Безумец в шкафу

Слэш
R
Завершён
330
автор
Размер:
13 страниц, 1 часть
Метки:
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
330 Нравится 21 Отзывы 76 В сборник Скачать

/\

Настройки текста
Я прекрасно помню тот ужасный день, когда ты заинтересовалась этим гребаным шкафом. Прошло около месяца после того, как ты решила, что ночевать у меня удобно. До работы близко, горячий молодой человек под боком… А я знал, что добром это не кончится. Нет, конечно, какая-то надежда была, абсолютно неразумная. Но все же… Надежда же умирает последней, верно? Надежда всё же умерла, когда ты спросила: - А что в этом шкафу лежит? – Спросила ты, поглаживая маленькой ладошкой дверцу шкафа. У меня замерло сердце. Началось. Совсем недавно он уже появлялся, так что может не отреагировать на прикосновение… Но… Потом то… - Барахло всякое. - Конечно тебя такой ответ не удовлетворил. И чем тебе мешал этот шкаф? Стоит и стоит, что такого??? А потом ты задала второй совершенно ненужный вопрос: - А почему он заперт? У меня была наготове ложь, которая, в теории, была способна остановить твой интерес и все бы закончилось, толком не успев начаться, но я ведь уже говорил, что ты была очень настойчива и упряма… - Это хозяйский шкаф. Хозяев квартиры. И там их какое-то барахло. – Вот только квартира эта моя. Но тебе об этом лучше не знать. — И ты даже не знаешь, что там? – Вздернутые брови, чуть поджатые губки. Ты привыкла, что я прогибаюсь под тобой. Вернее, ты так любишь думать, не обращая внимания на суровую реальность, где ты – всего лишь любовница. — И не имею никакого желания знать. – Дергаю плечами я. Хотелось бы мне стереть из памяти те светло голубые, но холодные глаза, которые внимательно изучали меня. Сначала он сидел в шкафу большую часть времени, но потом… — Да этот шкаф полквартиры занимает… Да, он действительно достаточно большой. Но ему нужно много места. И именно поэтому я купил достаточно высокую кровать. Он сидел на полу ночью и смотрел на меня. А я не мог от страха пошевелиться. Его глаза… С покупкой новой кровати он начал спать под ней. Это пугало немного меньше. Тебе совсем не шло быть такой упрямой. Ты не успокоишься — это было понятно сразу. Ты ведь еще могла спастись. Способы имелись. Например, я мог попросить тебя очистить территорию. Свалить из этой проклятой квартиры и оставить меня с ним. Хотя в последнее время я бы предпочел его компанию, чем твою. Результат оказался громче и слезливей, чем я мог предположить. Было очень многое. — Ну почему, почему, почему, почему ты меня выгоняешь? — произносимое в слезах. — Я никуда не поеду! Я хочу на нее посмотреть. С кем ты спишь еще? — Какого черта я должна уезжать? Объясни? Если нет, как ты говоришь, никакой её? Ты пыталась кидаться посудой, чуть не грохнула его любимую чашку... Он просто обожал пить из нее… Посудой ты кидалась профессионально, с кем-то, видно, у тебя такое было. Я сдался уже в постели. Ты была действительно хорошей любовницей. В итоге ты осталась, а надо было бежать. Мне же пришлось довольствоваться сомнительным знанием того, что честно пытался тебя спасти. Попытка была предпринята. Галочка поставлена. Этой ночью он поскреб дверцу шкафа. Совсем тихо, но этот звук я узнаю всегда. Он так обычно возмущался, или просился на улицу. Скрип из шкафа иногда доносился во время моих занятий сексом. Я чувствовал этот взгляд, через замочную скважину и максимально старался расслабиться. Он не должен вылезти, только я могу открыть замок, верно? Такая глупая надежда на хлипкий замок… Я понимал, что это было глупо, но… Ты искала повод для вторжения на чужую, интересную тебе, территорию. И ты, конечно, нашла его. Кто бы сомневался… Дальше будет тягостное, неотвратимое и тошное дежа-вю. — А давай слесаря вызовем? — Зачем? — Пусть откроет шкаф этот. — Зачем? — Не