Сигаретный дым и краска для печати

Слэш
R
В процессе
33
автор
Размер:
планируется Макси, написано 115 страниц, 11 частей
Описание:
Феликсу нужно написать статью о Хёнджине, который терпеть не может журналистов. Хёнджину нужна новая порция вдохновения. Ну а Чану нужно к психологу.
Посвящение:
Stay.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
33 Нравится 64 Отзывы 10 В сборник Скачать

Часть 5. Верить или нет?

Настройки текста
Примечания:
Johnny Cash - Hurt
      Дождливые дни в летнее время — явление редкое. Для большинства людей — это как та самая ложка дёгтя, но для Феликса — это спасение. Он неспеша прогуливался по тротуару, раскрыв над собой радужный зонтик, который когда-то ему подарил Чан. Пока остальные бежали, кто куда, он получал удовольствие, перепрыгивая лужи и иногда убирая зонт, чтобы поглядеть на серое небо и ощутить на своём лице холодные капли долгожданных небесных слёз. Приятная прохлада пробиралась под джинсовую куртку, оставляя после себя мурашки на белоснежной коже и приятную дрожь, от которой Ли сильнее сжимал ручку от зонта. — Хорошо, — с улыбкой сказал он и прикрыл веки, в очередной раз подставляя лицо под капли дождя.        Когда он вошёл в ветхое здание, где были расположены редакция и типография, в нос врезался резкий запах сырости, краски и какой-то новый, как будто смесь мятного чая и малинового варенья. Но, понимая, что этим запахам просто так здесь было взяться неоткуда, Феликс подёргал носом и ускорил шаг, поднимаясь по лестничным пролётам, переступая ступеньки через одну. Как только он оказался на лестничной площадке второго этажа, там, где находился офис редакции, он замер на предпоследней ступеньке, наблюдая перед собой удивительное действие. — Ты что делаешь? — озадаченно спросил он.       Минхо, держа в руках две какие-то тлеющие палочки и напевая что-то себе под нос, остановился и грозно на него посмотрел. — Тшшшшш, не мешай! Спугнёшь!       Феликсу оставалось только облокотиться на перила и ждать, пока его коллега закончит со своим шаманским пением и соизволит объясниться.       Минхо же, в свою очередь, заканчивать не собирался, а наоборот, только вошёл в кураж, и к пению добавились плавные взмахи руками и повороты корпусом, с наклонами в разные стороны. Он двигался грациозно, как цирковая кошка, пропевая сложные партии, больше похожие на крик цыплёнка, который только учится кукарекать и испытывает терпение своего хозяина, который стоит каждое утро с топором наготове, чтобы избавить себя от этих визгов и набить брюхо запечённым на костре мясом. — Совсем уже, — пробубнил Феликс и, увидев на тумбе, которую они когда-то с Минхо вытянули по ненадобности и которая теперь служит квартирой для крыс, стакан воды, стремительно направился к нему. — Стой, Феликс, не..... — начал Минхо, но, узрев, как Ли довольно вытирает рукавом губы, взялся за голову. — Демон! Паразит! Вредитель! — причитал он, перебирая пальцами волосы. — Ты что наделал?       Феликс не понимающе посмотрел на него. — Воды выпил, — Минхо побелел. — Слушай, если тебе жалко, я тебе этой воды несколько баклажек куплю, окей? Только когда мне зарплату выдадут…       Минхо затряс головой. — Нет, нет, ты не понимаешь! Ликс, это не просто вода!       Ли осторожно покосился на пустой стакан, по стенкам которого стекали капли недавно выпитой жидкости, перебирая в голове варианты того, что бы он мог в себя влить, что у Минхо случилась такая паника. — Там мышьяк? — с ужасом спросил шатен.       Минхо покрутил у виска. — Дурак что ли? Какой ещё мышьяк? — А я знаю? От чего ж тебя тогда так трусит, как не от пожизненного срока, который мог бы появиться на горизонте, свались я сейчас замертво?       Второй поразмыслил и решил выдать свою тайну. — Это святая вода…       Феликс поперхнулся слюной. — Я ею писал на двери «Удача приди», для ритуала… А потом…       Младший его перебил, скривившись от отвращения. — Ты туда что, пальцы макал????       Минхо опустил взгляд, а Феликс насупился, почувствовав, как к горлу подкатывает тошнота. — Ты же пальцем это писал, да? Или… — Да, пальцем, конечно, с ума сошёл?       «Это кто ещё из нас с ума сошёл. Минхо сегодня явно не в себе», — подумал Ликс. — Я подумал, что нам бы это не помешало, и решил перед работой всё быстренько сделать… А тут ты… И весь труд насмарку, — грустно подытожил брюнет.       Феликс осторожно подошёл к коллеге и аккуратно приобнял его за плечи, нашёптывая: — А знаешь? Я вчера чувствовал, что сегодня дождь пойдёт… Вот как-то, — он поставил руку на сердце, — как будто кольнуло меня внутри. Я, вот что подумал… — Ли крепче стиснул его плечо, а Минхо испуганно на него посмотрел. — Может, я тоже… Того? — Чего «того»? — так же шёпотом спросил Минхо.       Феликс, еле сдерживая смех, понял, что надо вести линию до конца, потому что тот ведётся. Он стал напротив, заглядывая ему прямо в глаза и пальцем показывая, чтобы тот придвинулся. Минхо, чьё сердце замерло, наклонился и внимал каждому его слову. — Кол-дун… — зловеще прошипел Ликс, наблюдая за тем, как же отреагирует его напарник.       У того сначала глаза стали размером с блюдце, на лбу проступил пот, а руки задрожали, как будто его голым выставили в -40. Но, внимательно рассмотрев лицо Феликса, которое было уже бордовым от сдерживаемого смеха, он понял, что его нагло подловили на его же доверчивости, и он с силой оттолкнул от себя друга, который тут же разразился хохотом на все три этажа. — Иди ты! — обиженно сказал он и затушил благовония, держа курс на вход в офис.       Феликс последовал за ним, прихватывая стакан. — Ну прости меня, прости, я не мог удерж… — войдя в кабинет, Ликс скрестил руки на груди. — Это что ещё такое???       На его рабочем столе была заботливо постелена алая скатерть, на середине которой горела толстая церковная свеча, наполняя воздух ароматом мёда, потому что церковные свечи делали из натурального воска.       Минхо почесал затылок. — Я что знал, что именно сегодня ты решишь не опаздывать?       Феликс нахмурился. — Так, убирай это всё, живо! Это уже не смешно.       Брюнет хмыкнул. — А я и не клоун, чтобы тебя смешить. Ещё потом «спасибо» скажешь, — он прищурился, глядя на огонёк, и показал пальцем. — Видишь? Пламя ещё дрожит, надо подождать и тогда загадывать!       У Феликса лопалось терпение. — Хорошо, я подожду и загадаю, чтобы твой недуг поскорее прошёл и ты перестал смешивать церковь и эзотерику. У-би-рай!       Минхо зыркнул на него, но выполнил его просьбу, что-то недовольно бормоча себе под нос.

