Ночная прогулка

Тишина в замке убаюкивает. Она стала хозяйкой помещений, ведь все обитатели спят в тёплых кроватях в эту морозную зимнюю ночь… Сейчас слишком холодно и поздно, чтобы бодрствовать. Но нет, кто-то всё же вторгся в её владения. Чьи-то шаги нарушили покой крепости. Тишина прислушалась и спряталась в тёмный угол, наблюдая за вторженцем. Тот бесшумно вышел из своей комнаты лишь в рубашке и брюках. И направился вниз по ступенькам, и звук его босых шагов разлетелся вокруг. Тишина последовала за ним, спустилась по ступенькам, прошла мимо многочисленных дверей и окон… Тонкая ладонь с лёгкостью нащупала изящную ручку нужной двери и нажала на неё. Щелчок и стрекот прокатились эхом по замку и тут же повторились — высокая тень скользнула в огромный зал Нурменгарда. Закрыла за собой дверь. Здесь эхо было сильнее, каждый шаг босых ног отдавался от стен и возвращался к отправителю. И каждый тихий вдох с выдохом был слышен своему обладателю, усиленный троекратно. Человек прошёл в середину зала, холодный пол которого был исполосан слабым светом луны. Шаги направились к окну. Он застыл, смотря на чистейшее небо над Альпами, где было видно каждое созвездие и даже Млечный путь. Звёзды словно капли краски на тёмном холсте неуклюжего художника, что неаккуратно тряхнул кисточкой. Из-за пропитанного морозом воздуха они кажутся совсем недалёкими, протяни руку — и коснёшься хрупких светящихся хрусталиков в небе. Человек приоткрыл рот, будто пытаясь вдохнуть свежий воздух за окном, но в лёгкие попадает лишь запах дерева, новой мебели и книг. Он выдыхает этот запах, разочарованно отвергая его. А тишина следит за худым силуэтом на фоне окна, вздрагивает от каждого звука: будь то шуршание тонкой одежды или неаккуратный вздох. Человек отошёл от окна, будто заметив наблюдение. Он обернулся, зашарил взглядом вокруг, но никого не нашёл. Снова выдох. Босые шаги направились к выходу из зала, а оттуда — к воротам. Щелчок, стрекот, и человек на полпути к выходу. Несколько новых дверей, высоких окон, и человек возле каменных ступеней во двор. Один шаг, и человек оказался на улице. И наконец он вдохнул свежесть зимних гор, прикрыв глаза. До глубоких сугробов всего ступенька, но человек не спешит, слушает звон льдин Альп и слабый ветерок, что гуляет между вершинами. Тишина застывает в метре от него. Его глаза открылись, и в них отразилась луна, большая как зрачок. Человек застывает в сантиметре от нетронутого снега и задумывается. Ветер ласково потрепал его волосы, шаловливо коснулся неприкрытой шеи и забрался под лёгкую рубашонку, заставив мурашки пробежать по телу. Человек тихо выдохнул и пальцем коснулся покрытого коркой льда снега. В следующую секунду послышался хруст и баюкающий скрип — босая нога опустилась в холодный сугроб. Звук повторился, тишина отползла, и человек уже стоял по колени в снегу, его брюки начали намокать. Снег отреагировал на беззащитную кожу враждебно. Словно тысячи маленьких ледяных иголок ткнулись в ноги человека, желая прогнать его, отпугнуть, лишь бы он не шёл дальше. На это человек лишь выдохнул и рукой коснулся корки льда на сугробе. Прохладный лёд начал медленно таять от прикосновения горячего тела, а ладонь оцарапалась о маленькие льдинки. Человек оторвал руку от сугроба и пошёл дальше, к склону. Неуклюже, забавно со стороны, но уверенно. Тишина держалась в отдалении, вздрагивая от хруста сугробов под босыми ногами, который разносился в стороны слабым эхом. А человек всё шёл и шёл. Гладь снега начала опускаться, сугробы по колено постепенно стали достигать лишь щиколоток, когда человек подошёл к краю уступа. Измученные холодом босые ноги покалывало на морозе, мокрые штаны прилипли к телу. Это самое тело начало дрожать от нещадного мороза. Человек обернулся и посмотрел на чёрную громадину Нурменгарда на фоне неба. Над замком зарождался рассвет. Снова ветер коснулся человека, обвил его прохладой и обжёг мокрые ноги. Волосы растрепались окончательно, одна прядь упала на лицо. Вместе с тем ветер принес собой еле уловимый запах свежего хлеба из деревни у подножия. Человек принюхался и слабо улыбнулся — посиневшие губы позволили ему это сделать. Он крутанулся на пятке, не боясь обрыва в метре от него. Место для мыслей. Так называл его человек. И сейчас он снова пришёл в поисках решения своих проблем. Тишина бережно обволокла Геллерта Гриндевальда собой, грея и ничему не позволяя рушить его тяжелые размышления.