Hold my hand

Курт осмотрел красивый чёрный пиджак на наличие ворсинок, которые мог упустить при его чистке, но таковых не нашлось. Тогда он оттряхнул бархатную ткань от невидимых пылинок и взглядом обратился к Блейну, который уже заканчивал с повязкой на шею галстука. Хаммел улыбнулся, потому что тот выглядел потрясающе. Ему невероятно шли строгие костюмы и, что немало важно, они безупречно сидели на плечах и талии. ― Остался последний штрих, ― проинформировал Курт и подошёл ближе, для того чтобы помочь Блейну надеть завершающий предмет гардероба. ― К сожалению, только в нашей подготовке, ― Андерсон фальшиво улыбнулся, подчиняясь рукам парня и надевая пиджак. ― Ты обязательно со всем справишься. Хаммел пригладил ворот, поправил рукава и стал застёгивать пуговицы, пытаясь справиться с дрожью в пальцах. Он и сам волновался не меньше Блейна, а, возможно, даже и больше. Потому что Андерсон ещё не знал о прослушивании, потому что Андерсон не думал волноваться по этому поводу, а нервы Курта уже были раскалены до предела. Во-первых, он не мог избавиться от мысли о том, что это маленькое предательство. Быть может, здесь нет ничего плохого и предосудительного, но кто объяснил бы это его совести? Во-вторых, ожидание выпускного сводило Курта с ума с того самого момента, как он решился на отчаянный шаг и отправил эти два злополучных письма в почтовый ящик. Ведь Хаммел мог и не отправлять их, не оставлять Блейну шансов, но тогда бы сейчас он проклинал себя за это гораздо чаще и сильнее, чем беспокоился о том, как всё пройдёт теперь. ― Курт? ― Андерсон поморгал, смотря прямо перед собой блуждающим взглядом. ― Прости, я задумался. Курт снова раздражённо подёргал пуговицу, пытаясь продеть её в петлю, но замер, когда ладонь Блейна накрыла его руку. Хаммел поднял голову, пытаясь не заплакать от всех чувств, давящих на грудь, и от того, как беспомощно и в то же время уверенно глаза Андерсона пытались найти его силуэт. ― Такой холодный, ― большой палец огладил хрупкое запястье, ― Почему ты нервничаешь? ― Потому что… Потому что это всё происходит с нами, а не только с тобой. ― Но всё будет хорошо? ― Конечно, ― Курт натянуто улыбнулся, укоряя себя в том, что не смог скрыть собственную нервозность в движениях, ― Но это не значит, что я не волнуюсь. ― Я тоже волнуюсь. И теперь у меня болят глаза, ― пожаловался Блейн и опустил голову, чтобы потереть их, но Курт поднял его за подбородок. ― Иди сюда. Хаммел обнял парня, крепко прижимая к своей груди и призывая расслабиться. Он провёл пальцами по мягким кудрям, совсем немного уложенным гелем для волос, а потом переместил руку на его шею. Плавными и неспешными движениями Курт стал поглаживать Блейна по затылку, а вскоре почувствовал, как тот успокоился, расслабив плечи. Андерсон обхватил парня за талию и положил голову на его плечо. ― Закрой глаза, ― порекомендовал Курт, и тот безропотно выполнил сказанное, ― Ты не спал всю ночь? ― Курт, ― расстроенно простонал Блейн, прячась в ткань рубашки на плече Хаммела, как будто его только что поймали с поличным. ― Хорошо-хорошо. Я понимаю, ― успокоил Курт, ― Где твои капли? ― В столе. Курт попытался освободиться от его объятий, но Блейн не дал ему пошевелиться. ― Моё выступление будет посвящено тебе, ― особо не надеясь на какую-либо реакцию парня, сказал Блейн. ― Ох... ― Ведь это ты сделал меня сильным. Без тебя бы ничего не вышло, ― Блейн чуть поднял голову и тихо усмехнулся где-то на уровне уха Курта, отчего у того в животе запорхали бабочки. ― Боже, Блейн, я так люблю тебя, ― Хаммел крепко обхватил его плечи руками, а потом подставил щёку под губы Андерсона, потянувшиеся за поцелуем. ― Мне нужно говорить, что и я тебя тоже? ― с улыбкой спросил тот. ― Думаешь, что отделаешься, сказав мне об этом всего раз? ― Нет. На этот раз Андерсон отпустил Курта, предпринявшего попытку отойти к комоду. ― А теперь капли.