***

      Дождь всё сильнее бил по окнам, то и дело отвлекая Ликса от написания хотя бы каких-то заметок о Хёнджине и его концерте. Он думал, как бы написать о нём так, чтобы избежать грязи и преувеличений, ибо без фотографий, вся та провокационная информация, которая у него была, не имела никакого значения. Как назло, в голову совсем ничего не приходило. Он мечтательно высматривал на стекающих потёках воды, узоры, а если не находил, то придумывал их себе сам. — Псссс, Ликс, — донеслось откуда-то сбоку.       Ли прикинулся глухим и не отзывался. — Ли Феликс, я знаю, что ты морозишься, и просто делаешь вид, что чем-то занят, — официально произнёс Минхо.       Феликс закатил глаза и повернулся. — Чего тебе?       Минхо достал какую-то книжку, зелёного цвета, на которой большими буквами было написано «ХИРОМАНТИЯ, или сто способов предсказать свою судьбу», и потряс ею, завлекая. — Давай погадаю!       Шатен поставил руки на стол и положил на них голову. — Ты же не отстанешь, если я скажу «нет», верно?       Тот помахал головой в разные стороны. — Хорошо, но после этого не трогать меня до конца рабочей недели, ясно? — Слово пацана!       Феликс хихикнул, потому что такие выражения у Минхо проскальзывали редко, но всегда метко. — Ладно, давай, Нострадамус ты наш.       Минхо поднял указательный палец вверх и поучительным тоном сказал: — Это астролог, а я хиромант! — Хиро что? — Да хватит вопросы задавать и сядь уже рядом! — прикрикнул тот.       Феликс повиновался и нехотя встал с мягкого стула, подхватывая его, чтобы взять с собой. — Что за бабка-шептуха сегодня в тебе проснулась? — в недоумении спросил он, усаживаясь рядом и протягивая правую ладонь. — Нет, мужчины левую дают, — Минхо потянулся к левой. — У меня в роду цыгане были, бабушка сказала, что у нас этот талант из поколения в поколение передаётся.       Феликс расхохотался ещё громче, чем в коридоре. — Какие цыгане, Минхо??? Извини за прямоту, но… Ты в зеркале себя видел? Ты чистокровный кореец! — он бил рукой об стол. — Хахах, не могу. Я с тобой точно от смеха умру. — Всё тебе шутки, а я правду говорю! Я тебе принесу фотографию моего прапрадеда, когда у бабушки выпрошу, сам посмотришь!       У Феликса началась задышка и потекли слёзы. Минхо разволновался. — Ты как? — он потряс шатена за плечо.       Ликс поднял голову и сделал несколько глубоких вдохов. — Порядок. Давай уже, показывай свои цыганские фокусы!       Минхо показал ему язык и принялся изучать линии на его ладони. — Тебе рассказать про любовь, жизнь или судьбу?       Феликс ненадолго задумался и сказал: — Любовь!       Минхо промычал и начал рассматривать самую первую линию, водя по ней пальцем и больно царапая ногтем. Феликсу было не очень приятно от этих прикосновений и он молился, чтобы цыган, внезапно проснувшийся в сознании Минхо, так же внезапно и уснул, оставив их в покое.       Тот оторвался от разглядывания и взялся листать книжку, оглушительно переворачивая страницы, будто намеренно издеваясь над желтоватой дешёвой бумагой. Он дёргал так резко, что у Феликса болела душа за листики и он боролся с собой, чтобы не выхватить эту кладезь антинаучной чуши и не найти ей более бережного хозяина. — Так-так..... Нашёл! — брюнет снова взял ладонь и что-то сверял с книгой, настолько увлечённо, что уже и Ликсу стало интересно. — Ну, что там? — нетерпеливо спросил он.       Минхо поднял взгляд и серьёзно посмотрел на него, как будто готовился сказать что-то ужасное. Его взор был настолько пронзительным, что у Феликса задрожали поджилки. — Значит так. Вот, — он вновь провёл пальцем по первой линии. — Видишь? Это линия любви, она начинается у тебя под средним пальцем.       Феликс кивнул, мол видит. — Это значит эгоизм в любви. — То есть? — решил уточнить младший, но Минхо как будто его не слышал. — Эгоизм мой или того, кого я буду любить? — ответа так и не последовало. — Вот здесь, — он надавил на пересечение с другой линией, от чего Феликс скорчился. — Она пересекается с линией жизни, а это значит, что тебе легко разбить сердце.       «Ну да, прям открытие сделал. А кому его нелегко разбить? Разве что тем, у кого его нет. Вот, роботам, например! Хотя со мной бы поспорили те, кто их создаёт», — произнёс внутренний голос Ликса.       Минхо перелистнул несколько страниц, разрезая воздух звуком шелеста, и как будто чем-то опечалился. — А вот это… Видишь, тут разрыв в самом начале?       И, действительно, у Ли в самом начале, так называемой, линии любви был как будто какой-то маленький разрывчик, как будто сначала она шла пунктиром. — Вижу, — кивнул он.       Минхо ещё раз вздохнул. — Это говорит о тяжёлой эмоциональной травме, которая последует за любовью всей твоей жизни…       Феликс забрал ладонь и похлопал Минхо по плечу. — Я всё равно в эту чушь не верю, это просто череда совпадений! Не более! Как бы людям не хотелось верить в чудо и предсказания, Минхо, этого нет. Это просто наши иллюзии и попытки оправдать собственные косяки.       Шатен встал и хотел отойти, как тут на весь кабинет зазвонил телефон. Он мигом рванул к своему столу. На экране было написано «Хёнджин», а на его лице расцвела улыбка. — А вот и любовь, — тихо произнёс Минхо провожая его взглядом.       Феликс откашлялся и, сделав «занятой» вид, пальцем протянул зелёный кружочек на экране. — Слушаю, — необычно низко сказал он, что Минхо аж подскочил. — Эээ… Привет? Это Феликс? — Он самый, — Ликс присел, потому что стоять было сложно, так как вся энергия уходила на голосовые связки, чтобы звучать максимально серьёзно. — Можешь говорить? — Пока да. — Как смотришь на то, чтобы выпить кофе?       Феликс задумчиво посмотрел на часы и быстро взвесил в голове все «за» и «против». Вспомнив, что начальник ему сказал не появляться пока что-то не нароет, и что ещё несколько таких приколов от Минхо его доконают, он согласился. — Отлично, — было слышно, как Хёнджин хлопнул об что-то. — Тогда выходи, я уже приехал.       У Феликса шире раскрылись глаза. — К-куда ты приехал? — запнувшись, спросил он. — Как это куда? На СТО, стою перед воротами. Вот, смотрю, как мужики к окнам поприлипали и смотрят на мою красавицу, — он нежно погладил руль. — Тебя только не видно, вот и спрашиваю занят или нет.       Феликс дал себе рукой по лбу. — Чёрт, совсем забыл! — прошипел он. — Что? — переспросил Хёнджин. — А? — Феликс понял, что сказал это вслух. — Ничего, забудь. Я… Я закончу сейчас и выйду к тебе, хорошо? Ты только жди в машине!!! Не выходи и не заходи за мной, понял? Жди в машине!!! — Хорошо, хорошо, жду, давай быстрее только, я не завтракал и мой желудок скоро наизнанку вывернется. — Ага.       Феликс сбросил вызов и упал на стул, соображая, что же делать дальше. У него вылетело из головы, что Хёнджин не знает о том, что он журналист и, естественно, он приехал туда, к Чану.       Он снова взял в руки телефон и набрал уже Чана. — Да? — на фоне слышался шум от сушилок. — Ты на работе? — Феликс, ты на конкурсе тупых вопросов? — он отодвинул от уха трубку, чтобы было лучше слышно. — Теперь понятно, что не в Диснейленде?       Феликс издал смешок. — Я скоро буду. Как к вам быстрее добраться?       Чан замолчал. — Чан? — Тут мужики говорят, что опять этот на Импале прикатил. Ты к нему? — Чан, это не касается моего вопроса! Как к вам быстрее добраться?       Тот громко вздохнул. — На автобусе минут за 10 доедешь, — сухо бросил тот. — Ага, а чёрный вход есть у вас? — Да. — Жди меня там! — Феликс… — начал говорить Чан, но шатен бросил трубку, как и с Хёнджином.       «Хван, чтоб тебе повылазило, Хёнджин. Ты — причина моих проблем», — буркнул он и, махнув рукой Минхо, быстро выбежал из кабинета.

***

      Чан встретил его с руками на поясе и сдвинутыми бровями. С Ликса текло три ручья, потому что, как только он вышел из автобуса, то дождь как будто специально пошёл ещё сильнее. — Давно не болел?       Феликс фыркнул. — Дай мне какую-то рабочую одежду и быстро высуши мне волосы!       Чан приподнял бровь. — Ликс, эти сушилки для салонов автомобилей, ты лысым остаться можешь, — Чан принюхался. — Чем это от тебя пахнет? — Минхо демонов из меня выкуривал, давай, суши меня, быстрее, он ждёт!       Чан развернулся и порылся в ящичке, доставая необходимый прибор. — Значит, ты всё-таки к нему?       Феликс кивнул, снимая с себя футболку и джинсовую куртку.       Чан старался не смотреть на него и взялся подключать вилку к розетке, но, непонятно чего, его руки задрожали и он промахивался. — Ну, что там? — нетерпеливо спросил Феликс, понимая, что его 10 минут растянулись почти на час. Но Хёнджин терпеливо ждёт его и не подгоняет звонками. — Садись.       Младший послушался и ему в затылок подул такой напор воздуха, что не только можно было лысым остаться, а и вовсе без головы.       Чан бережно сушил его волосы, зарывшись в них ладонью и перебирая пряди, чтобы тёплый воздух равномерно распределялся по всей длине. Феликс, как кот, закатил глаза от такого массажа и нахмурился, когда Чан выключил импровизированный фен и убрал руку. — Готово! — сказал старший, выключая аппарат, давая ему чистую майку одного из механиков, который по комплекции был схож с Феликсом. — Штаны надо?       Феликс натянул майку и осмотрел джинсы, которые были немного влажные у подворотов. Он махнул рукой. — Так сойдёт, лучше дай мне свою куртку, я тебе верну, как только мы вернёмся!       Это «мы» взбесило Чана и он не дал куртку Ликсу, а швырнул ею в него. — Ты чего? — удивлённо спросил Феликс, опешивший от такой резкости. — Ничего, — Чан протер глаза. — Одевайся и вали отсюда, мне работать надо!       Феликс был в шоке от такого тона. Чан никогда с ним так не разговаривал. — Чанн-и, я тебя обидел чем-то? — он медленно приближался, протягивая к нему руку, но тот отшатнулся. — Нет, всё в порядке. Прости. У меня просто много работы.       Чану хотелось схватить его за руку и не пускать к тому рокеру на крутой раритетной тачке, обнять Ликса и вечно слушать это его «Чанн-и», которое он выговаривал ещё нежнее чем его мать. — Ну… Я тогда… Пошёл? — Ли неуверенно направился к выходу из подсобки. — Ага, — коротко ответил тот. — Я вернусь и отдам тебе куртку, а ты мою пока высуши, хорошо?       Чан кивнул. — Иди уже, ради всего святого.

***

      Феликс бегом добрался до Импалы и постучал дремлющему Хёнджину в окно. Тот с усилием открыл глаза и внимательно посмотрел на стучащего, вспомнив, что он ждал Ликса, он тут же выпрямился и показал, чтобы тот садился рядом. — Прости, что так долго, — виноватым тоном сказал Ли, усаживаясь на переднее сидение. — Много работы, которую взвалили на меня, как на младшего.       Хёнджин посмеялся. — Да ничего, понимаю. Мы тоже нашего Чонинку сначала кошмарили, чтобы он студию после всех убирал. И инструменты складывал.       Брюнет повернулся к Феликсу и с улыбкой смотрел на него, от чего тому стало немного не по себе.       Хёнджин сделал несколько шумных вдохов и, ухмыльнувшись, завёл машину. — Ты что, у гадалки был? — спросил он, включая магнитолу и щёлкая на переключатель в поисках «той самой» песни.       Феликс не знал, что ответить и решил промолчать, потому что история с Минхо бы никак не вписалась в будни автомойщика.       Но Хёнджин не отставал. — Да ладно тебе! Это не стыдно! Каждый хоть раз, да ходил. Интересно же.       Феликс только угукнул. — Я вот… — Хёнджин почесал голову, поворачивая одной рукой руль, на что Феликс просто залип. — Тоже был пару лет назад. Такое мне наговорила, аж смешно. Но зато галочку в голове поставил, ахах.       Феликс его как будто не слышал. Он смотрел, как вальяжно он водит своей кистью по кожаной поверхности руля, как постукивает утончёнными пальцами в ритм музыки, как венки становятся видны каждый раз, как он обхватывает ладонью свой штурвал.       Ли смотрел на это и облизывал губы, косясь на свои руки, которые уж точно таким изяществом не пестрели. Обычные руки писателя. С раздёртой кутикулой и отсутствием маникюра, потому что ногти раздражающе бьют по клавишам. — Что она тебе сказала? — прервал его размышления Хёнджин. — Кто? — спросил Ли, понимая, что он пропустил половину их разговора.       Хёнджин снова рассмеялся. — Гадалка что тебе сказала? Ты чего это переспрашиваешь? Тоже не выспался?       Феликс поправил волосы. — А как ты понял, что я… У гадалки был? — Запах.       Младший вскинул бровь.       «Неужели не выветрилось? Минхо, чтоб у тебя кошка облезла» — Ясно… Ну, раз уж ты меня раскусил, скажу, — он почесал нос. — Сказал…ла..... Про какой-то эгоизм в любви, разбитое сердце и эмоциональную травму. Но я не верю в это. Всё равно всё от меня зависит а не от каких-то линий на ладони.       Хёнджин как будто занервничал и взялся за руль двумя руками, сжимая его и царапая ногтем на большом пальце. Мимо Феликса это волнение не смогло пройти. — А тебе что сказала? — поинтересовался он.       Хёнджин посмотрел на него и через несколько секунд улыбнулся. — Сказала, что я в 25 буду женат и у меня будет двое детей, — он рассмеялся.— Можешь себе представить? Я и женат. И дети. Не дай бог, если он есть. Не с моим образом жизни. — Ну, тебе когда будет 25?       Хёнджин задумался. — Через год.       Младшему тоже стало весело. — Ну да, за год такие изменения вряд-ли произойдут.       Он уставился вперёд, а через магнитолу полилась красивая музыка, которая ласкала слух Феликса своим нежным звучанием. — Вау, — он прикрыл глаза опускаясь ниже на сидении. — Как красиво.       Хёнджин, молча, согласился, и оставшееся время они ехали в тишине, слушая, как чужие пальцы, касаясь тонких гитарных струн, умело тормошат самые тёмные закоулки души обоих. А хриплый голос, рассказывая свою печальную историю, будто пророчит будущее одного из них.
Примечания:
Извините за ошибки, если они есть. Писать с телефона страх как неудобно, а ноут со мной попрощался, жду, когда отремонтируют.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты