоко вдохнул и взял паузу, подбирая слова. — Расслабься, я взрослый мальчик и не требую от тебя тут же признаваться в ответ. Просто хотел, чтоб ты знал о моих…чувствах к тебе. Разговоры всегда удавались Тренеру легко. Он умел с интересом говорить обо всем, что ему нравится: о том, какой сингл придумали пацаны, как расстроил сырный сэндвич в новой забегаловке, какой особенно тревожный закат он застал на пробежке. Иногда любил рассказывать о своей семье и многочисленных племянниках, разбросанных от Уотерфорд до Бостона, о счастливом детстве в деревне в Уэстпорте. С Тренером все было в порядке. Непоколебимый в своей уверенности, он оставался цельным и рассудительным, излучая уверенность каждым своим решением. Это Рэй ощущал себя разбитым блюдцем. Сломанной пластиковой игрушкой, которой забыли починить колесо. — Я так не могу, Джеймс. Может, мы поспешили. — С чем, Рэй? — С нами. Я не хотел, чтобы зашло так далеко. — Он развел руки и откинулся головой на бортик ванны. Кончики его волос прилипли к лицу, а одежда превратилась в тяжелую мокрую робу. — Не знаю, как это случилось. Как случилось, что два месяца назад Рэй поцеловал его в своей машине. Залез ледяными руками под полы куртки и пояс штанов. Как пригласил на ужин. В следующий раз обивал чужой порог с сомнительным поводом в три часа ночи, пока Джеймс не схватил его за отвороты пиджака и не втащил в квартиру. Голову кружило так сильно, что на первых парах он не успевал думать о последствиях. Рэй вообще не успевал думать, потому что Джеймс так глубоко вплавился в подкорку мозга, что выбросить мысли о нем было невозможно. Тренер целовал горячо, жадно и совершенно крышесносно. После, Рэй уже не мог трезво мыслить, не мог остановиться и прекратить этот трип. Просыпал все шесть будильников, а потом собирался впопыхах, едва успевая осмотреться в том беспорядке, который они устроили и выудить телефон из-под вороха одежды и одеял. Признание не должно было ничего изменить в отношениях, но Рэй явно ощущал острую необходимость пораскинуть мозгами и разобраться в себе. Первую волну адреналиновой эйфории отравляли опасные мысли о будущем. Рэй и сам еще не понимал, что за мясорубка разворачивалась у него внутри. Врать Тренеру не хотелось. — Что за херню ты несешь? — Тренер не отводил взгляд и на секунду перестал дышать. Ему пришлось приложить усилие, чтобы держать себя в руках. Рэй не помнил ни разу, когда он звучал так же волнительно. — Ты все усложняешь. Это того не стоит. — Скажи, что мне все это послышалось и ты не в себе. — Густые темные брови нахмурились и соединились в графичную линию, делая светлое лицо Тренера надломленным и сосредоточенным. Словно, он пытался найти ответы, которых у Смита не было. — Если у тебя проблемы, их можно решить. Я помогу со всем разобраться, ты только впусти меня. — Боже, Джеймс, прошу тебя. Хватит. Хватит с него. Тренер тоже не железный, он из плоти и крови. Из собственных принципов морали, непреодолимого желания заботиться о дорогих людях. По какой-то непонятной, одной ему известной причине, в список этих людей попал и Рэй. Тренер заслуживает лучшего, чем то, что Смит мог ему предложить. Он старался, из кожи вон лез, чтобы пробить цельнометаллическую стену, которую возвел вокруг себя Рэй. Ебучий принц в ебучей башне. Двухэтажном бункере из камня, стекла и своих загонов. Видит бог, он всеми силами пытался отпереть эту дверь. Тренер передернул плечами и на лице промелькнула болезненная, невиданная раньше эмоция. Рэю стало его почти жаль, но в груди разрасталась огромная черная дыра, смешавшая все чувства в один ком. Разбежаться, пока еще не совсем поздно казалось выходом для обоих. Джеймс поставил пакет на пол и ушел, не закрыв за собой дверь. Дернул олимпийку со спинки кресла с такой силой, что едва не вырвал молнию с корнем. Издалека донесся резкий сигнал машины и все. На этом все. Смит завалился в кровать голый, мокрый и тлеющий изнутри, как ошметок сигареты.