зачемкай! Чтобы пыль не копилась, моль вывести. — Там нет моли, — говорю я. — Да как же ты достал! – Ты тоже. У меня четкое ощущение, что мы живем вместе уже несколько лет. - Я не хочу ломать этот шкаф. И НИКОГО НАНИМАТЬ МЫ НЕ БУДЕМ. – Я впервые в своей жизни поднял голос на девушку… — Ты вообще по жизни ничего не хочешь! Что-то новенькое. Значит, ждать финала уже недолго. Одной будней ночью, когда я сплю, ты обшариваешь мои карманы. Позвякивает мелочь, тебя рядом нет. Я просыпаюсь. Но хитрю, притворяюсь спящим. Уже мысленно вспоминаю, куда упрятал связку… Вроде она в тумбочке… Ты пересчитываешь мои деньги, кладешь их обратно. Сегодня, удивительное дело, тебя интересуют вовсе не они. Ты перебираешь связку ключей на моем брелке. Большие, длинные ключи — не то. Ты разглядываешь маленькие. Света достаточно, на улице — полнолуние. Подходишь к шкафу, вставляешь в скважину первый ключ. Но он — от почтового ящика. Зато второй маленький ключ — подходит. Ты на мгновение замираешь — сама не веришь своему счастью. — Ну, и зачем? — достаточно громко спрашиваю я. В голосе стоит обреченная усталость. Тебя как ошпаривают. Ты поворачиваешься ко мне, грудь выпала из ночнушки. Ты особенно сексуальна сейчас, в этот момент, пойманная с поличным. — Иди сюда, — хлопаю я ладонью по краю постели. Мне интересно, что ты скажешь. И ты говоришь: — Вот как? — произносишь ты. — Шпионим? Это тест. По его результатам ты, увы, хабалка. Ты, виноватая по уши, пытаешься что-то там предъявить — мне. Я смотрю на тебя и запоминаю тебя такой, какая ты сейчас. — Вообще-то, это моя связка ключей, — напоминаю я. Ты что-то пытаешься сказать, но я перебиваю: — И ты рылась у меня в карманах. — Ты врал мне! — храбро контратакуешь ты. — Ты говорил, что у тебя нет этого ключа! — Это мое дело. Это мой ключ. И за эту квартиру плачу я. И, если я не пускаю тебя в шкаф, значит, для этого есть причины! Но я сам понимаю, что уже проигрываю. Почему-то я вынужден оправдываться. Будто в чем-то виноват. А ты уже прорываешь фронт: — У тебя от меня секреты! Что ты скрываешь? Что у тебя там за тайны? А? — Не говори ерунды! — А вот это звучит совсем жалко, знаю. Я не хочу… Он будет голоден… Он… Он опять коснется меня. Как бы не было мне приятно, когда он трахал меня, я всё-таки мужчина, и остатки своей чести хочу сберечь. — Может, ты… маньяк? — Твое изумление деланное, ты и сама, конечно, не веришь в то, что говоришь. — Я? — Я хохочу. Это так неожиданно, что ты тоже начинаешь осторожно посмеиваться. — Смотри! — показываю я на что-то в коридоре. Ты поворачиваешься, вглядываешься в темноту коридора. И тут я на тебя бросаюсь. Но ты в самый последний момент поворачиваешь ключ. Я замираю, прижимая тебя к себе и зажимая ладонью рот. Стараюсь не дышать. — Отпусти, маньяк! Извращенец хренов! — Дура! Я не желаю тебе зла. Просто успокойся. Завтра мы разбежимся. — я пытаюсь успокоить тебя, но сам понимаю, что легче остановить цунами прутиком. В мою голову врезается боль. Это ты бьешь меня в лоб острой частью одного из ключей. Когда ты успела их схватить? Я теряю секунды, размышляя о том, что неужели я такой плохой человек, что меня можно бить в глаз? За что? От боли из горла вырвался тихий стон. Я поспешно зажал рот рукой, но было уже поздно. «Ничего не произойдет… Он ушел… Он ушел… Он не убьет…» — пытаюсь я убедить сам себя, хотя сам прекрасно знаю, что на мое ранение он отреагирует быстрее всего. Но… Может ведь ничего не произойти? Он же мог уйти, да? Ты хотела выколоть мне глаз, но зла тебе я не желаю. Не надо ничего, пожалуйста. Прошу тебя! Сначала в квартиру врывается запах. Его запах и запах мокрого бетона. Дверь быстро открывается, хлопая об стенку. Он внутри. Он здесь. Он пришел. Мелькания с запозданием сливаются в образ. Он безумно быстрый, уж я-то знаю. Прекрасно знаю… Серая и кисть, которая держит тебя за затылок. Пальцы — длинные, колюче-суставчатые. Они мнут твою башку как персик, давят как мякоть. Что-то трещит. Глаза изнутри обжигают едкие слезы. И я плачу. Он вышел. Он вырвался. Знаешь, сколько усилий и нервов я потратил на то, чтобы запереть его там? Сколько раз я менял дверцу шкафа, потому что она были жестоко выбита им? Что угодно, лишь бы не видеть это кровавое месиво. Но что-то я все-таки вижу. Очертания из-за слез размыты, но я не хочу, чтобы они становились четкими. Что угодно, только не это. Я рыдаю. Но тебя уже нет. Висит тишина. Но я чувствую его взгляд на себе. Внимательный, с нотками робости и каплей укора. Всё-таки я запер тебя на целых два месяца. Оно медленно двигается в мою сторону. Я сжимаюсь в маленький комочек и стараюсь не дышать. Я прекрасно знаю, что он больше доверяется чутью, а не зрению. Его глаза скрываются под черной повязкой. Она пугает меня. Меня пугает все что можно. Он все ближе и ближе. Вот кровать прогибается под его весом и длинные руки тянутся к моей голове. Его интересует моя рана. Моя кровь. И ладно бы только это. Я прекрасно знаю, что будет дальше. - Прошу, не надо… - Я тихо всхлипываю. – Прошу, Годжо, оставь меня… Вдруг трещиной ветвится скрип двери шкафа. Пуф! Вылетает из шкафа облачко цементной пыли. Он ушел… Он пожалел меня. Но это совсем не значит, что он не придет снова. Я прыгаю к шкафу и быстро запираю его. Потом сижу спиной к нему. Силы мои кончились. И смотрю перед собой — дурак, тупее не бывает. Так или примерно так было уже семь раз. Ты — восьмая. *** Я только что вселился в эту квартиру. Новоселье со мной отмечала вульгарная брюнетка. Назовем ее Мэй. Мы устроили вечеринку. Единственную по-настоящему веселую вечеринку в этой квартире. Мы поливали друг дружку шампанским, танцевали, догола раздевшись, курили одну на двоих сигарету, жадно целовались. Нам было хорошо. Потом Мэй пошла в душ, смыть с себя пот и шампанское. Я щелкал пультом, нашел трэшевый ужастик про снеговика-убийцу. Бред полнейший, но мне тогда было все равно. Когда Мей вернулась, я понял, что и мне, пожалуй, душ не повредит. Когда я намыливался, я вдруг услышал крик. Короткий, женский. Я не испугался, и ничто во мне не содрогнулось. Звук доносился из телевизора, транслировавшего фильм ужасов. Выйдя из душа, я босиком пошлепал в комнату. Я был чист и обмотан полотенцем. В комнате Мэй не оказалось. На кухне, вроде бы, тоже. Зато была приоткрыта дверца шкафа, о котором я еще ничего не знал. Моя спутница, как понял я, опьянела от шампанского, решила поиграть со мной в прятки. Подсказку, где искать, давала приоткрытая дверца. Я понял, что это сюрприз. Голая Мэй сейчас набросится на меня изнутри. И я отымею ее прямо в шкафу. Я был не против. Секс в шкафу — экзотично для начала отношений. При любом развитии событий будет, что вспомнить. Однако внутри тебя не оказалось. Первым, что я увидел — была нора. В задней стенке шкафа. Грязная, серая и затхлая. Я ощутил запах цементной пыли. А на деревянном полу пустого шкафа я увидел прядь волос, которую что-то скрепляло с одного конца. Я поднял эту прядь. Волосы держал между собой кусок кожи, с бахромой из мясных волокон, которые были будто корни. Я впервые упал от страха. Я закрыл дверцу, припер ее креслом. Потом оделся. Я сидел и не знал, как все это понимать. Пил водку, смотрел на шкаф. Я понимал, что если в шкафу живет какое-то дерьмо, то кресло его не остановит. Но, может быть, я успею отскочить. Может быть, даже выпрыгнуть в подъезд. Может быть… Я пил водку и погружался в липкое забытье. Из которого меня выцарапал звук. Звук доносился из шкафа. Что-то внутри скреблось, шевелилось. Что-то скреблось внутри, я смотрел. Ничего не происходило. - Мэй? – Я сам не узнал своего охрипшего голоса. – Мэй! Дверца со скрипом открылась. Внутри стоял человек. Высокий, явно выше меня. Бледно-серая кожа, черная повязка на глазах. Белые взъерошенные волосы. Торс голый, на бледной коже виднелись капли крови. Низ одет в потрепанные тёмно-синие брюки. Я сидел на кровати, понимая, что я даже закричать не могу. Он медленно вышел из шкафа, стягивая повязку с глаз. Небесно-голубые глаза впились в меня внимательным взглядом. Он все приближался и приближался. С каждым шагом моя надежда, что это все сон, растворялась в воздухе. Это не сон. Это суровая реальность. Он все ближе и ближе, я не могу оторвать от этих глаз взгляда… Могу лишь сильнее сжимать тонкое одеяло и надеяться, что я умру быстрой смертью. Он опустился перед кроватью на колени. Все также внимательно наблюдая. Вдруг на лестнице, за входной дверью, кто-то зазвенел ключами. Он резко обернулся, сворачивая шею на сто восемьдесят градусов. Хлопнула соседская дверь и он, выждав еще несколько секунд, вновь повернулся ко мне. - Что ты… Такое? – Хрипло спросил я, пытаясь сильнее вжаться в стену. Он также медленно забрался на кровать и начал приближаться ко мне. Вдруг мир перевернулся. Он дернул меня за лодыжку, и я оказался распростерт на кровати. - Я - Годжо. Ты вкусно пахнешь. – Существо закинуло мои ноги себе на талию. Я даже не пытался сопротивляться. – Не волнуйся, я не собираюсь тебя убивать. - Годжо… Я заметил, как его глаза безумно сверкнули, когда я назвал его по имени. - Что ты хочешь? – обреченно спросил я, чувствуя, как он нежно оглаживает бедра и с таким вниманием смотря на меня. - Тебя. *** Так все и закрутилось. Что было дальше я не помню. Вроде я отрубился. Утром того же дня, я опасливо подошел к шкафу. «Это обычный шкаф, — уговаривал я себя. — Сейчас я открою его, увижу заднюю стенку, как у всех шкафов. А Мэй — просто ушла.» Я открыл дверь. Нора была на месте. Мне не хотелось в это верить. Но она — была. Нора. Тошнотворный серый лаз, куда вполне может пролезть человек. Я не стал искать Мэй. Не полез в лаз. Вместо этого я побросал в шкаф все следы пребывания в моей квартире вульгарной блондинки с магазинным прошлым и фрикативным провинциальным говорком. Сумочку, шмотки, обувь. Через час я открыл шкаф. Все было на месте. И еще через час тоже. Я ушел из квартиры и пошел пить на природе. Вернулся, пошатываясь. В порыве нетрезвой храбрости распахнул дверь шкафа. Вещей не было. Нора осталась. * Вторую девушку шкаф поглотил через полтора месяца. Получилось очень глупо. Я зачем-то сказал: — Только не вздумай заглядывать в шкаф. Я был искренен, но пьян. Я знал, что нора с ее обитателем никуда не делась. После моего предупреждения гостье моей немедленно захотелось в шкаф. И все произошло очень быстро. Зато у меня на глазах. Прекратить пропажу девушек можно было тремя способами. Первый: никого к себе не водить. Способ этот сопровождался трусливой мыслью — а вдруг та хрень, что живет в шкафу, решит поохотиться на меня? Это было вполне вероятно. Но пока что тварь из норы на меня не охотилась. Пока что. Способ второй: переехать. Способ был фактически неосуществим. Зарплата у меня скромная. На новый переезд придется копить. Отпадает до лучших времен. Способ третий: запереть шкаф. В таком случае, возможно, заглянуть внутрь станет проблематичней. Замок я врезал сам. Оказалось, не так трудно, если не учитывать то, что Годжо сидел позади и поглаживал мою спину. Но замок я установил. Годжо ничего об этом не сказал. Можно было привести девушку №3. Так я и поступил. Затем девушка нашла ключ. И Он тоже ее съел. А потом пришел ко мне. Довольный, урчащий, как кот… Завалил меня на кровать и вмиг избавился от моей одежды. Я тогда пытался вырваться и нарвался на его злость... Это было действительно страшно. В другие разы я не сопротивлялся. Всё-таки он был достаточно нежен и ласков, я даже получал удовольствие… Годжо появлялся достаточно часто. Несколько раз в месяц и после того, как сожрет очередную мою пассию. Тогда я решил избавиться от ключа. Я выкинул его с моста в реку. На следующее утро я обнаружил его у себя на брелке. Я попытался еще несколько раз уничтожить ключ. Я выбрасывал его на рельсы, перед мчащимся поездом. Я «забывал» его в метро. Я закапывал его в лесу. Ключ возвращался. В лесу, например, он вернулся практически сразу. Я вернулся к месту, где копал. Снова принялся махать лопатой. Ничего в своем тайнике не нашел. После четвертой девушки меня осенило. Мысль была проста и гениальна. Надо выкинуть шкаф. Только и всего. Я нанял во дворе бригаду таджиков. Объяснил, что нужно вынести шкаф. А что они с ним сделают — меня не касается. Когда таджики отодвигали шкаф, я смотрел на стену. Никакой норы на ней и в ней не было. Гнусный цементный лаз существовал только в шкафу. Что бы это ни значило. Таджики вернулись через два часа. Они были чем-то напуганы. Они занесли шкаф обратно, по лестнице, на седьмой этаж. Их предводитель смотрел на меня с непостижимой и ужасающей азиатской яростью. Затем плюнул мне на порог. Еще я запоздало отметил, что таджиков стало меньше. В первый раз их было пятеро, а вернулось — четверо. В тот день он был груб и ненасытен. Загоняв меня как лошадь, он явился еще вечером и на следующий день. Я понял, что от шкафа и его жителя мне не избавиться. Годжо часто скребся в дверь шкафа. Я послушно выпускал его. Достаточно часто, в перерывах между моими новыми пассиями я не запирал шкаф, стараясь лишний раз не злить его. Годжо выходил на кухню, пил со мной чай. Когда я готовил еду он обнимал меня сзади и тыкался холодным носом в шею. Также Годжо приучал меня регулярно покупать презервативы и огромное количество смазки. Лубрикант кончался на раз два. Но мне никогда не было больно с ним. Сказать честно, я бы смирился с таким раскладом. Трахают хорошо, по хозяйству помогают. Нежности присутствуют. Но вот только я так и не узнал, что это за существо такое. И в моей квартире пропало достаточно много человек, чтобы привлечь внимание полиции. *** Ненавижу звук дверного звонка. Особенно когда никого не ждешь. В глазке я вижу человека неопределенного возраста в синтетической куртке. Менты, все пипец. Я третий день пью, сказавшись на работе больным. Выхожу из дома только за новой бутылкой и пельменями. Пьянка с самим собой плоха тем, что в какой-то момент начинает остро хотеться общения. Хоть с мешочником. Хоть с кем. Я открываю дверь. Мешочник показывает мне красную корочку, раскрывает ее перед моими глазами. Что там написано, я не читаю. В меня медленно вползает страх. — Абхазябровское отделение полиции, лейтенант Апхазабр, — такими я слышу слова мешочника-самозванца. — Можно войти? Он уже наполовину протиснулся в дверь. И чувствуется, что мое жилище ему очень любопытно. — Пьете? — равнодушно определяет он. — Пью, — соглашаюсь. — Составите компанию? — Не могу. Служба. А вот от чайку бы не отказался. Мы идем на кухню. Абхазабр прямо в обуви. Я не помню — закрыл я дверь, или нет. Начинаю искать на кухонных полках чай — где-то он был. Я нервничаю, совершаю ненужные, слишком быстрые движения. Гость, несомненно, видит мою неуверенность. — Мы гражданочку одну ищем, — говорит Апхазабр. Показывает твой портрет: — Вот эту. Я лью кипяток в чашку. Лью и лью. Горячая вода перехлестывает через край. Капает мне на ногу. По-моему, я палюсь. — Узнаете гражданочку? — щурится гость. - Да. Отличная любовница. – Киваю я. Отрицать тут нечего. - Соседи говорят, что шумели вы в тот день, когда она пропала. - Было дело. Не поладили на ровном месте. Я ее выставить из квартиры пытался. Не получилось. Я лег спать. - А. Понятно. Но дело в том, что пропавшая - свидетель по уголовному делу. Говорит о чем-нибудь? - Нет. Я не знаю где она. Самому интересно, куда она делась. - Допустим. Но она не могла просто так пропасть. Тем более, она жила с вами. - Откуда вы это знаете? – Вот тут я честно офигел. - Это знали все у нее на работе. А коллектив - женский, жадный до личной информации. К тому же электронную почту она, уходя с работы, не закрыла. А там переписка - с кем вы думаете? - Со мной? - Ну! - Он улыбается, почти дружелюбно, выхватывает у меня чай, прихлебывает. - Так что вы сделали с ней? - Ничего. – Ведь я ее действительно не убивал. - Слушайте, давайте по-хорошему? Расскажете, как все было. Я от вас отстану. Будете сотрудничать, срок скостят. Так как? - Но мне нечего рассказывать… - Понятно, по-хорошему не хотите. А у вас на лбу ссадина. Откуда? Упали? - Она в меня тарелкой кинула. – Усмехаюсь. Полицейский явно удивился, но виду постарался не показать. - Паспорт ваш давайте… - Э… - Если вы не понимаете, мы побеседовали с вашей консьержкой. Вот вчера, не далее. Показали ей еще кое-какие фотографии пропавших с осени прошлого года гражданок. Двоих она опознала. Двоих. А это - серия. - Но я ведь действительно ничего с ней не делал… - Хорошо. Мы проведем обыск и снимем с вас подозрения. Черт подери, Годжо! Меня из-за тебя посадят! В квартире еще полно ее вещей. А шкаф внутри испачкан кровью… Тут мой слух уловил знакомый еле слышный скрежет. Постойте… У меня уже зреет адский план. Единственный, который может сработать и даже спасти меня. Усмехаюсь опять. Квартира потихоньку наводняется людьми - в форме, без, мужчины, женщины, фотографы, криминалисты, зачем-то собака. - Я хочу сотрудничать со следствием, - Неожиданно заявляю я им. - Сейчас я покажу вам, куда я прятал тела. Первый полицейский смотрит на меня удивленно. Видимо, мне удалось немного убедить его в моей невиновности. Подхожу к шкафу. Сейчас будет весело, если шкаф окажется пустым. Без этой норы. В дурку меня сразу отвезут. Выдыхаю и резко открываю дверцу шкафа, тут же отскакивая в сторону. И зачем-то зажмуриваюсь. Слышу звуки борьбы, вдыхаю его запах и запах цементной пыли. Я ощущаю движение, что-то тяжелое проносится мимо меня. Кто-то кричит, кто-то матерится. Визжит собака. Бедняжка. Через две-три бесконечные секунды я понимаю, что все кончено. Открываю глаза, прикрываю дверцу шкафа. Внутри он чавкает. Наверное, разрывает трупы на мелкие кусочки. Я понимаю, что по-настоящему я не спасся. Эти полицейские — не последние. Придут еще. Если повезет, я переживу еще одно или два таких нашествия. А потом меня просто застрелят. Не хочу об этом думать. Бежать мне некуда. Паспортные данные известны. Хотя… Я смотрю на шкаф. Может, мы — друзья? Что есть мы с Годжо? Если я наведаюсь к моему товарищу в гости, вдруг он сможет мне помочь? Замираю на несколько минут. Звуки в шкафу давно стихли. И что тут думать? В запахе цемента мелькает металлическая нотка крови. - Годжо! В ответ тишина. Ну что. Вперед. - Годжо! – позвал я еще раз и толкнулся вперед. Стенки были теплыми, мягкими… Я все разгонялся и разгонялся. Секунд через тридцать достаточно быстрого скольжения я упал на что-то мягкое. Рядом раздался рык. - Годжо… - протянул я, пытаясь разглядеть хоть что-то в кромешной темноте. - Ита… - Раздалось совсем рядом. Через секунду включился свет. Я зажмурился… Когда глаза привыкли к свету я немного прифигел. Я оказался в огромной лаборатории. Годжо был одет в белый медицинский халат. - Я поживу у тебя? – нагло спросил я, притягивая существо за воротник к себе. Я прекрасно знаю, что он обожает, когда я проявляю инициативу. - А я-то думал, что ты никогда на это не решишься. – Годжо усмехнулся. – Оставайся конечно. Если хочешь что-то забрать из квартиры, то я тебе помогу. - Да… Заберу все, как будто меня там и не было. – Я встал и оглянулся вокруг еще раз. Как оказалось я приземлился на мат, а Годжо придерживал меня за талию. Его забота такая милая. - Почему тут было темно? - Я собирался идти к тебе. Вот и выключил все. - Кто же ты? – Усмехнулся я, смотря ему прямо в глаза. - Я отвечу на твой вопрос, как только мы перенесём твои вещи. – Годжо улыбнулся. – Давай вперёд. Как оказалось, вылезти не составило проблем. Я поспешно начал собирать вещи. Ничего не должно остаться. - Выгребай все из шкафов и тащи к себе. Я технику запакую. - Не утруждайся. – Годжо махнул рукой, и нора начала увеличиваться в размерах... Вскоре через отверстие стала видна лаборатория. – Можно перетащить все так. Я кивнул и поспешил на кухню. Все содержимое холодильника, посуда. Мусор надо вынести. Скорее, скорее! Я носился по квартире, судорожно собирая вещи. Черт, почему их так много? Минут через пятнадцать такой беготни Годжо поймал меня в объятия и просто поцеловал в макушку. Тут на меня резко накатило осознание, что я хочу его. Я покраснел и поспешил дальше. Часа через два в квартире не осталось ничего моего. Ну… Только мебель. Она была не так важна. - Все. Пошли. – Сказал я, еще раз осмотрев квартиру и шагнув в шкаф. - Да. Только я хотел еще кое-что тебе показать. – Беловолосый шагнул ко мне и закрыл дверцу шкафа. Свет лился из дыры. Гождо указал на замок. - Он с самого начала был бракованным. Я легко мог открыть дверь в любой момент. - И почему ты не делал это? - Я не хотел пугать тебя еще больше. - Спасибо. – пробормотал я. Все это время шкаф был открыт… И Годжо мог в любое время явиться ко мне… - Спасибо… - Пошли. Сюда направляется ОМОН. – Годжо подтолкнул меня к дыре и сам шагнул следом. Я оказался на уже знакомом мате. - Ну а теперь можешь задавать все вопросы. - Кто ты? Где мы? И куда делась дыра? – последний вопрос я задал несколько секунд спустя, когда обернулся на стену. - Дыру я закрыл. – Годжо потянулся и протянул мне руку. – Вставай, я покажу место, где ты будешь жить. Я послушно поднялся и направился за мужчиной. - Начнем, пожалуй, с того, что я человек. Самый обычный человек. Ну… Точнее я был человеком. А сейчас не знаю. В молодости, лет десять назад, мне нравилось изучать временные и пространственные аномалии. В итоге я дошел до того, что смог создать их сам. Сейчас мы находимся в пространственной аномалии. Это моя лаборатория, тут я продолжаю изучать аномалии. Я путешествовал по всему миру, пока не встретил тебя. Ты мне жутко понравился. Сказать честно, меня всегда бесили люди, но ты нет. Ты особенный, просто не мог не присвоить тебя. Сейчас у тебя может начаться сбой цикла. Ты начнешь путать день с ночью, но потом все устаканится. Скажу сразу, обратно ты не вернёшься, как бы ты меня не умолял. Тебя там сразу либо убьют, либо посадят. Вот. Еще мы будем путешествовать по миру. Я покажу тебе очень много красивых мест. Тебе должно понравиться. Я улыбнулся. Коридор, по которому мы шли кончился, и Годжо толкнул неприметную дверь. В комнате оказалась просторная спальня. - Прости, я не удержался. Спать мы будем вместе. Во мне вспыхнуло то желание, которое я с большим трудом подавил в квартире. Я резко повернулся к Годжо и начал его целовать, тесня к кровати. Он совершенно не сопротивлялся, лишь улыбаясь в мой поцелуй. Через несколько мгновений мы оказались на кровати. Я тут же потянулся стягивать с него брюки, но меня ласково остановили. - Отдыхай. Сегодня было много стресса. – Прошептал Годжо, укрывая меня одеялом. Я действительно почувствовал дикую усталость. Глаза начали закрываться сами собой. - Отдыхай, Итадори. Теперь все будет хорошо. Это было последнее, что я услышал, прежде чем провалиться в сон.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Jujutsu Kaisen"

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.