Осколки среди белых роз

Гермиона всегда любила Рождество. Больше, чем другие праздники. День рождения – это здорово, особенно в детстве: много подарков, поздравления и огромный, красивый торт со свечками. Но дни перед Рождеством наполнены особой магией: на улицах сверкают огни, отовсюду слышится музыка, пахнет корицей и сладостями, на ярмарках продают красивые елочные игрушки и вкусное какао. В семье Гермионы была традиция – каждый год перед Рождеством покупать новую фигурку на елку. Выбрать игрушку всегда разрешалось маленькой Герми, и каждый раз у девочки разбегались глаза от множества прекрасных фей, хрупких балерин, милых лисят и смешных щенков. Купленная после мук выбора фигурка занимала свое место на большой живой елке, украшающей каждый декабрь гостиную Грейнджеров. Некоторые, особенно любимые игрушки, Гермиона забрала с собой. В 24 она все так же любила наряжать елку, как и будучи ребенком. До Рождества оставалось больше недели, но пахнущее свежестью и детством дерево почти было наряжено. Девушка достала из коробки маленькую стеклянную змейку – в прошлом году она повела Драко на ярмарку, чтобы по традиции купить новую игрушку, и разрешила ему выбрать. Выбор, в общем-то, был очевиден. Гермиона улыбнулась и, все еще сжимая в руках стеклянную фигурку, подошла к окну. Снег шел без остановки уже несколько часов. На улице смеркалось, и в свете фонарей он блестел, как россыпь маленьких алмазов. В этом году первый снег выпал в конце октября. Драко был недоволен – он не любил холод и снег, и совсем не разделял восторга Гермионы от зимних забав. Пару лет назад она все-таки уговорила его пойти на каток. К удивлению Гермионы, Драко почти сразу смог почти уверенно кататься, хотя, скорее всего, не обошлось без магии. Малфой выглядел крайне довольным собой (если можно выглядеть еще довольнее, чем обычно), но само это занятие не оценил, назвав катание на коньках «странным и глупым передвижением по кругу». Перед глазами Гермионы всплыли образы Драко, с недовольным видом завязывающего шнуровку коньков, а потом передвигающегося в сторону катка медленными, но вполне уверенными шагами с выражением лица, будто его принудили к чему-то крайне неприятному. В тот день было невероятно красиво: снег медленно падал мягкими, крупными хлопьями. Они ложились на платиновые пряди, светлые ресницы и черное шерстяное пальто... Гермиона веселилась, любовалась Драко, пила горячий ароматный какао, дышала морозом, мускусным запахом мужских духов и любовью. Резкая боль в ладони вернула Гермиону из одного декабрьского дня двухлетней давности в темную комнату. Она разжала руку – на окровавленной ладошке лежали осколки того, что несколько минут назад было маленькой стеклянной змейкой.