***

Все последующие недели шли по наклонной. Рэй существовал на диком топливе из алкоголя, кофе и собственного разрушения. Вызывался сопровождать новые сделки, а когда Майкл отворачивался, спускал своих демонов: ездил на тупые разборки в притоны и нарывался на драку каждый раз, когда выпадал шанс. Все чаще хотел спустить курок. Окончательно сорвавшись с якоря, дрейфовал в море без ориентира и поддался шальному течению, уносившему дальше от берега. Пока однажды Пирсон не оттащил его в подворотню и скрутил с такой силой, что у Рэя заныло плече. — Что ты нахрен творишь? — почти рычал в ответ Майкл и по одному взгляду было понятно, насколько он зол. — Я мать твою, просил тебя держать это под контролем. Я просил тебя, Рэй? Смит не отвечал, хватая ртом влажный горячий воздух, как выброшенная на сушу рыба. От мордобоя легче не становилось, пружина внутри не разжималась, но призрачный контроль давал временное облегчение. Он точно знал, что наденет завтра на работу и когда босс захочет выпить пива. Знал, какой из лордов попросит прибавку за аренду и сколько коктейлей нужно, чтобы все уладить. Чего точно не знал Рэймонд Смит — что от него останется, если снова ввязаться в отношения с обязательствами. Ни о каких чувствах речи не заходило с тех самых пор, как он был едва моложе тридцати: тогда показалось, что он влюбился, всерьёз и надолго, но этот роман просуществовал несколько недель, с перерывами. После всего, Флетчер оставил его с ощущением полного разъеба. Рэй еще долго не ходил на свидания. Выбрасывал простыни после одноразового секса и не строил совместных планов на будущее, посвящая все свободное время предприятию Майкла. Работа стала его обезболивающим и единственным, что оставалось в худшие годы, не позволяя уйти на дно. Двенадцать ферм цвели, как гребаные сады Семирамиды. Сломаться сейчас из-за временного увлечения было не по плечам. «Так вот, кто я для тебя? Временное увлечение». Тренер в его голове смотрел осуждающе и Рэй практически ощущал всю причиненную боль. Он не хотел это чувствовать. Он даже не знал толком, чего хочет. По возвращению домой ощутил, что в его огромном доме непривычно тихо. Рэй стоял перед входом на каменных ступеньках и вертел связку ключей, не решаясь войти. Ему впервые в жизни стало неуютно среди любовно подобранных вещей, привычного интерьера, всех этих больших корзин с пледами и шкурами. Все оставалось по-прежнему: с первого этажа доносился бой часов, шум кофемашины, скрип старой калитки на заднем дворе. Посторонние звуки исчезли с уходом Тренера. Он имел привычку греметь посудой на кухне, напевать в душе Металлику и читать новости вслух. Рэй привык к этой какофонии больше, чем представлял. Увяз в рутине по самое горло, а потом все разворотил. Он ворочался в постели до полуночи, но так и не смог уснуть. Везде преследовал резкий въедливый одеколон, которым пропахли все подушки в доме и даже матрас. Рэй запихнул постельное белье в машинку, поливая каким-то неимоверным количеством кондиционера, натянул шерстяной плед до самого носа и уснул на одном из широких диванов. С утра шею ломило так, будто его пинали тяжелым ботинком.

***

— У тебя пять минут, Флетчер. Выкладывай, что нашел и вали обратно. Припарковавшись на обочине дороги, Рэй не стал глушить мотор, потому что хотел закончить беседу как можно скорее и ускользнуть домой. Звать Флетчера к себе не хотелось — второй заход на литр виски и несколько часов долгих прелюдий он не осилит. — Я тоже скучал, дорогой. — Флетчер бережно захлопнул дверцу машины и опустил руки на приборную панель, чтобы согреться. Его легкий малиновый пиджак точно не был приспособлен для ранней весны. Рей задумался, действительно ли его всюду преследовала клетка или это просто было личной фиксацией. — Что-то ты сегодня особенно угрюмый. Машину поцарапал или твой Тренер не перезвонил? От последних слов Рэю свело челюсть. Он мечтал выкинуть Питера из машины и втопить газ, но порыв гнева быстро отпустил, заставляя вспомнить о поручении Майкла. Выдержать десять минут наедине он способен, нужно просто глубоко вдохнуть и перетерпеть. — Перезвонил. Давай без шуток, я тут с тобой не поболтать приехал. — Я вижу. Скажи, ты себе по утрам виски в кофе подливаешь или наоборот? Хоть бы ароматную елочку повесил в салоне. — Флетчер