i don't believe in love, you don't believe in god

саша сидел перед зеркалом и смотрел себе в глаза, уже давно уйдя в свои мысли. что вообще произошло вчера ночью? это был больной кошмар, один из тех, что снятся саше регулярно уже несколько лет. почему тот бледный мальчик так врезался ему в память. у него появилось сильное желание ему помочь. вытащить его оттуда любой ценой. он все еще не знал, как он это сделает, но он точно придумает. лучшее нападение это защита?.. нет, эта пословица звучала не так. в домофон последовал звонок. парнишка уже предсказывал, что это будет никонов, так как помимо него никто не может пожаловать, ведь из его друзей и знакомых знает его адрес только он. — что надо? — кинул беличенко в дверь. — ниче, — огрызнулся тот и пнув дверь в ответ, продолжил — гулять пошли. — посылаю! а теперь сгинь, не могу гулять. — я что, зря сюда перся через три пизды? — да, уйди, пожалуйста. — саша очень редко говорил слово пожалуйста но сегодня ему не очень то до шуточек. — охуеть. — шокированно бросил парень из-за двери и после этого, послышалось только тихое бормотание под нос и бег по лестнице вниз. саша обперся об дверь спиной и пусто глянул в стену. что вообще происходит? эти пол дня казались смешанной странной беспорядочной чередой событий. в саше резко встали две мысли — вот бы сейчас выпить и надо идти за васей. приоритет выбрать было сложно — незнакомый парень из секты или очень даже знакомый алкоголь. его выбор был совершенно неочевиден и очевиден в одно и то же время — он пойдет к васе пытаться выяснить что-то еще.

***

беличенко уже приблизился к месту событий сегодня ночью, как его снова схватили за руку, от чего пробежались мурашки по коже. — парень, я уже просил тебя не приближаться. пожалуйста, уйди по хорошему и не приходи больше. — голос звучал уже гораздо слабее, а рука держала будто из последних сил. блондин не опешил и уверенно повернувшись спросил. — что с тобой? ты выглядишь слабо. вася немного испугался такого вопроса и его лицо покрылось красными пятнами, после чего тот резко убрал руки и закрыл ими лицо. — чт-что тебе нужно. уйди и не спрашивай такое. саша не сильно взял парня за предплечье и продолжил — давай пойдем куда нибудь и ты мне расскажешь? я не хочу зла тебе, или, — это он сказал с долей иронии в голосе — эм, «церкви». — нет! я на посту, не видишь! мало ли сейчас прийдут стражники и верховный меня прикончит. — кто? стражники? верховный? — ты ничего не понимешь! — закричал он и сделал пол поворота головой. — стражники, это люди, которые служат демонам, и хотят сделать так, что бы верховный не мог связать нас с богами. а верховный это наш проводник к лучшей жизни. у него отняло речь. он чувствовал что попал в абсурдный тред на форчане, что это какая-то несуразная паста написанная школьником под партой вместо уроков русского языка. — тихо, все будет хорошо. — он уже выпалил это на автомате, пытаясь утешить разгоряченного собеседника. — я обещаю что мы не уйдем далеко и никто не прийдет, хорошо? парень в холщевой рубашке выглядел будто его знатно «поплющило» — бледный как смерть, с огромными глазами, с красными пятнами по всему лицу и очень явно ослабший. — ладно-ладно, ты паразит! не видел никогда еще таких надоедливых принесенных! беличенко в каком-то смысле улыбало то, что их понятия о мире совершенно разнились. они присели на лавочку в парке, который находился недалеко через тропинку ведущей к пристанищу его собеседника. — кстати, принесенный, а как тебя зовут? не то что бы меня это интересовало! просто, э-э-э… что бы я знал, как к тебе обращатся. — почему ты называешь меня принесенным? — саша почесал затылок и заглянул в глаза васи. они выглядели перепуганными и потухшими, будто неживыми. — потому что ты принесенный. ты всего в этом мире не понимаешь? — выглядело, будто тот никогда не видел людей вне его секты. — ты не из нашей церкви, и ты пытаешься вмешатся в наши дела. ты принесенный. — а-а-а, вот в чем дело. я саша, саша беличенко. — я вася звездкин. просто, если хочешь знать мою фамилию. — вау, какая у тебя необычная фамилия. — беличенко достаточно сильно удивился такой красивой и живописной фамилии. так. ему нужно говорить по делу. — вася, а ты когда-либо видел жизнь вне вашего храма? и вообще, как вы там живете? я обещаю что не подвергну вас опасности и не скажу ничего… как их… стражникам, вот. звездкин поморщился и начал таращится на собеседника. он выглядел, будто сейчас нападет на него, сьест, ну или хотя-бы откусит. но вместо того что бы это делать, он начал пытаться складывать слова в предложения. — а-а-а… ну-у… я не. я не знаю, разрешил ли верховн-ный бы мне об этом всем говорить! — выдавил из себя парень и схватился за запястья. — последний раз когда. я говорил, ну, с принесенным о таких вещах… боги наказали меня. я не хочу им перечить, иначе они мне не помогут. блодин тихо охнул и почти шепотом спросил. — вася, а я могу взять твои руки? — на что черноволосый резко закивал головой. взяв запястье в руки он отодвинул холщевую ткань и начал самыми кончиками подушечек пальцев вести по огромным ранам, многие из которых уже зажили, а некоторые все еще свежие. — они делают это с тобой? — тот чуть менее активно кивнул. — подожди здесь, я буду через пять минут. — сказал саша и после одобрительного жеста васи, со всех ног рванул к тому магазину, в котором они вчера закупались водой, в надежде найти бинты или хотя бы пластыри. а в идеале и то и то. но как только саша уже прибежал на место их посиделок с мотком бинтов в руках, наспех достанных из целофановой упаковки, парня уже и след простыл. у саши на душе осталось чувство что его нагло обманули.