* * *

Школьные коридоры были наполнены толпами учеников в нарядных костюмах. Они переговаривались между собой, обсуждали внешний вид друг друга и других входящих в здание школы ребят, зрительно давали оценку проходящим мимо и возвращались к беззаботным беседам. Но Курт не мог не ощутить тревогу, зародившуюся внутри, когда заметил то, как школьники обернулись на них с Блейном и стали критически разглядывать последнего. Некоторые смотрели с сочувствием, а другие лишь презрительно отворачивались, не находя в этом зрелище ничего привлекательного. Вопреки нервозности, от которой невозможно было избавиться прямо в этот момент, Курт сжал руку Блейна и почувствовал то, как оцепенели его пальцы, не поддаваясь заботливым прикосновениям. ― Я вижу Рейчел, Сэма и Мерседес. Они ждут нас, ― чуть наклонившись к Андерсону, сказал Курт. После этих слов Блейн принялся поправлять свою причёску. ― Как я выгляжу? ― робко спросил он. ― Превосходно, ― честно ответил Хаммел, ― Перестань дёргаться. Ты ― мой несравненный партнёр этим вечером. На губах Блейна забродило подобие улыбки, когда парень потянул его за собой, направляясь немного левее, чтобы подойти к друзьям. Курт остановился напротив компании и, жестом указав на Андерсона, попросил ребят сказать что-нибудь ободряющее. ― Клёво выглядишь, чувак! ― сразу же спохватился Эванс, вызвав разочарованный вздох Курта. Но он хотя бы постарался. ― Блейн, ты выглядишь замечательно, ― подключилась Рейчел, ― Тебе невероятно идут костюмы. ― А я о чём говорил, ― добавил Курт и улыбнулся, различив то, как застенчиво Андерсон опустил ресницы, так и не отпуская его руки. ― Бал вот-вот начнётся, ― предупредила Мерседес, ― Если мы хотим успеть, то нужно идти прямо сейчас. Курт повёл Блейна за собой, не давая тому сталкиваться с учениками, заполнявшими тесное помещение. И Андерсон послушно следовал прокладываемому Хаммелом маршруту до спортивного зала, где по традиции должен был состояться праздник. Страх и сомнения терзали его изнутри, но поддаваться их уговорам отступить, было бы слишком глупо и трусливо. И к тому же, Блейну так отчаянно сильно хотелось произвести впечатление на Курта, что-то доказать ему. Свою силу и мужество, например. Чтобы тот взглянул на него с гордостью, ведь Хаммел был любовью всей его жизни, и неужели Блейн не способен сделать это ради него? Андерсон сразу почувствовал смену атмосферы, когда они вошли в зал, наполненный различными звуками, голосами и приятными мелодиями. Он плотнее прижался к Курту, когда кто-то прошёл мимо, случайно задев его плечом. Хаммел обернулся к парню. ― Я могу оставить тебя с Сэмом ненадолго? ― Да-да. Конечно, ― Блейн рассеяно улыбнулся и проследовал за Куртом, цепляясь за его ладонь как за что-то жизненно необходимое. ― Мне нужно поговорить с Рейчел, хорошо? ― Хорошо. А Сэм? ― Я здесь, приятель, ― на плечо Блейна опустилась тяжёлая ладонь, и Эванс притянул его поближе к себе, чтобы нарочно громко сказать «по секрету», ― Подцепим с тобой пару цыпочек, пока твой друг отлучится. Андерсон смущённо усмехнулся, представляя выражение лица Курта, которым тот на самом деле одарил Сэма, а после удалился, оставив их наедине. Чтобы найти Рейчел, Хаммелу потребовались пять минут. В зал постепенно прибывали разодетые в честь мероприятия школьники, и теперь передвигаться здесь стало намного сложнее. Курт отвлёк подругу от беседы с Финном и отвёл в сторону. После чего они встали возле красиво украшенной разноцветной мишурой колонны, где было меньше всего народу. ― Почему ты так взволнован? ― Берри заглянула в напуганные глаза Курта, чтобы