Лю(бить) тебя

У Бойда есть отец, причём любящий, и это известие пугает и радует одновременно. Подростку необычно ощущать себя кому-то нужным, но этот мужчина, который просит звать его «папой», выглядит обыкновенным, радушным и статным человеком. — Сильно голова болит? — с сочувствием спрашивает Гиарлуз, заглядывая в испуганные глаза. — Слегка, — парень машинально хватается за голову и чешет макушку, запуская пальцы в волосы. — Ничего, всё скоро пройдёт. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо. Эта фраза не обнадёживала, совсем нет. Бойд оглядывает комнату, пытаясь не встречаться взглядами с Джайро, но ничего не получается, ведь мужчина с таким же трепетом смотрит на мальчика. — Ты пока отдыхай, но завтра нам нужно будет сходить в больницу. — Зачем? — хрипло спрашивает Бойд. — Ну как же, Бойд? — с доброй улыбкой произносит Гиарлуз. — Чтобы поддерживать твоё самочувствие, доктор сказал, что без правильного лечения тебе станет хуже. Да куда ещё хуже? Бойд почти ничего не помнил и не понимал, ему казалось, что он находится в параллельном мире, в котором сейчас вообще не должен быть. Руки и ноги неприятно гудят, голова раскалывается, а парень еле-еле встаёт с кровати, чтобы прийти в себя. — Тебя пришёл навестить твой друг, если ты не против. — Друг? — испуганно произнёс Бойд. Этого ещё не хватало… — Да, Дак тебя ждёт в коридоре. Выйдешь поздороваться? И в этот момент у Бойда всё внутри перевернулось несколько раз. Несмотря на всю свою боль, он кинулся из комнаты настолько быстро, насколько его силы позволяли. Мерцающий свет в комнате действовал на нервы Бойда, сердце так было и готово выпрыгнуть из груди, а подросток упасть на колени от бессилия, но он этого не сделал, увидев перед собой ещё больше напуганного блондина. Бойд остановился, хлопал глазами, не в силах сделать ещё шаг навстречу. Ноги прилипли к полу, а блондин, протянув руки, кинулся обнимать больного. От этого Бойда словно парализовало, он забыл как дышать, не мог обнять в ответ и старался смотреть в одну точку, пытаясь абстрагироваться от мира. — Я рад, что с тобой всё хорошо, — неуверенно произносит подросток, отходя в сторону. — Дак? — еле-еле произносит три буквы Бойд. — Да, Дак, — натянуто улыбается он. — Дьюи Дак. И на душе снова ураган эмоций и чувств, даже нет, вихрь, который накрывает Бойда с каждой секундой всё больше и больше. — Джайро сказал, что ты ничего не помнишь. Включая меня, да? — Я не знаю, — честно признался подросток, размахивая руками. Джайро уже удалился на кухню, собрался испечь мальчикам вкусного пирога, а два друга парня, пройдя в комнату Бойда и усевшись на диван, стали смотреть друг на друга. — Так значит, ты Льюи? — Дьюи, — исправил Дак. — Неужели ты вообще ничего не помнишь? — Что-то помню, — он приложил ладонь к своему лбу. — Но всё вперемешку без чёткого понимания, что это происходило со мной. — И что, например? — Ну, мы с тобой познакомились… — затих Бойд. — Ну, тогда я ещё заплатил за тебя, да? — Да, мне не хватало на еду, кажется, — неуверенно произнёс Дак. — Я рад, что ты уже что-то вспоминаешь. — Да, но… Мы ведь с тобой ещё были за решёткой? В тюрьме, кажется? — Нет, что ты, мы с тобой… ходили на квест, — усмехается Дьюи. — И просидели несколько часов, не зная, как выбраться. — Мне казалось, что всё было по-другому. Так странно. На это Дак лишь пожимает плечами, разглядывает комнату Бойда, словно сам впервые находился здесь (а что, если и вправду в первый раз?), как будто пытаясь придумать тему для разговора, но на ум ничего не приходило. — Как там твой брат? — неуверенно спросил Бойд. — Брат? У меня нет брата, я единственный ребёнок в семье. Тогда Бойд окончательно запутался, но старался не подавать виду и вести себя так, словно всё понимает. Но он ничего не понимал, отчего становилось страшнее. — Мальчики, пирог скоро остынет, идите есть! — Да, мистер Гиарлуз, идём. — Слушай, Дьюи, — парень хватает за руку Дака, отчего тот неожиданно вздрагивает. — А ты можешь что-нибудь о себе рассказать? Ну, чтобы я вспомнил. — Э-ээ, — его глаза растерянно бегает по всей комнате. — Да, конечно, нет проблем.

***

Всю ночь на кухне Хьюи Дака горел свет, а сам юноша сидел без дела за столом, выпивая очередную чашку чая. От кофе Хьюберта уже начинало тошнить, в сон всё ещё не клонило, даже несмотря на то, что стрелки часов давно перешли за двенадцать. В раздражении парень перемешивал сахар ложкой, а всякий раз, когда столовый прибор бился о кружку и издавал отвратно-звенящий звук, Хьюи ёжился и заводился ещё сильнее. Всё, что происходит вокруг него, вызывало у Дака отвращение и нервозность, даже скрипящая дверь, из-за которой показался силуэт заспанного Луи. — Ты мешаешь мне спать, — констатировал Луэллин. Реакции никакой не последовало: то ли у Дака не было желания спорить с младшим братом, то ли просто не было сил что-то отвечать. Луи ещё несколько мгновений пялился на убитого Хьюи и, не найдя лучшего варианта, решил сесть на соседний стул, забирая чашку из рук брата. — Думаешь, что он жив? — Я уже ничего не думаю, — нервно отвечает Хьюи, пряча лицо за руками. — Мы собирались в больницу сегодня. — И что? Думаешь, что нам кто-то что-то скажет? Луи пожал плечами, но этот жест, конечно, Хьюи не заметил. Царило неловкое молчание, на которое, возможно, Луэллин бы раньше не обратил внимания, но только не сейчас. Его желание прятать эмоции и чувства никуда не пропало, но маска равнодушия с каждым днём всё сильнее стирается с его лица. — Мне жаль, — тихо проговорил Луи. — Тебя жаль. И снова тишина, Лу нервно крутит кружку в руках, небольшие капли брызгают на стол, но Дак не обращает на это внимание. В какой-то момент Хью уставшим взглядом сначала смотрит на чашку, потом на Луи, а потом и вовсе забирает лишнюю посуду у младшего брата: — Мне тоже жаль, что меня не было рядом, — Дак убирает чашку в сторону. — Ты же был всё это время. — Я про тебя, — неожиданно произносит Хьюберт. — Мне жаль, что я не был на твоём суде. И, о чём действительно я жалею, так это о нашей разлуке на три года. Луэллин поднимает взгляд на Хью, сжимает руки в кулаки, закусывая нижнюю губу. Он ожидал чего-то другого и совсем не был готов к этому разговору. Прямо сейчас. После того как Бойд ушёл. — Хочешь помириться с дядей? — невзначай спрашивает Лу. — Думаешь, что он захочет меня видеть после того, как я ушёл? — усмехается Хью. — Он скучал по тебе. В принципе, как и я. Луи был готов поспорить, что впервые за пару дней увидел искреннюю улыбку Хьюи. Слабую, но улыбку. На душе у Луэллина сразу отлегло, словно ему больше в этой жизни и ничего не надо, только бы старший брат был счастлив. Поднимаясь с места и собираясь уходить спать, Хью, схватив Дака за руку, остановил его: — Я тоже по тебе скучал, — и смотрел так долго, счастливым, щенячьим взглядом, что Луэллину становится не по себе — не привык он к откровениям, особенно с братом. — Всё, завались, — он прикрывает глаза, отходит в сторону, пытаясь не смотреть на Хьюи. — Иди спать, бесишь уже своей ванильностью. — Спасибо тебе, — усмехнулся Хью, но Лу больше ничего не хотел слышать, быстро выбегая из комнаты к себе.

***

С наступлением нового дня ни Бойд, ни Хьюи не знали, что их ожидает. Находясь порознь, они чувствовали свою беспомощность, но даже не могли представить, что в одно и тоже время будут находиться в одном и том же месте. Пока в левом крыле Джайро ходил хвостиком за Дьюи и Бойдом, в правом, у регистратуры, Хьюи и Луи пытались пробраться к Дуфусу. Оба юноши заметно нервничали, но Хью, включив всё своё обаяние, решил идти напролом: — Девушка, не могли бы вы нас пустить к Дуфусу Дрейку? — слащавым голоском начал подлизываться Хьюберт. — А вы, собственно, кем ему приходитесь? — неприятный голос раздался из-за тумбы. — Мы только близких родственников пускаем, а таких у больного не имеется. — Ну, пожалуйста, сделайте исключение. Поймите, это очень срочно. — А я сказала, что не буду нарушать правила из-за таких случаев. В палату я не пущу. — Знаете что? — неожиданно выпалил Лу, вставая на носочки. — Чистое безобразие! Что за обслуживание? — Это вам не отель, а больница! Государственное учреждение! — Да что вы говорите! — Луи, господи, умолкни и иди отсюда, — одёргивает брата Хью. — Извините, пожалуйста, моего брата, но мы не могли бы договориться о встрече с Дуфусом? Возмущённые возгласы Лу мол «а в чём я виноват?» так и продолжались. Пока Джайро отходил в кабинет к врачу, оставляя двух парней наедине, в коридоре, Бойд, испугавшись шума издалека, оглянулся. Этот голос заставил тело мальчика вздрогнуть, а парень машинально пошёл за ним, пока Дью не схватил его за руку: — Твой отец сказал нам ждать его здесь. — Я ненадолго, мне всего лишь… — Подожди немного, не стоит туда ходить. И Бойд успокоился, точнее, ненадолго, но смирился. Спорить с Дьюи не хотелось, даже несмотря на то, что подросток до сих пор испытывал противоречивые чувства к своему другу. Кажется, он очень хороший человек, но можно ли ему доверять? Гиарлуза долго не было, оголодавшие друзья уже чувствовали, как урчали их животы, поэтому пошли к автомату, чтобы купить что-то перекусить. Доставая из кармана двадцатку, которую дал Джайро, Бойд смотрит на содержимое, но есть, почему-то, резко перехотелось. — О, тут есть мои любимые крекеры, — усмехается Дьюи, засовывая купюру. — Знаешь, у меня была с ними такая смешная история. Как-то раз мы вместе с… моим старым другом, хех, ходили в поход. — Дак с трудом выдавливает фальшивый смешок. — В тот день мы заблудились в лесу, нам было почти нечего есть, поэтому мы делили эти несчастные крекеры, пытаясь весь день только ими и питаться. Упаковка крекеров предательски застряла, и Дьюи, выругавшись, начинает толкать автомат. После нескольких толчков пачка не собиралась падать, Бойд смотрел на эту картину, на сосредоточенное лицо Дьюфорда и понимал, что всё идёт не так, как нужно. Когда крекеры наконец-то выпали, у Бойда в сердце что-то треснуло: — Боже нет, нет, — шипит Бойд. — Это всё неправильно. — О чём ты? — достаёт пачку сладостей Дью, удивлённо смотря на Бойда. — Почему ты делаешь вид, что ты ничего не понимаешь? Кто из нас попал под машину: ты или я? Хотя, я теперь даже и в этом не уверен. Бойд, не смотря в лицо блондина, делает поворот на сто восемьдесят градусов, уже собирается уходить, но неприятная боль в запястье из-за сильного хвата не дала сделать и шагу. Он поворачивается назад, смотрит на серьёзное лицо Дью и молчит, ожидая дальнейшей речи: — Если Гиарлуз сказал мне за тобой приглядеть, то я это сделаю. — Слушай, я всё понимаю, но мы ведь друг друга на самом деле не знаем. Зачем тебе всё это? Ты работаешь на него? — Вовсе нет, — фыркнул Дак. — Он сделал для меня слишком много, я не могу ему отказывать. — Он незаконно держит меня в плену! — Ты его семья! — кричит Дьюи. — Моя семья сейчас носится по больнице, наверняка переживая за меня, — вздыхает Бойд. — И это далеко не Джайро. Вдруг Дак отпускает юного Бойда и, кажется, это отличная возможность, чтобы бежать и не оглядываться, но что-то остановило подростка: то ли грусть в глазах Дьюи, то ли страх уходить в одиночку. — Пожалуйста, скажи, почему он меня держит? — Я думал, что ты всё забыл, — виновато улыбается Дьюфорд. — Я тоже так думал, но, видимо, нет, — разводит руками Бойд. — Прости, что обманывал тебя. Ты очень хороший, даже интересный, мне не хотелось этого делать. — Я не обижаюсь на тебя, но, может, ты расскажешь мне всё, что знаешь?

***

Находясь ещё пару минут у стойки регистратуры, Луи уже готов взорваться. Его бесили абсолютно все: и охранник, который грозился ударить Луи током, если он продолжит орать, и молодая врачиха (по-другому Лу сказать не мог), больше похожая на стерву нежели на квалификационного работника. Ещё спустя пару минут наконец-то к парням подошёл высокий блондин в очках. Пока Лу недовольно топал ногой, Хью с энтузиазмом поднял голову, надеясь на то, что он хоть что-то узнает. — Добрый день, вы хотели поговорить с Дуфусом, да? Я всё узнаю по поводу него, так что пройдёмте пока со мной. — Спасибо за содействие, — устало протянул Хью, сделав шаг, протягивая руку. — Жди меня здесь. — Эй, вообще-то я хотел пойти с тобой! — Хватит, ты уже достаточно сделал, так что лучше иди домой. Тогда Луи начал злиться ещё больше, частично даже на себя за такое поведение, но и на брата тоже. Он ненавистным взглядом провожал старшего брата с доктором, смотря, как доктор Гиарлуз, как успел Луи прочитать на бейджике, нервно крутит ключи в руках и уводит Хьюберта всё дальше и дальше.