***

саша сидел за столом и ковырял вилкой гречку. мама вернется из командировки только послезавтра, а оставленные на неделю заветные пять тысяч рублей, которых еще должно было хватить мальчику на «протрынькивание» превратились в стройный ряд стеклянных бутылок возле раковины. беличенко уже все равно, что это было, да он и не помнит. если ты пьешь не в одиночестве, то ты не алкоголик же, верно? ну как не в одиночестве. никон просто сидел рядом и поддерживал беседу, а когда блондин был уже в кашу то тот помогал ему добраться до кровати, не обблевав все по дороге. только вчера он уже сутки не пил. черт его подери, тот мальчик из секты с черными волосами. очень иронично, «черт». похоже, если сегодня он все-таки достучится до васи, то чертом уже будет саша, и подерет его за вчерашний побег он. только мешает ему эта штурмующая его голову навязчивая мысль — «выпить, выпить, выпить, выпить». только если он сегодня поставит еще один почетный трофей возле раковины то есть нужно будет уже не гречку, а воду и соду, которая лежит в шкафу уже лет сто. доев эту злосчастную, уже холодную гречку, он смылся на улицу, пинать камушки и думать, идти пиздить васю за вчерашнее исчезновение, или пойти в магазин, купить себе бутылочку чего-то что может вложится в сто рублей, что бы пятьдесят ему еще хватило на гречневую крупу второго сорта. выбор не пал на второе с небольшим изменением. потанцевав с бубном, перерыв все свои воспоминания беличенко вспомнил, что только в одном магазине их района, можно купить пол литра пива за сорок рублей. вспомнив это дорожайшее и ценнейшее знание, он отправился в путешествие за пивом. заполучив свой нектар жизни, он отправился по первому плану. по его гениальнейшей мысли, он уже бы прикончил эту бутылку по пути и это бы не повлияло на его поведение, да и его новый знакомый бы ничего не заподозрил, если бы вообще вышел. так примерно и получилось, только не до конца. саша уже подошел к замазоленному уже месту, что бы достать звездкина из-под земли. и по уже их традиции, он вышел на контакт сам. он уже даже не хватал парня за руку, он просто выразил. — саша, прости за вчерашнее. — темноволосый выглядел отвратительно. под глазами огромные мешки, он весь дрожал и выглядел еще более слабо чем вчера. — о боже мой, вася, какого хуя? — что? что? что? что? — вася припугнулся и начал повторять одно и то же, пытаясь говорить это энергичнее. — вася-я-я-я. я про то, что ты выглядишь… еще мертвее, чем обычно. — а… это. вер-верховный ска-… сказал что боги видели, что принесенный ввязался в… — на этом слове звездкин упал прямо в руки собеседника. беличенко испугался не на шутку и закинув руку знакомого на плечо, попытался его дотащить до ближайшего места где можно посидеть. ближайшим местом оказалась клумба на выходе из тропинки, и он посадил его туда, после чего, тот проснулся и начал дышать очень громко и быстро. — нет-нет-нет-нет-нет-нет верховный прошу вас остановитесь можно я пожалуйста--. ой, саша, это ты… где мы… почему я не на посту… а еще почему от тебя так отвратительно пахнет чем то забродившим? иу, я не знал, что из хлеба можно делать вино, — вася выглядел перегруженным и ошарашенным. — тише. сегодня ты переночуешь у меня, я не позволю-- — саша уже сам потерялся в своей мысли. он не знает что сделали с его знакомым а он уже пытается его защитить? звучит наивно. — что бы ваш… э-э… верховный не делал с тобой что бы он не делал. — беличенко! что ты творишь! мне не позволено! — мне все равно что тебе позволено, если ты не дашь себя защитить, то я сделаю это сам. — блондин закинул парня на плечо как мешок с картошкой и понес домой. все это выглядело бы невероятно иронично, если бы не было так грустно на самом деле.                                                                                                                               *** таким смешным ходом саша сквозь пот и слезы дотащил парня до их квартиры. пытаясь попасть ключом в замок, он раза четыре попал мимо. вася стоя рядом уже начал охать и уже думал сбежать вниз, как беличенко победил дверь и затащил черноволосого внутрь. — боже, верховный меня теперь точно не простит… — он впечатался в стену стену в проходе и закрыл лицо руками, не желая проходить дальше. — пожалуйста-а, зайди внутрь. все будет хорошо, я обещаю. — парень будто имел в своей голове пустую цель которая не давала ему покоя — дать звездкину жить нормально, вне этой секты, которая уже за эти два дня заморочала ему голову. он не давал пустых обещаний, он сам пытался верить в то что говорит. тот снисходительно снял с ног ботинки и прошел внутрь за знакомым. — сядь на диван в гостинной, я сейчас прийду. саша примчал с кухни с бинтами, потрепанной баночкой йода и стаканом воды. сев рядом с парнем, закинув ноги на диван, он задал вопрос. — дашь свои ручки? — парень отвернул голову но все же протянул руки. беличенко аккуратно смотал из бинтов импровизированную ватку и закатав рука васи увидел два новых шрама, которые все еще сочились сукровицей и остатками крови, от вида которых ему стало дурно. когда он поднес пропитанный йодом бинт звездкин съежился будто его сейчас ударят. но как только он начал обрабатывать края раны из уст черноволосого послышалось — ой-ай щипет-щипет! — а ты что думал? тебе что, никогда раны не обрабатывали? — а что, так можно было? я думал их удавками-ай- передавливают только… — разочарованно увел взгляд тот. саша немного жалостливо вздохнул и до конца обработав раны, крепко замотал их бинтами, удостоверившись, что звездкину комфортно. — вау, ты что, ведьма? или ты один из богов? признавайся! как ты сделал так, что бы мои руки не болели? — я просто обработал твои раны и перемотал их бинтами, не возвышай будто я сделал что-то особенное. когда ты последний раз ел? — саша говорил размеренно и спокойно, надеясь что сделает парню лучше. — эм… ам… я не помню… — хорошо-хорошо, я скоро прийду, не беспокойся. никому не открывай если кто-то будет стучатся, можешь прилечь отдохнуть или поискать в шкафу себе какие либо вещи.

***

в пакете у саши лежали несколько яиц, хлеб и молоко. поднимаясь по лестнице, он начал слышать как кто-то бьет по его двери и говорит с васей из-за двери. — где саша? какого хуя блять ты делаешь в его доме? — он говорил мне никому не открывать! я повторяю! — блять… — прошептал беличенко и побежал вверх, понимая, что он чересчур вовремя пришел. — о, вор людей явился, я тебе трубку обрываю, гандон, а ты тут этого сектанта к себе домой притащил. что с тобой не так? нахуя ты это сделал, блять, спаситель хуев. — никонов начал заливаться злостью и выпрямившись, наклонился в сторону собеседника. — только тебя не хватало, честное слово, боже мой. давай не сегодня, окей? — блондин ответил измучанно и уставше. максим закатил глаза и фыркнув очень громко спустился по лестнице. — истеричка. — бросил тот уже открывая дверь в квартиру. — я никому не открывал! как ты и сказал! — что-что, а в выполнении своих обязанностей ты очень предан, — сказал беличенко раскладывая небольшой ассортимент продуктов на стол. — а почему ты все в той же одежде? что, не смог найти себе ничего? у меня же вроде нормально шмоток, нет? — эм… я нашел слишком много странных вещей и ничего что подходило бы дресс-коду нашей церкви так чт-- — мы не в ней сейчас? — нет, но-- — значит дресс-код не обязателен. все хорошо. иди и возьми себе что-то. — сослал того парень и приступил к готовке импровизированного омлета с хлебом. сам он себе невероятно редко готовил, но сегодня нужно достичь пика своих кулинарных способностей и накормить гостя. успешно приготовив еду, он услышал шаги, и звездкин в скором времени вернулся в большой футболке и каких-то шортах, вроде-бы домашних, хотя учитывая длинну футболки было сложно понять. — это… странная одежда. — вася ощущался будто из другого мира. было очевидно, что его с детства воспитывали таким образом, и это меняло его склад ума кардинально. — чувствуется… комфортно, я думаю. — он выглядел горазд более умиротворенно чем обычно, и его глаза выглядели уже не такими пустыми и потухшими. сев за стол, они оба поели, и во время еды, саша задал вопрос. — слушай, а как давно ты служил там? — сколько я себя помню, я думаю. я никогда не представлял что существует жизнь вне нашей маленькой комунны. — черноволосый положил еще кусочек омлета себе в рот. — спасибо за еду тебе. — он сложил руки в молитвенном жесте и наклонил голову. он стал выглядеть намного радосней и здоровей. на улице уже темнело. - тебе стоит лечь спать, не смекаешь? - в ответ он смиренно кивнул, после чего тот провел его в свою комнату. - вот, держи одеяло, можешь лечь тут. я лягу спать в гостинной, - беличенко уже чуть не ушел в гостинную как вася впервые не схватил его за руку, а взял ее. - не уходи, ложись спать в этой комнате. я никогда не спал в одиночестве. если посмотреть сейчас на звездкина то сложно не отметить то, как спокойно и расслабленно он выглядел по сравнению с каждой их встречей до этого. он провел большим пальцем по его ладони и теперь по саше прошли мурашки уже не от холода рук и страха, а от того, что он чувствовал васю роднее чем за все эти непродолжительные два дня. в ответ саша лишь спокойно кивнул и попросив у парня время, переоделся в пижаму, после чего лег на противоположную часть кровати и накрылся другим одеялом. почти несколько часов, после того, как черноволосый уснул, беличенко не мог заснуть тоже и пялил то в потолок, то на васю, пока тот не нащупал его руку сквозь сон, и не обхватил ее всем телом, будто бы это последняя веточка за которую можно зацепится, и постоянно ворочаясь, он притягивал блондина все ближе. расстояние между ними казалось ему слишком близким, от чего его сердце начинало колотится как бешенное и он начинал весь ежится. хотя, он не то что бы полностью уверен, что было из-за дискомфорта, а не наоборот.