Геи тоже счастливы

Чимин сидел за столом в столовой, и с улыбкой разговаривал с Джуном и Джином о планах. Кушая попутно обед, Пак так увлекся разговором, что не заметил как к нему приближается тот самый амбал, а сзади друганы лишь кашлянули, привлекая замершего Чимина внимание. Пак оборачивает голову, а палочки вывались из руки, и запуганные глаза медленно-медленно поднимались наверх, пока не остановились у дерзких, таких угрожающих глаз. — Это, моё место, — низкий голос с наглой интонацией прозвучал нейтрально, но в столовой как-то значительно стало тише. — Но оно всегда пустое, — вмешивается Джин, явно не довольствуясь. — А я говорю — моё. Чимин дожевывает рис, и прокашливаясь, глянул невинно и виновато в тоже время. — Но… Полно других пустых мест… Сдался тебе этот? — Тебе так сложно пересесть?! — рявкает амбал, не находя оправданий. Чимин резко срывается с места, оказавшись также ниже парня. — Да! Сложно! Амбал двигает челюстью от злости, и агрессивно задышав, резким взмахом ударяет кулаком нежную щеку Пака. Чимин с болезненным стоном падает на других студентов позади себя, и те забушевали, начали судорожно помогать встать покачивающему Паку. — Это чё бля, ты сейчас, быканул? — послышался позади угрожающий голос. Амбал оборачивается, пробежавшись кратко глазами по толпе недовольных гопников. — Свалите в закат. Не ваше дело, стадо баранов. — Ты как с этой конфеткой ведешь себя, двухметровая очкопоная мразь? — парень с шрамом отстраняет гопников со своего пути, и дает кулаком под крепкую челюсть, что грохот прошелся по столовой, когда амбал сваливается на стол, а после болезненно на пол. Друзья Чимина чуть отсели, и приводили в состояние шокированного, с красной щекой Чимина. Началась бойня, остальные гопники стали хорошенько избивать братанов амбала, а некоторые не давали шанса убежать самому жирдяю.

***

Побитый Амбал со слезами на глазах, держась за свою побитую руку, похрамывая шёл из столовой спешной походкой, а сзади еле шли его друзья. Мин стоял недовольный, и сморщившись гневно, дал подзатыльник амбалу. — Придурок, пидораса не смог прищучить, ты что за такая идиотина, а?! — амбал молчит и косится на банку пива в руке Юнги. — Хуй те, не заслужил, — Юнги отталкивает с прохода парня, и идет в столовую. Гопники вновь окружили ошарашенного Чимина, что всех поблагодарил, но те уж слишком потрудились. Гопники просто сияли от того, что их хвалят и благодарят. — Эй! — кричит Мин друзьям, те пошли медленно к нему. — Вы че блять сделали? — поджав губы, Юнги оглядел их. — А чо? — А чо?! Вы только… Вы только что защитили хуеблана! — шипит Юнги, стиснув банку длинными пальцами. — Так это ты подослал ебанного амбала? — хмурится Хохол. — Бля, Юнги, я думал что мы братаны, а ты? — все зацыкали, и начали пятиться от Мина. — Вы… Вы куда?! — Мин заикается, и растерянно провожает взглядом гопников, что уже не реагировали на отклики. — Вы серьезно будете братанами для пидораса? Братаны… — грустно подает звук Юнги, и сделал обреченный, и короткий шаг вперед. Гопники сели за стол к Паку, а Чимин всё же заметил их ссору. — За что вы так с ним? — шепчет Пак, и глядит как Мин опускает грустно голову, и вяло уходит из столовой. — Потому что он поступил как последняя сволочь, твою мать, он сделал так, чтоб амбал на тя напал, ну не охуел, мразь? — Так на меня… Вы то его лучшие друзья, — Чимин заламывает брови, все же погрустив за Юнги. — Бля, Чиминка, он должен был вдуплять что не надо так делать, но он блять так тебя ненавидит, что из-за этого мы его ненавидим, ты ведь хороший чел! Чимин кивает, и опершись о руку щекой, вздыхает. Даже если оскорблял как только можно, подослал амбала, но стало так грустно за гопника. Но заслужил ли это? И вдруг Чимин всю их долгую и верную дружбу разрушит… Но может планирующая на выходные вечеринка Джином и Джуном их вновь объединит?

***

В кабинете идет урок, а пока гопники перекидывались бумажками с парты на парту, сдержанно смеялись. Часто кидали к Паку, а старый учитель только и галдел тему, не оборачиваясь к аудитории. Чимин с тихим смехом кидал в ответ, и решил кинуть и Мину, что даже никто не кинул ему и не окликнул. Пак спешно пишет, и скомкав маленькую бумажку, кидает на парту Мина. Тот поднимает опустивший взгляд на парту, и не поняв от кого бумажка, раскрывает, с прищуром читая: «Почему ты пропускаешь всё мимо? А мог уже попробовать землянику, и смешать её с пивом» Мин тупо моргает, и перечитывает записку по нескольку раз. Оглядывая кабинет, но никто на него не смотрит, и лишь Юнги глупо глазел на текст, и всё не понимал, какую землянику попробовать? И зачем смешивать с пивом? И даже если он чувствовал как пахнет приятной земляникой Чимин, Юнги сейчас всё позабыл, массируя окаменевший мозг запутанными мыслями. Скучный урок наконец заканчивается, и Юнги держа одной рукой бумажку, другой вяло берёт черный, помятый, и старый рюкзак, что лежало почти ничего. Чисто чтобы положить туда после колледжа по четыре и то, по пять банок пива. Чимин конечно косился на затормозившие темные глаза, а сам Мин шаркающими шагами направился прочь с кабинета, не перекинувшись ни с кем словами. — Крюк… — окликает Пак, и продолжает смотреть на спину уходящего гопника. — Ась? — поднимает голову Крюк с лохматыми волосами. — А Юнги чего-нибудь понимает? — Конечно, например, вот этот жест, — Крюк сжал кулак, а другой пошлепал ладонью по дырке, вкратце — «трахаться» Чимин цыкает, и убирает руки прочь с пошлым жестом. — Я не об этом! — шипит Пак. — Например, намёки? — О не-ет, хоть убей, не понимает, — Крюк резко закачал головой. — А у него были девушки? — Была одна, — вздыхает Крюк, и поднимается со стула. — Та ещё охуенная штучка, правда зад у неё меньше твоего. — Мне кажется, или ты на мой зад часто пялишься? — нахмурился Пак. — Тебе не кажется, — гогочет тот, и сразу же прокашливается, возвращаясь к прошлой теме. — Короче, была, но она потрахалась во-о-он с тем, и даже сказала, что у Юнги такой себе член,  — Крюк указал на одного симпатичного студента. — Он сволочь, сразу скажу, не разговаривай с ним. — И как после измены Юнги отреагировал? — Пак со скорбью заламывает брови. — Ну как-как, загрустил, приуныл, стал тихим, проходил таким полторы недели, а потом все пошло по маслу, а точнее по пьяни. — Он напивался?.. — Бля, братан, сорри, но он просил никому об этом не базарить, сам захочет — расскажет. — Я понимаю, спасибо! — Пак улыбается Крюку, и тот в ответ кивает. Чимин выходит из кабинета, и идет по коридору, замечая, как Мин стоял у расписания, и с прищуром пытался прочесть следующую пару, проводя указательным пальцем по маленьким буквам. Пак улыбается, наблюдая за усердностью гопника, и тот тихо шепча слова, рявкает, и снова перечитывает. У него явно что-то со зрением. Пак приподнимается на цыпочки, и приблизившись к уху, шепчет: — следующая пара — химия… — Химия? Блять, ну нахуй, я даже тетрадь не взял, пиздец, — Мин вздыхает, но опомнившись, резко оборачивается. Чимин расплывается в улыбке, и машет в приветствии пальчиками. — Слушай, мы устраиваем вечеринку… — начинает сразу Пак, и ковыряется в кармане. — Мне то какое нахуй дело? — обиженно говорит Мин. — И мы хотим чтобы все наши знакомые и друзья пришли туда, — Чимин вынимает приглашение с адресом. — И поэтому, ждём тебя. — Ну нахуй, не возьму это! — Юнги шлепает его слабо по руке, и бумажка выпадает из руки, падая на пол. Чимин провожает удаляющегося в спешке гопника и кивает вяло, и не забирая бумажку, шагает прочь. Юнги всё же притормозил, и оборачивается, убеждаясь что Чимин ушёл, подбегает, и поднимает бумажку, шагая в нужное место. Ну и зачем взял? — думает другая сторона Юнги. — «Пусть будет, подотрусь» — шуточно отвечает сам себе Мин, и прячет глубоко в кармане грязных штанов.