помахал ладонью, сотрясая воздух. — Топить свое горе в алкоголе чревато, Рэймондо. — Флетчер. — И, заметь, я не пользуюсь твоим состоянием и не предлагаю ничего непристойного на заднем сидении. — Он хохотнул, улыбнувшись ослепительно и плотоядно. Смит устало потёр виски. — Еще бы предлагал. Что там у тебя? — Рэй кивнул в сторону видавшего лучшие времена коричневого портфеля на коленях журналиста. Флетчер долго щелкал замками и от металлического лязга вновь разболелась голова. Может, во всем виновата пустая фляжка во внутреннем кармане куртки, эту мысль Рэй усиленно игнорировал. Жаль, что на заднем сидении не оказалось Тренера, который одним своим видом действовал успокоительно на Рэя и угрожающе на Флетчера. — Вот твои документы. Судя по всему, после вирусного ролика ваших спортсменов, органы местного самоуправления заинтересовались расширяющимся травяным бизнесом. Им пришлось не по душе, что он развернулся прямо у них под носом и власти учинили проверку всем районным драгдиллерам. Пострадало не только ваше предприятие. Вы с Микки забыли об этом, пока разбирались с русскими и Мэттью, верно? — Это плохо. Майкл будет не рад. — Очевидно, да. И сам-знаешь-кто рискует попасть под раздачу. — Флетчер улыбался так широко, что его оскал слепил Рэя. Он продолжил более серьезным тором. — Но, спешу утешить тебя, я покопался в своих источниках и нашел парочку связей, которые помогут все уладить. Майкл уже знаком с ними через несколько рукопожатий, нужно всего лишь нанести визит и мило поболтать о решении проблемы. Их имена и контакты во-от здесь, — Флетчер указал на верхний угол бумажки, к которой были прикреплены визитные карточки. — Флетчер, я понимаю, что ты обязан мне, но зачем впрягаться за Тренера? — Как же, дорогой. Он спас наши с тобой задницы от русских, любезно уложив их в два выстрела, а я спасаю теперь вас. Мы все в одной корзине, считай это жестом доброй воли. —Да хрен там. Хочешь выторговать себе индульгенцию? Они оба знали друг друга слишком хорошо, чтобы понимать правила этой игры. Но Рэй действительно собирался максимально оградить Джеймса от последствий, в этом Флетчер не ошибся и очень точно сыграл на его слабостях. — Возможно. Чтоб ты знал, весь свой долг я отработал с охренеть какими процентами. Так что, надеюсь, теперь наши отношения из рабовладельческих перейдут в деловое русло. А то я заебался бегать по кустам за вашими лордами бесплатно. — Я сам решу, когда ты все отработаешь. — Рэй подхватил увесистую папку, прикидывая, куда пришлось лезть журналисту за таким количеством информации. — Восхищен твоими стараниями. — Ради тебя, дорогой, я и не так постараюсь. Так что если твой тартановый гопник тебя все же бросит, можешь заглянуть в гости, поплакать в жилетку. Разговор сворачивал куда не следовало. Рэя начинало потряхивать, он все сильнее сжимал ладони, чтобы не выдать нервозность. Флетчер говорил не со зла, но становилось тошно от того, как метко били его слова. Не в бровь, а в глаз. — Утешительный приз меня не интересует. — Да-да, тебя интересует только благополучие цветущих английских полей, я помню. Когда доживешь до моих лет, поймешь, что стоит крепче держать свое счастье. — Поздновато ты спохватился, твое счастье не поместилось в чемодан. А все потому, что надо было лучше прятать документы и не дружить с плохими русскими дяденьками. — Признаюсь, пара десятков миллионов скрасили бы мою пенсию, но истина заключалась не в этом. У Рэя возникло ощущение, что он поехал кукухой и теперь всем это очевидно, раз даже Флетчер скатился в жалкие признания и решил раздать охренительных советов про личную жизнь. Вопреки располагающей обстановке, трепаться на душевные темы он не был настроен. — Так. — В общем, я тебе не мамочка. Держи хвост пистолетом, mi amor! Когда Флетчер покинул машину и скрылся за высокими дверями бизнес-центра, Рэй устал откинулся на сидение и потёр глаза. В такие дни он старался выкроить пару часов и наведаться к Тренеру. Тот наливалась ему крепкий чай, выслушивал нефильтруемый поток дерьма, а потом оттаскивал в душ и снимал стресс привычным образом. Рэя не покидало желание влезть в его постель, отключиться под монотонный голос и очередные охуительные истории про карапузов. Он даже не подозревал, что может скучать по таким простым вещам.

***

Рэй набрал сообщение четвертый раз и стер. Попытался подобрать слова, но не было ничего, что могло бы оправдать ублюдское поведение и распутать мысли. «Мне нужно поговорить с тобой. Может, сегодня вечером?» «Заедешь ко мне?» «Или я мог бы?» Ответа не следовало. Тренер отмалчивался и это было вполне заслуженно. Может, он выбросил телефон, разбил о стену в приступе ярости, сменил номер, заблокировал абонента. Рэй не знал, но лучше бы Джеймс так и поступил. На девятую ферму Смит не наведался. Вместо этого, он стоял посреди кухни в одних пижамных штанах и по очереди сливал весь свой внушительный бар в раковину. Злился на самого себя, потому что алкоголь делал мысли медленными, а настроение паршивым. Наполовину опустевший Гленфиддик уныло хлюпал густой темной жидкостью. Тысячи фунтов в мгновение ока уносились в канализацию. Хрен бы с ними. Рэй привык, что жизнь в последнее время стала какой-то расточительной. Он убрал пустые бутылки в ведро и оперся предплечьями на кухонный остров. Хотелось отмотать все назад и забыть прошедшие дни. Или недели, Рэй уже не разбирал. Дрянная тревога билась в груди, не позволяя сосредоточиться на самом главном. Поздним вечером он усилием воли заставил себя выбраться на пробежку. Снаружи дышалось легко и свободно. Рэй любил уединиться, нацепить наушники и пробежать несколько километров по длинным улицам Лондона. Воздух, наполненный сыростью слежавшихся листьев, ночной изморозью приятно остужал лицо. Весна наступала в этом году неожиданно рано, но все ещё была неуютно холодной. Рэй укутался поглубже в толстовку и натянул капюшон до самого кончика носа, не желая встретить кого-нибудь из клетчатой шайки или знакомого Тренера. Тусклое освещение было на руку — он прошел мимо зала, не решаясь войти. Теперь ему мешала совесть и груз отвращения к себе. Внутри все сгорало, словно его облили жидким азотом. Рэй не представлял, что бывает так больно.

***

Следующее утро встретило простудой и насморком. В его возрасте важно было не отключать самосохранение, но он, почувствовав первое теплое дыхание решил обойтись без шапки. Может, подсознательно надеялся подхватить воспаление легких и загнуться на больничной койке. Он был дураком все это время. Вяло уставившись на пейзаж за окном, Рэй проглотил две круглые таблетки, запивая их простой минералкой. Головная боль сверлила височные доли и раскалывала изнутри черепную коробку — он не болел так давно, что уже не помнил, какого ощущать себя медленным и беспомощным. Банни за рулем автомобиля неодобрительно покосился в зеркало заднего вида, но Рэю не хотелось спрашивать, знал ли тот о причинах бесоебства в последние недели. На периферии зрения замельтешило что-то знакомое. Это могли быть галлюцинации, температура или отходной период после травы, таблеток и виски. — Останови здесь. — До зала еще шесть кварталов ехать, Рэй. — Останови машину, мне нужно выйти здесь.

***

Рэй закурил сигарету и с каждой затяжкой его немного потряхивало, словно он только что бежал марафон. На противоположной стороне улицы раскинулось одноэтажное здание с широкими окнами, изрядно потертое, с налетом ретро и неоновой вывеской. Очевидно, Тренер был художником в душе, раз ему нравился местный колорит. Издалека Рэй заметил, как тот облокотился о высокую стойку и флиртовал с единственной официанткой. Девушка наливала ему большой кофе в цветной картонный стаканчик и заворачивала пончики. Они мило о чем-то болтали, а Рэю хотелось провалиться сквозь землю или забраться обратно в рейнджер. Потому что Джеймс — вполне живой, здоровый и даже радостный стоял посреди кафетерия, что-то оживленно обсуждая. Его жизнь вернулась в обычное русло и протекала спокойно. В отличие от Рэя, чьё существование будто подверглось бомбардировке и он едва собрал себя по кусочкам. Отступать назад было некуда: за спиной оставался пустой огромный дом, вылизанный дочиста хлоркой, а впереди — приятный жар теплой кожи, карих глаз и вселенского сожаления. Рэй постучал по стеклу указательным пальцем, чтобы привлечь внимание. Вышедший на его зов Тренер резко затормозил, переминаясь с ноги на ногу, раздумывая, стоит ли подходить. Он мог бы проигнорировать появление Рэя, мог бы даже послать. Любой из вариантов считался приемлемым. — У тебя след от помады. На щеке. Тренер вытер щетину тыльной стороной ладони, но лицо осталось непроницаемым. — Следишь за мной или пришел по делу? Рэй не мог собраться с мыслями, пытаясь заговорить на отвлечённые темы, но все скатывалось куда-то не туда. Когда он проворачивал разговор у себя в голове, все звучало иначе. — По делу. — У меня всего двадцать минут до начала тренировки, так что не трать время зря. Говори честно, что стряслось на этот раз? — Блядь, Джеймс, прости. Мне не стоило нести всю эту чушь. — Мы это уже походили. Я готов был на все, готов был выслушать и помочь. Ты выставил меня из дома, а теперь пришел, чтобы я снова лечил твои душевные раны? — Нет, нет, конечно, ты не так понял. Я пытаюсь извиниться за все, что наговорил. — Хватит этой херни, Рэй. — Дай мне договорить. — Нет уж, сначала скажу я. Ты единственный мужчина, с кем я встречался, — Джеймс выглядел так, словно готовился втащить ему левой. Смит рассчитывал принять удар, но его не последовало. Для начала это было неплохо.— но я не обосрался и признался в своих чувствах. Хотел, чтобы у нас что-то вышло. А ты зассал, как первоклашка, хотя я даже ничего не просил взамен. Тренер отвернулся, но вся его фигура выдавала беспокойство: плечи заметно напряглись под одеждой и дрогнула вена на висках. Удивительно, как все это время ему удавалось скрывать негативные эмоции. Он ведь тоже уставал, злился и хотел отдохнуть от ежедневной рутины, но никогда не жаловался, не говорил, что ему в тягость общение. Стоически терпел все выебоны Смита, постепенно приручая его тараканов. Скучал ли он так же, как Рэй? Хотел ли увидеться, думал о нем перед тем как уснуть? Может быть. Может Тренер скучал так сильно, что старался забивать свой график до победного. Совсем не брал выходных. Просыпался раньше будильника, бестолково ворочаясь в смятой постели, запоминая каждую новую трещину на потолке. Приезжал в зал первым, боксировал тяжелую грушу перед утренней тренировкой, а потом долго торчал под ледяным душем. Горячая вода там все равно не подымалась выше десяти градусов. Он не требовал клятв в любви и верности, не собирался выворачивать душу наизнанку, а всего лишь хотел иметь шанс на нормальные отношения. Знать, что у них с Рэем все может быть. Смит понимал природу этого желания, но не догонял, где вселенная дала сбой и почему Джеймс выбрал именно его. Зациклился на трудоголике с больным прошлым. Рэй стыдился своих сомнений и глупого страха, стыдился всего, чем мог обидеть за время молчания. — Ты охренеть как напугал меня своим признанием. Сначала я не спал без снотворного или травы. Понадобилось много времени, чтобы разобраться в себе. Раньше все мои отношения складывались неудачно. Не так, как с тобой. Я ничего не ждал и ни на что не надеялся. Рэй хотел услышать что-нибудь ободряющее, очередную философскую цитату из старой книжки, что валялась в верхнем ящике рабочего стола. Услышать, что Тренер прощает все грехи и Рэй не последняя сволочь. Джеймс так умел, даже в самые плохие дни верить в лучшее, может, именно это и помогало ему держаться. — Я не пил уже неделю. Выбросил все свои запасы травы. Снова начал бегать. — Отличные новости. — Ты нравишься мне сильнее, чем я думал, Джеймс. И от этого становится страшно. Но жизнь без тебя такое дерьмо. Тренер тяжело вздохнул и указал в сторону набережной. Может, у него впервые закончились хорошие слова. — Давай прогуляемся. Они не спеша шли вдоль Темзы. Пейзаж на горизонте вселял оптимизм — несмотря на новостные сводки, стоял полный штиль. Гладкую поверхность нарушили несколько чаек, с противным криком опустившиеся на воду. Тренер немного расслабился и завел разговор первым. — Мы с тобой очень разные, Рэй. Я много об этом думал, когда мы были вместе. И после тоже. Рэй не понимал, к чему подводил Тренер, но согласно кивнул. Отрицать очевидное не было смысла, ведь они так сильно отличались друг от друга, что даже на завтрак предпочитали совершенно противоположное. Рэю нравилось, что Джеймс не был похож ни на одного его знакомого: в нем не было ни капли аристократического лоска, холодной надменности, душных взглядов на мир. — Смысл в том, чтобы найти образ жизни, который тебе подходит. Понять, что делает тебя счастливым. Для тебя это очевидно работа, для меня — работа и карапузы. И ты. Сердце радостно ухнуло в груди. Он все еще что-то значил для Тренера. — Пацанам я всегда говорю, что в спорте не все даётся легко. Тем, у кого хорошие физические данные — повезло. Другим приходится стараться и прикладывать много усилий, чтобы чего-то достичь. Грамотный тренер должен оценить возможности и выбрать правильный метод. — Как доктор. — Да, почти как доктор. — Тренер нервно поправил очки и продолжил, — Многие ребята ломаются после неудач, но я повторяю, что в жизни действует одно правило: не получается с первого раза — попытайся снова. Если оно того стоит, конечно. Рэй изучал каменную кладку под ногами и сопливо шмыгнул носом, как провинившийся школьник. Слова отзывались в нем далекими воспоминаниями и несбывшимися надеждами. — И еще прости, что испортил тебе свидание. — Что? — С той девушкой. В пончичной. Тренер смерил его долгим тяжелым взглядом, поверх массивной оправы. Такое выражение лица обычно доставалось карапузам, которые принесли «ну охренительно крутую новую штуку записали на днях, наш Эрни себе чуть шею не свернул в апперкоте! И никакого криминала, чесслово». — Это моя кузина. Но то, что ты баран, я уже понял. Баран. Да он будет кем угодно, если Тренер захочет. Бараном. Идиотом. Хорошим мальчиком. Последним долбоебом на земле. Настроение провернуло петлю от полного пиздеца к радости, что у Джеймса никого нет. Дофаминовый коктейль наполнил вены и разогнал по телу дрожь. Хорошенько так ударил в голову, потому что Рэй набрался смелости и впервые за все это время коснулся его руки. Пробежался по запястью и выступающей из-под одежды косточке. Тренер не оттолкнул и не бежал от прикосновений. В груди стало так душно и жарко, что захотелось размотать шарф, сбросить эту удавку с шеи, расстегнуть все пуговицы на пальто. Пусть позже он скончается от воспаления легких, но сейчас ему жизненно необходимо глотнуть воздуха и обхватить ладонь Джеймса, переплести с ним пальцы. Зацеловать все, до чего сможет дотянуться. — Ну, чего улыбаешься? — Тренер ощупал прохладной ладонью лоб и проворчал себе под нос что-то ругательное. Рэй подставлял лицо, не упуская ни единого прикосновения. — Кажется, у тебя мозги выплавились от температуры, нужно отвезти тебя домой. Банни может? Хотя погоди, я бросил машину здесь недалеко, подвезу сам. Тренировки придется повесить на Джима. Охренительно. Тренер отвезет его домой. Можно будет разворошить постель, забраться под все одеяла, дышать запахом его одеколона и уюта. Голову кружило со страшной силой. Забери меня к себе, Джеймс. Завари свой растворимый кофе. Раздень и выеби на любой поверхности, чтобы я забыл собственное имя. Одолжи свою одежду, я так скучал, ты не представляешь. — Совсем крыша поехала? — Тяжелый вздох Джеймс утопил в его волосах. Рэй не заметил, что говорил вслух. Это и еще миллион других глупых вещей. О том, как хреново было жить без Джеймса несколько проклятых недель. Как он любит его недовольное выражение лица, как хочет целовать родинку на щеке. — Ты ошибаешься, если считаешь, что в моей жизни есть место только работе, — Рэй воспользовался заминкой и толкнул Тренера к высокому каменному ограждению так, что между их телами не осталось пространства. Упираясь холодным кончиком носа в выбритый висок, он коснулся бьющейся жилки губами. — это не так. Джеймс обхватил за талию, стиснув мягкую ткань пальто с такой силой, что Рэй ощутил жар его ладоней. Все напряжение, копившееся долгое время, стремилось вырваться наружу. Джеймс обнимал с жадностью, прижимаясь как никогда раньше. Это было лучше признаний, лучше всех слов, что он мог произнести. Оглядываясь назад, Рэй уже знал, где прошел точку невозврата. Рядом с Джеймсом он чувствовал себя огромным крейсером, севшим на мель. Кораблем, перевернувшимся у берегов далёкого райского острова. Он не хотел везти свой груз к материку, он мог бы провести здесь вечность. Его почти затопило и легкие волны теперь разбивались о бренное тело. Когда Рэй решился задать свой единственный вопрос, внутри разлился горячий страх. — Так ты…хотел бы попробовать еще раз?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты