vermilion

Слэш
NC-17
В процессе
24
автор
JkLovelyTae соавтор
Размер:
планируется Макси, написано 55 страниц, 7 частей
Описание:
Что может быть общего между двумя парнями, если первый с детства слышит вместо привычной музыки религиозные песни, никогда не идёт против воли родителей и думает лишь о церкви, а второй — самый настоящий бунтарь, которому плевать на все правила, созданные другими и который ведёт себя так, как хочется ему самому, а вместо церкви посещает ночные клубы?
Посвящение:
Всем фанатам Тэхёна-актива и Чонгука-пассива :)
Примечания автора:
Моё вдохновение — это Crystal Castles и Sidewalks And Skeletons. Послушайте что-нибудь у них, а пока вот список треков, под которые пишется этот фанфик:
• Crystal Castles — Kept;
• Sidewalks And Skeletons — Dose;
• Sidewalks And Skeletons — Entity;
• Crystal Castles — Concrete;
• Sektorjazza — Red;
• Emk3n — Will he.
Плейлист будет пополняться.

— Визуализация героев:
• Тэхён — https://weheartit.com/entry/312038181
• Чонгук — https://br.pinterest.com/pin/490470215668677775/
• Сокджин — https://www.pinterest.com/pin/759560293385305219/
• Намджун — https://favim.com/image/6287786/
• Чимин — https://www.pinterest.ch/pin/750623462873642651/
• Юнги — https://www.pinterest.com/pin/516999232231868967/
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
24 Нравится 4 Отзывы 19 В сборник Скачать

паническая атака;

Настройки текста
Примечания:
Это все музыка Joji, которая была со мной от начала и до конца этой главы. И, конечно же, спасибо моему любимому соавтору, с которым я совместно пишу эту работу!
Чонгук был зол. Он шёл по ровной протоптанной тропинке, ведущей прямиком к выходу. Голова была забита чем угодно, но только не тем, чем нужно. Впервые с Чоном происходит подобная ситуация. Он не конфликтный парень и не имеет недоброжелателей в школе, потому что все считают его хорошим; по крайней мере, Чонгуку так говорят другие ученики. Но этот бунтарь неисправим. Он словно лезет под кожу и пытается спровоцировать его на конфликт, — это Чонгук понял не сразу, но доходить начало только сейчас. Все его фразы, колкости и жесты, — все кричало о том, что этот парень любитель провоцировать других на конфликты. А ещё, скорее всего, он нарушает правила, курит, пьёт и делает все, что хочет. Чонгуку это чуждо. Он никогда не понимал людей, которые идут против правил. Какой в этом толк? Нарушение правил — это уголовная ответственность, а кому нравится иметь дело с полицией и судом? Бунтарь, видимо, не первый раз гоняет на мотоцикле, а уж тем более нарушает правила дорожного движения. Чонгуку вообще кажется, что этот парень соткан из всех грехов. Подобных людей никогда не примут небеса, а уж тем более Бог. Они сами отреклись от этого, встав на сторону Сатаны. Засидевшись в собственных мыслях об этом парне, Чонгук не сразу понял, что на его лицо что-то капнуло. Чуть позже почувствовав влагу на своей щеке, он посмотрел наверх. Было пасмурно и достаточно темно, а каплей дождя постепенно становилось все больше и больше. Чонгук продолжал стоять на одном месте, подставляя ладонь, об которую тут же ударялись капли воды, но до той поры, пока не прогремели первые звуки грома. Это было резко и громко, отчего подросток вздрогнул от страха и посмотрел на небеса. Его отец рассказывал ему, что это рук дело Бога. Только Моисей мог остановить раскаты грома и капли дождя, но сегодня, видимо, у Бога свои планы. Чонгук с самого детства боялся грозы, поэтому часто прятался под одеялом, когда Бог решал спустить на грешную землю дождь и гром. Никто не успокаивал маленького Чонгука, потому что отец говорил ему, что в дожде и грозе нет ничего плохого. Это не Сатана и не его приспешники, но страха от этого меньше не становилось. Было бы лучше, если бы это все-таки было рук дело Люцифера. Так хотя бы прятаться под одеялом в страхе было более резонно, а ненавидеть то, что создал Бог, было самым настоящим предательством. Чонгук чувствует давление на шее. Его одежда насквозь промокла, а волосы прилипли ко лбу. Он пытается сделать шаг, потому что какой-то долей сознания понимает, что должен быть уже дома. Но тело не двигается, а во рту появляется привкус железа. Чонгук трогает шею руками, пытаясь «сбросить» с себя чужие конечности, но понимает, что это не работает, поэтому падает на колени и безмолвно кричит. Дышать становится тяжелее, а фантомные руки будто бы пытаются убить его. — Черт возьми, ты ещё не ушёл? — послышалось сзади, но Чонгук не мог даже пошевелить шеей. Тэхён достаточно насиделся на кладбище, решая все-таки пойти домой, потому что у его мамы возникнут к нему некоторые вопросы. Ким не любит отчитываться перед людьми, а уж тем более делать то, что ему приказывают. Не ходить на высокое недостроенное здание, где легко можно пораниться, а хуже того — упасть? Для Тэхёна это не преграда и он однажды даже ночевал в заброшенном здании. Не соваться в лес, потому что там болтаются сатанисты? Ким никого не боится, а потому спокойно расхаживает в незнакомых местах, не боясь наткнуться на кучку ненормальных. У него всегда с собой нож, который часто выручает его в сложных ситуациях. Люди до ужаса глупы: им только покажи острый предмет и они сделают все, что ты захочешь. Тэхён гордый по натуре, а потому даже под дулом пистолета ничего не сделает. Уж лучше получить тогда пулю в лоб, нежели чем унижаться перед кем-то, считал Ким. Когда прогремели первые звуки грома, Тэхён понял, что это знак, чтобы отправиться домой. Он не любил мокнуть под дождем, потому что одежда всегда неприятно прилипает к телу, а волосы начинают портиться. Дождь — это вообще убого, думает Тэхён. Потому он тут же поспешил покинуть лес и пойти домой. Но его планам было не суждено сбыться. Тэхён шёл по одной дороге, ведущей к выходу. Поэтому это было неожиданно — наткнуться на того самого паренька, с которым Ким поругался на кладбище. Кажется, Юнги говорил, что его зовут Чонгук. Тэхён вообще давно видел этого Чонгука в школьном здании, но никогда настолько близко, как сегодня. Чон не казался ему плохим, но он определенно был странным типом. Вечно один, за исключением тех дней, когда иногда рядом с ним был Чимин — парень, про которого в школе ходят разные слухи, но ни одни из них не звучат правдиво. Тэхён знает, что Чимин и Чонгук из верующих семей. Только глухие и слепые в их городе, похоже, не знают отца Чонгука, который является священником в соседней церкви. Ким как-то видел главу Чон и он не произвёл на него хорошее впечатление. Вечно с маской холодного и стального человека, которому только в глаза посмотри — тут же испепелит. Тэхён таких не боится, но и не горит желанием конфликтовать. А вот Чонгук кажется тряпкой и легкомысленным парнем, который будет под дудочку плясать, лишь бы угодить. По крайней мере, так думал Тэхен, пока Чонгук не заговорил с ним. У него не было цели сбить кого-то, но он предупреждал Чона, что едет, а этот шкет, видимо, не услышал этого и устроил целый скандал. Чонгук в Тэхёне почему-то вызывает положительные эмоции. Чон неплохой парень, это видно. Но до ужаса глупый и правильный. Такие Кима бесят, потому позлить Чонгука стало чуть ли не целью всей его жизни. Находка — это встретить его снова. — Эй, ты чего это на коленях стоишь? — крикнул Тэхён, подходя к нему ближе. Когда он понял, что Чонгук задыхается, Ким тут же подорвался с места, едва ли не пустившись в бег. Он подошёл к парню ещё ближе, только сейчас заметив, как его плечи подрагивали, а дыхание было очень тяжёлым, будто каждый вдох давался ему с трудом. Тэхён присел на корточки рядом с ним и несмело прикоснулся к плечу Чонгука, заставляя того поднять на него голову. Тэхён сразу понял, что у парня, видимо, паническая атака. Юнги — близкий друг Кима, страдает подобным недугом, не имея возможности находиться в толпе людей. Мин тут же теряется, рыдает, дрожит и не реагирует ни на что, а потому Тэхён не впервые сталкивается с подобным. Правда он не понимал, как именно возникают панические атаки, но приблизительно знал, что людей, подверженных этому, надо успокаивать. Чонгук, который минутами ранее дрожал, словно лист на ветру, наконец, поднял свой взор зелёных очей, в которых запечатались слёзы. Он выглядел испуганным, розовые щёки от холода были уже влажными от слёз, а во взгляде было столько боли и страха, — такой внезапной и чуждой для него. — Эй, ты в порядке? — Тэхён расшевелил его за плечи, пытаясь привести в чувства, но Чонгук, кажется, не понимал, кто перед ним; он смотрел будто сквозь него. — Слышишь, все будет хорошо. Ты только не нервничай. Тэхён чувствовал себя странно, держа парня за плечи и пытаясь заверить его, что все будет хорошо. Его голова мгновенно опустела, мысли испарились и он совершенно не знал, что ему сделать, чтобы привести того в чувства, хотя прекрасно знал, что паническую атаку можно унять только если успокоить человека. Он мог бы оставить Чонгука здесь и уйти, потому что его это никак не касалось, и он не должен думать о ком-то другом, кроме самого себя. Но ноги отказывались двигаться, а что-то будто бы удерживало его здесь, а, быть может, и кто-то. Например, кто-то, кто сейчас смотрел на него опустевшим взглядом, чьи слёзы тихо капали на землю, сливаясь с дождём, а вид был настолько уставшим и болезненным, что Тэхён почувствовал себя плохо, словно эмоции Чонгука передались и ему. Чон старался набрать побольше воздуха в лёгкие, унять дрожащее тело и не выглядеть перед кем-то другим слабым, но у него никак не получалось совладать с собой. Мысли спутались в единый запутанный клубок, развязать который было ему не по силам. Он видел, как смотрел на него Тэхён, как крепко держал его за плечи, стараясь вернуть в чувства, и ощущал огромное желание оказаться сейчас у себя в комнате, чтобы не выглядеть перед незнакомым человеком таким слабым и ничтожным. Он всегда считал свою «панику» чем-то неправильной, то, о чём следует молчать, чтобы никто не понял и не видел, как он задыхается в приступе страха, как судорожно хватает ртом воздух и как беспрерывно рыдает. И сейчас, когда его такого уязвимого видит человек, который ни капельки не похож на него, у кого в голове кроме развратной жизни ничего больше нет, он чувствует лишь адское желание исчезнуть и никогда не пересекаться с ним, чтобы не ловить на себя насмешливый взгляд. Но в глазах Тэхёна не читалась насмешка, а, наоборот, он будто бы переживал за состояние чужого человека. Ким не мог просто взять и обнять Чонгука, хоть и подобное он проворачивал с Юнги, когда у того были панические атаки. Чонгук ему не друг и не знакомый человек, а потому Ким предпочёл просто успокаивающе поглаживать его по плечу и шептать, что все будет хорошо. От этого Чону становилось спокойнее и даже звуки грома будто бы перестали казаться ему угрозой. — Мне нужно домой, — проговорил Чонгук спустя несколько минут, слабо поднявшись с сырой земли. Его голова слегка кружилась, вокруг шеи будто был связан шарф, который пытался душить его, а ноги были очень слабыми и неуправляемыми. Он пошатнулся, чуть было не рухнув обратно на землю, но Тэхён вовремя подхватил его под руки, ставя на ноги. — Куда собрался? Даже стоять на ногах нормально не можешь. Я подвезу тебя, — отчеканил Тэхён, не собираясь выслушивать отказы. Он и так уже достаточно промок, а оставлять Чонгук одного при таком состоянии было мерзким поступком даже для него. — Я сам смогу добраться до дома и мне не нужна твоя помощь, — протестовал Чонгук, понимая, что если отец увидит, как он слезает с мотоцикла, а уж тем более если приедет с незнакомым человеком, то точно не погладит по головке. Наоборот, заставит прочесть всю библию по несколько раз, чтобы «очистить» собственные грязные мысли, какие, по мнению отца, мерзкие и не забитые одним только Богом. — Давай только без никаких лишних слов, окей? Я сам не в восторге от твоей компании. Но ты слишком слаб, поэтому закрой свой рот, если не хочешь оставаться в такой погоде на кладбище. Чонгук снова собирался протестовать, но внезапный раскат грома прозвучал настолько громко, отчего он вздрогнул, зажмурился в страхе и решил согласиться, потому что лес в такую погоду был очень жутким. Деревья поскрипывали на ветру, а гром будто бы «выливал» всю злость на город, оплакивая тех, кто давно ушёл. Придерживая Чонгука за талию, Тэхён пошёл по направлению к выходу. Даже кожаная куртка не спасала от холода, который невидимыми руками пробирался под одежду, заставляя съёживаться и покрываться кожу мурашками. Чонгук был одет в тёплый свитер, а потому Тэхён даже не волновался за состояние парня. По правде говоря, он не был удивлён тому факту, что у Чона происходят панические атаки. Значит в его жизни не все гладко, как, наверное, хотелось бы ему самому. Тэхён хоть и живет не в самой лучшей семье, но его родители адекватные и нормальные люди, которые всю жизнь работали, пытаясь прокормить собственных детей. Ким помнит своё детство: беззаботное и тихое, местами веселое и грустное. Он не думал о бедах в этой жизни, не думал о том, что его ждёт во взрослой жизни. А там, по ту сторону детской наивности, лишь ложь и предательство. Тэхён ощутил всё это на себе, повзрослев слишком рано. Ну, а кто-то, как Чонгук, не взрослеют вообще. — Здесь нужно быть аккуратнее, — предупредил Ким, когда они уже выходили из леса, а постройки и жилые комплексы виднелись все чаще и чаще. Машин было много, из-за чего на дороге образовалась пробка. Кто-то сигналил, кто-то громко кричал, — все превратилось в единый хаос. Чонгук уже перестал дрожать, как раньше, но хватка Тэхёна на талии не ослабилась. В качестве «поддержки» он слегка поглаживал его, ощупывая тонкую талию, что было нетипично для парня — иметь такие пропорции. Киму вообще Чонгук казался словно фарфоровой куклой: зеленые притягательные глаза, которые не схожи с корейским типажом, маленькое лицо, пухлые губы и довольно грубый, но в какой-то степени правильный нос. Чонгук был нетипично красив, спору нет. — Я могу сам, — запротестовал Чон, когда они спускались вниз по тропинке. Тэхён увидел свой мокрый мотоцикл и внутренне застонал от досады, потому что какого черта этот дождь творит?! А ведь завтра намечаются гонки без правил, хотя какая к черту гонка, когда завтра будет грязь и слякоть, а все, что останется после сухой дороги — это мокрая сырость? Тэхён думает о своём, игнорируя протесты Чонгука, который вёл себя сейчас, как капризный ребёнок. — Как давно у тебя случаются панические атаки? — поинтересовался Ким, отпуская Чонгука, когда они дошли до мотоцикла. Из-за сильного дождя говорить было невозможно, но Тэхён сомневается, что после этого случая они смогут ещё раз встретиться. Это не его дело, но почему-то вдруг стало интересно узнать это, словно Киму было дело до жизни Чонгука. Но отрицать было глупо — Чон заинтересовал Тэхена, как что-то, что ещё неизведанно другими. — Ч-что? — Чонгук не знал, как называется то, что с ним происходит, потому что родители никогда не рассказывали ему про это, а с подобным он не встречался раньше. — П-паническая атака? — Черт, ты серьезно не знаешь, как это называется? — Тэхён выглядел удивлённым и ошарашенным тем, как смотрел на него Чонгук, когда он сказал про панические атаки; будто бы совершенно не понимал, что это такое. Кима это удивило, потому что казалось, что не знать про панические атаки в такое время, когда с помощью интернета легко можно найти всю информацию, которую ты ищешь, минимум странно. Он уверен, что если начнёт спрашивать людей об этом, то обязательно получит нужный ответ. Но то, как сейчас смотрит на него Чонгук: большими удивлёнными, ничего непонимающими и испуганными глазами, в которых пробегался вопрос, он начинает понимать, что тот действительно не знает ничего про это. Если он сталкивается с этой проблемой не раз, а это уж точно, неужели его родители, или кто-либо ещё из близкого его круга, не объяснили ему, что такое панические атаки и как с ними справляться? Тэхён считает это очень странным. — Хорошо, задам вопрос по-другому, — Ким глубоко вздохнул, взъерошив свои волосы, но вторую руку от чужой талии не убрал; а Чонгук, похоже, даже этого не замечал. — Когда именно у тебя появилась первая подобная… эм… назовём её «паникой»? Чонгук призадумался о том, стоит ли ему вообще рассказывать незнакомому человеку о своей проблеме, или лучше всего промолчать, потому что он не знал, какая реакция будет у парня, и не начнёт ли он смеяться над ним и его семьёй. Явление, как «экзорцизм», хоть и известен всем людям, но каждый воспринимает его по-разному: у большинства негативная реакция, потому что верить в такое не очень-то хочется, а другим абсолютно всё равно, пока это не будет касаться их самих. Если Чонгук расскажет, что эти случаи паники начались у него, когда он случайно увидел сцену изгнания дьявола, то тогда Тэхён точно посчитает их семью просто чокнутой. А он не хотел получать в свою сторону насмешки, уж тем более от подобных людей, как Ким. — Я не хочу об этом говорить, — в итоге ответил он, отводя взгляд в другую сторону. — Как хочешь, — Тэхён не хотел давить на парня, потому что понимал, что у него была паническая атака минутами ранее, после которой еще несколько дней будут отголоски и воспоминания. Так что если Чон не рассказал, значит не посчитал нужным делиться таким с человеком, который практически не был ему знаком. Это было понятно, но всё же что-то кольнуло там, потому что он надеялся хотя бы получить ответ на свой вопрос. Они быстро добрались до мотоцикла и Тэхён отпустил Чонгука, чтобы взять шлем и надеть на него. Сначала Чон долго отнекивался, потому что банально боялся садиться на такой транспорт, шлем которого даже не помог бы в случае аварии. Но всё же на свой страх и риск согласился, ведь другого выбора у него попросту не было. Он осторожно и несмело, обращаясь со шлемом, как с хрустальной вазой, что могла разбиться от одного слабого удара, надел его на свою голову. Тэхён все это время стоял напротив него и их разделяли жалкие сантиметры, отчего Чонгук даже ощутил запах его сигарет. Он постоянно курит эту вредятину или это такой новый парфюм?.. — Давай, садись, — указал Тэхён за спину, когда уже сам сидел на мотоцикле, держась на нём очень уверенно. Чонгук кивнул, не в силах произнести что-либо ещё, и опасливо сел сзади парня, опуская собственные руки к бёдрам и слабо их сжимая. Он чертовски сильно боялся, что с ним может что-то случится. Этот липкий страх пробирался к горлу, превращаясь в большой ком, который мешал дышать, а сердце начало стучать, словно сумасшедшее, желая выскочить из грудной клетки. Казалось, словно «паника» не отступила и пробиралась к Чону медленными шажками. — Если не хочешь упасть, когда мы уже будем ехать, советую держаться за мою талию, — ответил спокойно Тэхён, смотря на него через маленькое зеркало сбоку. Чонгук снова кивнул, радуясь тому, что его лица не было видно через шлем; он чувствовал, как щёки начинают гореть, и такая реакция на, вроде как, обычные слова было очень странным и непонятным для него. Его руки медленно потянулись к чужой крепкой спине и опустились к талии, слабо прикасаясь чёрной кожанке. Тэхён цокнул языком: его порядком надоел то, что парень был очень напуган и напряжен, а ещё смотрел на него так, будто он собирался отвезти его в безлюдное место и убить там. Поэтому Ким сам схватил чужие руки и уложил их на своей талии, не давая и пикнуть. — Будь смелее, — коротко сказал Тэхён, после чего выехал с места, сразу набирая скорость. Чонгук неосознанно уложил голову на чужой спине и зажмурил в страхе глаза, будучи уверенным, что стук его сердца был слышен и Тэхёну: настолько он был громким в этой дождливой суматохе. Его руки чувствовали крепкое подтянутое тело даже через слой одежды, а мозг отказывался работать, посылая сигналы помощи. Ему казалось, что они вот-вот могут врезаться где-нибудь, где попросту умрут, однако это не произошло даже через пять минут. Поэтому Чонгук осторожно открыл свои глаза, поднял голову и оглянулся, наблюдая за тем, как скорость мотоцикла сражалась с ветром, пока они ехали очень быстро. Множество машин проезжали мимо них, но Чонгук не обращал на это внимания, полностью концентрируясь на том, как медленно одурманивало его это запретное чувство. Ему хотелось снять этот дурацкий шлем, что не позволял ему почувствовать ветер, раскинуть руки в разные стороны и просто ощущать эту бешеную скорость, от которой сердце бы пустилось в пляс. Но в реальности он только сжимал руки на чужой талии, чувствовал табачный дым и боялся ослабить хватку и на секунду, думая, что может упасть и разбиться насмерть. Эти ощущения были очень страшными и неуправляемыми для подростка. Но ему определенно нравилось сидеть вот так, держаться за чужую талию и просто доверять, отдаваясь этому странному чувству. Чонгук никогда не ощущал подобное.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты