Я собака!

      Мотор взревел, и уже через несколько секунд Гром на мотоцикле скрылся из вида, оставляя после себя лишь рассеивающиеся выхлопы светло-серого газа. Постояв в дверях еще несколько секунд, Юля вернулась в дом. Нет, конечно, она не собиралась сидеть сложа руки, пока этот «доблестный представитель мужского пола» разбирается с Чумным Доктором, но рвануть за ним сразу выглядело бы подозрительно, да и бросать бедного Дубина не хотелось. Ведь он правда был неплохой малый. Наивный? Да. Но добрый, храбрый и честный, а кто-кто, а такой журналист как она, могла оценить эти качества по достоинству. Прислушавшись, она заметила, что за дверью стало подозрительно тихо. Ни стука, ни попытки выбраться, ничего.       — Эй, ты там живой вообще? Дим? — но ответа не последовало, раздался лишь тяжёлый вздох и шорох, сопровождающий скольжение ткани по дереву. Дубин медленно сполз по двери, садясь на пол. Говорить не хотелось. Он бездумно вертел фонарик, перебрасывая его из руки в руку, даже не следя за тем, поймает его, или тот упадет на пол. Темнота чулана действовала даже как-то успокаивающе.       — Дима, — тихо повторила Юля, подходя к двери и отзеркаливая положение напарника. — Ты же не собираешься просто сейчас взять и сдаться? Не больно-то на тебя похоже.       — Юль, — вдруг глухо прошептал Дубин, будто собираясь с мыслями. — Было у тебя такое, будто тебе казалось, что ты всё делаешь зря? Что неважно, делаешь ты что-то или нет, все всё равно считают тебя бесполезным?       Пчёлкина невольно содрогнулась. Конечно, бывало. Но при чём тут вечно позитивный стажёр? Она быстро вскочила на ноги и отперла дверь, подхватывая его под руки, чтобы тот не упал от неожиданности. Это было не дело. Вот сейчас точно не время раскисать. Но… Видок у Димы был тот еще. Волосы растрепались, очки чуть съехали с носа, а выражение лица было такое, будто только что прямо на его глазах разделали котёнка.       — А теперь рассказывай, что случилось? А, нет, стоп! — она спохватилась, увидев удивлённое выражение лица Дубина. — Где-то здесь точно должна быть выпивка. Мы же на даче у Прокопенко, верно? — он кивнул. — Вот, а такие люди, как он, обычно не только мотоцикл в гараже от жены прячут, — она улыбнулась, попутно осматривая полки на предмет алкоголя. Спустя пару минут поиска и в закрытых шкафчиках тоже, она нашла полупустую бутылку неплохого коньяка вместе с рюмками. — Вот, так-то будет лучше.       — Юль, не надо, — Дима замотал головой, проводя руками по волосам, чтобы привести их в надлежащий вид. — Я бы не сказал, что сейчас это хорошая идея.       — Я тебя спаивать не буду, поверь мне, — девушка кивнула и, не принимая возражений, налила буквально на два пальца себе и Дубину. — Мне просто нужно чем-то занять руки, а тебе освободить мысли. Я не такая бесчувственная, как может показаться. Я просто умею играть по любым правилам, кто бы их не устанавливал, — она взяла бокал и приземлилась прямо на пол, поджав под себя ногу и салютуя напитком стажёру. — Издержки профессии, — и развела руками. Дима нервно улыбнулся, всё же беря снифтер в руку, и сел напротив.       — А теперь рассказывай, что с тобой?       — Как тебе сказать, — замялся Дубин, старательно отводя взгляд в сторону. — Я с самого детства был идеалистом, мечтателем, как меня называли друзья. Хотел работать там, где смогу помогать людям, верил в них и им, несмотря на… В общем, были дела, ещё до Игоря, на Триумфальной, ты должна помнить, — Дима улыбнулся, вспоминая свое занимательное возвращение в Питер. — Знаешь, когда меня приставили к Игорю, я был счастлив, надеялся подружиться с ним… Да что ты так смотришь? — Пчёлкина покачала головой, слегка улыбаясь уголками губ, делая небольшой глоток.       — Это прекрасные качества, Дим, невероятные для такого мира, ладно, города. И это я сейчас серьёзно, я повидала много правда плохих людей. И Игорь… Он не один из них, хотя давай честно, он мудак! — припечатала она, с удовольствием следя за поднимающимися бровями Дубина. — Ну сам посуди, нелюдимый, грубый, расслабляется тем, что избивает людей в тёмных переулках, иногда даже невинных. А еще использует друзей, — произнесла она, загибая уже четвертый палец. — Ты не мог этого не заметить.       — Да, знаю я, — вздохнул стажер, припоминая все грешки Грома. И постоянные подколки, крики, и его вечные «сам разберусь», «не мешайся». — Знаешь, это действует угнетающе. Как будто мне с размаху разбили розовые очки, причем стеклами во внутрь, окуная с головой в реальность.       — Понимаю… Но, слушай, — отставив бокал, Юля вскочила на ноги, поднимая напарника за собой. — Пошел нахрен этот придурок! Если он не хочет дружить с тобой, я буду. Ты классный, по-настоящему. Я давно не встречала настолько искренних, добрых, верных и храбрых людей. Я видело много таких, как Гром. Он зацикленный на себе придурок с огромным ворохом комплексов, но у него доброе сердце. Он просто не знает, как выразить всё то, что он чувствует. И понадобится много времени, чтобы хоть как-то это исправить. Но сейчас, да пошёл он! Сейчас не важен один человек, мы вообще-то мир ещё должны спасти и поймать Чумного Доктора. Ты же сам говорил, что ты не ссыкун, а собака, и это единственное, что важно.       Дубин усмехнулся, чуть наклоняя голову. Сказано было грубо, но зато по фактам.       — Но ты же сама смеялась над этим?       — Возможно, — она уклончиво улыбнулась. — Говорю же, профессия. Но суть ты уловил. Боюсь, Игорь один не справится. Ты со мной? — она протянула руку. Дима неуверенно поправил очки и ответил рукопожатием, а после притянул Юлю к себе.       — Спасибо, — прошептал он, крепко обнимая девушку. — А пафосную речь у меня скопировала?       — Ну тебя, — Пчёлкина шутливо оттолкнула Дубина, похлопывая его по плечу и отходя к машине. — Тебя долго ждать? А то опоздаем ещё! И как мы всё же будем сражаться с чуваком с огнемётами в руках? — вопросительно приподняла бровь Пчёлкина, запрыгивая в автомобиль.       — А мне понравилась идея Игоря с огнетушителем, — отозвался Дима, садясь следом и пристегивая ремень. — Смоем этого Чумного Доктора из Питера!