понять, что заставляло его так беспокоиться. ― Ты помнишь о том, что должно произойти? ― Прослушивание Блейна? ― Рейчел наклонилась поближе к другу, потому что тот говорил тихо, как будто чего-то боясь или просто невозможно сильно нервничая, ― Ты об этом? ― Да, об этом и... ― в поисках кого-то Курт обвёл внимательным взглядом зал, затем снова вернувшись к разговору, ― Вчера я звонил им и очень просил помочь мне. То есть, прийти сюда, поприсутствовать на выступлении Блейна и принять это за полноценное прослушивание. ― И что тебе ответили? ― поторопила Рейчел. Она была явно заинтересована. ― Сначала отказали, а после ещё десяти минут уговоров с применением моего природного обаяния, мне сказали, что один из членов комиссии сегодня будет здесь, ― Хаммел посмотрел на свои наручные часы, ― Но он либо опаздывает, либо... ― Нет, ― уверенно прервала его Рейчел, взяв парня за руки, чтобы тот перестал нервно поглаживать свой пиджак, ― Они не передумали. Они не могли передумать. ― Значит, он опаздывает? ― с надеждой в голосе спросил Хаммел, как будто от ответа девушки зависело реальное положение дел. ― Одно я знаю точно. Ещё рано опускать руки. Нам нужно подождать. Курт поджал губы и закивал. Неутешительные мысли и вызванная ими дрожь постепенно отпускали тело Хаммела. Ему действительно не стоило заранее паниковать: бал только начался, гости только собрались, и прошло только пятнадцать минут от назначенного времени. Уняв себя этими убеждениями, Курт внезапно ощутил прилив оптимизма. Конечно же, ещё ничего не потеряно. Блейн обязательно выступит перед членом комиссии, и тот непременно его выслушает. ― Всё в порядке, ― согласился Хаммел и облегчённо выдохнул, ― Я должен вернуться к Блейну. Он должен будет выступить через двадцать минут. ― Ему нужна твоя поддержка, ― улыбнулась Рейчел и отпустила парня, который тут же направился через толпу к тому месту, где оставил Андерсона. Там он его и нашёл. Правда, Сэм уже давно больше внимания стал уделять стоявшей по соседству Мерседес, покоряя девушку своими нелепыми пародиями, а Блейн в это время одиноко стоял сбоку, переминаясь с ноги на ногу и, наверное, мечтая лишь о том, чтобы кто-нибудь забрал его оттуда. Так оно и было, поэтому Курт появился как раз вовремя. Он подошёл к Андерсону со спины, нежно обняв того за талию и сцепив руки на уровне его живота. ― Курт, ― удовлетворённо выдохнул Блейн, чуть поворачивая голову в его сторону. ― Конечно, это я, ― Хаммел крепко поцеловал парня в щёку, ― А если бы это был не я, то буквально через несколько секунд это снова был бы я. ― О, брось, ― Андерсон усмехнулся, накрыв его руки своими тёплыми ладонями, ― Я бы не позволил обнимать себя другому парню. ― Ты ведь узнал меня, да? ― По запаху твоей кожи, по твоему дыханию и даже по твоей улыбке. ― Не перестаю тебе удивляться. ― Надеюсь, ты будешь ещё больше удивлён, когда я заберусь на сцену и сделаю это. ― Правда, сделаешь? ― Курт потёрся носом о его щёку, отчего Блейн прикрыл глаза, поддаваясь навстречу этому движению. ― Я готов. ― Тогда я буду не удивлён, а просто очень горд тобой. ― Значит, мне нужно идти, ― Блейн развёл его руки, чтобы суметь сделать шаг вперёд, но Хаммел не собирался оставлять его одного, ― Нет, Курт. Меня проводит Сэм. Ты должен смотреть на меня отсюда, ладно? Курт немного опешил и озадаченно посмотрел на уверенного в своих намерениях Андерсона. Но возражать не стал. Он должен позволить Блейну сделать всё так, как тот хочет. Пусть Хаммелу было сложно не беспокоиться, но он поборол себя и уступил, лишь крепко пожав руку парня и пожелав удачи. ― Он ушёл без тебя? Курт обернулся, наткнувшись взглядом на подошедшую Рейчел, а потом кивнул ей. ― Блейн пожелал сделать всё сам, и я поддерживаю его в этом. ― Но ты весь на нервах, ― скептически заметила подруга, и Хаммел спрятал от неё замёрзшие ладони. ― Конечно. Ведь Кармен Тибидо уже здесь. Парень толкнул Берри плечом и чуть повёл головой в ту сторону, где недалеко от них стояла женщина в тёмно-сиреневом платье. Её внимание было приковано к сцене, но на несколько секунд она отвлеклась и посмотрела прямо на Курта, у которого в тот момент перехватило дыхание, потому что женщина узнала его. Она лишь тепло улыбнулась и снова отвернулась, а Курт так и продолжал завороженно рассматривать её профиль, проклиная себя за то, что не удосужился даже поздороваться. В это время за кулисами Блейна била дрожь. Сэм всё ещё находился рядом, и Андерсон это чувствовал, но друг совсем ничего не говорил. Хотя, возможно, оно было и к лучшему. Никто наверняка не знал, какие слова сейчас были бы кстати. ― Я выведу тебя на сцену, а потом… ― Нет, ― тут же нервно отрезал Блейн, ― Просто задай направление. ― Ты… Ты уверен? ― Да. Вчера мы с Куртом репетировали. Я помню, где находится пианино. Этого должно хватить, ― Андерсон неискренне усмехнулся, а после почувствовал то, как сильные руки обхватили его за плечи. ― Вот так, ― Сэм чуть поменял положение корпуса Андерсона, ― Идёшь вдоль этой линии. Просто начерти её у себя в голове. Так будет проще. ― Спасибо, гений. Я так и делаю. ― Значит, на счёт три. ― Раз, ― в висках больно запульсировало от напряжения. ― Два, ― Блейн сцепил пальцы в замок. Глухие удары сердца заполнили разум, и реальность затерялась где-то в уголках помутневшего и расщепившегося на мелкие кусочки сознания. Андерсон не знал, как он сейчас выйдет, как представится зрителям и самое главное, как в этот момент будет смотреть на него Курт. Но с губ уже сорвалось последнее слово, и Блейн уже сделал первый необдуманный шаг. Он окончательно растерялся, позабыв о нарисованной в уме линии, по которой ему велел двигаться Сэм. Он просто слушал удары собственного сердца, тишину, воцарившуюся в зале, и шёпот своих шагов. Блейн до последнего не знал, по какой траектории и куда направлялся, пока его вытянутая рука не коснулась инструмента. Он схватился за него, как за что-то спасительное и, прикрыв глаза, утомлённо выдохнул, убеждая себя в том, что всё хорошо. Всё в порядке. Всё будет в порядке. Блейну потребовалось немного времени, чтобы сесть за пианино и возложить пальцы на клавиши, но на то, чтобы собраться с духом и произнести следующее, ушла пара минут. ― Моё выступление будет посвящено единственному человеку в этом зале. После этого признания он не сказал ничего. Его пальцы теперь будто жили своей жизнью: надавливали на клавиши. На одну и на другую. Перебегали от чёрных к белым и выстраивали в ряд звуки, срывающиеся с музыкального инструмента, превращая их в идеальную композицию, которую Курт слушал с замиранием сердца и всех чувств. ― It's not so easy loving me (Любить меня не так просто) It gets so complicated (Ведь это так сложно) All the things you've gotta be (Всё, чем ты должен быть) Everything's changing (Теперь меняется...) But you're the truth (Но ты ― сама правдивость) I'm amazed by all your patience (Я очарован твоим терпением) Everything I put you through (Вопреки всему, через что я заставил тебя пройти) Курт приложил руку ко рту, чтобы не всхлипывать. Он не мог отвести влажных глаз от силуэта Блейна далеко на сцене. Он был невероятно прекрасен в этом костюме и в этой позе, склоняясь над пианино, касаясь длинными изящными пальцами гладких клавиш и напрягая горло, чтобы вытянуть очередную высоко взятую ноту. Блейн источал уверенность и лёгкость. Должно быть, теперь, когда у него всё действительно получалось, он чувствовал себя лучше. Курт искренне надеялся на это. ― When I'm about to fall (Когда я близок к падению) Somehow you're always waiting (Ты всегда оказываешься где-то рядом) With your open arms to catch me (Чтобы поймать в свои распростёртые объятия) You're gonna save me from myself, from myself, yes (Ты спасаешь меня от себя самого, да) You're gonna save me from myself… Блейн замолчал, облизнув губы и дав себе время отдышаться. Эмоции по-прежнему бушевали внутри, пульс бешено ударял о запястья, но в совокупности все чувства смешивались в одно единственное чувство ― эйфории. Андерсон словно плыл по течению, бездумно наигрывая знакомую мелодию и напевая волнующие душу слова. Он просто хотел донести их смыл до Курта, стоявшего в зале и не способного даже моргнуть. ― Don't ask me why I'm crying (Не спрашивай, почему я плачу) Cause when I start to crumble (Ведь когда у меня всё не так) You know how to keep me smiling (Ты знаешь, как заставить меня смеяться) You always save me from myself, from myself, myself (Ты всегда спасаешь меня от себя самого) Блейн глубоко вдохнул, чтобы взять тон выше. Его содрогающиеся пальцы врезались в клавиши на инструменте сильнее и экспрессивнее. Это был финал всему. Его выступлению и его эмоциональному напряжению, которое выплёскивалось наружу через последние строки песни. ― I know it's hard, it's hard (Я знаю это тяжело, это тяжело) But you've broken all my walls (Но ты сломал все мои стены) You've been my strength, so strong (Ты был моей силой, такой сильный) У Курта замирало дыхание снова и снова. С каждым вздохом Блейна перед вступлением, с каждым его обдуманным до мелочей движением и с каждым распахиванием губ. Это выглядело завораживающе, и Хаммел на это время совсем позабыл о том, для чего всё было затеяно. Но, вспомнив об этом, он поспешил обернуться туда, где несколько минут назад оставил взглядом Кармен Тибидо. Удивлению Курта не было предела, когда он понял, что её там больше нет. Парень заозирался по сторонам, но в зале найти члена комиссии так и не смог. Тогда Курт пробрался сквозь собравшихся у сцены ребят и направился к выходу. Добравшись до коридора и только ступив в его тесные объятия, Курт сразу наткнулся взглядом на удаляющуюся фигуру женщины. Хаммел поторопился броситься следом. ― Постойте! Она обернулась, когда Курт остановился на расстоянии в несколько больших шагов. ― Вы… Вы уже уходите? ― раздосадовано спросил парень. ― Да, я не могу терять время. ― Терять время? ― Курт стал сокращать между ними дистанцию, ― Это пустая трата времени для вас? ― Я увидела и услышала достаточно, ― чуть повысив тон голоса, произнесла женщина, ― Не в ваших интересах упрекать меня. Я выполнила своё обещание. ― Но Блейн ещё не закончил. Он так готовился. Ему было очень тяжело… ― Я не нуждаюсь в объяснении очевидных вещей, мистер Хаммел, ― Кармен Тибидо многозначительно посмотрела на Курта, ― Только хочу заметить, что все участники прослушивания равны перед членами комиссии. Все без исключения, ― строго добавила она, и Курту пришлось проглотить возражения и попридержать свой пыл. ― Но… У Блейна есть шансы? Пожалуйста, я должен знать. ― Я дам вам знать ровно тогда, когда вы получите свои письма из НЙАДИ. Плечи Курта беспомощно опустились. Он ничего не сказал, а лишь проводил грустным взглядом женщину, которая всего через несколько секунд скрылась из виду.

* * *

Когда Курт вернулся обратно в зал, то постарался взять себя в руки. Сейчас в его планы входило лишь поздравить Блейна с этой большой победой и успокоить того после этого важного шага. Поэтому он отыскал глазами друзей и прошёл к ним. Благо, Сэм только что привёл Андерсона из-за кулис, и парень ещё не успел заметить отсутствие Курта, принимая похвалы от окруживших его ребят. ― Блейн? ― позвал его Курт, и как только Андерсон обернулся на голос, Хаммел тут же заключил его в крепкие объятья, которым тот с радостью подчинился. ― Как оно вышло? ― Ты был великолепен, ― Блейн получил нежный поцелуй в щёку и рассмеялся. ― Я спрашиваю у тебя, как у непредвзятого зрителя, а не как у моего парня. ― Тогда ты получил тот ответ, который хотел. Андерсон не стал спорить. Он лишь обнял парня крепче, уткнувшись носом в его шею. Скованность и напряжение, сопровождавшие его всё время пребывания на сцене перед глазами десятков школьников, сошли на нет в этот самый момент. Так Блейн чувствовал себя в безопасности. Только с Куртом. ― Теперь ты должен мне танец, ― на ушко прошептал ему Хаммел и, не дожидаясь ответа, провёл парня на танцпол, когда заиграла медленная мелодия. ― Курт! Курт, постой. Я не могу вот так… ― Конечно, можешь, ― перебил он Блейна, а, остановившись почти в самом центре танцующей толпы подростков, помог Андерсону расположить руки на своих плечах. Тот был смущён и напуган. Он совсем не рассчитывал танцевать и даже не подготовился. Хотя никакая подготовка не смогла бы помочь обрести столько уверенности, сколько бы Блейну потребовалось для того, чтобы решиться на такое. Поэтому эффект неожиданности спас ситуацию. А так же и то, что Курт взялся вести. ― Всё в порядке? ― Нет. Скорее всего, это выглядит нелепо. То есть, я выгляжу нелепо, ― Андерсон устало вздохнул, ― Мне лучше… Я хотел сказать… ― Перестань, ― мягко попросил Курт, ― Наша пара выглядит настолько нормально, что нас никто и не замечает. Расслабься и просто двигайся вместе со мной, ладно? Блейн кивнул и попытался сконцентрироваться на движениях. Он вспомнил их первый танец с Куртом. Это был кабинет хорового кружка, так ясно всплывающий в памяти. Строгий хореограф следила за каждым их действием, и Андерсон изо всех сил старался быть достойным такого партнёра как Курт. Потому что тот не уступал никому в сложном танце. Блейн помнит, как восхищался его пируэтами и складностью в поворотах. Он так отчётливо сейчас представлял лицо Курта и тот день, что непроизвольно заулыбался, утыкаясь в ворот его пиджака и вдыхая приятный запах его кожи. В таком положении было намного комфортнее. По крайней мере, так можно было избежать прямых заинтересованных взглядов и спрятаться от них. Забыться на минутку другую и представить, что они здесь совсем одни. ____________________________________________________ Песня Christina Aguilera ― Save Me From Myself